17.

Начало холодать. Кажется, уже был сентябрь. Но с Тимом время текло не так быстро. Айрис заметила это уже в первый вечер, когда, сидя на краю кровати, вдруг поняла: ей легче дышать. Не потому, что страх исчез.. он ведь никуда не делся, он просто изменил форму. Он больше не был разрозненным, рвущим изнутри. Он стал сосредоточенным, собранным, как натянутая струна. И самое странное  ей становилось спокойнее, когда за спиной раздавались шаги Тима. Сначала она пугалась этого. Каждый звук в особняке раньше означал опасность: скрип, шорох, далёкий удар  всё могло быть знаком Оператора. Но шаги Тима были другими. Ровные. Узнаваемые. Даже когда он ходил бесшумно, она чувствовала его присутствие, словно воздух за спиной уплотнялся, становился безопаснее. Иногда он просто проходил мимо, иногда останавливался в дверях, ничего не говоря. Этого было достаточно. Они почти не говорили о том, что случилось в лесу. Не потому, что избегали темы, а потому, что слова казались лишними. Айрис чувствовала: если она начнёт разбирать всё по частям, снова станет больно. Тим это понимал. Он вообще стал понимать её без слов , по тому, как она задерживала дыхание, по тому, как сжимала пальцы, по тому, как слишком долго смотрела в одну точку. Первые дни он показывал ей, как «жить здесь». Не как выживать а именно жить. Где можно ходить. Где лучше не останавливаться. Какие коридоры безопаснее ночью, а какие стоит проходить быстро, не оглядываясь. Где живёт маньяк с улыбкой до ушей, который точно обратит на неё внимания, а где другие прокси. Кейт оказалась на удивление хорошей подругой. Он учил её не смотреть в углы, где тени казались слишком плотными, и не вслушиваться в шум, который не имел источника. Айрис ловила себя на том, что доверяет ему слепо. И это пугало меньше, чем мир за стенами особняка. Она доверяла убийце, даже если теперь была точно такой же. Мир действительно отверг их. Это ощущалось остро, почти физически. Всё, что было «там», казалось фальшивым: дома, дороги, люди, слова. Айрис больше не скучала по прошлой жизни. Она вспоминала её как чужую историю, рассказанную кем-то другим. Тим был рядом всегда даже когда уходил, она знала, что он вернётся. Иногда она просыпалась ночью и видела его сидящим в кресле у стены, неподвижным, словно тень. Он смотрел не на неё, а куда-то мимо, прислушиваясь. И всё равно её успокаивало то, что он здесь. Их разговоры стали странными, обрывочными, но честными. Они говорили о страхе так, будто это общий язык. О разрушении как о чём-то естественном. Тим однажды сказал, что мир всегда был сломан, просто они раньше старались этого не замечать. Айрис согласилась. К середине недели Айрис поймала себя на мысли, что ищет его взгляд. Что ей важно, чтобы он видел её  не как объект, не как часть плана, а как того, кто рядом с ним. Тим отвечал тем же. Он стал чаще снимать маску, когда они были одни. В один из вечеров это случилось почти случайно. Они стояли в коридоре, слишком близко, обсуждая что-то неважное. Айрис подняла взгляд, Тим наклонился и расстояние исчезло. Поцелуй был коротким, неловким, словно оба не до конца понимали, что делают. Но когда они отстранились, ни один не сказал, что это ошибка. Они просто молча посмотрели друг на друга и разошлись, будто так и должно быть. К концу недели Айрис уже не считала дни. Она ориентировалась не по часам, а по состоянию Тима. Если он был напряжён сильнее обычного значит, ночь будет долгой. Если позволял себе сесть рядом и молчать, не прислушиваясь каждую секунду, значит, сейчас безопасно. Это стало их негласным ритмом, и Айрис подстроилась под него так же естественно, как под дыхание. Он брал её на охоту. Каждый раз когда получилось поймать жертву, он молча давал ей пристрелить её. Айрис всё чаще казалось, что стены особняка реагируют на их присутствие иначе, когда они вместе. Коридоры не сужались так резко, тени не дергались в углах, шум отступал, становился фоном. Айрис не знала, было ли это реальностью или её восприятием, но рядом с Тимом ей удавалось удерживаться в настоящем. Тим, в свою очередь, стал позволять себе больше доверия. Он показывал ей места, куда раньше ходил один, рассказывал об ошибках, которые совершал раньше, о людях, которые не выдержали. Без подробностей, без имен, но с тем спокойствием, которое появляется, когда не нужно оправдываться. Айрис слушала, сидя рядом, иногда касаясь его плеча. В один из дней они вышли во двор особняка. Воздух был холодным, небо низким. Тим закурил, стоя рядом, и Айрис поймала себя на том, что наблюдает за каждым его движением. За тем, как он держит сигарету, как медленно выдыхает дым, как на секунду прикрывает глаза. ***** Айрис сидела на краю кровати, обхватив себя руками, и смотрела в пол. После миссии тело всё ещё помнило напряжение, а мысли никак не хотели выстраиваться в порядок. Она уже начала проваливаться в тревожную дремоту, когда услышала шаги за дверью. Не резкие, не скрытные тяжёлые, усталые, до боли знакомые. Она помнила, что жертва в этот раз была с ножом. Айрис подняла голову ещё до стука. — Айрис, — голос Тима прозвучал тихо, почти осторожно. — Ты не спишь? Она встала и открыла дверь. Тим стоял в коридоре, опираясь плечом о стену, словно держался из последних сил. Маска была сдвинута на бок, открывая половину лица, волосы влажные от пота, на куртке тёмные пятна крови. — Заходи, — сказала она и отступила в сторону. Он вошёл и закрыл дверь, но остался стоять, будто не был уверен, что имеет право сесть. Айрис заметила это и нахмурилась. Учитывая тот факт что он буквально каждую ночь спит с ней в кровати, это показалось ей смешным. — Садись, — повторила она уже твёрже. Тим медленно опустился на стул. Когда он снял куртку, боль отозвалась в его лице резкой тенью. Айрис молча принесла аптечку и встала перед ним на колени, чтобы удобнее было осматривать раны. Она чувствовала, как он напрягся от этого жеста, но не отстранился. — Ты опять взял всё на себя, — сказала она, аккуратно раздвигая ткань. — Худи же был рядом. — Я знаю, — ответил Тим. — Но если бы что-то пошло не так… — То что? — перебила она. Он усмехнулся, но в этой усмешке не было привычной иронии. — Я рад, что твоя первая миссия была лёгкой, по типу стереть в магазине записи где я попал под объектив, но.. Айрис остановилась и посмотрела на него снизу вверх. — Ты думаешь, я не понимаю, что происходит? — тихо спросила она. — Думаешь, если ты будешь страдать вместо меня, мне станет легче? Он отвёл взгляд. — я не хочу что бы вместо меня с раной была ты. Эти слова задели сильнее, чем она ожидала. — Тим, я буду ходить с тобой на каждую миссию, и мне плевать хочешь ты этого или нет. — сказала она. — я уже здесь и поверь— она обвела взглядом комнату, —это сломало меня больше, чем то, как Худи пристрелил того мальчика.— она затихла на несколько секунд.— И больше, чем когда я убила человка. Он молчал, пока она обрабатывала раны. Его дыхание постепенно выравнивалось, но напряжение не уходило. Айрис чувствовала его плотное, почти физическое, как электричество между ними. — Ты боишься, — сказала она внезапно. — Да, — признался он после паузы. — Постоянно. — Чего именно? Он задумался, затем ответил честно: — Что однажды ты ранишь себя, или тебя ранит кто-то другой. Айрис медленно перевязала последний порез и не убрала руки сразу. Её пальцы задержались на его запястье, чувствуя пульс. — Ты притворялся моим соседом, — сказала она. — это ранило больше, чем что-либо. — прости.. —но я знаю что у тебя не было выбора. Тим поднял на неё взгляд. — Я бы всё равно выбрал тебя. Даже зная, чем это закончится. Они смотрели друг на друга несколько секунд. — Мы стали… — она запнулась, подбирая слово. — Не парой. Не союзниками. Чем-то другим. — Роднёй, — закончил он за неё. — Да. Я тоже это чувствую. Он осторожно потянулся и коснулся её руки, словно проверяя, не исчезнет ли она. Айрис не отдёрнула ладонь. Напротив, сжала его пальцы. — Останься, — сказала она вдруг. — Просто… не уходи сейчас. Тим замер, будто боялся поверить, что услышал это. — Ты уверена? — Да, — ответила она. Он медленно снял маску и отложил её на стол. Его лицо было уставшим, но спокойным. Тим пересел ближе, так, что их плечи соприкоснулись. Это касание было почти незаметным, но значило слишком много. — Я иногда думаю, — сказал он тихо, — что если бы мир был другим, мы бы встретились при других обстоятельствах. — Возможно, — ответила Айрис. — Но тогда мы бы не узнали друг друга так, как знаем сейчас. Он слегка наклонился, и на мгновение их лбы почти соприкоснулись. Ни один из них не отстранился. Время будто снова замедлилось. — Ты не обязана проходить через это одна, — сказал Тим. — Пока я жив, я буду рядом. Айрис закрыла глаза и позволила себе опереться на него. Он осторожно обнял её, не крепко, но надёжно. Они сидели так долго, в тишине, нарушаемой только их дыханием и далёкими звуками особняка. ***** Айрис лежала на кровати, уставившись в потолок. Тим сидел рядом, опираясь спиной о стену, всё ещё без маски. Он не курил, не говорил, не шевелился. Просто был рядом. И это ощущалось сильнее любого прикосновения. — у тебя завтра будет что-то? — сказала она негромко. —Да, — ответил он. — я пойду с Кейт. Нужно научить того мелкого с топорами чему-то толковому. Она повернула голову и посмотрела на него. Его лицо было уставшим, с тенями под глазами, с застывшим напряжением в челюсти. — Ты боишься? — спросила Айрис. Он усмехнулся уголком губ. — Всегда. — Сейчас тоже? Он посмотрел на неё прямо. — Сейчас особенно. Между ними снова повисла пауза. Она села, подтянув колени к груди. — Мы слишком долго делаем вид, что это ничего не значит, — сказала она тихо. — Что мы просто… выживаем рядом. Тим молчал. — Но я чувствую тебя, — продолжила Айрис. — Постоянно. Даже когда ты за дверью. Даже когда тебя нет в комнате. Особенно тогда. Он медленно выдохнул, будто эти слова задели что-то внутри. — Айрис… — Я не прошу, — перебила она. — ты сказал что мы родня.. Но.. Мы.. Мы же целовались и.. Он повернулся к ней всем корпусом. Их лица оказались слишком близко. Она чувствовала тепло его дыхания, видела мелкие, почти незаметные шрамы на коже. — тогда мы больше чем родня. — Тим улыбнулся. — может. — сказала она. — Он закрыл глаза на секунду, будто собирался с силами. А потом осторожно коснулся её руки. Неуверенно. Проверяя. Айрис не отстранилась. Она сделала шаг навстречу первой. Тим поднялся, медленно, словно боялся спугнуть момент. Его ладони легли на её плечи, руки были тёплые, чуть дрожащие. Он смотрел на неё так, будто видел не просто женщину перед собой, а единственного человека, который знает его целиком. — Скажи мне остановиться, — прошептал он. — Не сейчас, — ответила Айрис. Поцелуй был осторожным. Почти робким. Не жадным, не требовательным. Их губы соприкоснулись неловко, будто они оба забыли, как это делается. Им было далеко не двадцать, и они точно целовались раньше. Просто не так, как это было сейчас. Айрис почувствовала, как напряжение в его теле постепенно отпускает. Как его руки становятся увереннее. Как её собственное дыхание сбивается. Они не торопились. В этом не было срочности, не было дикого желания. Было чувство, будто они оба слишком долго шли к этому, и теперь боялись сделать лишний шаг. Когда они оказались на кровати, это произошло почти незаметно. Просто в какой-то момент Айрис почувствовала под собой простыни, а Тим оказался рядом, опираясь на локоть, смотря на неё так, будто хотел запомнить каждую черту. —Ты даже не краснеешь, — сказал он вдруг. — я не смущаюсь тебя. — ответила она. Айрис чувствовала его тепло, его вес, его присутствие.. устойчивое, надёжное. И впервые за долгое время ей не хотелось убежать. Не хотелось закрываться. Не хотелось думать о том, что будет дальше. Когда всё закончилось, они долго лежали молча. Тим был рядом, его рука лежала на её плече, пальцы иногда слегка сжимались, будто он проверял, что она всё ещё здесь. Айрис смотрела в темноту и чувствовала странный покой. — А у меня завтра есть дела? — спросила она.— Он больше не говорит со мной, лишь по мелочи. — Пойдешь с Худи. — сказал Тим. — на этот раз не буду просить, что бы он делал все за тебя. Тебе тоже перепадет. Он повернулся к ней, притянул ближе, и она уткнулась лбом в его грудь, слушая ровный стук сердца. Этот звук казался самым безопасным во всём особняке. Рука Тима гладила её спину, он уткнулся носом в её волосы. Минуту назад Айрис была уверена, что то, что они делали, ни капли её не смущает. Но теперь осознание того, что они оба лежат голые под одеялом, всё-таки заставило её щёки слегка покраснеть. — Давай оденемся, — прошептала она, почти неслышно, не поднимая взгляда. Тим тихо усмехнулся, без насмешки, скорее с мягкой теплотой, и кивнул. — Хорошо, — ответил он так же тихо. Они старались не смотреть друг на друга слишком долго. Айрис натянула на себя футболку, чувствуя, как ткань кажется непривычно прохладной на коже. Тим отвернулся, давая ей пространство, и лишь потом сам надел штаны и рубашку, не застёгивая пуговицы до конца. Когда они снова легли, между ними осталось небольшое расстояние не из-за отчуждения, а из-за новой, осторожной близости. Одеяло снова накрыло их обоих, и комната погрузилась в тишину, нарушаемую лишь их дыханием. Айрис повернулась на бок, спиной к нему, но почти сразу почувствовала, как Тим осторожно придвинулся ближе. Он не обнял её сразу просто лёг рядом, так, чтобы их плечи почти соприкасались. Этого оказалось достаточно. Айрис расслабилась, напряжение постепенно ушло, и мысли перестали метаться. — Спокойной ночи, — тихо сказал Тим. — Спокойной, — ответила она.