Часть 2

       — Красавица, осторожно, — засмеялся Джерри, странно выгибаясь, чтобы пройти между ней и Кэрол.        — Что это? — спросила Линда и перелистнула страницу математического справочника.        — Красная краска, — Джерри хрюкнул вместо смеха и оставил две большие банки на первой парте. — Чуть куртку не изгваздал, — пожаловался он, пока оборачивался вокруг себя подобно цирковой собаке.        — У тебя нет пятен! — заверила его Кэрол.        — И зачем тебе краска? — хихикнула Линда. — Профессор заставил перекрашивать стену спортивного зала? — она помотала головой и вернулась к книге. — А нечего было устраивать соревнования по самым длинным плевкам.        — О, красавица! Оставь ты эту математику! — он выхватил ее книжку. — Думаешь, денег моего отца не хватит на нас? Зачем тебе образование?       Линч цокнула.        — Мы повторим сцену из «Кэрри» на выпускном вечере! Достать кровь не вышло, — он закатил глаза. — Я говорил Дэвиду, чтобы он прирезал уже эту свинью, но она напомнила ему его мать.        — Что? — Кэрол посмотрела на Джерри, как на сельдерей (со страхом и омерзением).        — Говорю, мать у него свиней пасла, — он сделал выпад вперед. — Так вот, Красавица, я на стадии выбора жертвы.        — Ты придумал план, но не придумал на ком его реализовать… Умно, ничего не скажешь.        — Я доверяю этот выбор и тебе! Есть кто на примете? — Джерри хлопнул ладонью по крышке банки.        — Нет, — не раздумывая, ответила Линда.        — Странно, обычно ты хочешь утопить какую-нибудь страшную прыщавую девочку в унитазе, — он удивленно поджал губы.        — Времена идут, нравы меняются…       Кэрол подняла руку, тупо посмотрев на обоих:        — А что такое «нравы»?       План Джерри не казался Линде опасным. Как минимум потому, что ее совершенно не касался. Конечно, Джерри выбежит на сцену, громко хохоча и воскликнет: «Все это во имя Красавицы!», но Красавица успеет смыться к бассейну и взять с собой глинтвейн.       А человек, политый красным, наверняка уедет из города тем же летом, так что за него переживать не стоит.       Линда вот не знала, что делать летом. Джерри явно планировал на ней жениться, но Красавица уже перестала этого хотеть. Кому вообще понравиться жизнь домохозяйки с тремя детьми, неуправляемым мужем и отсутствием свежего маникюра?        — Ты думаешь не над математикой, — Юджин выпрямился и взглянул на нее тем прелестным взглядом, от которого Линда начинала таять. Он немного опустил голову на манеру принцессы Дианы, сгорбил широкие плечи. На рубашке вновь появились складки, и Линч представила, как выглядит его тело под ней… Под рубашкой, не под Линдой, конечно! Возможно и это. Совсем чуть-чуть.        — Думаю насчет будущего, — Линда вытянула губы в трубочку. — Скоро выпускной, с кем ты идешь?        — Думай про математику. У тебя экзамен за день до выпускного.        — Ну, с ке-е-ем? — продолжила она и легла на стол, лишь бы стать ближе к Юджину.        — Я думал не пойти, — Юджин увел взгляд в сторону.        — Боишься отравиться паленкой? Не переживай, Джерри заказал нормальный!       Но Юджин уже встал, забрал с собой учебник по математике. Линда думала, что это простое окончание их разговора: сейчас Ровуд помотает головой, чтобы волосы упали на глаза, сгорбится и шаркающей походкой направится к выходу… но он встал, как вкопанный.        — Эй-эй-эй, — раздался громкий голос. Линда сразу его узнала.        — Джерри? — Линч вскочила с кресла, прятаться все равно было некуда. Разве что за торшер, но она не настолько тощая, да и набрала два килограмма за последний месяц отсутствия строгих диет.       Джерри толкнул Юджина в сторону и нахмурил толстые черные брови.        — Ты трахаешься с другим! — крикнул он.        — Я не трахалась с ним!        — Да ты наверное и не замечаешь, как он тыкает в тебя своим маленьким членом! — Джерри скрестил руки на груди. — А, хотя, не важно. Если у тебя фетиш на неудачников, ничего уже не поможет.        — Джерри! Мы просто занимаемся математикой!        — Красотка, ты с детского сада не можешь понять, что такое умножение! — он ударил себя в грудь. — Пусть твой ёбарь, — вдруг Джерри осознал, что может напрямую обратиться к Юджину и повернулся к нему.       Огромный и дикий Джерри-Мертвец навис над Ровудом и прошипел:        — Ходи и оборачивайся.

***

      Конечно, в итоге все вышло из-под контроля.       Линда лежала на кровати, сложив руки на животе, и думала про иерархию. Значит, она все еще красотка для школьников, но в ее прошлой компании Линда теперь в самом низу (даже ниже того парня, заблевавшего класс в прошлый вторник!). Она не усидела на двух стульях и оказалась глупой не только в математике, но и в отношениях с людьми.       И что теперь сделать? Джерри прислал странное сообщение, подружки при виде Линды цокают и закатывают глаза, а Юджин не отвечает на звонки.       Жизнь оказалась полна красивой пустоты. И весь ужас в том, что Линда сама создала эту пустоту, наделив ее смыслом.       Но эта пустота ей нравилась! Она вкусно пахла, была недурна собой и наполнена всеобщим обожанием. А теперь что? Кто она в итоге? Красотка? Дура? Линда Линч? Настоящее Никто без друзей.       Казалось, что все ответы Линда сможет узнать на выпускном балу. В любом случае, Линч купила себе платье, а воспоминание о красной краске навязчиво всплывают в ее снах.       Поэтому она сказала себе: «Поднимай зад и тащи его к Юджину Ровуду».       Дом Юджина выглядел плохо, но аккуратно: газон был пострижен, а стены дома облупились. Линч постучала в дверь. Никто не открыл. Линч представила себя промоутером по продаже косметики — такая перспектива придаст сил кому угодно. Поэтому Линда постучала сильнее и ногами.       Юджин отпер несколько замков, зазвенела дверная цепочка:        — Чего тебе?        — Джерри сказал ходить и озираться, а ты просто сидишь дома. Впусти, у меня есть идея.       Юджин тяжело выдохнул. Выбора у него все равно не было, как и денег на обучение в другом городе. Побег от Джерри Эддвардс невозможен, ходить с гипсом тоже не хотелось. А Линда давно в этом тупом обществе. Может, поможет.       Они сели в маленькой гостиной. Линда осмотрела нарциссы в белой вазе, старенький магнитофон и радио шестидесятых годов на окне.        — Джерри хочет устроить сцену из «Кэрри», — Линда сложила губы бантиком и сжала края юбки в руках.        — Ту, где девчонку кровью облили? До него мода доходит с опозданием? — Юджин вскинул бровями.        — Придем и нас выберут королем и королевой бала, — Линда подняла на Ровуда свой стеклянный взгляд. — Но я попрошу одного своего знакомого заменить краску на серпантин.        — Краску?        — У них какие-то проблемы с кровью.       Бал был назначен на поздний вечер. Все приезжали к зданию школы на своих или родительских машинах, а Линда приехала на такси, потому что ни у нее, ни у Юджина машины не было.       Линда зашла в школу с гордо поднятой головой. На нее озирались, в нее тыкали пальцами — Кэрол явно не удержала историю про Юджина в себе. А Ровуд шел около и заметно нервничал.       Громко играли хиты прошлых лет, по всему залу бегали разноцветные огоньки, подростки уже пили и развлекали сами себя.       В углу, на больших диванах, сидел Джерри с друзьями. Линда метнула в его сторону перепуганный взгляд. И когда она начала так нервничать?       Объявили медленный танец.        — Волнуешься? — спросил Юджин.        — Немного, — Линда положила руки ему на плечи.       Пара медленно качалась в такт мелодии, они не смотрели друг другу в глаза — это было не нужно. От холодных рук Юджина, по спине бежали мурашки, будто Линда стояла под прохладным душем. Линч почти не дышала, на ее глазах появлялись слезы, а губы некрасиво выгибались.        — Все будет хорошо, — Юджин стер слезу с ее щеки и сильнее прижал к себе.       Линда краем глаза следила за тем, как в ящик опускаются конверты с кандидатурами на «короля и королеву бала». Люди ехидно улыбались или без всякого интереса бросали их, пока шли за новым стаканом пунша.       Джерри купил голоса за вечеринку у него дома — никаких сомнений.       Раньше Линде также подчинялись, а теперь обходят ее и Юджина стороной, точно речная вода высокие камни. Ей не нравится.       Действительно, она же Красотка.       Принятое решение душило и крутило живот. Близилась ее смерть и перерождение. И Юджин тоже изменится.       Фанфары призвали толпу к сцене. Юджин и Линда стояли в первом ряду, бросали взгляды на людей и на директрису, что ме-е-едленно открывала конверт, точно это реалити-шоу на выгон.       Золотой свет враждебно накрыл двоих рассеянным лучом. «Линда Линч и Юджин Ровуд», — с удивлением произнесла директор, явно не помнящая, кто вообще такой Юджин.       Толпа разразилась аплодисментами. Юджин подал Линч руку, чтобы она не споткнулась о длинное платье и не отпустил даже на сцене.       На них уставилась по меньшей мере сотня пар жаждущих глаз. Пара прошла к трибуне для будущей речи. Линда взяла микрофон, он раздражающе засвистел на весь зал. Люди скривились.       Линч заметила в зале Джерри. И ей хватило одного мгновения.       Линда бросила микрофон на пол и вырвала свою руку из руки Юджина, отскочив в сторону.       Красная краска покрыла костюм Юджина Ровуда. Она стекала по его темным волосам, капала с подбородка и затекла в уши.        — Красотка! — начал скандировать зал.       А Линда наконец с облегчением выдохнула и почти безумно улыбнулась. Она поняла, что лучше быть глупой невыносимой скандалисткой при богатом муже: получать всю навязчивую и притворную любовь, — чем искать рай в «черном океане».