16.

Первый день начался так же, как и все остальные в этом месте,  слишком тихо, словно сама реальность старалась не выдать трещину. Айрис проснулась ещё до того, как свет коснулся стен. Она лежала неподвижно, с закрытыми глаазми, будто боялась, что кто-то стоит в углу, и поймет, что она не спит. Сначала она подумала, что это просто остатки сна. Неприятное ощущение, липкое, как паутина в голове. Будто кто-то положил ладонь ей на затылок и медленно сжимал. Айрис осторожно вдохнула, затем выдохнула. Давление не исчезло. Когда Тим вошёл в комнату позже, она уже сидела одетая, с прямой спиной, сложив руки на коленях. Он сразу заметил, что с ней что-то не так. Он замечал всё. Но ничего не сказал. Только задержал взгляд дольше обычного. — Доброе утро, — произнёс он ровно. Айрис кивнула. Улыбнулась. Улыбка вышла слишком аккуратной. Было сложно говорить, ведь голос безликого в голове забирал слишком много сил. Она отвела взгляд. Весь день она держалась на этом: не смотреть, не вслушиваться, не задавать вопросов самой себе. Она двигалась медленно, выверенно, будто шла по тонкому льду. Сидела за столом, пила воду, ела  машинально, без вкуса. Давление в голове то усиливалось, то ослабевало, но не исчезало ни на минуту. Это не было болью. Боль можно терпеть. Это было присутствие. Иногда ей казалось, что если она позволит себе расслабиться, перестанет контролировать дыхание, перестанет следить за тем, куда направлен взгляд,  что-то внутри неё сделает шаг вперёд. Не она. Местами она слышала помехи, местами чей-то голос, сперва она вовсе не понимала, что он говорит. Тим всё видел. Он делал вид, что всё нормально, слишком старательно. Говорил о бытовых мелочах, о доме, о том, что нужно будет проверить лес. Он говорил, а сам следил за её лицом, за пальцами, за тем, как часто она моргает. — Ты устала, — сказал он в какой-то момент, как утверждение, а не вопрос. Айрис снова кивнула. Она боялась открыть рот. Боялась, что если заговорит, услышит не только свой голос. Ближе к полудню давление стало гуще. Оно словно скапливалось за глазами, за лбом. Айрис ловила себя на том, что замирает посреди движения. Рука зависала в воздухе, шаг обрывался. Тим замечал. Он каждый раз делал вид, что это нормально. Отворачивался, давал ей пространство. Но его плечи были напряжены, а в глазах было волнение. Он не знал. И это было самым страшным. Айрис хотела сказать. Но сил открыть рот не  было. Она кое как держалась на плаву, пытаясь не сосредоточиться на словах в голове. Один раз она обнаружила себя стоящей у стены, хотя не помнила, как подошла к ней. Сердце бешено заколотилось. — Айрис? — Тим был рядом почти сразу. Она посмотрела на него и увидела страх, тщательно спрятанный за спокойствием. — Всё хорошо, — сказала она наконец. Голос прозвучал глухо, словно не совсем её. Давление в голове усилилось, будто кто-то был недоволен этим ответом. Вечером стало хуже. Сумерки в этом месте всегда были плотными, вязкими. Шум внутри её головы стал ниже, глубже. Иногда ей казалось, что в нём есть намерение. Она сидела на кровати, уставившись в пол, и изо всех сил делала вид, что ничего не происходит. Тим находился в комнате, перебирал какие-то вещи, нарочно создавал шум. Он не спрашивал. Но он ждал. Айрис чувствовала это. И от этого было ещё тяжелее. Когда давление внезапно ослабло, она едва не расплакалась от облегчения. Но вместе с этим пришло другое ощущение.. пустота. Она ничего не сделала. Просто сидела. Ночью она почти не спала. Лежала с открытыми глазами, считала вдохи Тима рядом. Ему нравилось в последнее время спать с ней в комнате, на одной кровати, и Айрис на самом деле так чуствовала себя лучше. Второй день начался почти так же, как и первый, словно мир застрял в зацикленном фрагменте, где менялись только оттенки тревоги. Айрис проснулась от ощущения тяжести в груди и тупого давления в голове. Это чувство уже не пугало так резко, как раньше, но стало навязчивым, привычным, будто кто-то тихо стоял за её спиной и ждал, когда она оступится. Она лежала неподвижно, глядя в потолок, и пыталась определить, где заканчиваются её собственные мысли и начинается чужое присутствие. Комната была погружена в серый утренний полумрак. Тима не было. Айрис не знала когда он уходит, ведь каждое утро она просыпалась одна. Свет проникал сквозь щели, ложился на пол длинными полосами. Айрис медленно села, прислушиваясь. Никаких звуков, кроме далёкого скрипа дома. Но внутри всё равно было шумно. Голос стал более внятным. Он будто просил крови, и Айрис понимала чьей, но она не хотела подчиняться. Тим появился спустя некоторое время. Она услышала его шаги заранее и приготовилась. Сегодня он не собирался делать вид, что всё нормально. Это чувствовалось в том, как он остановился у двери, будто собираясь с мыслями, прежде чем войти. — Доброе утро, — сказал он осторожно. — Доброе, — ответила Айрис. Голос вышел тихим, но ровным. Он внимательно посмотрел на неё, задержав взгляд дольше, чем позволяла обычная вежливость. Но между ними уже давно не было простой вежливости, от былых соседей осталось лишь воспоминание. В его глазах читалось беспокойство, плохо скрываемое усталостью. Он почти не спал, и это было заметно по напряжённой линии плеч, по тени под глазами. — Ты как? — спросил он наконец. Айрис пожала плечами. Она не знала, как ответить. Слова казались ненадёжными, хрупкими. Любое могло разрушить то хрупкое равновесие, которое она выстроила внутри себя. День тянулся медленно. Они находились рядом, но будто на расстоянии. Тим говорил о простых вещах, задавал вопросы, старался вовлечь её в разговор. Айрис отвечала коротко, иногда кивала, иногда просто смотрела в сторону. Давление в голове то усиливалось, то отпускало, словно проверяя её реакцию. В какой-то момент Тим остановился напротив неё и сказал: — Айрис, посмотри на меня. Она подняла взгляд. Внутри что-то дёрнулось, но она выдержала. — Ты меня пугаешь, — произнёс он честно. — И я не знаю, что с этим делать, если ты молчишь. Эти слова задели её сильнее, чем она ожидала. Айрис медленно выдохнула. Она понимала, что больше не может держать это в себе. Давление в голове усилилось, словно сопротивляясь, но она всё равно заговорила. — Я… — начала она и замолчала, собираясь с силами. — Я слышу его. Тим напрягся, но не перебил. — Безликого, — продолжила она. — Не всегда словами. Иногда это просто шум, иногда… будто мысль, которая не моя. Он давит. Он просит крови.. В комнате повисла тишина. Айрис ожидала вопросов, страха, отрицания. Но Тим молчал. Он подошёл ближе, очень медленно, словно боялся спугнуть её. — Когда это началось? — тихо спросил он. — Вчера, — ответила она. — Я пыталась делать вид, что ничего нет. Но он не уходит. Тим закрыл глаза на секунду, словно принимая решение. Потом он шагнул вперёд и обнял её. Не резко, не с отчаянием, а спокойно и крепко. Айрис замерла, а потом позволила себе прижаться к нему. Напряжение внутри чуть ослабло, будто присутствие отступило, наблюдая. — Ты не одна, — сказал Тим ей в волосы. — я придумаю что-то.. Айрис кивнула, уткнувшись лбом ему в плечо. Впервые за долгое время она почувствовала, что может дышать немного свободнее. Давление всё ещё было, но теперь рядом был кто-то, кто знал правду. Они простояли так долго. Тим не отпускал её, будто боялся, что если разомкнёт руки, она исчезнет или сломается. Айрис слушала его дыхание и старалась запомнить это чувство тепла. В этот день они говорили больше. Не о Безликом напрямую, а обо всём остальном. О страхе, о том, как сложно не сойти с ума, когда мир перестаёт быть надёжным. Тим слушал внимательно, иногда задавал вопросы, иногда просто молчал. Вечером Айрис стало хуже. Давление в голове усиливалось постепенно, как если бы кто-то осторожно, методично сжимал череп изнутри. Шум возвращался. Его жажда крови усиливалась. Она сидела на краю кровати, уставившись в пол. Комната казалась слишком тесной. Стены будто приблизились, потолок навис. Айрис поймала себя на том, что старается не смотреть в углы  не потому, что там что-то было, а потому, что там могло быть. Это ощущение было хуже любого видимого ужаса. Тим заметил это почти сразу. Он решил поспать лишь на несколько часов. Сразу встал с кровати, смотря на Айрис. Его присутствие сейчас ощущалось иначе: не как угроза и не как защита, а как что-то необходимое, единственное устойчивое в этом странном, перекошенном пространстве. Он посмотрел на неё долго, внимательно, словно сверял её с чем-то, что видел раньше. — Тебе хуже, — сказал он не вопросом. Айрис медленно кивнула. Говорить было тяжело. Каждое слово требовало усилия, будто язык стал чужим. — Он… — начала она и замолчала. Давление в голове отозвалось резкой вспышкой. — Он рядом. Тим напрягся. Его плечи поднялись, челюсть сжалась. — Я знаю, — тихо сказал он. — Я вижу по тебе. Он подвинулся ближе, присел перед ней, чтобы их глаза были на одном уровне. Айрис заметила, что его руки слегка дрожат, хотя он явно пытался это скрыть. — Послушай меня, — сказал он. — Нам нужно выйти. Она нахмурилась. — Куда? Ответ был очевиден ещё до того, как он его произнёс. — В лес. Слово повисло между ними, тяжёлое, насыщенное всеми страхами последних недель. Айрис почувствовала, как внутри всё сжалось. — Нет, — выдохнула она. — Тим, нет. Там… — Я знаю, — перебил он, но мягко. — Я знаю, что там. И именно поэтому. Давление усилилось. В голове мелькнули образы.. тени между деревьями, вытянутые силуэты, ощущение взгляда в спину. Айрис зажмурилась. — Ты говорил, что туда нельзя, — сказала она. — Ты сам говорил. Тим выдохнул и на мгновение отвёл взгляд. — Я говорил, когда ты ещё не слышала его так, — ответил он. — Сейчас всё иначе. В первые дни тебе было нельзя но сейчас.. Сейчас это необходимо. Она посмотрела на него. В его глазах не было безумия. Был страх. Настоящий, сдерживаемый, выученный годами выживания. — Если ты сделаешь это, — продолжил он, — станет легче. Не сразу. Но станет. Он… — Тим запнулся, словно подбирая слова, — он отступит. Немного. Этого хватит, чтобы ты смогла дышать. — А если нет? — прошептала Айрис. Тим молчал несколько секунд. Потом честно сказал: — Тогда станет хуже. Но хуже станет в любом случае, если ты останешься здесь. Он поднялся и протянул ей руку. — Пожалуйста, — сказал он тихо. — Я не прошу тебя быть смелой. Просто… делай, как я скажу. Идём со мной. Айрис смотрела на его руку долго. В голове гудело сильнее, будто что-то внутри неё уже знало ответ и торопило. Она вложила свою руку в его. Особняк остался далеко позади. Чем дальше они шли, тем сильнее Айрис ощущала давление в голове, но вместе с ним появлялось и что-то ещё странное облегчение. Тим шёл впереди, не отпуская её руку. Айрис ловила себя на мысли, что начала считать шаги. Время здесь текло иначе. — не смотри лишь под ноги. — сказал он негромко. —  прислушайся. — А если я услышу его? — спросила она. — Тогда просто иди, — ответил Тим. — он словно наблюдает за твоей охотой. Понимаешь? Голова Айрис закружилась. Шум стал громче. — Дыши, — сказал он. — Вот так. Со мной. Она пыталась. Каждый вдох давался с трудом. В какой-то момент ей показалось, что между деревьями мелькнул силуэт, слишком высокий, слишком неподвижный. Айрис резко отвернулась. — Я вижу, — прошептала она. — Я вижу его. — Не бойся, — твёрдо сказал Тим. — Ты делаешь всё правильно. Слышишь? Правильно. Это слово отозвалось внутри странным откликом. Правильно. Как будто что-то внутри неё наконец получило подтверждение. Они остановились на небольшой поляне. Здесь было темнее, чем вокруг, словно свет избегал этого места. Тим отпустил её руку, но остался рядом. — Теперь просто стой, — сказал он. — И слушай меня. Не его. Меня. Он хочет, что бы ты набросилась на жертву как животное. Но как бы там не было, это опасно. Айрис чувствовала, как давление достигает пика. В голове шумело, в ушах звенело. Но среди этого хаоса голос Тима оставался чётким, якорным. — Ты справляешься, — говорил он. — Он не владеет тобой. Не полностью. Пока что. Айрис закрыла глаза. На мгновение ей показалось, что что-то внутри отступило. Совсем немного. Но этого хватило, чтобы боль стала терпимой. Она выдохнула  впервые за весь вечер  и поняла, что всё ещё стоит на ногах. И что она не одна. Лес был не пустым. Айрис поняла это не сразу. Сначала  лишь едва заметное смещение воздуха, словно кто-то прошёл между деревьями слишком осторожно, стараясь не выдать себя. Потом  звук. Хруст ветки. Чужой,  все жители особняка ходили слишком тихо. Худи и Тим ходили так, что даже находясь рядом, Айрис не слышала ничего. Она замерла. Тим тоже остановился. Его рука мгновенно легла ей на плечо. — Мы не одни, — тихо сказал он. Шум в голове отреагировал сразу. Давление усилилось, словно что-то внутри Айрис ожило, встрепенулось. Не страх. Желание. Будто бы она была на своей территории, и на неё зашел кто-то чужой. — Это он? — прошептала она, не уточняя, кого имеет в виду. — Нет, — ответил Тим. — Это человек. Ты почувствовала, что это чужой? Слово прозвучало странно. Почти неуместно. Она кивнула. Айрис сделала шаг вперёд и сама не сразу поняла, зачем. Ноги двигались как будто без прямого приказа. Где-то глубоко внутри появилось чувство… правильности. То самое, о котором Тим говорил раньше. Ощущение, что события складываются в нужную последовательность, даже если разум противится. Между деревьями показалась фигура. Мужчина. Молодой. Он оглядывался, держал в руках телефон, свет экрана дрожал. Он явно не ожидал никого здесь увидеть. — Эй! — позвал он. — Есть тут кто-нибудь? Айрис почувствовала, как внутри неё что-то откликнулось на этот голос. Не сочувствием. Не жалостью. А чем-то холодным, отстранённым. Как будто он был частью фона, случайной деталью, появившейся не вовремя. Как будто его нужно устранить. — Он не должен был сюда приходить, — прошептал Тим. Айрис посмотрела на него. — Ты знал, что так будет? — спросила она. Тим не ответил сразу. Его взгляд был прикован к человеку впереди. — Я знал, что может быть, — наконец сказал он. — Но теперь… выбора нет. Шум в голове сменился на слова.  Айрис вдруг поняла, что знает, что нужно сделать, ещё до того, как Тим двинулся с места. Он хотел крови этого парня и каждую минуту безликий будто кричал об этом в её голове. Мужчина заметил их. Свет телефона качнулся. — Эй, — сказал он снова, уже настороженно. — Вы… вы тут живёте? Тим шагнул вперёд. Его голос был ровным. — Уходи, — сказал он. — Сейчас же. — Что? Почему? — мужчина нервно усмехнулся. — Я просто… Он не договорил. Айрис не запомнила момент, когда всё перешло грань. Не было резкого скачка, крика или драматичного движения. Всё произошло слишком быстро, будто лес сам сомкнулся вокруг них. Тим оказался рядом с мужчиной первым. Айрис  следом. Она не чувствовала, как движется. Только ощущение давления, толкающего вперёд, направляющего. — Айрис, — сказал Тим тихо, но отчётливо. — Смотри на меня. Делай, как я говорю. Мужчина попытался отступить, но корни, темнота, страх.. всё работало против него. — Пожалуйста, — выдохнул он. — Я просто искал… Айрис почувствовала, как её руки дрожат. Не от ужаса  от напряжения. От того, что внутри неё что-то требовало завершения. — Сейчас, — сказал Тим. Мир сузился до одного мгновения. Как Тим держа руки парня за спиной кинул ей пистолет. Как она прицелилась, выстрелила.. Когда всё закончилось, лес снова стал тихим. В голове больше не было ничего. Ни голоса, и шума. Мужчина лежал неподвижно. Айрис смотрела на него и чувствовала странную пустоту. Не облегчение. Не раскаяние. Она резко вдохнула, будто только сейчас поняла, что всё это время задерживала дыхание. — Ты… — начала она и осеклась. Тим стоял рядом. Его лицо было бледным, напряжённым. Он смотрел не на тело, на неё. — Ты справилась, — сказал он. — Я… — Айрис сглотнула. — Я убийца. Тим медленно кивнул. — Да. — если бы я этого не сделала..… — она замолчала, подбирая слова. Он подошёл ближе. — Он бы заставил, — сказал он честно. — Это было неизбежно. — Он… он доволен? — спросила она, не называя имени. Тим закрыл глаза на мгновение. — Да, — сказал он. Айрис посмотрела на свои руки. Они больше не дрожали. Дорога назад казалась длиннее, чем путь в лес. Не потому, что они шли медленнее а наоборот, шаг Тима был ровным, выверенным, будто он знал каждый метр этой тропы с закрытыми глазами. Длиннее она была внутри Айрис. Каждая секунда тянулась, как мокрая ткань, липкая и тяжёлая, и мысли не спешили складываться в слова. Она шла рядом, иногда на полшага позади, и ловила себя на том, что считает не деревья и не шаги, а взгляды. Тим смотрел на неё постоянно. Ночь была густой. Лес расступался неохотно, словно не хотел отпускать их обратно.  Но того давления, которое было раньше, уже не было. — Ты как? — спросил Тим. Маска закрывала его лицо, но Айрис знала, что он смотрит на неё. Он не замедлил шаг, не повернулся к ней полностью. Просто спросил, будто между делом, но Айрис знала: этот вопрос был важнее всех остальных. — Не знаю, — честно ответила она. — Словно… пусто. Он кивнул, будто ожидал именно этого. — Это нормально, — сказал он. — Первое время так. — Ты говоришь так, будто можно чувствовать что-то ещё — заметила она. Тим чуть наклонил голову. — можно, — ответил он. — У меня обычно тоже все пусто. Но некоторые чувствуют  радость. Рад, что ты не из этих. Они вышли из леса, и силуэт особняка показался впереди, массивный, почти нереальный на фоне ночного неба. Айрис поймала себя на мысли, что видит его иначе, чем раньше. Не как тюрьму а скорее как убежище. Тим замедлил шаг, когда они подошли ближе. Он достал сигареты, привычным движением поднёс одну к губам и откинул маску на край лица. Айрис заметила это сразу. Не потому, что он делал это демонстративно  наоборот, движение было почти небрежным. Но она слишком хорошо запомнила его лицо без маски, её взгляд пал на его губы, но она сразу отвела его. Огонёк зажигалки на секунду осветил его черты. Тени под глазами. Сжатую челюсть. Ту усталость, которая не уходила даже тогда, когда он молчал. Он затянулся, медленно выдохнул дым в сторону. — Ты можешь идти, — сказал он. — Я догоню. Айрис остановилась. — Ты не идёшь со мной? — спросила она. — Не сейчас, — ответил он. — Мне нужно… пару минут. Она посмотрела на него внимательнее. Маска всё ещё была сдвинута, и это делало его странно уязвимым. Как будто он позволял себе быть таким только здесь, в темноте, на границе между лесом и домом. — Ты всё время смотришь на меня, — сказала она неожиданно для себя. Тим усмехнулся краем губ. — Потому что ты изменилась, — сказал он. — И потому что я боюсь не заметить, когда. Да и.. Как я могу не смотреть на девушку, которую недавно поцеловал? Айрис молча отвела взгляд. Тим ей нравился, однако краснеть как подросток сейчас казалось глупым. —и что ты хочешь заметить? Он сделал ещё одну затяжку, чуть дольше, чем нужно. — Когда ты перестанешь быть собой полностью, — ответил он. Айрис почувствовала, как внутри что-то сжалось. Не от страха  от странной, глухой близости. — А ты? — спросила она. — Ты давно перестал? Он посмотрел на неё прямо. Даже с маской, даже сквозь дым, этот взгляд был почти осязаемым. — Я не знаю, — сказал он честно. — Иногда мне кажется, что да. Иногда что я просто делаю вид. Между ними повисла пауза. — Я не хотела, чтобы это случилось, — тихо сказала Айрис. — Я знаю, — ответил Тим сразу. — Я видел. — Но ты всё равно повёл меня туда. — Потому что если бы не я, — он замолчал на секунду, подбирая слова, — это сделал бы кто-то другой. Или ты пошла бы одна. Айрис опустила взгляд. — Ты останешься? — спросила она. — Здесь. Со мной. Он снова кивнул. — Я никуда не ухожу, — сказал он. Она медленно развернулась к входу в особняк. Каждый шаг по каменному полу отдавался в голове глухим эхом. Она чувствовала его взгляд до самого порога, чувствовала, как он провожает её. У дверей она остановилась и обернулась. Тим всё ещё стоял там, в стороне, с сигаретой в пальцах, в клубах дыма. — Тим, — сказала она. — Да? — Спасибо, — тихо произнесла она. — За то, что не отвернулся. Он не ответил сразу. Потом слегка кивнул. — Иди, — сказал он. — Тебе нужно поспать. Айрис вошла внутрь. Коридоры были холодными и пустыми. Худи она видела утром, когда выходила вместе с Тимом. Ещё она видела странного мальчика с шрамом на щеке рядом с ним. Комната показалась одновременно слишком маленькой и слишком пустой. Может потому, что тут не было Тима. Она закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и только тогда позволила себе выдохнуть. Внутри было пусто. Айрис убила человека, но ей будто бы было плевать.