Часть 5. На что ставим?

Из колонок лилась ненавязчивая музыка, в воздухе витал аромат мандаринов, шампанского и какой-то особый, не поддающийся опознаванию запах. Так, возможно, пах новогодний дух. О своём просчёте Гермиона поняла практически сразу, заметив Джорджа и Фреда. По своему обыкновению они уже собрали вокруг себя внушительную толпу и, судя по всему, устроили очередное шоу — к счастью, пока ещё локализированно-контролируемое, но традиционно грозящее перерасти в масштаб всеобщей катастрофы. Именно глядя на эту шумную, весёлую толпу Гермиона и осознала: разделить список сотрудников — можно, а вот рассчитывать, что люди добровольно поделятся на альянсы по фамилиям, — это уже из категории «не можно». Почему я не подумала об этом сразу?! Внутри закипало недовольство. В первую очередь на саму себя. И совсем чуть-чуть — на Малфоя. Хотя нет, всё-таки больше на себя. Гермиона терпеть не могла ошибаться, особенно так глупо. Ей хотелось как можно быстрее распределить обязанности и избавиться от общества Драко, который… который в этом дурацком костюме и со своей гадкой улыбкой умудрялся спутать все мысли и планы, заставляя постоянно ожидать подвоха. И что делать? В самом деле, не может же она вручить корпоративный подарок Локонсу, а братьям Уизли — нет. Как это вообще будет выглядеть? Назло Малфою так и хотелось поступить: раз ему выпала роль Снегурочки, и он хочет получить добро на свой проект, пусть выполняет свою часть работы. Ничего у него не отвалится, если он улыбнётся и поздравит народ. Но втягивать в их разборки других людей было бы попросту неэтично. — Хо-хо-хо! — Гермиона постучала посохом, привлекая внимание. — Мистер Флитвик, в этом году только благодаря вам мы перевыполнили планы продаж! С наступающим! Она выудила из красного мешка пакет с эмблемой Hogwarts Costumes и передала его Флитвику, тут же повернувшись к Чарити Бёрбидж. — Мисс Бёрбидж… Ладно. Просто решу эту задачу. Гермиона раздаст этот мешок, поздравляя каждого и отмечая его заслуги в компании за прошедший год. А когда пойдёт за новым (в один, даже если бы всё и поместилось, поднять его смог бы разве что Хагрид), объявит Малфою, что план изменился. Осталось только придумать — почему. Не говорить же, в самом деле, что она просто просчиталась? Она бросила взгляд в сторону сцены, куда ранее направлялся Малфой. До сцены он, впрочем, так и не дошёл, остановившись у ближайшего стола с шампанским. Это какой бокал по счёту? С одной стороны, даже хорошо, что Малфой проигнорировал возложенные на него обязанности. Значит, у Гермионы было время. Время придумать, как выйти из этой ситуации так, чтобы хохот Малфоя не преследовал её весь следующий год. Ну, ничего. Признавать ошибки тоже нужно уметь. Этим она себя и утешала, изо всех сил стараясь не закатить глаза на очередную реплику: — Дедушка, а где твоя внучка? — кажется, каждый считал своим долгом задать этот вопрос. Краем глаза Гермиона не выпускала из поля зрения Малфоя, тот опустошал уже третий бокал и с откровенным интересом изучал её план. Это сбивало с толку. Удивительно, что это всё, ещё не полетело в ту же корзину, что и её прежняя речь. В то, что эту змею искренне заинтересовала продуманная ею программа, верилось с трудом. Наверняка читает и уже прикидывает, где можно устроить подлянку. Гермиона ускорилась с поздравлениями, решив поскорее закончить. К близнецам теперь было не подобраться, и ей почудились обрывки разговоров о ставках. Это было ожидаемо. В прошлом году в категории «Кто на пьянке отличится больше всех?» приз уверенно забрал Рон. Он умудрился случайно поджечь ёлку. Как именно — всё ещё велись споры. Ситуацию спасло лишь то, что ёлка стояла на улице. Вернее, росла. Хорошее было дерево. И дорогое. Гермиона до сих пор помнила счёт, который выставил владелец ресторана за своё любимое колючее дитятко. Но сейчас всё будет иначе! Если Гермиона Грейнджер берётся за организацию, то праздник пройдёт не только весело, но и безопасно. Она выдала последний презент. Тянуть дальше не имело смысла, лучше сразу взять Малфоя под присмотр. Если он и начнёт что-то вытворять, то она хотя бы будет рядом. И первым делом, стоило немедленно прекратить его возлияния. Пьяная Снегурочка — это уже потенциальная угроза, а если эта Снегурочка Малфой — то угроза с гарантией. И во-вторых, он и так должен ей помогать. В конце концов, если бы его сиятельство соизволило прийти вовремя на распределение ролей у Дамблдора, всей этой ситуации попросту не возникло бы. Гермиона была готова признать свою ошибку — перед собой, перед другими, но только не перед Малфоем. Такой радости она ему не доставит. Он утопит её в своём яде, растянет удовольствие, а потом ещё и будет вспоминать об этом при каждом удобном случае. Зато она может… переформулировать задание. Да и вообще, он мог и не заметить её прокол. И, если подумать, все карты ведь у неё. Драко хочет свой проект с дополненной реальностью — а значит… Волшебное звёздное небо перемигивалось где-то под потолком, вечер набирал обороты, бокалы пустели и тут же наполнялись, кончившиеся закуски восполнялись, незаметным нанятым персоналом. Дамблдор за одним из столов о чём-то переговаривал с представителями компаний, которые сотрудничали с ними последние года. Мысли Гермионы оборвал глухой, резкий звук. Звук, который она ни с чем не спутала бы. Звук, когда кто-то, не слишком обременённый тактом, стучит по микрофону. И одного такого человека она знала слишком хорошо. Подбородок под бородой зачесался. Гермиона подняла взгляд и уже знала, что увидит, она слишком задумалась и выпустила Малфоя из виду. Если в конце этого корпоратива один сотрудник сядет, а другой не сможет продолжать работу… сколько людей выиграет, поставив на меня в этих дурацких ставках? Драко Малфой взошёл на сцену, и Гермиона могла поклясться, его серые глаза были устремлены прямо на неё. Почему она не поспешила раньше? Не зря она переживала, что Малфой так легко согласился. Но какая же она была наивная. Хотела избежать лишнего взаимодействия? Это же Драко. Ещё и так глупо медлила, чтобы не пойти сразу. И вот, что он задумал? Как она вообще могла поверить, что сможет договориться с ним? Гермиона поспешила к сцене. Драко стоял в центре, держа микрофон одной рукой. Свёрнутыми листами её программы он ещё пару раз стукнул по микрофону — видимо, чтобы уж наверняка привлечь внимание. — Коллеги! Минутку внимания! — Драко отложил бумаги и взял в руки бокал. — Все, кто жаждет получить легендарную, неотразимую кружку с логотипом нашей славной компании и набор канцелярии, способный вызвать ностальгию по школьным годам, прошу подойти ко мне для выдачи. Из зала послышались смешки и аплодисменты. — Шампанское, кстати, можете взять с собой. У меня всё. Аплодисменты стали громче, смешки — отчётливее. Малфой уже собирался отложить микрофон, но вдруг остановился и с видом человека, только что вспомнившего нечто крайне важное, приложил палец к виску. — Ах да. И ещё один момент. Не забывайте об очереди, — его голос стал елейно-медовым. — Подходить прошу строго в алфавитном порядке. С соблюдением всех норм безопасности. Гермиона отчётливо увидела, как Малфой подмигнул. Она пробиралась сквозь толпу, не зная, чего ещё ожидать от своей Снегурочки. — И выдать могу, к глубочайшему сожалению, лишь один… ну ладно-ладно, максимум два набора на человека. Я, конечно, не Грейнджер, но тоже умею считать. Трижды за счастливой кружкой не подходить. Не стоит тратить моё… наше драгоценное время. Он закончил речь, бросив на Гермиону взгляд, полный насмешки. В его глазах читалось чистейшее удовольствие. Он не нарушил их договор, он действительно просто «выдавал подарки». Но сделал это так, что её тщательно выстроенный ритуал тёплого личного вручения превратился в раздачу гуманитарной помощи на пункте выдачи. В зале воцарилась тишина, которую тут же разорвал хохот Фреда и Джорджа. Сразу за ними пространство наполнилось весёлым гулом и праздничным азартом. Кто-то, не сдерживая улыбок, отпускал шутки и занимал очередь за «счастливой кружкой», а те, кто уже успел её получить, возвращались к прерванным разговорам или присоединялись к другим. — Гарри… — Гермиона приметила рядом знакомую белую макушку. Спешить уже было некуда. Малфой, очевидно, перешёл к своей части работы. — В этом году все снова участвуют в ставках? — О, Герм! А-а-а… эм… — Гарри замялся. — Ставят на меня и Малфоя? Какие ставки? Это было самое очевидное. О неугасающем конфликте между финансовым и маркетинговым отделами знали все. А уж о том, что Драко непременно попытается испортить планы Гермионы, — тем более. — Нет, ты правда не хочешь знать, — Поттер с опаской мотнул головой. — Ладно… Гермиона кивнула, соглашаясь. Гарри заметно расслабился и даже улыбнулся. К ним подошёл Рон с Энни. — Там есть вариант, при котором Дамблдору придётся искать нового пиар-директора? — Гермиона не сводила взгляда с, возможно, прошлого владельца должности, который продолжал раздавать призы, не забывая при этом улыбаться и посылать ей насмешливые взгляды. — Чего-о-о?! — Рон чуть не подавился долькой мандарина. Его костюм пустел на глазах. — Слушай… — начал Гарри. Но Гермиона уже не слушала. Она двинулась к сцене, пробираясь сквозь окончательно повеселевшую толпу. — Как думаешь, ещё не поздно поставить на второй вариант? — прошептал Рон. Кажется, Гермиона всё-таки не сдержала сорвавшийся смешок. Вся эта ситуация казалась до ужаса абсурдной. Она взбежала по ступенькам сцены. Малфой, разумеется, заметил её приближение. — С Новым годом, мистер… э-э… — протянул он задумавшись. — Вы проделали отличную работу. Его улыбка стала ещё шире, если это вообще было возможно. С поклоном он вручил очередной пакет какому-то новичку из логистики. Парень просиял так, будто выиграл в лотерею. Из толпы донеслись подбадривания и шутки. Малфой повернулся к Гермионе. — Прежде чем ты начнёшь свою тираду, Грейнджер, — начал он, поднимая бокал, словно щит, — я не нарушил ни одной запятой в твоём драгоценном договоре. Подарки раздаю? Раздаю. Улыбаюсь? — он растянул губы в демонстративной, почти карикатурной улыбке, обнажив идеальные зубы. — Как видишь, сияю ярче твоей бороды. Техника безопасности? О, я даже напомнил про очередь. Никаких претензий, дедушка. Всё, как твоё занудство изволило. Он явно ждал взрыва, цитирования правил, отчётов, этикета корпоративных мероприятий. В его глазах плясали черти, а кокошник отражал инкрустированными в него камнями, блеск гирлянд. Гермиона почувствовала, как внутри закипает… смех. Чёрт возьми, его выходка была гениальной в своей наглости. Он избавил её от унизительного момента, когда пришлось бы объяснять, почему список разделён по алфавиту, а люди — нет. Никакого «я просчиталась». Этот бледный интриган просто взял и случайно избавил её от личного позора. И ведь он даже не понял этого! И, конечно, она ни за что не скажет ему об этом. Вместо этого Гермиона шагнула вперёд, взяла следующий пакет, который Малфой, судя по всему, притащил сюда заранее, и повернулась к очереди. Следующим оказался Невилл Лонгботтом из отдела кибербезопасности. С монитором на голове он выглядел так, будто уснул в своём кабинете и собрал костюм из первых попавшихся под руку вещей. — С Новым годом, Невилл! — произнесла она басовито, протягивая пакет. — Благодаря твоей неустанной работе нас ещё ни разу не взломали! Хо-хо-хо! Пусть следующий год принесёт тебе меньше… э-э… неожиданных отключений Wi-Fi. Пакет перекочевал в руки Невилла, который чуть не выронил его, пробормотал: — Спасибо, мисс… э-э… Дед Мороз, — и поспешил скрыться. Где-то в своём углу у близнецов снова начинала собираться толпа. Малфой моргнул. Потом ещё раз. Его улыбка застыла, как маска, а серые глаза впились в неё с таким удивлением, будто она только что объявила, что финансовый отдел начинает торговать метлами. Он перевёл взгляд на очередь, потом обратно на Гермиону. Кокошник чуть съехал набок. — …Это что сейчас было? План «Г» — импровизация. Но, разумеется, Гермиона и этого не сказала. Посмотреть на удивлённого Малфоя хотелось ещё немного, особенно когда он, с бокалом в одной руке и пакетами в другой, продолжал раздавать подарки с видом человека, вынужденного делиться личным запасом золота с неблагодарными смертными. — Эй, выскочка, я с тобой говорю! — напомнил о себе Малфой, понизив голос так, чтобы слышала только Гермиона. Она с улыбкой повернулась к нему. Настроение продолжало уверенно ползти вверх. Даже попытка Малфоя её задеть вызывала теперь скорее умиление, чем раздражение. Накренившийся кокошник тянуло одновременно и вернуть в исходное положение, и оставить как есть, сохранить эту внезапную «неидеальность», которая странным образом… привлекала. Стоп. Что?! Это ещё что за мысли?! Да этого слизня даже трогать не хочется. Он же ядовит. Определённо! — Ты что, успела напиться? Когда? — Малфой прищурился. — Ты же вообще к алкоголю не подходила. Гермиона едва не поперхнулась бородой, сначала от своих внезапных мыслей, а потом от того что сказал Драко. Этот самовлюблённый павлин, который обычно не замечает ничего, кроме собственного отражения в зеркале, следил за ней? Но она тут же взяла себя в руки. Пусть Малфой не понимает, что происходит. К тому же после корпоратива двухлетней давности Гермиона к алкоголю на таких вечеринках принципиально не прикасалась. И, кстати, раз уж об этом… — Не пила я. А вот тебе бы стоило притормозить, — она потянулась к его бокалу, пальцы скользнули по стеклу, задев ледяную руку. — Врёшь… — он поднял бокал выше. — Или ты умудрилась надышаться? — Не неси чушь. Тем более ты явно компенсируешь за двоих. Он фыркнул и демонстративно сделал глоток. — Драко! — не сдержалась Гермиона. Похоже, Малфой всё-таки вернул себе способность выводить её из равновесия. — Если ты продолжишь в том же духе, у Риты выйдет отличная статья с заголовком: «Пьяная Снегурочка начала водить хороводы в обнимку с ёлкой». — Чего? — он скривился. — Да меня тошнит от одного вида Уизли! — Удивительно, что ты первым делом подумал именно о Роне. — Ты… Они могли бы препираться так ещё несколько часов подряд, но где-то в зале раздались торопливые щелчки фотоаппаратов, очередь заметно подросла. Пришлось вернуться к раздаче. И Гермиона вдруг поймала себя на мысли, что эта импровизация… не так уж и плоха. Даже с ним. С Драко, мать его, Малфоем. Неужели это Новый год творит чудеса?

***

В противоположном конце зала, в тени искусственной ели и стратегически удачно поставленного столика с закусками, происходило нечто куда менее официальное. — Итак, — торжественно произнёс Джордж, поправляя на себе чёрную фелонь и белую колоратку на шее. — Исповедуйтесь, дети мои. В чём грешны и на что ставим? Он раскрыл потрёпанную записную книжку, обтянутую кожей и украшенную наклеенным крестом из золотой фольги. Рядом с ним Фред, облачённый в красный костюм с рогами и хвостом, а также щедро опутанный новогодней гирляндой, лениво облокотился на столик и подлил кому-то шампанского. — Не слушайте его, — прошептал он заговорщически. — Покаяние — невыгодно. Главное — выбрать правильный исход. К ним приблизился первый грешник. — Так-так, — Джордж макнул перо в чернила. — На что ставим? — Эм… — женщина покосилась в сторону сцены. — На… публичное убийство? — Смело, — одобрительно кивнул Фред. — Коэффициент высокий. — Записано, — Джордж сделал пометку. — «Грейнджер душит Малфоя его же косами». Классика. Подошла девушка из IT-отдела, заметно нервничая: — А… а есть вариант, где они просто… улыбаются и работают вместе? Оба близнеца замерли. — Ты это сейчас серьёзно? — медленно переспросил Фред. — Ересь, — перекрестился Джордж. — У нас тут реалистичные ставки, — добавил Фред, сочувственно похлопав девушку по плечу. — Но не переживай. Есть компромисс. — Какой? — Они работают вместе… — Фред широко, по-настоящему демонически улыбнулся. — …и при этом ненавидят друг друга ещё сильнее. — Ну… давайте тогда это, — кивнула девушка. — Добро пожаловать в паству, — Джордж довольно чиркнул пером. Издалека донёсся очередной взрыв смеха: Малфой что-то язвительно прошептал Гермионе, та ткнула его посохом в бок, не переставая улыбаться очередному сотруднику. Фред проследил за сценой, прищурился. — Слушай… а может, добавить новую категорию? — Какую? — «Кто первый поймёт, что ему это нравится». Джордж медленно поднял взгляд от книжки. — … Гениально! Записываю. — И ставь высокий коэффициент.