Плановая Дефенестрация

      — Я хотел бы сказать, что рад приветствовать глубокоуважаемого представителя Отдела Тайн в моей школе, — бархатным голосом произнес Директор Снейп. — Однако, поскольку я не был должным образом проинформирован заранее о вашем прибытии, сэр-или-мэм… Могу ли я для начала отметить, что мисс Патил, пусть и будучи… гриффиндоркой, происходит из древнего магического рода и вряд ли может представлять какой-либо интерес в вопросе кражи магии? — и, не дождавшись реакции, продолжил: — Кроме того, в моей школе я решаю, кто крадет магию, а кто нет.       — Несомненно, Директор Снейп, — прошелестел голос из-под капюшона. — Хотя Верховный Чародей и может… устроить дебаты о том, является ли эта школа Вашей или же принадлежит всей Волшебной Британии, я этого делать не собираюсь.       — Мне кажется, мисс Патил, Вам давно пора быть на занятиях, — приподнял бровь Директор Снейп, и Парвати стремительно исчезла за тем же самым углом коридора несмотря на то, что занятий в субботу не было и быть не могло. — И могу ли я узнать, при чем тут… Верховный Чародей и о какой именно чрезвычайной ситуации в этом коридоре мне сообщили портреты? Боюсь, иногда от них… довольно мало толка.       — Насколько мне известно, Директор, в связи с попыткой штурма Зала Визенгамота прямо сквозь запечатанные двери…       — Поттер, — с ненавистью прошипел Снейп, и только довольно хорошо знавшие его люди могли бы заметить тонко вплетенный в эту ненависть оттенок облегчения.       — Возможно, — не стало отрицать Невыразимое. — Хотя штурм укрепленного помещения через главный вход — это не вполне его стиль. Так или иначе, Верховный Чародей отдал приказ эвакуировать Визенгамот и Камень Закона в замок Хогвартс, — Снейп побледнел, хотя это и казалось невозможным; фигура в сером продолжила: — Насколько мне известно, подобное случалось уже дважды: после Сашервелла и во время резни на Сент-Джордж-Филдс.       — Верховный Чародей… цел? — маска директора Хогвартса слегка дрогнула. — И… он здесь? Мне говорили, что он… отбыл в важное путешествие.       — Верховный Чародей здесь, сэр, и его травмы незначительны. А вот Констеблю Визенгамота, покидавшему Зал среди последних, потребовалась помощь мадам Помфри.       — Каково состояние Лорда Ранкорна? — лицо Снейпа вновь стало нечитаемым.       — По моим последним наблюдениям, состояние Лорда Ранкорна было стабильным… За исключением, может быть, естественных биологических процессов. Но, полагаю, нас уже ожидают у горгульи.       — Благодарю, сэр-или-мэм, было бы действительно неразумно заставлять Верховного Чародея ждать.       Шаги Директора Хогвартса оставались столь же мерными и звучными, но вот их ширина явно увеличилась. По крайней мере, серая фигура рядом была вынуждена почти бежать, благодаря Мерлина за волшебство Невыразимых мантий, превращающих несерьезную трусцу в величественное плавное скольжение.

***

      Рядом с Горгульей, охранявшей вход в кабинет Директора, они увидели лиловое столпотворение, клубящееся вокруг старого Огдена с почти уже сведенным синяком и уже довольно уверенно стоящего на ногах, хотя и покашливающего, МакМиллана. Рядом с гостями ожидали профессор Синистра и главы Домов Хогвартса: блеклый коренастый декан Слизерина, почему-то на этот раз без столь же блеклой и коренастой сестры, не по-доброму задумчивая Спраут, пыхающая смесью злости и гордости Молли Уизли и расслабленный, словно перед выходом на дуэльный помост, Флитвик.       — Чародейки. Чародеи, — коротко кивнул Снейп. — Могу ли я осведомиться о причинах столь массового прибытия столь почетных и лестных для Хогвартса гостей?..       — Это разговор не для лишних ушей, юный Северус, — заметил Огден. — Не пригласишь ли нас в кабинет?       — Аврора, — обратился Директор к профессору Астрономии. — Найдите, пожалуйста, Аргуса и укажите нашим гостям, — обвел он широким взмахом обеспокоенное лиловое стадо, — их апартаменты. И, надеюсь, вы не возражаете против присутствия на встрече глав наших Домов? — осведомился он у Чародеев Огдена и МакМиллана. — Отлично. Прошу!       Движущаяся лестница подняла двоих Чародеев, четырех деканов, Директора и вроде бы еще кого-то, про которого все как-то подзабыли, на небольшую площадку. Директор Снейп рефлекторно бросил опасливый взгляд на карниз над ведущей в свой кабинет резной дверью и пригласил всех внутрь.

***

      Кабинет изменился — стал более строгим, а место серебряных приборчиков на полках заняли полированные черные таблички с разноцветными огоньками и короткими надписями рядом или под ними.       — Итак, — хозяин кабинета взмахом палочки усыпил портреты бывших директоров Хогвартса (кроме одного: Дамблдор и так похрапывал, когда все вошли), встал спиной к окну и сложил домиком пальцы, — к делу. Как поживает Констебль Ранкорн? Я слышал, с ним случилась… небольшая неприятность.       Темный силуэт Директора на фоне светящегося закатом окна не позволял остальным рассмотреть его эмоции или даже определить направление его взгляда — впрочем, так, судя по всему, и было задумано. Деканы распределились по не слишком длинной дуге напротив, с двумя сидящими в гостевых креслах Чародеями в центре.       — Ранкорн? Ну, по крайней мере, его здоровью больше ничто не угрожает, — пробормотал Чародей МакМиллан.       Молли Уизли засопела. Белесый слизеринец коротко хмыкнул.       — …И, насколько я понимаю, мы ожидаем… Верховного Чародея Диггори?       Несмотря на блеклые и сумеречные краски холодной шотландской осени за окном, атмосфера в кабинете почему-то навевала мысли об испепеляющем полдне в пыльном скотоводческом городке не так далеко от мексиканской границы.       — А вот это довольно сложный вопрос, — Чародей Огден почесал еще немного покрасневший с момента эвакуации нос. — С одной стороны, явление этого энергичного и целеустремленного молодого человека в Замок представляется мне неизбежным в довольно-таки близком будущем. С другой — вряд ли его с полным правом можно назвать Верховным Чародеем.       — Это почему это, а?! — возмутился белесый; расположившийся на противоположном конце дуги профессор Флитвик сделал еще полшага влево.       — Дело в том, — преувеличенно-печально вздохнул Огден, отхлебнув из той самой, из зала суда, бутылки, — что Высокое Собрание Визенгамота сместило Лорда Диггори…       — ЧТО?!       — …С поста Верховного Чародея, а мистера Тикнесса — с поста Министра Магии. К сожалению, Временный Верховный Чародей, Лорд Мальсибер, не смог автоматически вступить в должность по причине применения к его останкам довольно мощного «Эванеско». И да. «Закон о Краже Магии» со всеми проистекающими из него актами отменен. Не говоря уже о принятии, точнее, НЕпринятии «Закона об Опеке над Маггловскими Отродьями, Могущими Красть Магию Благородных Волшебных Семей»…       — Он… знает? — голос Директора Снейпа был совершенно спокоен.       Далекий свисток Хогвартс-Экспресса, примерно в это время обыкновенно доставлявшего в Хогвартс смену патрулей магглоборцев, тоже неплохо подошел бы к картине раскаленного городишки с церковью, салуном с коновязью у входа и совмещенным с мэрией полицейским участком. И с единственной улицей с двумя группами людей в широкополых шляпах в разных ее концах.       — Не уверен. Видите ли, Северус… У Темных Лордов есть одна… точнее, несколько крайне вредных привычек. Но нам сейчас важна самая приятная из них, для нас приятная: привычка казнить принесшего дурные вести гонца. Ну или, по крайней мере, награждать его часиком-другим «Круциатуса». Поэтому, полагаю, прямо сейчас его, так сказать, ближайшие сподвижники… Или, скорее приближенные, н-да… В общем, полагаю, сейчас там идет препирательство — кому именно достанется честь сообщить… э-э-э… бывшему Верховному Чародею о столь прискорбном для него событии.       — А потом, — добавил шотландец, успевший за время речи перехватить у старого приятеля бутылку, сделать глоток, пыхнуть пламенем и вернуть бутылку хозяину, — счастливый и гордый избранный герой будет какое-то время… морально готовиться к предназначенному для него подвигу. Я прав?       — Полагаю, да. А Ранкорн?       — О, ему участь гонца уже не грозит ни при каких раскладах. Кстати, во избежание недопонимания: обязанности Констебля Визенгамота после его внезапной, но совершенно естественной кончины поручили мне.       — И чем же я могу вам помочь при таких… раскладах, Констебль и, если не ошибаюсь, Временный Верховный Чародей?       Палочки всех собравшихся уже были обнажены, но заклинания пока что не летали.       Видимо, атмосфере техасского городка пока не хватало чего-то вроде полуденного удара колокола (вряд ли у рейнджеров, лихих скотоводов или мексиканских мачо были в достатке вошедшие в моду после Святочного Бала на Триволшебном Турнире белоснежные платки; впрочем, и полдень давным-давно миновал).       — Постоянный Верховный Чародей, Директор Снейп. Собрание решило, что оставлять Визенгамот в такие сложные времена без руководства слишком опасно и проявило редкое единодушие, подкрепленное решительностью и весьма убедительными аргументами со стороны ваших, Директор Снейп, учеников. А что до помощи… Ну… прежде всего, полагаю, было бы разумно перевести Замок на осадное положе…       И тут прозвучал колокол, возвестивший о начале ужина.       Звук даже не то, что не затих, но и не успел набрать полную силу, когда заклинание полугоблина врезалось в спешно поднятый щит белобрысого крепыша и, отраженное влево, просвистело в паре дюймов от головы Директора, разнеся сразу несколько секций вычурного окна за его спиной на мелкие осколки.       Серый луч, направленный тем в забинтованную голову Констебля, был перехвачен вставшим на дыбы столиком, осколки которого, в свою очередь, дотла сгорели в вылетевшей изо рта Верховного Чародея Огдена вспышке синего алкогольного пламени; палочка старого пьяницы плясала, закручивая подпитанную жаром сгоревшего старого дерева бело-голубую гудящую струю в толстое огненное копье.       Констебль Визенгамота выполнял свой долг, прикрывая Верховного Чародея от атак — как щитами, так и подручными предметами.       Профессор Спраут и профессор Уизли вели методичный обстрел черного силуэта на фоне окна; силуэт был вынужден защищаться и уворачиваться, даже не помышляя о контратаках. При этом свободные руки ведьм были почти одинаково отставлены чуть в сторону и слегка пошевеливались — что на кухне, что в теплицах иногда, знаете ли, приходится делать несколько самых разных дел одновременно.       Зажатый в углу белобрысый волшебник был вынужден невесть откуда возникшим посохом одновременно блокировать шквал заклинаний мелкого полугоблина и отбиваться от атакующей его с верхней полусферы медной сковородки. Времени и внимания на побеги сторожевой традесканции, довольно шустро ползущие за его спиной по плинтусу из двух висящих на стене горшков, у него явно не хватало.       Еще немного — и нынешний декан Слизерина будет связан и оглушен; тогда положение Директора Снейпа, бывшего декана, окончательно станет безнадежным.       Но все решилось раньше: раскаленное до синеватой белизны копье, набрав полную силу, метнулось в сторону черного силуэта, чей щит только что был разбит синхронным попаданием заклинаний Молли и Помоны.       Казалось, через миг от уже впавшего в отчаяние Директора не останется даже пепла, однако яростное пламя растеклось по еще одному невидимому барьеру, поставленному никем до того не замеченной — ну, или упущенной собравшимися из виду — серой фигурой.       Впрочем, накопленная в заклинании сила не пропала зря: отдачей от щита серую фигуру отшвырнуло на черную, и обе они, перевалившись через подоконник, рухнули вниз под торжествующий медный звон тяжелой сковородки, наконец-то добравшейся до черепа белесого крепыша.

***

      — Быстро, — прохрипело Невыразимое, вставая на ноги и с трудом разрывая судорожные объятия. — К Лесу!       — Но… — попытался возразить Снейп, указывая ободранной рукой в сторону не столь далеких ворот, увенчанных крылатыми кабанами.       — БЕГОМ!       Несколько разноцветных лучей ударили с высоты — мощно, но не слишком точно: в паре-тройке футов справа и слева от ведущей к Запретному Лесу тропинки и футов на пять позади убегающей пары.       — Профессор… Уизли… И профессор… Спраут… слишком… привыкли… колдовать… на кухне… и в оранжереях… на коротких… дистанциях…       — Привычная… Флитвику… дуэльная… платформа… тоже… намного… короче, — бег давался Смещенному Директору Снейпу тяжелее, чем Невыразимому.       — ЛОЖИСЬ! — оба рухнули на тропинку. «Бомбарда Пролонга» прошкворчала над их затылками, подобно бладжеру, и взорвалась в паре дюжин ярдов перед ними.       Невыразимое вскочило, ухватило Снейпа за руку и свободной рукой бросило что-то перед ними. Обоих окутала тьма.       — Полагаю, — отметил Снейп, — это был МакМиллан. Ему доводилось сражаться не на помосте, так что он знает, когда стоит переходить на площадные заклинания. А что это за затемнитель Вы использовали?       — А, да, Вы же не участвовали в том бою… Это Перуанский Порошок Мгновенной Тьмы. Мы позаимствовали идею у Малфоя, а сам порошок — у близнецов Уизли. Идем спокойно, дышим глубоко, готовимся к рывку. Нам обязательно нужно добраться до леса. Кстати, профессор, надеюсь, в Вашем кабинете не было метлы? Не хотелось бы бежать, отбиваясь от атак с воздуха, а Молли и Флитвик, насколько я помню, неплохо играли в квиддич.       — Я ненавижу квиддич, сэр-или-мэм. А что касается полетов — как Вы, вероятно, заметили, я в состоянии обойтись и без какого-то дурацкого веника.       — Да, это было очень кстати… И благодарю Вас за спасение. Смерть от падения на камни — не вполне удачное развитие карьеры.       — Бросьте: весите Вы не слишком много, и к тому же я просто отдавал долг. Смерть от алкоголя, тем более, именно в таком вот экзотическом варианте, тоже не входила в мои планы.       — И, к слову, не могу не отметить, что летать на Ваших руках вверх было намного приятнее, чем вниз.       — Мисс… Грейнджер?! Где…       — Тихо. Три шага до границы тьмы и сто ярдов до опушки. Три, два, один, ВПЕРЕД!!!       Когда еще не полностью облетевшая листва скрыла беглецов, Снейп схватил спутницу за плечо и развернул к себе.       — Где Поттер? — Лицо смещенного Директора было каким угодно, но не бесстрастным.       — В замке. Он все это время был в замке, профессор, — спутница поставила на предохранитель и спрятала в недра мантии уткнувшийся было в живот собеседнику «Вальтер» и опустила капюшон. — Идемте. Тут недалеко.       — И как Вы объясните своим… друзьям такой поворот, мисс Грейнджер? Вряд ли они не в курсе Вашего… нового статуса.       — По странному совпадению, сэр, плененный в Отделе Тайн Невыразимый Дэвис несколько минут назад сбежал из-под надзора Флоры и Гестии Кэрроу, — пожала плечами мисс Грейнджер, что-то строча прямо на ходу в одном из своих многочисленных блокнотиков. — Вот прямо так, в форменной мантии, и сбежал. Полагаю, девочки скоро доложат об этом Временному Директору Спраут.       — Постоянному Временному Директору, — буркнул Снейп. — Если не ошибаюсь, для Помоны это уже третий случай. — Он помолчал несколько шагов и спросил: — Вы их не боитесь? Девочек?       — Что бы обо мне ни говорили и ни думали, сэр, в том числе и я сама, я все-таки не настолько полная дура.       — И как Вы с ними поладили?       — Первым делом я подарила им экземпляр Кембриджского исследования о судьбе растлителей и насильников, в том числе и по отношению к собственным детям, в маггловских тюрьмах Ее Величества.       — Неожиданно. Но кое-что объясняет. Часто бываете в Кембридже?       — С семнадцати тридцати и до двадцати одного по средам меня можно найти в библиотеке Школы Клинической Медицины. Забавно, профессор, но если магглы, за исключением теологов, не уделяют особого внимания душе, особенно переходным процессам, то из поля зрения волшебников, включая целителей Мунго, почему-то исчезло понятие клинической смерти как таковое. Полагаю, это связано с некоторыми… не слишком успешными экспериментами, проводившимися около двухсот лет назад. Согласно отчетам Зала Смерти, всю группу экспериментаторов в итоге пришлось предать Адскому Огню, а сам зал поставить на семилетний карантин с еженедельными отчитками — я узнала об этом от Толстого Монаха, который эти отчитки и проводил.       — А Вы сами уже… приступили к экспериментам, Ученица Грейнджер?       — Нет, Мастер. Даже опуская неполную готовность… Вы же знаете — мне так и не удалось Вы-Знаете-Что. Но, думаю, вскоре я начну… проверять свою теорию, благо теперь у меня есть три исчерпавших свою полезность в иных аспектах Объекта, и достаточно кандидатов для произнесения необходимых… формул. И… мы пришли, профессор. Вот.       Она подошла к подножью торчащей из осыпавшегося склона гранитной скалы и слегка светящейся палочкой указала на, казалось бы, испещренный трещинами участок. Под внимательным взглядом трещины, словно на детской загадочной картинке, сформировали легко опознаваемый любым, хоть нынешним, хоть бывшим, слизеринцем образ. Линии вырезанного в камне рисунка за прошедшее тысячелетие почти сгладились, но опознать атакующую змею в образованной рогами короне можно было уверенно.       — Это вход в охотничий тоннель сгоревшего четыре с половиной года назад василиска Салазара Слизерина, — она медленно провела кончиком палочки по телу змеи. — Он ведет непосредственно в Тайную Комнату и через нее — в замок. Само собой, открыть его, как и еще несколько дверей дальше, можно только отдавая команды на парселтанге. Причем, насколько мне известно, даже Темный Лорд не нашел этот путь — вероятно, за недостатком времени. Иначе для него не составило бы труда проникнуть или даже регулярно проникать в Замок втайне от Дамблдора.       — Вы уверены, что эта информация может оказаться мне полезной, мисс Грейнджер? — выражение лица экс-Директора напоминало змеиный камень.       — На сто процентов, Мастер. Осада замка — дело чересчур хлопотное, чреватое всякими неприятными случайностями… А слишком большие жертвы просто гарантированы. И вообще — это еще более слишком гриффиндорское дело, чем штурм зала Визенгамота через единственную запечатанную дверь. Полагаю, возможность скрытно проникнуть за стены может быть значительно лучшим выходом.       — Слишком гриффиндорское, мисс Грейнджер?       — Почему-то все уверены, что Сортировочная Шляпа предложила мне выбор между Гриффиндором и Рэйвенкло. Признаться, столь радикальная недооценка моих амбиций меня несколько… расстраивает.       Снейп молчал почти минуту.       — Какие еще книги Вы подарили близнецам Кэрроу? — наконец спросил он.       — Несколько маггловских книг по генетике и волшебный самоучитель языка нахуатль.       — Нахуа?!.       — …Тль. В центральных районах Мексики генетическая карта населения достаточно сильно отличается от британской, чтобы… нивелировать некоторые проблемы. А царящие там нравы, особенно учитывая общины, до сих пор испытывающие влияние культуры ацтеков, позволят мисс Флоре и мисс Гестии приобрести репутацию весьма милых и добронравных, хотя и ни в коем случае не беззащитных, ведьм.       — Хм. Касательно тех Ваших слов… Признаться, выносить из смертельной ловушки маленькую храбрую девочку мне тоже понравилось значительно больше, чем спасать от падения прожженную и безжалостную циничную интриганку. Честно говоря, я не думал, что из той прошлогодней просьбы Дамблдора что-нибудь выйдет, но… Итак, Ученица Грейнджер, рассмотрев Ваши исследования и деяния, я, Мастер Темных Искусств Северус Тобиас Снейп, объявляю Ваше Ученичество оконченным, а Вас — достойной звания Мастера Темных Искусств. Уведомление будет направлено в Министерство Магии Трансильвании. Или Вы предпочитаете Ацтлан?       — Но я… Я ведь так и не смогла применить Смертельное Проклятие, Мастер!       — Я говорю об Искусствах, мисс Грейнджер, а не о рецепте номер три из приложения к брошюрке «Злобное Зло для Чайников». К тому же, по моему профессиональному мнению, Вы просто пока еще не встретили объекта, смерть которого была бы необходимой и желательной «здесь и сейчас» в условиях, когда эта смерть сойдет Вам с рук либо оправдает все… возможные или неизбежные неудобства.       — Э-э-э… Да, Мастер!       — Но, если Вам так будет спокойнее — я могу организовать отложенную отправку Уведомления, привязанную к первому же успешному применению Вами этого, так беспокоящего Вас, заклинания.       — Благодарю Вас, Мастер! А… это вообще возможно?       — Это стандартная процедура. Более того, в некоторых культурах древности Ученик становился Мастером только, так сказать, освободив для себя вакансию. И отложенное уведомление было придумано в том числе и на такой случай. Так что письмо будет отправлено в том числе и при… не вполне удачном для меня развитии событий.       — Но я не собираюсь убивать Вас, Мастер!       — Давайте сделаем вид, что я не заметил направленного мне в живот пистолета, коллега, и не будем говорить банальности о том, что в жизни случается всякое. И, прежде чем мы расстанемся… своего рода напутствие. Звание Мастера — не конец пути, но самое его начало. Это звание — просто знак того, что теперь Вы обладаете достаточной начальной квалификацией для самостоятельного движения по этому пути… Причем независимо от того, будет отправлено это Уведомление, или же нет.       — Полагаю… я обладаю нужной квалификацией, сэр.       — Не загордитесь, коллега. Иначе, боюсь, Вам придется просить Молли Уизли отыскать среди моих старых запасов бутылку Жидкого Триумфа, которым мистер Поттер заинтересовался до такой степени, что умудрился, несмотря на свою непроходимую тупость, феерическую лень и неумеренное честолюбие, получить на СОВ по Зельям выдающийся балл.       — Жидкий Триумф? Я помню это название из Вашей первой лекции, профессор, из самой-самой первой, но…       — …Но сейчас не время и не место вдаваться еще и в тонкости Высокого Искусства Зельеварения. Боюсь, коллега, Временный Директор Спраут вот-вот направит Хагрида обыскивать Лес, и мне бы хотелось покинуть территорию Хогвартса до этого знаменательного момента. Боюсь, в лесу у Рубеуса будет передо мной нечестное преимущество. Нечестное — это потому, что оно будет у него, а не у меня. Итак… Прощайте, коллега Грейнджер, и… удачи в Ваших… недооцененных амбициях.       Когда спина профессора Снейпа скрылась в паутине уже почти неразличимых в темноте ветвей, мисс Грейнджер достала из недр серой мантии маленькое круглое зеркальце, постучала по нему палочкой и спросила:       — Аластор?       — Извини, дорогая, — ответило зеркальце женским голосом, — Аластор сейчас не в состоянии ответить, его взяла в плен Поппи. С вами обоими все в порядке? Признаться, мы очень испугались, когда Верховный Чародей…       — Ну… Я специально следила за ним и за Констеблем — они ведь ничего не знали. Но, по-моему, все получилось довольно правдоподобно: никакая легилименция не выявит подвоха.       — Да, Тиберий очень впечатлен: они с Дугласом действительно приняли все за чистую монету, а значит, поверит и Том. Аластор, правда, немного обижен за сковородку, но ему давно уже пора было потренироваться с кем-нибудь кроме школьников, чтобы не допустить урона Постоянной Бдительности. Ждем тебя за ужином, дорогая — его немного продлили в связи с дефенестрацией. И да, полагаю, нужды в этой мерзкой оборотке больше нет: Помона говорит, что и ты, и Аластор зачислены в штат официально.       — Передайте Временной Директрисе спасибо, я скоро буду.       Уже-профессор Грейнджер приложила палочку к составленному из трещин изображению василиска и произнесла:       — ТРАНСЛАРЕ СЕРПЕНТУМ: ОТКРЫТЬ!       Змея зашипела (довольно знакомым уже образом), и камень сдвинулся в сторону, обнажая угольно-черный проход. Войдя в него, девушка прикоснулась палочкой к похожему рисунку на шершавой стене тоннеля и скомандовала:       — ТРАНСЛАРЕ СЕРПЕНТУМ: ЗАКРЫТЬ!       Джинни, несмотря на свою неуверенность, страх и застарелый стыд, справилась на отлично.       Все шло, как и планировалось, и именно поэтому пока еще не сертифицированному Мастеру Темных Искусств (самому молодому за последние пятьдесят три года) Гермионе Джин Грейнджер было страшно.