Часть 4.

***

      За окнами начиналась метель, а у Влада, кажется, начиналось искривление позвоночника. Груда фолиантов на столе не имела конца, а наполненное записями и схемами полотно, висящее на стене, стало причиной третьей кружки кофе за это утро.       Расследование ползло черепашьим шагом, и эта неторопливость невыносимо капала на нервы. Адреналин в крови требовал дела, но Министерство больше восхваляло бумажную волокиту.       Влад облокотился о спинку кресла, разглядывая доску расследования, толку от которой пока что было столько же, сколько от половины Министерских клерков. Ничтожно мало.       Всё было идеально невозможно. Ни свидетелей, ни следов, ни полезных магических сигнатур. Однако опыт научил — следовало лишь дождаться нужного часа. Людям свойственно выдавать себя — взглядом, словом, неверным шагом, а Влад как никто иной научился видеть маски на лицах. Вопрос был лишь в том, чья маска спадет первой.       Поднявшись со стула, он с болезненным вздохом принялся разминать затекшие плечи.       Святой Сказочник, ему нужно купить нормальное кресло до того, как это полностью угробит его спину.       Желание заняться какой-либо активностью мучало мозг. Кортизол, вызванный кофеином, играл на нервных окончаниях почти что на одном уровне с его многообожаемой «не раздражай меня, Князев!» напарницей.       Кстати о «Патруле»…       Стоило ему только подумать о том, что волшебницы задерживаются, как дверь кабинета распахнулась, впуская внутрь порыв свежего воздуха и трёх девушек. Снежка, Алёнка и Маша, сбившись в тесную группу, замерли на пороге. На их лицах читалась смесь легкой усталости и предвкушения. — Ну? — нетерпеливо начала Алёнка, стряхивая снег с капюшона. — Какую идею ты высидел в этой горе бумаг? — она окинула цепким взглядом заваленный стол.       Влад медленно скользнул глазами по каждой из подруг, но достаточно скоро его внимание перешло к Ветровой, что зашла после всех, беспардонно занимая его кожаный диван.       Нет, он не наблюдал за тем, как она перекинула ногу на ногу. И конечно её сапоги на каблуках не вызвали в нём желания оттянуть ворот джемпера. — Мы пришли помолчать, Князев?       Стерва. — Знаешь, Ветрова, — его голос приобрёл бархатистые нотки, — обычно девушки в этом кабинете интересуются содержимым стола. Никто, кроме тебя, так часто не проверяет мой диван на профпригодность.       Варя провела ладонью по кожаной обивке, оставляя лёгкий след. Он готов был поклясться, что её передернуло. — Не переживай, диван пока держится, в отличие от твоего похабного взгляда… — она испепеляюще посмотрела в его сторону, однако пламя в аметистовых глазах играло чертовски зазывающе. — Может, проверим твое хладнокровие?       Да, обязательно. Как только его член перестанет реагировать на неё слишком яро, так сразу. — Оно выше среднего, учитывая, что я всё ещё не отказался от работы с тобой, — оперевшись руками о стол, хмыкнул Влад. — Но если ты хочешь устроить стресс-тест… я могу предложить куда более увлекательные объекты для проверки.       Пара ленивых шагов, и он практически навис над ней, уперевшись плечом о небольшой стеллаж с книгами. — Князев, — Варя стряхнула с мантии несуществующие пылинки, а её каблук замер в сантиметре от его ботинка, — мне не нужно отдельное помещение, чтобы не забывать о твоем раздутом эго. Я пытаюсь смириться с этим с тринадцати лет.       Маша сдержанно кашлянула, попытавшись прекратить их маленькое развлечение. А ведь он только вошел во вкус. — Ребята, может, сначала закончим с делом?.. — Не переживай, Снежка, у них прелюдия перед работой.       Влад усмехнулся — Рыжова была права, возможно, они с Колючкой слегка перегибали. Но где-то глубоко внутри он знал, что этот конкретный перегиб — единственное, что удерживало его от полного погружения в пучину министерской рутины. — Вы только скажите, и мы зайдем позже, — намеренно протянула рыжая бестия. — Вам за такого рода «активность», может, доплачивают? Это отдельный пункт в трудовом договоре? — Боюсь, наш «трудовой договор» включает только пункт о взаимной… — Ненависти, — ну конечно, Ветрова никогда не видела проблемы в том, чтобы перебить его. — Ненависти? — невинно переспросил Влад, приподнимая брови.       Он усмехнулся её порыву контролировать каждое сказанное им слово, небрежно зачесывая пальцами непослушную челку. — Алёночка, не мешай им, — Снежка мягко коснулась плеча Рыжовой, ангельски улыбаясь. — Я недавно прочитала такую интересную статью у Ветерка: самки грифонов прогоняют самцов минимум три раза перед спариванием. Возможно, это относится не только к грифонам…       Влад не сразу заметил, как Ветрова вскочила с дивана, точно разъяренная фурия, потому что уже сгибался пополам от смеха. Черт, Морозова никогда его не разочаровывала! Эта девушка умудрялась сохранять невинность в голосе даже когда обезвреживала бомбы на заданиях. — Князев, закрой рот!       Он продолжил широко улыбаться, наблюдая за тем, как недовольно волшебница морщила нос в ответ на его усмешку. Влад невольно скользнул взглядом по её губам, которые вдруг оказались ближе, чем он ожидал. Ее щеки приобрели легкий румянец, и Варя тут же сделала шаг назад. — Мне должны выплачивать компенсацию за работу с тобой, — почти прошипела она.       А ему должны были подарить новое кресло. Как видите, Министерство не всегда заботилось о комфорте своих подопечных.       Он заметил, как сильно Ветрова сжимала кулаки — Князев был уверен, если бы не их маленький секрет, то она уже несомненно метнула бы в него парочку толстых томов с его же стола. Но вопреки всему здравому смыслу, это осознание лишь подпитывало его — возможно немного эгоистичное — желание продолжить выводить принцессу Штормграда из себя. Она была очаровательна в своём раздражении, как никто другой, и это бесспорно, было незаконно горячо.       К сожалению, Влад не успел продолжить, Цветкова объявила перемирие раньше, чем он успел открыть рот: — Если вы закончили, предлагаю всё же перейти к делу. — Действительно, — громко фыркнула Колючка, складывая руки на груди. — Пора бы уже ввести нас в курс своего «гениального» плана.       Влад хмыкнул, последний раз позволяя себе пробежаться взглядом по открытому участку её шеи, прежде чем вернуться к своему столу. — В Министерской базе нет ни слова про «Узел забвения», — он указал на унылую стопку книг позади себя. — Поэтому мы начнем поиски в родовых библиотеках. — С учетом, что только в библиотеке Сказочного мира около пятисот тысяч книг, мы просто не осилим еще четыре таких же масштабных архива, — с явным сомнением протянула Маша. — А мне казалось, ты всегда любила читать, — невинно пролепетал он, улыбаясь уголком губ. — Очень смешно, Влад. — Что ж, тогда придется применить план «Б», — он обошел стол, выдвигая один из ящиков. — Я подготовил письма для всех королевств.       В конце концов, в этом чертовом Министерстве должно было быть хоть несколько людей, которые действительно работают, а не бессмысленно кидают дротики в мишень, висящую на двери. — Рыжова, сможешь отправить это в ближайшие полчаса? — Алёнка тут же ловко поймала стопку писем, кинутую им. — Без проблем. — Отлично. Итак, во-вторых, нам нужно заняться усилением охраны банков. — Нельзя исключать «Гримвульд» из списка, — Варя подошла к его столу, и шлейф сладких духов тут же наполнил его легкие. Блять, стоять так близко было ошибкой. — Мы не знаем, что нужно преступнику. Может, в хранилище есть ещё что-то ценное. — Да, Ветрова, там ещё около семисот тысяч ценных побрякушек. — Прекрати ерничать, — снисходительно бросила она, тут же выводя голограмму «Гримвульда», которая уже порядком успела намазолить ему глаза за эти дни. — В главном зале одна слепая зона, — он внимательно проследил за тем, как Варя ткнула ноготком в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. — Ни одна камера не берет в ракурс эту пустоту под лестницей.       Влад нахмурился, внимательно рассматривая записи всех камер прошлых дней. — Думаешь, наш преступник вовсе ничего не взламывал? — Думаешь, работники сами открыли ему дверь? — хмыкнула она, покачивая головой. — Хорошо, предположим, что этот некто спрятался под лестницей и дождался ночи, когда хранилище закроется, — он задумчиво постукивал пальцами по столешнице, рассматривая голограмму. — Тогда он вполне мог подкрасться к охране со спины и воздействовать на их разум. — Именно, — подтвердила Варя, и в её глазах вспыхнуло холодное удовлетворение. — Тогда эта версия порождает ещё один вопрос. Как он вышел? У него не было ключа от сигнализации, а утром его бы однозначно заметили.       Влад откинулся в кресле, его пальцы сомкнулись в замок. Ветрова нахмурилась, поджимая губы. — Значит, он не вышел. Или вышел, когда охрану сменили, и новая смена приняла его в толпе за одного из клиентов.       Она присела на край его стола, и Влад прикусил язык, чтобы промолчать. Он не позволял себе думать о том, как хорошо бы глава Отдела Магических Преступлений смотрелась на этом столе в темноте кабинета. Не позволял ровно до этого момента! Как чертова мантия могла бы валяться на полу вместе с пачками документов, пока её говорливый ротик наконец был бы занят действительно нужным делом.       Святой Сказочник, теперь его концентрация на работе точно пойдет под откос… — Что значит «не вышел»? — раздался голос Снежки, выводя Влада из омута фантазий. — Использовал чары невидимости, — пожала плечами принцесса Штормграда, — прошел сквозь стену, телепортировался… Не знаю, магия артефактов дает множество способов не использовать дверь.       О да, а его кабинет, оказалось, дает множество способов не использовать кровать. — Ребята!       Влад мысленно чертыхнулся, обращая внимание на принцессу Сказочного мира. — Хотите фокус? — Алён, прямо сейчас? — Ветрова выгнула бровь с неподдельным недоумением, — Святой Сказочник, я рехнусь с вами… — Это пристрастие передается от Абрикосова каким путем? — фыркнул Влад, поправляя часы на запястье и замечая на лице Колючки легкую тень усмешку. — Надеюсь, не воздушно-капельным. — Тем же, что и ваша спесь с Варечкой, — парировала рыжая бестия с явным намеком на плоскую поверхность. — Если я услышу ещё хоть один двусмысленный контекст от вас, то обещаю, в больницу вы отправитесь уже в качестве пациентов! — угроза Ветровой прозвучала вполне реально, с учетом того, каким тоном была произнесена.       Объективно говоря, её ворчание было необоснованным. По личному мнению Влада, он был явно далеко не последним кандидатом для удачного продолжения рода. Одним из первых, если быть точнее. — Нам нужен перерыв, — уверенно кивнула Алёнка, небрежно сдвигая бумаги Князева на угол. — Смотрите внимательно.       Влад закатил глаза, но все же проследил за тем, как их подруга положила в один из конвертов монету, а после начала тщательно перемешивать. Он уже знал, чем это закончится, но отказывать Рыжовой в её маленьких представлениях у него не хватало сил. — Давайте, в каком конверте монета? — Очень забавно, Алёнка, — усмехнулась Маша, откладывая планшет. — В третьем.       Как Князев и предполагал, тот оказался пуст. — Это… неожиданно, — протянула Цветкова, лично проверяя содержимое. — В первом? — Снежка взяла очередной конверт, но в том также ничего не оказалось. — Да ладно, этот фокус стар, как мир, — скучающе бросил он, возвращая свое внимание в показания свидетелей. — Монета прикрыта ладонью. — Уверен? Может, лучше вывернешь карманы?       Влад нахмурился, откладывая бумаги, и принялся прощупывать карманы в поисках монеты.       Ничего. Отлично. — Фокусы Абрикосова требуют доработки, — он вновь зачесал мешающую прядь волос, замечая на себе взгляд лиловых глаз. — Не сказала бы, — Алёнка потянулась к третьему конверту и вытряхнула оттуда монету. — И, кстати, не подскажешь, который час?       Его улыбка спала с лица так же быстро, как и пришло осознание того, что левая рука пуста.       Черт, когда она успела стащить с него часы?       Но добила девочек Рыжова, когда достала те самые часы из конверта, лежавшего на столе, вальяжно покачивая ими в руке. — Что ж, в навыках карманника ты явно преуспела, — оценил её работу Князев, потирая пустое запястье. — Круто, правда?       Он бы сказал, что это было довольно неплохо. Но было однозначно не «круто» следить за тем, как его вещь раскачивается все сильнее в руках у рыжей бестии. — Ну всё, Алёнка, хватит, — пробормотал Влад, выхватывая у девушки часы стоимостью в половину бюджета «Гримвульда», — не хотелось бы разорять казну Сказочного мира так скоро. — Кошмар, Министру стоит урезать твою зарплату. — Если бы я жил только на министерскую зарплату, Ветрова, — он застегнул часы, заметив, как внимательно волшебница проследила за движением его пальцев, — то уже давно бы уволился. — Я даже не сомневаюсь, что у тебя есть тёмные источники дохода, Князев, — парировала Варя, но её мысль стремительно неслась в другом направлении.       Так происходило всякий раз, стоило ей зацепиться взглядом за его соблазнительные руки. Длинные пальцы, украшенные кольцами, которые он сейчас поправлял, словно удостоверяясь в том, что Алёнка больше ничего не стащила, были её кончиной. Она сжала бедра плотнее, потому что тяга внизу живота начала выходить из-под контроля. — Я знаю, как он выбрался! — вдруг раздался резкий, взволнованный голос Маши.       Все обернулись. Цветкова вывела с планшета новую голограмму, на которой были наложены друг на друга тепловые и магические схемы хранилища в момент преступления и спустя час после. — Иллюзии! — проговорила Маша, не отрываясь от своего планшета. — Всё, как и показала Алёнка! — принцесса Сказочного мира непонимающе моргнула. — Мы знали, что монета в одном из конвертов, но Алёнка заставила нас поверить, что её там нет. Понимаете? Профессиональный иллюзионист может создать настолько плотную ментальную проекцию, что люди будут видеть пустоту там, где на самом деле стоит человек. Это магия обмана восприятия! — Тогда преступнику было не обязательно где-то прятаться, — закончила за Машу Снежка. — Верно. Вот, смотрите сюда, — Цветкова вернула внимание друзей к проекции, указывая пальцем в точку у входа. — Здесь есть слабый тепловой след. Через десять минут его нет. Но! — она переключила слой, — слабое магическое воздействие в этом месте остаётся неизменным на протяжении всего времени. Будто кто-то встроил в реальность картинку пустоты.       Варя замерла. Ее взгляд медленно перешёл с экрана на Влада. Она прикусила губу, когда неожиданно встретилась с пронизывающей голубизной его глаз. — Что ж, это объясняет, почему пострадавшие ничего не слышали и не видели, — Князев сложил руки на груди, хмуря брови. — Если преступник может воздействовать на подсознание, то нам не помешала бы подстраховка. — Я постараюсь что-нибудь придумать.       Влад коротко кивнул Маше, прежде чем его взгляд зацепился за копну волос принцессы Штормграда. Цветковой стоило бы разобраться с ментальной защитой быстрее. По крайней мере, раньше, чем их иллюзионист узнает о желании Влада намотать эти самые волосы на кулак.