Часть 5.

***

      2003г., Штормград. — Что может произойти?       Женский голос отпечатывался от стен, превращаясь в эхо, разносившееся в сознании. — Не спешите, Ваше Величество…       Морщинистые руки сдерживали потоком магии хрустальный шар, парящий в воздухе. Ярко-синий свет озарил помещение. Череда криков ворвалась в пространство, пугая пожилую женщину, что резко дернулась в сторону, перестав контролировать чары.       С оглушительным звуком магический шар упал на пол, разбиваясь на тысячу осколков. — Что там?! Что Вы увидели?! — стальной мужской голос в последний момент предательски надломился. — Говорите! — Правда может оказаться сурова, Ваше Величество, — прохрипела старуха. — Союз Кровавого Князя и Бури Ветров породит шторм, что мир поглотит во тьме!       Королева невольно ахнула, прикрывая рот рукой. — Это… Вы сможете это остановить? — прижавшись к крепкому плечу мужа, она и не заметила, как по щеке прокатилась слеза. — Всему свое время.

***

— Варя. Варечка.       Девушка распахнула глаза, возвращаясь в реальность сквозь густую пелену сна. Рыжова склонилась над её столом, мягко потряхивая её за плечо. — А, да? — она подняла голову, чувствуя, как ноет шея после неестественной позы. — С добрым утром, руководство, — хихикнула Алёнка, усаживаясь на край стола прямо поверх разбросанных бумаг.       Ветрова, слегка покачиваясь, огляделась, осознавая, что уснула лицом в незавершённый квартальный отчёт. На бумаге под щекой остался смутный отпечаток от ручки и — особенно живописно — след губной помады. За окном, в густой темноте, хлопьями сыпал снег, особенно яркий в жёлтых кругах света от уличных фонарей.       Стоп. Фонарей? — Боже, сколько время? — Шесть. — Шесть?! — девушка подскочила с места, случайно сбивая со стола стопку бланков. — Я проспала три часа?       Да, она действительно сама лишь несколько часов назад писала Князеву о своем желании поговорить: им стоило бы быть осторожнее в высказываниях, но она не предвидела, что он будет так решительно настроен выбить из неё последние силы.       Честно говоря, когда Варя просила его использовать меньше двусмысленностей в присутствии их подруг, она не имела в виду тут же нагибать её над столом, впечатываясь бедрами в её задницу.       Хотя, честно говоря, она бы не сказала, что была против. — Ты не спала полноценно несколько дней! — воскликнула Алёнка, спрыгивая со столешницы. — Министерство не рухнет за пару часов твоего отсутствия. — И что теперь я должна буду делать ночью? — пробормотала она, подходя к зеркалу.       Отражение было удручающим: тушь размазалась в тенях под глазами, а помада стёрлась, оставив по краям губ размытый неяркий контур. Лучшим исходом сейчас был бы не просто душ, а целый поход в спа. — Тебе сон и не потребуется, — Алёнка заговорщически улыбнулась, кладя руки на её плечи. — Очень интригующе, — хмыкнула Варя, посматривая на подругу через отражение в зеркале. — Тебе нужно развеяться. — И? — И ты идешь с нами в бар. — Алёнка… — Ветрова закатила глаза, вздыхая. — Сколько можно работать?! — она отступила на пару шагов, начиная размахивать руками. — Ты вообще в курсе, что много сидеть — вредно для здоровья? Тебе нужен хороший секс, чтобы разгрузить голову! — Алёнка!       Варя почувствовала, как её щеки начинают покрываться румянцем. Она намеренно-медленно прошла к окну, регулируя жалюзи. Волшебница сделала всё, чтобы это не выглядело, как побег. А убежать ей действительно хотелось. — Что? Вот скажи, когда ты последний раз хорошо трахалась?       Где-то три часа назад? — С каких пор мы ходим в бар посреди недели? — перевела тему Варя, не оборачиваясь. — А с каких пор ты спишь на рабочем месте? — парировала подруга, складывая руки на груди. — Варечка, ну пожалуйста. Снежка уже забронировала столик.       Ветрова неосознанно прикусила изнутри щеку, обдумывая предложение. Объективно говоря, она все равно уже не уснет… — Ты не станешь искать мне парней, — предупреждающе протянула Варя, принимаясь собирать раскиданные по полу бумаги, которые разлетелись от её резкого пробуждения. — Совсем никого? — Алёнка ловко подхватила несколько папок и бессмысленно пролистала их. — Я сейчас откажусь. — Ладно-ладно, — подруга выпрямилась и подняла ладони в примирительном жесте. — Договорились.       Варя громко выдохнула, собирая документы в стопку. — Сколько у меня времени на сборы?       Алёнка широко улыбнулась, и в карих глазах заплясали искры. Варя не сомневалась, что когда-то эти самые искры подпалят ее зад. — Ровно столько, чтобы стереть с лица следы трудового подвига и надеть что-нибудь убийственное. — Конкретнее? — Часа полтора.

***

      Такси остановилось напротив входа в «Кристалл» на полчаса позже положенного. Был час пик, но они каким-то волшебным образом умудрились проскочить большую часть пробок.       Расплатившись, Варя вышла из теплого салона, тут же ощущая контраст температур. Ледяной ветер рванул в распахнутую дверь, закрутив вихрем искрящуюся снежную пыль. Едва ступив на утоптанный снег, она тут же плотнее закуталась в воротник белой шубы, но ее полы подхватило порывом, открыв мелькнувшую на мгновение узкую юбку и тонкую капроновую ткань. Огни неоновой вывески клуба, окрашенные в морозные синие и серебристые тона сочетались как никогда кстати.       Из-за стеклянных дверей, обрамленных гирляндами ледяных сосулек, доносился низкочастотный бас.       Она на секунду замерла. Пар от дыхания клубился в морозном воздухе. Встряхнув волосами, на которых тут же осели крошечные снежинки, девушка решительно толкнула дверь.       Контраст был ошеломляющим. Тепло и звуковая стена обрушились на неё, как физический удар. Морозный румянец на щеках начал сменяться жаром. Воздух был пропитан густыми ароматами парфюмов, от которых начинала кружиться голова.       Сладкие запахи кальянного пара и алкоголя сопровождали ее от самого входа.       Она не жаловалась, нет. Это был один из лучших клубов в городе, который они единогласно выбирали из раза в раз, дабы отвлечься от работы. Но после стен Министерства ей однозначно нужно было несколько минут, чтобы привыкнуть к новой обстановке.       «Кристалл» полностью оправдывал название: интерьер был выдержан в стиле ледяного грота. Стены и барная стойка сияли голубоватым искусственным льдом, в котором были вмурованы светодиоды. С потолка свисали гранёные люстры, разбрасывая по залу блики. Несмотря на весь этот зимний интерьер, воздух был насыщенным и горячим от дыхания толпы, запаха глинтвейна, пряного грога и дорогого парфюма.       Варя позволила глазам привыкнуть к полумраку, прорезаемому лучами лазеров, имитирующих северное сияние. Её взгляд метнулся на второй уровень, к кованым перилам, стилизованным под ледяные ветви. Там, у столика с видом на весь танцпол, уже была их команда.       Алёнка, явно разогретая алкоголем, всплескивала руками, что-то яростно обсуждая с Машей. Её рыжие волосы пылали в ультрафиолете, а в руках переливался малиновый коктейль. Снежка пристроились в обнимку с Филом, тот что-то шептал ей на ухо. И Влад. Он сидел чуть поодаль, спиной к стене, в своей излюбленной манере человека, который контролирует весь чертов мир.       Она ненавидела эту расслабленно-надменную позу, потому что именно так он выглядел ещё привлекательнее обычного.       Варя столкнулась с взглядом синих глаз, и тут же пожалела, что не могла полностью разглядеть его выражение лица в темноте. Князев кивнул ей и поднял стакан в молчаливом приветствии.       Она ухмыльнулась краешком губ, кивая в ответ. Это был их маленький ад.       Ветрова направилась к лестнице, чувствуя, как он провожает её взглядом. Впрочем, не только он. Короткое чёрное платье делало своё дело — минимум пятеро мужчин скользили взглядом по её фигуре. Высокие сапоги на тонкой шпильке, в которых она уверенно ступала по ледяному глянцу пола, возвращали своим стуком в реальность.       Поднимаясь по металлическим ступеням, она поймала отражение в огромном зеркале-стене. Она была не в Министерстве, но до сих пор чувствовала власть в каждом жесте.       Возможно, ей и не было смысла пытаться расслабиться, когда по венам текла кровь одних из самых сильных правителей Штормграда. — Ну наконец-то! — крикнула Алёнка, как только Варя прошла ряд ступеней и подошла к их столику. — Мы боялись, что ты передумала! — Пробки, — просто ответила она, обнимаясь с подругами.       На столе уже стояли напитки и закуски, и это не могло не радовать, потому что поесть она толком так и не успела. — Не замёрзнешь? — крикнула Рыжова сквозь музыку и похлопала по дивану рядом с собой.       Свободное место — будто нарочно — оказалось лишь напротив Влада. — Уже оттаяла, — с усмешкой отозвалась Варя, усаживаясь. — Что, скучали без меня?       Князев, расслабленно сидевший все в той же ленивой — но отчего-то соблазнительной — позе, застыл. Он медленно провел взглядом от ее каблуков до губ. В уголке его рта дрогнула едва заметная улыбка, которую он тут же спрятал за гранёным стаканом.       Его уязвлённая гордость была, пожалуй, её любимым блюдом в меню этого сдержанного криминалиста. — Ты успела пропустить акт хамоватости Князева, — хмыкнул Черных, поглаживая Снежку по плечу. — Хамоватости? — не удержавшись, уточнила она.       Князев, конечно, был обольстительным засранцем, но, раз уж на то пошло, он еще и был самым, прости её Сказочник, неконфликтным собеседником, которого она знала.       Их небольшие передряги никогда не были нарочито оскорбительными. Влад производил на себя располагающее впечатление в обществе, и — она была в этом уверена — уж точно не собирался портить репутацию министерского секс-символа без причины. — Кто тебя научил врать, Черных?       Варя приклеилась взглядом к тому, как Влад методично принялся раскачивать стакан с алкоголем в руке. — Та девушка очень хотела провести с тобой вечер, — усмехнулся Фил, отпивая из своего бокала.       Девушка?       Ветрова и не заметила, как начала нервно покачивать ногой. Она очень хотела бы контролировать свои эмоции, как просила этого у Князева несколько часов назад, но, к сожалению, и сама была не лучше.       Судя по выражению лица Влада, она зыркнула на него крайне недобро, иначе Ветрова не могла объяснить, почему он вдруг перестал качать стакан и начал нервно поправлять ворот рубашки. — Мне не нужны девушки на раз, — бросил он Черныху, хмурясь. — И как давно ты подался в недотроги?       Варя прикусила губу и уставилась на танцпол. Она не имела к этой теме совершенно никакого отношения.       Совсем никакого. — Не горю желанием знакомиться с кем-то. — Не хочешь развлечься? — Может, ты хочешь развлечь меня, Черных? — Поздно, милый, я почти женат.       Варя усмехнулась, продолжая рассматривать, как сгущалась толпа в самом центре первого этажа. И почему голос Влада был так различаем даже сквозь музыку? — Я был твоим последним шансом, — Черных бросил на него театрально-сожалеющий взгляд, поднялся и протянул руку Снежке. — Потанцуем, любовь моя?       Варя обернулась, Морозова к тому времени уже задорно смеялась, вставая вслед за парнем. — А я думал, у нас все серьезно, — крикнул им вслед Влад, улыбнувшись, когда поймал закатывающиеся глаза Фила. — Вот идиот. — Очень по-взрослому, — покачала головой Маша. — Слава Сказочнику, пресса не фиксирует эти диалоги. — О, у прессы хватает фантазии, — парировала Алёнка, потягивая из трубочки коктейль. — Вот, например, Варино платье — подходит для заголовка: «Принцесса Штормграда поймана с интрижкой в самом непристойном клубе города». — Восхитительная чушь, — улыбнулась Ветрова, толкая подругу в плечо. — И как ты связала моё платье с несуществующей интрижкой? — Посиди в таком с любым парнем за барной стойкой, — неопределенно махнула руками Алёнка, — и создашь заведомо успешный сюжет для новой сенсации. — И что мне теперь сделать, переодеться? — Брось, Ветрова, к чему такие жертвы, — деланно безразлично протянул Князев. — Ты, кстати, не передумала всё-таки последовать моему совету? — вновь встряла Алёнка, уплетая со шпажек закуски. — Ты же можешь склеить любого парня за пару минут. Владик, подтверди!       Варя резко выпрямилась, замирая с тарталеткой на полпути ко рту. Язык Рыжовой был без костей пожизненно, но стоило в ее рот попасть паре глотков алкоголя, и эта характеристика доходила до апогея.       Она встретилась с взглядом Князева, от которого прошибло ознобом.       Если бы она не знала, что между ними происходит, то могла бы подумать, что Влада не впечатлило высказывание принцессы Сказочного мира.       Тем не менее, не прошло и минуты, как он беспечно ухмыльнулся, вновь делая глоток янтарной жидкости. — Ветрова, конечно, сегодня превосходит ожидания, — он облокотился о спинку дивана, медленно расслабляя на шее удушающий галстук. — Но склеить кого-то… сомневаюсь. — Позволь узнать, о каких ожиданиях речь? — она приподняла бровь. — Прошло уже полчаса, а ты ни разу никуда меня не послала. — Держусь изо всех сил, — парировала волшебница. — Чрезмерно благодарен.       Варя еле заметно ухмыльнулась, после чего медленно, почти демонстративно перекинула ногу на ногу, давая ткани платья натянуться на бедре.       Влад стиснул челюсть — она не могла это не заметить.       Он понял. Конечно понял. И тихо выругался себе под нос, так, чтобы никто не услышал. Кроме неё.

***

      Не прошло и получаса, как Алёнка и Снежка, подогреваемые коктейлями, растворились в толпе на танцполе. Фил обсуждал с Машей свою последнюю рабочую поездку на всенародный консилиум, а Варя с наслаждением потягивала дымящийся коктейль с ярким вкусом черники и ежевики, после которого на языке оставалось головокружительное послевкусие сладости меда и джина.       Время от времени она поддерживала диалог Цветковой и Черныха, пару раз отходила к Аленке и Снежке танцевать, но большую часть времени провела на одном диване с Князевым — он пересел ближе, якобы чтобы лучше слышать её сквозь гул.       Разумеется, причиной этого не были их едва уловимые прикосновения друг к другу. Разумеется.       Прошел, кажется, час, прежде чем напряжение достигло той точки, после которой можно было переходить к главному действию. Как раз в этот момент Снежка с Алёнкой вернулись к столику.       Подобные вечера проходили по давно накатанной колее, которая, помимо выпивки и танцев, обязательно включала в себя небольшой спектакль.       Язвительная реплика Влада о проекте Тома Картера — главы Департамента международного магического сотрудничества Англии — окончательно вывела Ветрову из себя. Картер продвигал интересную идею по созданию первой магической здравницы на основе «геотермального источника», чьи воды обладали мощными восстанавливающими свойствами для магической ауры. — Единственный в мире центр лечения — это монополия, — отчеканил Влад, и в его голосе зазвенел металл, будто он уже повторял это в десятый раз за день. — Что, если источник отравят, захватят или он просто иссякнет? Все зависимые страны окажутся в кризисе! — Ты понимаешь, что этот проект спасёт жизни?! — Варя подалась вперёд, вцепившись пальцами в подлокотник. — Он требует доработки! — Лучше хоть что-то, чем ничего. — С таким же успехом можно поить пациентов кипятком и называть это терапией, — парировал он, фыркая. — Кретин! — Варя резко встала, выбираясь из-за стола. — Как я с тобой работаю?! — Варя, ты куда? — Маша успела схватить её за запястье, но девушка мягко, но твёрдо высвободила руку. — Подышу кислородом. — Отлично, — он поднялся следом — так же резко и напряженно. — Я как раз собирался покурить. — Кури у себя дома! Воздух так-то не резиновый! — Я к тебе и на пять метров не подойду, истеричка!       Они удалились почти синхронно, оставив за собой уже ничем не удивленных друзей. — Ставлю все хранилища на то, что они встречаются, — усмехнулась Рыжова, допивая коктейль. — Боюсь, конец света наступит раньше, чем мы это узнаем, — протянул Фил, оставляя поцелуй на макушке Морозовой.

***

      Светодиоды били в лицо весь путь до первого этажа, пока Ветрова и Князев не свернули за угол, в узкий, слабо освещённый коридор, в котором никогда никого не было. Гул музыки здесь был приглушён, превращаясь в отдалённый звук.       Они молча смотрели друг на друга какое-то время, переводя дух, пока Влад не улыбнулся. — Что? — невинно захлопала ресницами волшебница.       Князев усмехнулся, прислонившись к стене. — Это забавно, — пожал он плечами. — Наблюдать, как ты делаешь вид, что не ревнуешь. — Я не ревную, — как можно увереннее произнесла Варя. — Разве? — его улыбка стала шире, а глаза засверкали. — Наш договор действителен до начала отношений с чьей-либо стороны, — почти учительским тоном произнесла она. — Если та девушка тебе понравилась, ты можешь… — Не понравилась — перебил он резко. — Я уже говорил. — Хорошо. — Да.       Они вновь замолчали, пребывая в своих мыслях. Обычно такого не было, но в последнее время Варе было всё труднее переключиться со странных снов в реальность. Влад, на удивление, тоже в последние дни выглядел крайне задумчиво и… нервно? — Ты считаешь, что программу Картера можно реализовывать уже сейчас? — его отвлеченный вопрос вернул ее из раздумий. — Нет, — она поймала себя на мысли, что, несмотря на непонятное состояние, все равно наслаждается их близостью. — Это перспективное дело, но проект «сырой»… Почему ты спрашиваешь?       Влад подошел ближе.       Его аромат — нотки алкоголя, дорогого одеколона и чего-то такого, от чего подкашивались колени — окутал её быстрее, чем она успела моргнуть.       Его руки скользнули по оголённой спине, и она рефлекторно прижалась к нему, будто это было правильно. — Рад, что мы сошлись во мнениях, — прошептал он, проводя носом вдоль её шеи. — Хоть в чем-то, — выдохнула волшебница, проводя ладонями по его плечам, обтянутым хлопком рубашки. — Хоть в чем-то? — повторил Влад, хрипло усмехаясь. — То есть, вот это всё, — он медленно провел ладонью по её щеке, плавно переходя на затылок, — не в счет?       Варя не успела ответить. Его губы нашли её с силой, которая смела последние остатки сомнений.       Ветрова плохо помнила, как они пришли к тому, что она позволяла ему так откровенно скользить по её телу, но точно могла сказать, что это началось полгода назад с парочки лишних стаканов текилы.       Они отмечали день рождение Аленки в этом самом баре, и оба были пьяны. Как она тогда оказалась в этом закутке, зажатая между его телом и стеной, все ещё оставалось для нее загадкой. Вероятнее всего, в очередной стычке они вдруг нашли «общий язык».       Она отчетливо помнила, с какой жадностью Князев обрушился на ее губы, и вот тогда ее последние нравственные ориентиры слетели напрочь. Да, Влад правда отменно целовался, да, у нее сносило крышу от его взгляда, и да, если бы Абрикосов не прервал их тогда, они бы точно раздели друг друга прямо у этой стены. Её мозг все равно не имел в тот миг никакой власти над ситуацией.       И теперь это была их общая тайна: её, Влада и, черт его дери, Абрикосова. — Мог хотя бы попытаться не лапать меня взглядом, — выдохнула она ему в губы, самодовольно ухмыляясь. — Прости, — он не раскаивался. Разумеется. — Ничего не могу поделать.       Его хриплый смех, к сожалению, не давал ей возможности держаться тверже на ногах. Пережил бы Малгрейв тот факт, что она и Князев желают убить друг друга значительно меньше, чем трахнуть?       Он снова прижался к ней в поцелуе. Голодном, влажном, полном накопленного за недели напряжения. Его язык скользнул между её губ, и она без колебаний ответила тем же жаром, крепче сжимая его плечи. Одна его рука вцепилась в её волосы, оттягивая голову назад — так, чтобы видеть её лицо. Другая скользнула по спине, прижимая к себе так плотно, что Варя почувствовала каждый жёсткий изгиб его тела.       Твёрдое возбуждение под тканью брюк прижалось к её бедру. — Я всегда так тебя возбуждаю? — с интересом спросила она, и светлая кожа тут же покрылась румянцем. — Ты все ещё в этом сомневаешься? — будто в доказательство своих слов Влад сильнее прижался пахом к её бедру.       Она ахнула, поддаваясь навстречу толчку. — И как ты собирался жить целый месяц в Лондоне? — Умер бы, наверное. — Дурак, — хихикнула Ветрова, продолжая портить его идеально уложенные волосы.       Влад заговорщицки улыбнулся. Его руки сместились ниже, крепко обхватив её за задницу, приподняв, чтобы посадить на подвесную стойку, отливающую синим сиянием. Она вскрикнула от неожиданности, но ноги уже обвили его талию, втягивая обратно, в пространство между коленями.       Варя чувствовала каждую мышцу его спины под хлопковой тканью, а его руки, скользившие по её талии, прижимали к стене так плотно, что в легких не хватало кислорода. Возможно, рядом с ним она просто забывала дышать.       Одна рука опустилась ниже, обхватив изгиб её бедра через тонкую ткань платья, и жар от этого прикосновения пронзил насквозь. Она выдохнула стон — он поймал его ртом, ответив низким, одобрительным хрипом где-то в груди. Его пальцы двигались уверенно, проводя по внешней стороне бедра. Подол платья задрался, обнажив кожу выше чулка. Лёгкое прикосновение к открытому, горячему участку пробило тело дрожью.       Она потянулась к его рубашке, расстегнула несколько перламутровых пуговиц, прижимаясь ладонями к грудной клетке, где сердце отбивало бешеный ритм. Влад выдохнул, неотрывно наблюдая за её действиями. — Ты мой лучший «проект», Ветрова, — прошептал он, наклоняясь к её губам. — Картеру и не снилось. — Его идеи получают большой отклик у народа, — промурлыкала она ему на ухо, оставляя легкие укусы на шее. — Как хорошо, что мне нужен отклик только от одной волшебницы.       Его ладонь пробралась под платье, сжимая грудь. Волшебница выгнулась, когда он коснулся пальцами соска, одновременно оставляя поцелуи на ключице.       Влад говорил абсолютно искренне. С появлением регулярного присутствия Вари рядом, жизнь перестала казаться ему никчемной. Какая разница, устроился он работать следователем из скуки или интереса, если ходить в Министерство все равно хотелось лишь из-за Ветровой.       Он впитывал каждый её чертов вздох, который она готова была ему подарить вдали от лишних глаз. Он готов был признать — это была зависимость, которой он не страдал даже от сигарет.       Их чрезвычайная искренность начиналась в этом клубе — там же, где и заканчивалась. И это ломало что-то внутри так же сильно, как и будоражило до опасной точки невозврата. — Рад, что тебе понравился мой подарок, — он ощутил, как по её оголенной спине пробежали мурашки.       Варя рефлекторно посмотрела на свое платье. — У тебя никогда не было проблем со вкусом. — Какая щедрость на комплименты, Ветрова.       Он поцеловал её снова. Глубже. Отчаяннее. Его ладони — горячие и уверенные — скользнули под подол, к самой границе кружева. Прикосновение к чувствительной коже внутренней стороны бедра заставило её резко вдохнуть. — Влад? — голос сорвался, когда его большой палец провёл прямо по центру через тонкую ткань трусиков, которая была уже отчаянно влажной. — Мм? — он оторвался от её губ, синие радужки в полутьме сверкали азартом.       Его рука замерла, а глаза устремились в самую душу. И это было хуже, чем если бы он просто действовал. Потому что молчание заставляло её хотеть признаться в том, в чём она не готова была признаваться даже себе. — Ты же помнишь условия? — выдохнула Варя вместо тех слов, которые душили.       На протяжение полугода она сотню раз пыталась понять, насколько было неправильно предлагать своему коллеге, другу… секс без обязательств. Но каждый раз приходила к выводу, что ни о чем не жалела. Хотя в последнее время все однозначно стало слегка сложнее. — Не переживай. Я все ещё согласен на роль твоего любовника по вызову.       Его пальцы снова задвигались — на этот раз более целенаправленно. Влад медленно скользил по ткани, надавливая точно в нужном месте через барьер кружева. — Черт… — Ветрова закусила губу, чтобы не закричать, но стон, вырвавшийся из её груди, отдался пульсацией в его члене.       Если ад выглядел, как ее извивающееся тело, то Влад был совершенно не против вариться в этом котле и дальше. — В чём принципиальная разница? — он надавил на клитор через ткань, и её бёдра дернулись навстречу. — О чем ты? — Варя подняла на него взгляд, заволоченный нетрезвой пеленой возбуждения, от которого в брюках стало ещё теснее.       Господи блять… — Мы полгода жмемся по углам. Что случится, если мы перестанем притворяться, что это ничего не значит?       Варя тяжело выдохнула, прикрывая глаза. Это она и имела в виду.       Его слова били в цель. Проблема была лишь в том, что она не могла дышать и думать. Две жизненно необходимые потребности помахали ей ручкой, оставляя разгребать это одной.       Движения его пальцев и бурлящий в крови алкоголь совсем не улучшали ситуацию. По телу прокатывались волны жара, расплавляя сознание до неподдающегося восстановлению состояния. — Разница в том… — она ахнула, когда он наконец сдвинул ткань трусиков в сторону, и его кожа коснулась её напрямую. — Мм… Влад, продолжай. — Так в чем разница, милая? — его пальцы кружили по клитору, путая мысли. — Сейчас не лучшее время… для отношений, — выдохнула она, и в её голосе сдалось последнее сопротивление. — Когда всё закончится…       Князев замедлился, растерянно наблюдая за ней. — Что закончится?       Варя в моменте замерла, прикусив язык. Ей категорически нельзя было разговаривать, пока в ней находились его пальцы и три бокала спритца. — Влад, — она резко притянула его лицо к своему, накрывая ладонью его твердый член.       Он вздрогнул от неожиданной смены ролей, и это короткое, почти беспомощное движение отдало ей власть. — Я хочу забыть, где мы. Я хочу тебя.       Его зрачки расширились до размера черной дыры, а член дернулся под ее ладонью. Князев выругался, и в следующую секунду уже захватывал её губы в поцелуе с такой жадной нежностью, что у неё кружилась голова. Вкус черники и крепкого виски смешался на языке, оставляя обжигающее послевкусие.       Его пальцы наконец заполнили её — плавно, находя тот самый ритм, от которого она обычно срывала голос. — Я с тобой с ума сойду, — прохрипел он ей в губы. — Пожалуйста, продолжай…       Варя вцепилась в него, как за спасательный круг, зарываясь лицом в мужскую шею, чтобы заглушить срывающиеся стоны. Она пыталась схватиться за ткань его рубашки, чтобы найти точку опоры в этом водовороте ощущений, но пальцы никак не слушались.       Неожиданно со стороны послышались громкие звуки и приближающиеся шаги. Они замерли, как два преступника на месте преступления, синхронно повернув головы в сторону прохода.       Влад отреагировал быстрее, за пару секунд накладывая на них дезиллюминационные чары. — Сможешь быть тихой?       Она широко раскрыла глаза, когда вновь почувствовала движение его пальцев. Черт. Черт. Черт. Он правда сошел с ума?!       Варя сильно зажмурилась, зажимая рот ладонью, потому что сдерживать стоны становилось невыносимо. Он усмехнулся. Усмехнулся, черт его дери!       Голоса стали совсем громкими, и она увидела, как в паре метров от них прошла пьяная мужская компания.       В этот момент он задел особенно чувствительную точку внутри неё и Варе пришлось прикусить его плечо, чтобы заглушить вскрик. Волна нарастала глубоко внизу — неумолимая, пульсирующая во всём теле.       Ветрова начала хлопать его по предплечью, в надежде, что он сбавит темп, но Князев, кажется, даже не собирался останавливаться.       Чужие голоса стихли, и Варя захлебнулась рваным стоном наслаждения. — Блять, Влад! Я… я не могу больше! — Не поверишь, — его дыхание почти не отличалось от её, — но я тоже.       Она перевела расфокусированный взгляд на область его брюк, громко выдыхая. Не раздумывая, проникла рукой под ткань, сжимая возбужденную плоть. — Твою мать, — выругался Князев, рефлекторно толкнувшись в её ладонь. — Когда-нибудь я смогу убедить тебя остаться, Варя, — прорычал он прерывисто. Его тело напряглось, говоря о едва сдерживаемом контроле. — И мы вместе уничтожим этот чертов договор.       Его слова, смешанные с безжалостными, умелыми движениями пальцев, довели её до края быстрее, чем она могла предположить. Она вскрикнула в районе его шеи, вцепившись в него так, будто он был единственной реальностью в разрушающемся мире.       На задворках сознания Варя услышала его удовлетворенный хриплый стон, ощущая на пальцах влагу.       Мышцы влагалища пульсировали, пока он продолжал медленно двигать пальцами, продлевая её оргазм.       Влад уткнулся ей в ключицу, успокаивая сбившееся дыхание. Её тело обмякло, поддерживаемое им и стеной, Варя опустила голову на мужское плечо, бездумно перебирая его влажные волосы. Прошло пару минут, прежде чем он бережно убрал свою руку из её белья. В тишине коридора снова стал различаться шум музыки. — Ты умница, — его голос прозвучал над её ухом, усталый и непривычно нежный.       Она не могла ничего сказать. Губы тронула ленивая улыбка, и волшебница прижалась к нему, чувствуя, как его сердце колотится так же бешено, как и её.       Влад был прав. Точка невозврата была не впереди. Они стремительно мчались через неё, и теперь оставалось только ждать неизбежного падения.       Но что-то Варе подсказывало, что её личное падение было куда ближе, чем она думала.