♡ Бонус. Знакомство с Мод ♡
8 января 2026, 00:02Это было неизбежно.
Слухи в Пеликане расползались быстрее, чем плесень по сырому подвалу. Особенно если речь шла о чем-то столь сочном, как тайный роман местного скейтера с наследницей винодельни Вайнвуд. Джули знала это. Она старалась быть осторожной, но в деревне, где каждый куст имел уши, а каждый забор — глаза, секреты были роскошью, которую могли позволить себе очень немногие. И два подростка, целующиеся как в последний раз по углам при каждом удобном случае, определенно в число этих немногих не входили.˚⁺₊✧⁺˚₊⋆ ♡ ⋆₊˚⁺✧₊⁺˚
Первым звоночком, что что-то пошло не так, стало молчание матери. Не то ледяное, привычное, которым Мод обычно наказывала за опоздания или испачканные платья. Иное. Тягучее, наблюдательное, словно женщина выжидала, позволяя дочери самой запутаться в паутине собственных неосторожностей. Вторым — пристальный взгляд, задержавшийся на паре почти незаметных синячков на ключице Джули, когда та в спешке наматывала шарфик вокруг шеи. Мод ничего не сказала. Просто приподняла бровь. Развязка наступила в пятницу вечером. Джули, чувствуя себя изможденной после недель притворства и тайных встреч у старого клуба, собиралась вновь ускользнуть к Сэму под предлогом прогулки. Она уже взялась за ручку двери, когда из кабинета донёсся ровный голос. — Джульетта. Зайди на минутку. Сердце упало куда-то в район желудка, оставив за собой ледяную пустоту. Джули вошла. Кабинет пах старыми книгами, дорогой кожей и властью. Мод сидела за массивным письменным столом из красного дерева, её пальцы были сложены домиком. На экране ноутбука замерла фотография. Нечёткая, сделанная, видимо, на телефон из-за кустов, но достаточно ясная, чтобы узнать два силуэта у кромки озера. Сэм, склонившийся над Джули, его рука на её щеке. Она, с запрокинутой головой и закрытыми глазами. — Объясни, — сказала Мод одним словом. Не повышая голоса. Джули попыталась солгать. Слова о «дружбе», о «скучной деревне», о «невинных прогулках» вылетали рвано и неубедительно, разбиваясь о каменное лицо матери. Мод молча слушала, лишь иногда проводя пальцем по тачпаду, перелистывая фотографии. Их было несколько. У старого клуба. На причале. В салуне. — Довольно, — наконец произнесла Мод, закрывая ноутбук. В её глазах не было ни ярости, ни разочарования. Была холодная, расчётливая отстранённость. — Ты, кажется, не поняла серьёзности моего предупреждения. Или поняла, но решила проверить границы. Что ж. У каждого выбора есть последствия.. — Мама, это не… — Я понимаю. Он придет к нам на ужин завтра. Джули почувствовала, как пол уходит из-под ног, а сердце начинает колотиться быстрее. — Что? Нет… Мод лишь плавно кивнула головой и утвердительно моргнула, показывая, что тема для обсуждения исчерпана.˚⁺₊✧⁺˚₊⋆ ♡ ⋆₊˚⁺✧₊⁺˚
Телефон Сэма разрывался. Сразу за официальным приглашением от Мод последовали панические смс от Джули. Джульетта: Матт всё знает! Джульетта: Она приглашает теб яна ужин зпвтра тебе пришло соо от нее? Джульетта: и эт ловушка она хочет тебя уничтожитть Джульетта: Не приходи1!!! Пожалуйста! Джульетта: Сэм ты слышишь Джульетта: ??? Джульетта: Блятт Джульетта: не приходи Сэм прочитал сообщения, написанные в явной спешке — её длинные ногти никогда не были особой проблемой для грамотных смс, но только не в этот раз. Парень сидел на крыльце, и ему стало по-настоящему жутко. Страх сковал горло. Мод Вайнвуд. Она знала. Его первой реакцией было послушаться Джули. Сбежать. Спрятаться. Но потом он посмотрел на свои руки — в царапинах и синяках, на потрёпанные кеды — и что-то внутри упёрлось. Нет. Он не даст ей себя унизить. Не даст доказать Джули, что он трус. Если это испытание — он его пройдёт. Он докажет этой ледяной королеве, что он чего-то стоит. Что он может быть… правильным. В его глазах вспыхнул тот упрямый, мальчишеский огонёк, который когда-то заставил его предложить покатать её на скейте. Он написал Хейли. Сэм: Привет. Срочно нужна помощь. Как одеться на званый ужин к людям, у которых на ложках гербы? Хейли: Боги… Это про Вайнвуд? Джульетта уже полчаса рыдает. Сэм: Да. Поможешь? Хейли: Встречаемся у меня через час. Попрошу Эмили. У неё вкус к классике.˚⁺₊✧⁺˚₊⋆ ♡ ⋆₊˚⁺✧₊⁺˚
— Нет, эти джинсы можешь сразу выбросить. Нет, Сэм, футболка с принтом — это не «вечерний лук», это преступление, — голос Хейли звучал стервозно, но она искренне пыталась помочь парню. Ситуация приводила её в ужас, смешанный с тихим восторгом. Это точно лучшая драма за последние годы. Эмили, тихая и сосредоточенная, достала из закромов мужской костюм — темно-серый, немного старомодный, но безупречно сшитый. Он сидел на Сэме мешковато, но после работы Эмили с булавками и намёточным швом стал выглядеть почти приемлемо. — Рубашка должна быть белой. Идеально белой. Без пятен, — диктовала Хейли, пока сестра копошилась в шкафу, подыскивая подходящий галстук. — Переодевайся. — Главное — не ёрзай, — наставляла девушка, завязывая узел на шее Сэма так туго, что он начал слегка краснеть. — Сиди прямо. Не размахивай вилкой. Если не знаешь, какой прибор использовать — смотри на Джули. И, ради всего святого, не говори «чё». Они, объяснили, как правильно держать бокал за ножку, чтобы не нагревать вино. Он слушал, запоминал, повторял, чувствуя, как его мозг превращается в кашу от информации о семи видах столовых ножей. Самым болезненным стал вопрос пирсинга. — Придётся снять, — мягко сказала Эмили. Сэм потрогал кольца на губе, заправил прядь волос за ухо, открывая металл в мочке и хрящах. Они стали неотъемлемой частью его. Снять их — значит сдаться. Но он слышал в словах девушек непреклонную логику. — Она использует это против тебя. Первым же делом, — вкрадчиво добавила Хейли, пытаясь достучаться до мальчика. Со сжатым сердцем он вынул кольца. Губа без них казалась голой и уязвимой. Зато волосы больше не цеплялись за серьги, хоть уши и стали выглядеть непривычно пусто. — А что говорить? — Сэм сглотнул, глядя на своё отражение в зеркале. Незнакомый парень в костюме смотрел на него с тревогой. — «Да, миссис Вайнвуд», «Нет, миссис Вайнвуд», «Благодарю Вас», — перечисляла Эмили, поправляя ему воротник. — И улыбайся. Но не слишком широко. Эбигейл, заскочившая на огонёк, наблюдала за этой суетой со стороны. — Он обречён, — констатировала она. — Но выглядят усилия, надо признать, героическими.˚⁺₊✧⁺˚₊⋆ ♡ ⋆₊˚⁺✧₊⁺˚
Вечер выдался холодным и ясным. Сэм стоял у массивной дубовой двери поместья Вайнвуд, чувствуя, как по спине тонкой струйкой стекает пот, несмотря на прохладу. Он потрогал галстук, поправил манжеты и нажал на звонок. Торжественный звук отозвался эхом где-то в недрах дома. Дверь открыл дворецкий в сюртуке, делающем его похожим на пингвина. Горничная — пожилая женщина в строгом платье — взглянула на него с безразличной вежливостью. Она проводила его через холл, где его кеды беззвучно потонули в густом ковре, мимо зеркал в золочёных рамах, в которых его отражение казалось чужеродным пятном. Голубая гостиная была именно такой, какой он её представлял: высокие потолки, тёмная мебель, портреты суровых людей в дорогих рамах. В камине потрескивали дрова, но тепла от них не было. Воздух пах воском, стариной и деньгами. В кресле рядом, как и положено хозяйке логова, восседала Мод Вайнвуд. Она была воплощением элегантности в платье-футляре цвета запёкшейся крови. Её волосы были уложены в безупречную гладкую волну. В руках — бокал с красным вином, который она медленно вращала, изучая его цвет. Она подняла на Сэма взгляд. Он был медленным, оценивающим, как взгляд эксперта на аукционе, рассматривающего сомнительный лот. — Сэм, не так ли? — её голос был ровным, вежливым и абсолютно ледяным, однако то, как она произнесла его имя, походило на пробу на вкус чего-то крайне сомнительного. — Как мило, что Вы смогли найти время. Джули стояла у высокого окна. Она была в невероятно дорогом платье из серебристо-серого шёлка. Её лицо было бледнее обычного, но бесстрастным. Лишь в глазах Сэм прочитал панику и увидел, как дрогнули её зрачки, когда их взгляды встретились. — Миссис Вайнвуд, — Сэм сделал шаг вперёд, вспомнив наставления Хейли о дистанции, и кивнул, стараясь не кланяться слишком низко. — Благодарю за приглашение. Вы выглядите прекрасно. Губы женщины тронуло подобие улыбки. — О, спасибо. Вы тоже… очень старались, — её взгляд скользнул по его костюму, задержавшись на манжетах, где булавка Эмили чуть оттопыривала ткань. — Напоминает костюм моего бывшего бухгалтера. Тот тоже любил серое. Сэм ощутил, как жарко становится щекам. — Джульетта, предложи гостю аперитив. У нас как раз открыли бутылку «Шато Марго» 2005 года. Думаю, для первого знакомства с настоящим вином — вполне подойдёт. Джули молча подошла к хрустальной стойке. Её руки слегка дрожали, когда она наливала вино в бокал. Она протянула его Сэму, и их пальцы ненадолго встретились. — Полагаю, Вы больше привыкли к пиву? Или, что там у Вас… «Джоджа-кола»?», — Мод сделала глоток, не сводя с него глаз. — Вино… тоже пью, — выдавил Сэм, беря бокал так, как его учили — за ножку. Он сделал маленький глоток. Напиток был терпким, сложным и горьким, с послевкусием, о котором он не мог сказать ничего, кроме «крепкое». — Очень… насыщенное. — «Насыщенное»? — Мод приподняла бровь. — Интересный эпитет для вина, в котором чувствуются ноты чёрной смородины, кожи и, едва уловимый, оттенок трюфеля. Но что с Вас взять… Джульетта, милая, напомни, как называется эта техника аэрации вина, которую использует наш сомелье? Джули опустила глаза. — Декантация, мама. — Верно. Декантация. Процесс, требующий терпения и тонкого понимания. Как и многое в нашей жизни, — Мод отставила бокал и элегантно поднялась с кресла. — Ну что ж, пройдёмте в столовую. Надеюсь, Вы не вегетарианец? Сегодня у нас утиная грудка с молодым картофелем и вишнёвым конфитюром. Столовая была ещё более устрашающей. Длинный полированный стол из тёмного дуба, накрытый белоснежной скатертью из дамаста. Хрустальные бокалы разного калибра сверкали в свете огромной люстры. Серебряные приборы были разложены с геометрической точностью. Витал аромат дорогих специй и пряностей. Их рассадили. Мод во главе стола. Джули — напротив Сэма. Расстояние между ними казалось непреодолимой пропастью. Сэм опустился на указанный стул, стараясь не издавать лишних звуков и облокотился на жёсткую и прямую спинку. Он благополучно забыл, что Хейли назвала это моветоном, глаза Мод же заблестели. Блюда на столе появлялись бесшумно и незаметно, как в идеально отрепетированном спектакле. Подали первое — крем-суп из белых грибов с трюфельной пенкой в изящных чашах из тончайшего фарфора. Сэм осторожно взял ложку — ту, что на его взгляд подходила для супа больше всего, и с облегчением выдохнул, увидев что девушки поступили так же. Суп был невероятным, но он едва чувствовал его вкус. Каждый глоток давался с усилием под прицельным взглядом Мод. Затем пришла очередь улиток в чесночном масле, которых нужно было извлекать крошечными щипцами. Они напомнили Сэму сопли. За ними — нежнейший паштет фуа-гра из гусиной печени, опознать птицу, мальчик, впрочем не смог, но тосты, полагающиеся к блюду ему понравились. Каждое блюдо сопровождалось сменой вина. Мод произносила названия сортов и годов урожая лёгким, безучастным тоном, словно диктуя инвентарную опись. — Ох, до чего некрасиво… Что же это я не даю Вам и слова вставить! Расскажите о себе, Сэм, — она сверкнула глазами, отламывая крохотный кусочек хлеба. — Джульетта так мало делится подробностями… Чем занимаетесь? Если не считать… катания на скейте. — Я… работаю. В «ДжоджаМарте». Занимаюсь загрузкой, выкладкой, навожу порядок, — сказал Сэм, чувствуя как горит его лицо. — Ах, да, физический труд, — Мод отпила вина. — Почтенное занятие. Хотя, должно быть, немного однообразное. Не находите? Всё время коробки, полки… Никакого простора для интеллектуального роста. Сэм, чувствовал, как закипает от этой снисходительности. Но он сдержался — вспомнил Джули. Её испуганные глаза. Он сжал руки в кулаки под столом и повторял про себя советы подружек: «улыбаться, соглашаться, быть вежливым, улыбаться, соглашаться, быть вежливым…» — А у Вас есть планы на… образование? Или Вы считаете, что карьера грузчика — это потолок? — МАМА! — голос Джули прозвучал резко, нарушив театральную тишину. Она положила нож. — Это неуместно. — Дорогая, я просто интересуюсь будущим нашего гостя, — Мод улыбнулась дочери ледяной улыбкой. — Ведь если у человека серьёзные намерения, у него должны быть и планы. Не так ли, Сэм? — Я закончу школу в следующем году, — сказал Сэм, глядя прямо на неё. — Пока не решил, куда поступать. Но думаю об этом. — Думать — это прекрасно. Хотя, знаете, мне всегда казалось, что такие… активные молодые люди, как Вы, редко находят время для раздумий. Всё больше для… экстремальных видов досуга. Подали основное блюдо. Утиная грудка, тающая во рту, с хрустящей кожицей. Сладко-кислый конфитюр. Сэм снова оказался перед испытанием — два ножа, три вилки. Он выбрал те, что ближе к тарелке, и начал осторожно резать птицу. Мясо поддалось с лёгким хрустом. Блюдо дополнял гарнир из приправленных зеленью крошечных овощей, которые выглядели слишком красиво, чтобы их есть. Аромат был умопомрачительным. Сэм, чей ужин обычно состоял из пиццы или бургеров, почувствовал, как рот наполняет слюна от одного только запаха. Но насладиться едой не получалось. — Я смотрю, Вы знакомы с основами этикета, — заметила Мод, наблюдая, как он отрезает маленький кусочек. — Кто вас учил? Родители? — Друзья помогли, — уклончиво бросил Сэм, уткнувшись в тарелку. — Очаровательно. Друзья — это важно. Особенно в Вашем возрасте. У Джульетты, к сожалению, с друзьями сейчас сложно. После нашего переезда её прежний круг… ну, Вы понимаете, из людей её уровня, отдалился. Но она, кажется, нашла, чем заняться здесь, — женщина недолго помолчала, ожидая реакции, но, так и не получив её, продолжила. — И всё же. Не поделитесь ли рассказом о своей семье? — Отец сейчас служит в армии… А мама… В основном занимается готовкой, уборкой и младшим братом, — Сэм чувствовал, как подступает тошнота. Он любил свою семью и гордился родителями, но здесь, в этой комнате, эти слова звучали как признание в бедности и незначительности. — Очаровательно. Простые, честные люди, — кивнула Мод. Её тон был сладким как сироп и таким же липким. — Разумеется, Вас учили манерам не солдат и домохозяйка. Джули вонзила вилку в свою утку с такой силой, что хрусталь на столе пошатнулся и тонко звякнул. — Мама, хватит. — Что случилось, дорогая? Я просто поддерживаю беседу. Если гость находит её унизительной, возможно, проблема в ответах, а не в вопросах. Сэм отпил воды. Его горло было сухим, но от вина голова уже шла кругом. Он посмотрел на Джули, пытаясь передать ей взглядом: «Всё в порядке. Я справлюсь». Но её глаза были полны бессильной ярости и стыда. Стыда за мать? За него? За эту жуткую пародию на семейный ужин? Подали сырную тарелку с виноградом, орехами и мёдом. Мод начала рассказывать о тонкостях выбора сыров, о пастбищах в Нормандии, о возрасте выдержки. Её монолог был безупречен и напоминал лекцию. Сэм слушал, кивал, чувствуя, как его собственное «я» — шумное, неуклюжее, настоящее — медленно умирает под грузом этой чужеродной, изысканной культуры. Когда напряжение достигло пика, случилось неизбежное. Сэм потянулся за последним кусочком хлеба и неловко задел локтем свой бокал вина. Тот качнулся, описал роковую дугу и с громким, чистым, как колокольный звон, звуком разбился о край тарелки Джули. Бордовая жидкость, словно кровь, хлынула на белоснежную скатерть, заляпала серебристое платье; капли брызнули даже на ухоженные ручки Мод. Время остановилось. Тишина в столовой стала абсолютной, оглушающей. Даже тиканье старинных напольных часов в углу казалось теперь обвиняющим. Сэм замер, рука всё ещё вытянутая в немом ужасе. Он видел, как по лицу Джули пробежала судорога боли и сочувствия. Видел, как Мод медленно, очень медленно опустила глаза на красные пятна на скатерти, а потом подняла их на него. На её лице воцарилось мрачное удовлетворение. Она даже улыбнулась — тонкой, победной улыбкой. — О-о-о, — протянула она, и в её голосе впервые за вечер прозвучали живые нотки. Нотки торжества. — Ничего страшного, дорогой. Случается с лучшими. Или, со всеми, кто пытается быть не на своём месте. Она не кричала. Не требовала убирать. Лишь дала почти незаметную команду одними только глазами для горничной «оставить». Мод смотрела, как Сэм пытается собрать осколки трясущимися руками, как он бормочет извинения, как пятно на скатерти расползается, становясь всё больше и безобразнее. Это был финальный акт её спектакля. Наглядная демонстрация: видишь, Джульетта? Вот он, твой рыцарь. Не может даже бокал удержать. Он не вписывается. Он ломает. Он такое же пятно. Джули резко встала. Её стул с грохотом отъехал назад. Она схватила Сэма за запястье, заставляя выпустить из рук осколки. — Всё. Хватит, — её голос дребезжал, но в нём звенела решительность. — Мама, ты добилась своего. Поздравляю. Сэм, пойдём. — Джульетта, мы ещё не закончили… — начала Мод, но её голос был уже просто фоновым шумом. Джули обошла стол, не глядя на мать, и взяла Сэма за руку. Она вытащила его из столовой, прошла мимо окаменевшего дворецкого, самостоятельно распахнула тяжелую входную дверь и вышла в тёплую летнюю ночь. Они прошли по дорожке из гравия в гробовом молчании. Только когда огни особняка скрылись за деревьями, а ворота остались далеко позади, Джули остановилась. Она всё ещё держала его за руку. Платье на ней было испорчено, на лице и декольте — багровые брызги, похожие на следы пуль. Она повернулась к нему. В лунном свете её лицо было мокрым от слёз, которые она, кажется, даже не заметила. — Прости, — выдохнула она. — Прости за этот цирк. За эту… пытку. Сэм стоял, опустив голову. Позор жёг его изнутри, как кислота. Он чувствовал себя идиотом. Жалким, нелепым мальчишкой в чужом костюме, который только что устроил потоп в хрустальном дворце. Все его старания, все заученные правила — всё пошло прахом из-за его неуклюжести. — Нет, это я… Я всё испортил. Она права. Я… — ЗАТКНИСЬ! — Джули крикнула так, что он вздрогнул. Она подошла вплотную, её карие глаза пылали в темноте. — Ты слышишь меня? Заткнись. Ты был там. Ты пришёл. Ты старался. Ты сидел и слушал её пафосные тирады о сыре, блять! Ты был храбрее, чем она когда-либо будет! Она не права. Она просто… чудовище. Она схватила его за лацканы пиджака, смяв ткань. — Ты видел, м? Видел, как она радовалась, когда ты разбил бокал? Это была её цель. Всё это было подстроено, чтобы ты споткнулся. А ты знаешь, что? — её голос сорвался. — Даже проебавшись ты был в тысячу раз реальнее и лучше всего этого… фарфорового пиздеца, в котором я живу! Сэм смотрел на неё, на её разгневанное, прекрасное личико. Стыд и унижение начали отступать, сменяясь чем-то тёплым и болезненным в груди. Она защищала его. Она выбрала его сторону против своей матери, против своего мира. Он медленно поднял руку и осторожно стёр большим пальцем каплю вина с её щеки. — Твоё платье испорчено. — Подумаешь. — А мой пиджа… костюм. Я должен буду вернуть его Эмили. В таком виде… — Сожги его, — сказала Джули с такой искренней яростью, что он невольно ухмыльнулся. — Серьёзно. Я куплю ей десять новых. А сейчас… снимай этот ужас. Она сама принялась расстёгивать его пиджак, её пальцы дрожали от адреналина. Он помог ей, скинул пиджак и бросил его на траву у дороги. Потом стянул галстук. Дышать стало легче. — Вот так, — Джули выдохнула, окидывая его взглядом в помятой белой рубашке с закатанными до локтей рукавами. — Теперь ты снова выглядишь как человек. Как мой человек. — Мне правда настолько не идет красивая одежда? — Сэм криво улыбнулся. — Иоба, ты прекрасен во всём. Но я не хочу чтобы ты соответствовал её конченным ожиданиям. И верни пирсинг, он безумно тебе шёл… Она обняла его, прижалась лбом к его груди, не обращая внимания на пятна вина. Он обнял её в ответ, чувствуя, как её тело мелко дрожит. — Верну, — Сэм осторожно погладил её по спине. — Я ненавижу её, — прошептала она в его рубашку и прижалась ещё ближе. — Не надо. Она… просто боится тебя потерять. — Она боится потерять контроль. А ты — угроза этому контролю, — Джули отстранилась и посмотрела ему в глаза. — И ты знаешь, м? После сегодняшнего… я готова быть с этой угрозой. До конца. Она взяла его за руку, и они пошли по дороге, ведущей из поместья Вайнвуд, оставив позади мир фарфора и хрусталя, разбитый бокал и холодную улыбку женщины у камина. Впереди была только тёмная дорога, тёплая ночь и их сплетённые пальцы — липкие от вина, неправильные, и от этого — бесконечно настоящие.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!