Часть 11

      Было холодно и совершенно ничего не было видно. Бретти трясло от холода на том месте, где она сидела. Доносились какие – то звуки, как из наглухо закрытой бочки. Справа от себя Бретти почувствовала что-то тёплое. Хотелось спать, но уснуть не получалось, так что голова просто болталась на шее, будто пребывая сразу в обоих состояниях. Бретти попыталась открыть глаза, но из-за того, что вокруг вообще не было света, она не поняла, что глаза открыты, и подумала, что их ей завязали. Возможно, в другой ситуации Бретти бы сильно испугалась от этого, но сейчас полное отсутствие зрительной информации не вызвало в ней никакого беспокойства. Послышалось, как что-то разрезали. Бретти перевалила голову на другой бок и хотела продолжить дремать, как сразу же почувствовала запах крови. Глаза сразу открылись, нос дёрнулся, а дрёма пропала. Когда Бретти поняла, что точно открыла глаза, но так ничего и не увидела, она закричала от испуга, но ей сразу же закрыли рот. -Тише, - шикнул Виктор. – Итак ситуация не из лучших. Не хватало нам ещё лишнего внимания. -Ви, ви, ви, ви... Виктор, это ты? – успокоившись спросила Бретти. -Если ты знаешь какого-то другого Виктора, я буду рад с ним познакомиться. -Так, ясно, – Бретти попыталась посмотреть на свои вытянутые руки, но могла лишь представить, где они находятся. – Виктор, а, а где мы? -Полагаю, что внутри этой второй разрушительной машины. Если бы нас выплюнуло куда-нибудь, я бы тебя уже разбудил. -А... а почему ничего не видно? -Ну, мои оба глаза на месте. Насчёт твоих не берусь утверждать, могу лишь сказать, что я видел здесь какие-то лампы. Не успел разглядеть, где именно. -А где Гари? -Ну, вряд ли бы он успел убежать, да и я слышал, что сюда прилетело ещё что-то тяжёлое и небольшое, после того как сюда попали и я, и ты. Он, наверное, где-то здесь. -Так, надо найти его и..., – Бретти попыталась встать, но ударилась о железный потолок. -Мне, всё-таки, кажется, это не обязательно. Я слышал его неуверенные попытки как-то подвигаться. Он в порядке и скоро, надеюсь, сам придёт в себя. -Но, но, но мы же в ловушке. Разве нам не надо выбираться отсюда? Мы не можем просто разнести это тёмное пристанище? -Могли бы мы – могли, но будем ли? Я, честно говоря, не имею ни малейшего понятия, где находится то, в чём находимся мы. Если мы нарушим герметичность этого чего-то, мы можем, – он начал загибать пальцы, не подумав, что Бретти этого даже не увидит, – захлебнуться, быть раздавленными подводным давлением, зажариться в магме или быть закопанными заживо, если мы сейчас где-то в зыбучих породах. -И, и что же теперь делать? -Надо просто подождать, пока нас где-нибудь не выпустят. Долго они нас тут держать не будут. Гетрон наверняка помнит, насколько я для него опасен. Если ему представится такая возможность, не сомневаюсь, он бы хотел убить меня своими собственными руками. -Ну, не знаю, – сказала Бретти, вернувшись на прежнее место. – Мне как-то помнится, что Гетрон не был настолько агрессивным в нашу последнюю встречу, чтобы всю эту агрессию направить на столь стремительное создание таких сложных машин для разрушения. -Ты просто не до конца понимаешь, с кем тебе пришлось иметь дело, – после этих его слов раздался звук рвущейся ткани. Бретти насторожилась. -Это ты сейчас что-то порвал? -Не волнуйся, это я от своего плаща отрываю. -Но зачем? -Эта тварь всё-таки как-то успела меня ранить по рукам. Чем-то рану завязать надо. Братья нам всегда говорили, в бою не до прекрасного. -Понятно. Погоди, у тебя есть братья? -Все элькилорки друг другу братья, – у Бретти едва глаза на лоб не полезли от таких слов. От нависшей тишины, Виктор понял, что Бретти что-то неправильно поняла. – Ну не по крови, конечно. -А, ну это да, хорошо. А то я уже подумала... ох, – Виктор закатил глаза и продолжил перевязывать левую руку. Последовали несколько секунд молчания. – Виктор, а всё-таки, откуда ты родом? -Я..., – тихонько зарычав, сказал Виктор. – Я не могу этого сказать. -Но почему, Виктор? -Ты можешь..., – он сначала сжал кулаки, а потом опустил руки, поджав ноги поближе к себе. – Меня могут услышать, – пробубнил он. -Кто? Ладно, давай не так. А почему ты не можешь вернуться на Родину. -Не могу и всё, – отмахнулся он. Бретти тяжело вздохнула и пожала плечами. Она посмотрела в разные стороны, пытаясь увидеть хоть лучик света, отражающийся откуда-нибудь. И ей показалось, что крошечная светящаяся точка отразилась от левого глаза Виктора, после чего тут же пропала. Бретти как будто бы уже начала отчаиваться в попытке, получить от Виктора нужные откровения, но тут она вспомнила несколько абзацев про невербальное межличностное взаимодействие и акты – демонстрации. Подтянувшись к Виктору немного, она нащупала в темноте его левую лапу и своей правой рукой добралась до ладони. К удивлению, Виктор вообще на это никак не отреагировал. Бретти осторожно сжала его ладонь в своей и отвела взгляд. -Когда я была маленькой, лет пять мне, может было, – вдумчиво начала она, – я на самом деле очень боялась высоты. Мне даже еду на кровать ставили, потому что я не залезала на стул. А мой папа работал пилотом воздухоплавательного судна. Я всегда очень за него боялась. Я каждый раз просила его не идти на работу и остаться дома, но он, конечно меня не слушал. И вот, как-то раз мои родители решили выбить из меня это страх высоты. Только вот они не придумали ничего лучше, чем уснувшую меня протащить на борт того судна в обычном деревянном ящике, – Бретти услышала, как Виктор чуть хихикнул. – Да, так и было. Потом, когда я проснулась, и мне показали, где я нахожусь, я так заплакала от страха, что иллюминаторы едва не потрескались. Но потом папа меня поднял к одному из них и показал, какое сверху всё красивое. Я сразу перестала плакать и действительно страх прошёл, исчез, просто испарился. За это я моим родителям безмерно благодарна. Только вот папу после этого уволили. Через пару недель он нашёл работу попроще, и они с мамой говорили, что я совершенно не виновата в этом. Но... Я помню, как он всегда влюблённо смотрел в небо. Да и сёстры на меня после этого смотрели, ну, не очень одобрительно. -М, да, паршивое чувство, – после этого Виктор помолчал, а потом сделал глубокий вдох, намереваясь продолжить. Бретти заметила, что пальцы его левой руки слегка дёрнулись в желании сжаться. – Откуда бы я ни был, вернуться туда я уже никогда не смогу. Ну, я просто не знаю, что должно произойти в моей судьбе, чтобы я снова объявился в родных краях, – он говорил медленно и неуверенно. – Дело в том, что я поступил очень... подло, по отношению к своей Родине. -Ты предал свою страну? – Бретти повернула голову в сторону, предположительно в которой была голова Виктора. -Как бы нет, но... Но как бы, да. Я не продавал никакие государственные тайны и никогда не переходил на сторону врага. Всё гораздо проще. Однажды ночью я испугался последствий, которые могут меня настигнуть. И главное, было бы, чего бояться. Только через год я понял, насколько ошибался и как был недалёк. Если честно, мне не особо - то было дела до Моколуса и, что там творится. Тогдашние события были просто хорошим предлогом и оправданием для самого себя. Ну, я был молод и глуп..., – он тяжело вздохнул. – Да и не ищут меня потому, что никому я на Родине не нужен. -Так, а от чего ты сбежал, Виктор? -Ну, конкретно сказать не могу. Но если бы я не сбежал, ты бы про меня точно слышала. Только, вряд ли бы мы хоть когда-нибудь встретились. -Ты должен был стать..., – Виктор напрягся от мысли, что сказал слишком много. – Поэтом? -Н... Да. Да, да, поэтом, – он выдохнул. -И, всё-таки, что же ты такого натворил. что тебе пришлось сбежать? -Ну, я там, это... короче, написал одну... одно произведение, как бы, выставляющее всю императорскую семью не в лучшем свете. П, после этого последовало ужесточение бумажной цензуры и все винили в этом лишь меня. Хотя такое решение уже давно назревало, и максимум, что сделал я, это помог этому снаряду сдетонировать. Но правда в том, что взрывчатку - то закладывали совершенно другие писатели. И поэты. Так что, ну, вот так получилось. И, можно сказать, с тех пор я постоянно обдумываю каждую свою фразу. -М, да, ну, тоже паршиво, конечно, – наверное, надо было отпустить лапу Виктора, но Бретти, видимо, просто забыла это сделать. – Может, прочитаешь мне что-нибудь из своего? -Пф, смеёшься что ли? – усмехнулся Виктор. – Это тринадцать лет назад было. Я уже ничего и не вспомню. -А мне всегда казалось, что своё не забывается. -Своё не забывается только в том случае, если твои собрания сочинений не сжигаются показательно на костре. Я, может, сам предпочёл бы полностью забыть об этом своём жизненной этапе. -Но, Виктор, гнетущие воспоминания не надо загонять в потаённые уголки памяти. Их нужно проговаривать, тем самым переживая снова и снова,, как бы, сглаживая эту мешающую неровность на дороге. -Ерунда какая-то. Да и к тому же, для моколусцев моё прошлое не так важно -Почему? -Потому что, в их глазах, я живая легенда, не ведающая проблем. У этого образа есть и плюсы, и минусы. И главный из минусов – если тебя видели героем, то больше ты ни кем не можешь являться. -Ужасно просто. А передо мной ты почему не боишься таким предстать? -Ты же меня героем не видела, значит можно. -А что в вашем понимании..., – раздался металлический голос Гари справа. Его глаза засветились, позволив Бретти и Виктору увидеть пространство вокруг. Виктор сразу одёрнул руку и положил её на пол, ладонью вниз. – А что в вашем понимании «Видеть героем»? – спросил он, неуклюже поднявшись на ноги. -Гари, ну надо же предупреждать, что ты можешь слышать, о чём мы тут говорим, - едва не закричала Бретти. -Простите, но я не мог оповестить вас об этом, так как мне нужно было углубленно проверить состояние всех своих систем. -Ну всё равно, можно было хоть знак какой-нибудь подать, что ты уже пришёл в себя, – столь же возмущённо сказал Виктор. Бретти посмотрела вокруг. Теперь пространство вокруг казалось не таким просторным. Внутренняя стенка машины была покрыта металлическими листами, разной степени в разной степени изъеденными ржавчиной, которые соединялись между собой заклёпками. По стене напротив проходили висящие провода и прямые трубы. Слева на небольшом расстоянии валялись металлические шары, зафиксированные двумя подпорками снизу и одной сверху. Бретти подумала, что в темноте тут было как-то спокойнее. -Ты в порядке вообще? – спросил Виктор. -В полном, – ответил Гари, упёршись рукам в место между стеной и потолком, словно подпирая его. – Если не считать, что я стою в луже из собственных ног. -В, в смысле? -Я физически не могу посветить на свои ступни, – Виктор достал топор и повернул его блестящее лезвие на нужный угол. Действительно, ступни Гари сплавились не только с голенями, но и расплавились в одну бесформенную лужу, не позволяя одной ноге двигаться независимо от другой. – Вы не могли бы мне помочь разделить моё образовавшееся основание? -Ладно. Не дёргайся..., – Виктор нашёл топором, в какое место примерно нужно ударить и резким движением разрубил железную лужу. – А как ты так пострадал? Тут же ничего столь горячего нет. -Мои ноги оказались на этом оголённом проводе, – он показал вниз, на изредка искрящиеся блестящие нити. – Они замкнули два свободны контакта, которые могли являться фазами аккумулятора, из-за чего через них прошёл сильный ток, от чего они расплавились. Предполагаю, защитный стой был повреждён в ходе вашего сражения. -Ну..., – Виктор пожал плечами. – В бою все средства хороши. -И как ты теперь будешь ходить? – спросила Бретти. -Как и прежде, – Гари откинул часть своей правой руки, откуда выдвинулся маленький зубчатый диск, который начал быстро вращаться. – Просто избавлюсь от расплавившейся части и всё будет отлично. Пока Гари осторожно отпиливал всё лишнее со своих ног, а Виктор смотрел, насколько сильно уже исцарапано лезвие его топора, Бретти начали окутывать небольшие сомнения по поводу того, ради чего они здесь оказались. Она плотно поджала ноги к телу, опустила голову и закрылась плащом, чтобы погрузиться в свои размышления. Вскоре Виктор заметил это. -Ты куда спряталась? – спросил он. -Да я, это... – сказала Бретти, расправившись, – меня она мысль навязчивая преследует. -И какая же? -Она тебе вряд ли понравится. -Да говори уже. -Я думаю, как бы, в общем... А если Гетрон, всё-таки, не виноват? – Виктор сразу отвлёкся от своего топора и перевёл всё внимание на неё. -Чего?! – почти закричал он, поморщившись. -Виктор, ты только не спеши меня винить в невежестве. -У тебя десять секунд, чтобы дать мне аргументы не считать тебя умалишённой. -Виктор, я просто сталкивалась с такими проблемами. Возможно, что до какого-то безумного изобретателя дошла история Гетрона, тот ею впечатлился и начал слышать в голове его голос, который требовал от того, завершить его начатое дело, – Виктор немного успокоился. На его лице проступило какое-то надменное призрение. -Гипотеза, конечно, интересная, но увы ошибочная. Далеко тут ходить не надо. Это просто безумец, который новыми методами решил вернуться к старому. Я даже и не удивился бы, если за эти тринадцать лет его амбиции выросли до мирового владения. -Мне кажется, что Гетрон уже не в том состоянии, чтобы творить такую сложную умственную деятельность. -Старые воспоминания иногда могут совершенно внезапно напомнить о себе. Это могут быть воспоминания не только о каких-то поражениях, но и о мыслях и практических наработках. -Мне кажется, мозг живых организмов будет достаточно сложно описать в отчёте, – сказал Гари, закончив пилить. -Не, это просто патологии и отклонения..., – всё содрогнулось и остановилось. Виктор сразу показал Бретти замолчать и насторожился. Было слышно, как кто-то небольшой массы лёгкими шагами прошёлся по внешней поверхности гиганта, в котором они находились. Донёсся разговор двух, но конкретных слов невозможно было различить, однако был слышан и смех. Спустя пару минут, разговор стал медленно затухать, словно говорящие ушли. Виктор немного опустил руку и слегка пошевелил головой. -Что делать - то будем? – шёпотом спросила Бретти. -В первую очередь – не шуметь, – ответил Виктор таким же шёпотом. – Вполне может быть, что нас доставили туда же, куда и Гетрона. -Тогда, возможно нам стоит покинуть это занимательное транспортное средство и осмотреться? – тихо предложил Гари. -Идея просто прекрасная, только как..., – треугольные створки головной части трубы распахнулись. Вида того небольшого, свободного участка, который можно было увидеть из их положения, хватило, чтобы Виктор придумал, как действовать, если даже они окажутся в окружении. Позади послышалось, что шары начали двигаться в их сторону. Одной рукой Виктор ухватил Бретти, потом другой рукой – Гари, постарался быстро и как можно тише выбежать на открытое пространство и отбежал в сторону. Уйдя с пути следования шаров, Виктор сразу достал топор и встал в защитную стойку, моментально окинув взглядом площадь вокруг. Удивительно, но вокруг не было абсолютно никого. Бретти, Виктор и Гари стояли в круглой, слабоосвещённой комнате с гладкими стенами и очень высоким сферическим сводом потолка. Где-то наверху были четыре окошка, из которых уже начинали пробиваться ранние лучи света звезды. Слева от той трубы, в которой были Виктор, Бретти и Гари, были ещё четыре таких же трубы, точно также застрявшие в стене. От каждой из них в центр комнаты шли желоба, по которым и покатились шары. Они катились в центр комнаты, в мелкую яму, из которой шёл свой жёлоб, в двустворчатую дверь, рассчитанную по высоте ровно под высоту шаров. Дверь изначально была открыта и из неё шёл свет. После того, как все шары прокатились в нужном направлении, Виктор показал идти туда же. Пройдя вдоль стены до двери, Виктор немного выставил в ту сторону лезвие своего топора, чтобы посмотреть, есть ли кто-нибудь с той стороны. Но и там, что удивительно, никого не оказалось. Там был длинный ангар, который заканчивался маленькой дверцей в противоположной стене. Перекружившись, Виктор сделал несколько неторопливых шагов по ту сторону двери. Ангар был разделён тонкими стенами на несколько секций. Стены были примерно в два раза выше Виктора, а всё пространство в ангаре освещали лишь шесть ламп, свисающих с высокого потолка. Пройдя ещё немного, Виктор заглянул направо, за стену первой секции. Там в восемь столбцов по девять штук стояли одинаковые машины, каждая на десяти колёсах. Только вот все колёса с одной стороны были обёрнуты в одну общую оболочку. Виктору такие аппараты, хоть и показались подозрительными, они не показались чем-то важным. Для него важным было то, что и тут никого живого не было. Виктор махнул Бретти и Гари, чтобы они догнали его. -Какое-то подозрительно пустое место, – сказал Виктор. -А вот это тебя не смущает? – спросила Бретти, указав на выстроенные машины. -Да это – ладно, главное, что в них нет никого. И хорошо и плохо. Так бы хоть сказали, где мы. -Мне кажется, Гетрона тут нет. -И почему же? -Как – то не похожи эти штуки на что-то в его стиле. -Ты хоть представляешь, сколько раз стиль может за тринадцать лет поменяться. И к тому же, я не знаю никого другого, кто бы мог придумать хоть что-то подобное. -Я тоже больше склоняюсь к тому, что некий Гетрон находится здесь, – сказал Гари, развернувшись. -Почему же? -Я улавливаю интенсивные ритмичные внутренние сокращения вон оттуда, – он показал на платформу, которая была примерно посередине высоты всего ангара. Она была освещена намного лучше всего остального пространства, обставлена железными ящиками, спереди опиралась на квадратную колонну, а справа – сливалась со стеной. -Я там его не вижу, – приглядевшись в указанном направлении, сказал Виктор. -Я не утверждаю, что там именно тот, кто нам нужен. Я лишь утверждаю, что там кто-то есть. -Стоит спросить, наверное, – сказала Бретти. -Ну, это будет лучше чем ничего не ведать. Они пошли к высокой платформе. По указанию Виктора, Гари шёл спиной вперёд и постоянно смотрел, чтобы к ним никто не мог приблизиться незамеченным. Наверх можно было попасть только по лестнице, которая крепилась к подпирающей колонне. Виктор пошёл первым, за ним Бретти, а за ней – Гари, развернув голову назад. Перемещаться вверх, не глядя, для него оказалось на удивление сложной задачей, так что Гари очень быстро отстал. Виктор поднимался в состоянии какого-то предвкушения, его не покидала мысль, что там он и найдёт Гетрона. Так хотелось его в таком случае порубить на кусочки, подобно тем, на которые разлетелся тот прекрасный мост. Приободрившись, Виктор стал подниматься быстрее. И когда до верха оставалось менее двух десятков ступеней, Виктор услышал, как оттуда, в их сторону приближается кто-то, судя по шагам, небольшой массы, и до истерического смеха радуется этому. Замерев, он показал Бретти остановиться. Она хотела показать Гари, но тот был слишком далеко и поднимался он слишком тихо. -Ну что, учитель мой Гетрон, - сказал чей-то незнакомый голос, – так и будем молчать или наконец-то к сотрудничеству перейдём? – в ответ не последовало ничего, кроме неразборчивого мычания. После этого говорящий издал тяжёлый вздох. – Геетрон, ну сколько можно?! Вы же сами этого хотели! И теперь, когда у вас появилась возможность столь стремительно добиться того, о чём вы в тайне мечтали так много лет, вы просто от неё откажетесь?! – снова раздалось неразборчивое мычание. – Ну нельзя же так поступать с собственной идеей. Это просто... просто... Просто какое-то издевательство над благой целью. Ну подумайте сами, неужели вы действительно считаете всё, происходящее в мире правильным и справедливым? Вы слышали, что бывают такие ситуации, в которых всё настолько плохо, что лучше было бы начать заново, чем переделывать строе? – и снова неразборчивое мычание, после которого снова донёсся неодобрительный, даже разочарованный вздох. – Ладно. Ладно, ладно, ладно. Я пытался, и пытался достаточно долго, упорно и настойчиво, но раз сами вы не хотите сотрудничать, мне не остаётся сделать ничего кроме как просто достать из вашего мозга нужную информацию. Это я вас, если что, просто предупреждаю, что вскоре будет тут происходить. Прям тут, так что теперь вы точно никуда не денетесь, – говорящий направился прочь, сопроводив свой уход яростным смехом. Бретти могла примерно представить, о чём думает Виктор. Она хотела попытаться остановить его в яростном стремлении разодрать Гетрона на кусочки, но Виктор уже поднялся. Бретти поспешила за ним. Встав за одним из железных ящиков, Виктор постарался собраться мыслено. В нём кипела и злость, и волнение, и лёгкий страх неизвестности. Но неожиданно напасть сейчас было бы недальновидно, так как он сам ещё не до конца понял, о чём говорил тот пришелец. Бретти успела подняться и в нужный момент одёрнуть Виктора за плечо. -Постой, Виктор. Ты же не знаешь точно, вдруг это ловушка? – сказала она. -Ерунда полная, – отмахнулся тот. – Да и нет такой ловушки, которая могла бы остановить меня. Поймать – возможно, а вот остановить – нет. Приготовившись к удару, Виктор резко показался из-за укрытия и был готов ко всему. Ко всему, но только не к тому, что увидел. Он действительно наконец-то снова увидел Гетрона, только в самом неожиданном положении. Тот лежал на толе, привязанный руками, ногами и шеей к столу. Его рот был плотно завязан, а голова была под какой-то арочной железной конструкцией, из которой выходили винтовые стержни, жёстко фиксируя голову Гетрона в одном положении. Двигать он сам мог только глазами и совсем немного ртом. Виктор удивился и быстро остыл. Увидев, как он моментально переменился в лице, Бретти захотелось самой посмотреть, что же такое там было. Когда та же картина предстала и перед её глазами, Бретти тоже осталась полна недоумения. Она посмотрела на Виктора в надежде, что он выдвинет хоть какое-то предположение, как всё могло прийти к такой ситуации, но тот сам не имел ни малейшего понятия. -Может, хоть, подойдём, поздороваемся, – шёпотом предложила Бретти. -Так, без глупостей. У нас вначале была чёткая задача: найти Гетрона и вернуть в Моколус. И такой шанс быстро схватить его и вернуться упускать нельзя. -Но мы же даже..., – Бретти хотела предложить по лучше продумать этот план, но Виктор уже подошёл к Гетрону -Эй, чудик, – он хлопнул у него перед лицом пару раз. Увидев морду Виктора, Гетрон сперва дёрнулся даже с такой плотной затяжкой. Но потом, вспомнив, что Виктора он видел относительно недавно, Гетрон успокоился, и даже вроде бы немного заулыбался. Он что-то произнёс, но ничего не было ясно. -М-м-м-м-м мой дорогой спа-па-паситель Виктор, как, ка, как же я рад тебя снова видеть, – сказал Гетрон когда Виктор стянул тряпку, которой был перевязан его рот. -Чего? Ты мне лестью глаза не затуманишь. -П, попрошу, я искренне рад увидеть вас в столь о-о-опасное время. А не с вами ли ваша при, при, при-и-имилейшая спутница? -Бретти, подойди сюда, – она подошла к Виктору и как только оказалась в поле зрения Гетрона, тот почти засиял от радости. -О, прекраснейш... шая! Я безмерно рад вас, вас, вас видеть. -Гетрон, что с вами случилось? – спросила она. -Наименее вероятный исход событий о, о, оказался реальным! – сказал он с выпученными глазами. – Я могу честно признаться, что когда меня толь, только положили на лечение, я задумывал план побег-г-га. Но потом эти мысли как-то пропали из моей головы, и, и, и я научился наслаждаться спокойной жизнью, – Виктор посмотрел на Бретти, как бы спрашивая, может ли это быть действительно так. Она же доходчиво объяснила, показав на вену своей руки. -Так, ладно, не важно, – сказал Виктор. – А когда ты успел всё это построить? -Та, та, та, та... Так в том-то и всё дело, что это в-в-всё даже не моих рук дело. -Чего? Ты всегда один работал. -Виктор, а ты ничего странного не находишь? – спросила Бертти. – Мне кажется, что Гетрон бы не оказался в таком уязвимом положении, если бы действительно сам всё просчитывал. -Видите ли, я работал, не то, ч, чтобы один. – на лице Гетрона проступила смущённая улыбка. -В смысле? А кто тебе помогал? – спросил Виктор. -С-с-с-сторож свалки. -А как он мог тебе помочь? -Ну, у меня... у меня, у меня была идея, план, но не было совершенно никаких ресурсов. И тог, тогда до вот этого гражданина, – он показал глазами в сторону, куда предположительно, ушёл рассмеявшийся, - я узнал, что у него тоже есть претензии к властям по зем, зем, земельным вопросам. И вот тогда-то мы вместе построили, то, то, то, что построили. Из того, чт, что нашли. -А чего ты заикаешься – то? -Виктор, это может произойти с кем угодно, кто за короткое время пережил много стресса. – сказала Бретти. -Во-во-вот так и произошло. Вы же меня п-п-п-повернули на путь истины,– он смотрел на Виктора,– а преспешн-н-ник мой расценил это как провал дела, к ка-ка-ка-которому, как он посчитал, нужно подойти более основательно. Только вот сам он ни, ни, ни, ничего не знал, как построить, так что и времени ему на вс-с-сё понадобилось гораздо больше. -А. И это он забрал тебя из клиники?– предположил Виктор. -Д, да. -Какая занимательная история, – сказал Гари, выйдя из-за железного ящика. – Как мне кажется, достойная мировой известности. -Ч, ч, чей же такой странный глас мне довелось услышать? – испуганно спросил Гетрон. -Это Гари, ему можно доверять, – ответил Виктор.– Так, не важно, сейчас быстро вытаскиваем тебя отсюда и быстро возвращаемся в Моколус, – он взялся за железную конструкцию вокруг головы Гетрона и попытался её раздвинуть. -З, з, з, зря стараетесь, – Гетрон обречённо вздохнул. – К-к-к-каркас из низкопримисевного металла даже перерубить н-н-н-невозможно. Что уж там говорить про... – Виктор взялся с другой стороны и, надавив вверх чуть сильнее, смог откинуть конструкцию. Получив снова возможность двигать головой, Гетрон немного приподнялся, чтобы удивиться. Снова послышались приближающиеся шаги. Виктор сказал Бретти и Гари встать вплотную к стене, в которой был вход, и откуда шёл звук. Когда все прислонились к белой поверхности, Виктор убрал топор за спину. Информацию о происходящим нужно было выведать, а не придать забвению вместе с носителем. Неспешный топот маленьких ножек становился всё громче и отчётливее, пока из дверного проёма не вышел их источник. Виктор ожидал увидеть кого-то примерно своего роста. Его нужно было захватить, обездвижить, возможно, сломать пару костей, после чего, получить ответы на все интересующие вопросы. Но когда вышел обыкновенный маленький моколусец, такой же как Гетрон, в белом халате и пилой в правой руке, Виктор стало так смешно от его вида, что пришлось сдержать челюсть руками, чтобы не выдать себя раньше времени. -Итак, сей..., – моколусец хотел что-то сказать, но не смог сдержать своего удивления от вида, что фиксирующий каркас отброшен, а рот Гетрона развязан. – Как это у вас получилось освободиться? -Эт, это, ну... Магия, – оскалившись заулыбался Гетрон. -Глупость. Ладно, видимо, я чего-то не знаю о возможностях вашего мозга. Ну, это сейчас и предстоит выяснить, – он пожал плечами и повертел в руках свою пилу. - Так что приступим к проникновению, – и тут Виктор не сдержался. По-прежнему не открывая рта, он издал звук, похожий на скрип давно не смазанной двери. Моколусец вздрогнул, обернулся и чуть не упал от неожиданности увиденного. – Вы, вы, а вы все кто? – растерянно спросил он, окидывая взглядом всех троих. -Давайте, давайте не будем..., – аккуратно попыталась начать Бретти. -А ты - то сам кто? – пытаясь успокоить свой смех спросил Виктор. -Что ж, – он гордо вытянулся и одёрнул края своего белого халата. – Разрешите представиться, Дир Занирский. Я обладатель этого прекрасного места, в котором мы все сейчас находимся, всей той техники, которую вы только здесь видели, и... -Свалки в Моколусе. Знаем уже, – почти полностью успокоившись сказал Виктор. Дир поморщился, а потом озадачился. -А откуда вы..., – он посмотрел на Гетрона, потом на Виктора, потом – снова на Гетрона, потом – снова на Виктора. – А! Вы, верно, тот самый Виктор бесфамильный! – теперь Виктор озадачился. -С чего это бесфамильный? -Ну, просто, сколько бы Гетрон мне твердил, что вы скоро его найдёте, он говорил только ваше имя, Виктор то, Виктор сё... А вы, стало быть, Бретти. – посмотрел на неё. -А он про нас так много говорил? – спросила она. -В основном – про него и, – Дир показал на Виктора, – что он, непременно, найдёт его даже в почвенных глубинах. Получается, не соврал. А я до последнего не верил. -Так, это всё не важно, – сказал Виктор, – Ты зачем его голову распилить хочешь? -Поймите, – он заговорил так вдохновлёно и блаженно, что можно было легко представить, как Дир говорит об этом часами каждый день, – мозг этого гения содержит массу уникальных, – он подошёл к Гетрону, снова закрыл ему рот и стал обильно жестикулировать у него над головой, – нигде более не имеющихся знаний, навыков и наработок. И всё это добро просто необходимо направить на пусть стремительного развития нашей цивилизации! -Что ты несёшь? Он же простой ремонтник. Даже не доктор, там, или профессор какой-нибудь. -Вы про Дальдиусанство когда-нибудь слышали? -Про Даль... – перед глазами пронеслись воспоминания о недавних событиях. – Ну отдалённо. Но в подробности не вдавались. -В таком случае, я вам сейчас с удовольствием расскажу. Итак, – Дир сложил вместе руки, поднял голову и закрыл глаза. – Четыре тысячи лет назад, в священный глубинах... -Это, конечно, интересно, но нельзя ли сразу перейти к той части, где понадобился Гетрон? – перебил его Виктор. -Что ж. В двадцать шестой главе Гальсинского свода сказано: «И воздвигнут дадьдиусины на живущим новый мир, избавленный от пороков старого. И не будет в мире, воздвигнутом дальдиусинами зла во всяких нарядах, не будет запретов, поставленных миром прошлым, не будет ни судей, ни царей. И спустится всеравновесный Дальдиус и будет править рабами своими покорными по справедливости и равенству». Хотя, да чего я вам рассказываю, вы можете сами взять и убедиться в истинности этих слов. – Дир подошёл к одному из железных шкафов и достал из выдвижного ящика толстую книгу в твёрдом переплёте. Протерев её, он передал её Бретти. Это была потёртая книга почти в две тысячи страниц, на обложке которой был изображён блестящий круг внутри квадрата, под которым крупными буквами было написано «Гальсинский свод», с припиской маленькими буквами ниже: «Напечатанный неискажённо и ни на слово не отклонённый от ниспосланного Дальдиусом». Бретти пролистала до двадцать шестой главы, и действительно, в пятом сложении говорилось то, что произнёс Дир, дословно процитировав. Виктор и Гари тоже посмотрели на найденный фрагмент текста. -Гари, посмотри вот сюда повнимательнее. – Виктор указал на страницу с шифром. Гари сфокусировал взгляд на указанном месте. – А зачем ты по унарные коды написано? – обратился он к Диру. -Ну как же? Это было первое знание, которое Даьдиус даровал просветлённому Гауту. – ответил Дир. -М да. И всё же, господин трепанатор, как бы там ни было, ни я, ни Бретти не можем позволить, чтобы Гетрону были нанесены хоть малейшие телесные повреждения. Нам поручено доставить его на Родину, чтобы тот мог поработать на её благо. -Я вас уверяю, в этом нет ни малейшей необходимости. – всё так же воодушевлённо говорил Дир. – Ведь, совсем скоро ум Гетрона послужит на благо всей жизни, что только существует на Олиупе! -И как же это случиться? -Моментально, можно сказать. И я хочу вас поздравить, так как вы будете теми немногими, которым предстоит заново заселить нашу планету! – Бретти и Виктор медленно посмотрели друг на друга с выпученными глазами, полными смеси непонимания и лёгкого страха. – Вам будут возводить памятники, вас будут воспевать в легендах, да вы даже сможете стать настоящими божественными сущностями! О, хотя, нет, у меня появилась идея по лучше. Пусть вы, – он показал на Виктора, станете временным императором планеты, и потом только ваши, – затем ещё и на Бретти,– наследники по мужской лини будут иметь возможность управлять супер – государством до пришествия Дальдиуса! А потом... -Так, а ну-ка отставить геополитические фантазии! – скомандовал Виктор, да так резко и громко, что Бретти вздрогнула. – Что ты вообще такое несёшь? Какое супер – государство? Какой император планеты? Кого заселять? Что ты вообще делать собрался? -Вот, смотрите. Через пару минут мы уничтожим всю жизнь на нашей планете. Потом... -Чего?! – в один голос удивились и Бретти, и Виктор. -За, за, зачем это делать?! – спросила она. -Ну, чтобы построить новый мир, как сказано в своде, и сделать это быстро и незатратно, проще будет стереть всё, что в нём есть. Так вот, потом... -А-а-а... – Виктор стукнул себя по лбу. – Ой, перед кем распинаемся? Очередной религиозный фанатик. -Виктор, ну постой, может быть стоит попытаться помочь ему? – предложила Бретти. – Хотя бы попробовать объяснить Диру, что лучше так не делать, по огромному количеству причин. Что мир работает не так. -Ой, Бретти, – со вздохом Виктор взял её ладонь и положил между своими двумя. Бретти такого не ожидала.– Это тебе нужно понять, что мир работает не так. Пойми меня правильно, я обеими руками и одной ногой за то, чтобы помогать психически нездоровым социализироваться. Но пока в телесной медицине есть такие болезни, которые, ну... Ну не возможно вылечить, так и в некоторых головах иногда просто невозможно навести порядок. Как бы ты ни хотела, как бы ни стремилась, как бы ни усердствовала, есть куча олиупцев, у которых в голове просто очень густая каша. И этот, – Виктор показал на Дира, который всё ещё поэтапно описывал свой план кому-то, – один из таких. -Но, но, Виктор, это же нельзя установить точно. -Можно. И очень быстро, – Бретти опустила взгляд на свои ноги и, пошевелив пальцами, сгрустнувшими глазами посмотрела на Дира. -Но, но ведь я давала клятву, помогать всем, кто нуждается в мой помощи. -Я могу тебе гарантировать, история, о том что ты её однажды нарушила, умрёт со мной, – Бретти почувствовала себя как-то гадко. Однако, она понимала, что Виктор, всё-таки прав. -Ну и что же нам тогда делать? -Отвяжи Гетрона. А я разберусь с этим фанатиком. Когда Бретти подошла к столу, на котором лежал Гетрон, и начала расстёгивать ремни, Дир хотел сразу же остановить её, но Виктор ухватил его за руку и поднял перед собой, чтобы их глаза были на одном уровне. -Значит так, добродетель. Что у тех, кто занимался этой ерундой до тебя, что у тех, кто будет заниматься этой ерундой после тебя, что у тебя ничего не получится. -Но вы не понимаете! – отчаянно попытался закричать Дир. – Нужно просто уничтожить старый мир! -Так, мне этот бред уже надоел, – Виктор снял в Дира халат и связал его рукавами ему руки. – Ты пока тут посиди, а мы потом за тобой ещё вернёмся. Гари, посмотри, где тут выход, – Виктор отошёл, уже представляя, как будет здорово когда он вернётся домой. -Четыреста шестнадцать девять! – вдруг во всё горло прокричал Дир. Все присутствующие рядом с недоумением посмотрели на Дира, ожидая чего-то. Но тот после столь громкого заявления просто опустил голову. Виктор пожал плечами и хотел что-то спросить у Бретти. Но когда он снова к ней повернулся, он увидел как и её лицо, и лицо Гетрона сильно скосились как в каком-то припадке. Виктор ужаснулся и хотел дотронуться до неё, чтобы хоть что-то понять, но не успел. К спине прилипло что-то круглое и холодное, почувствовалось нечто похожее на укус маленьких клыков. И укус этот оказался весьма болезненным. В тот же момент по всему телу Виктора словно прошлись несколькими тысяч иголок, глубоко вонзая каждую в его кожу. Абсолютно все мышцы в теле напряглись, и непонятно было, как у Виктора получалось сохранять вертикальное положение. Нельзя было ни пошевелиться, ни хоть что-то произнести, а дыхание и сердцебиения, наверное, остановились. Это ощущение продлилось недолго, всего несколько секунд, но каких-то очень длинных несколько секунд. А когда всё прекратилось, из Виктора словно разом высосали все силы так, что даже на двух ногах удержаться не получилось и, падая, Виктор встал на четвереньки. Бретти точно так же не смогла удержаться. От бессилия и потемнения в глазах было очень трудно даже сфокусироваться на том полу, который был перед самым носом. Однако Виктор всё – таки постарался поднять и развернуть голову, чтобы понять, что это вообще было. Он увидел как с самого верха на сброшенных верёвках спустились представители пяти разных видов. Трудно было определить, кто кем был, так как все были одеты в красные защитные костюмы, а на головах были маски с чёрным отверстием для дыхания снизу и большой отражающей полосой сверху. У двоих из спустившихся за спиной были чёрно - жёлтые ящики, соединённые небольшим толстым проводом с чем-то, что они держали в руках. И на концах этих штук действительно были металлические блестящие диски, из которых всего на пару миллиметров выступали два зубца. Один из трёх других развязал Дира, а двое оставшихся поспешили туда, откуда он вышел. Когда тот встал на ноги, трое находившихся рядом выстроились в ряд и внимательно слушали, что Дир им говорил. В ушах раздавался звон, из-за которого Виктор не мог разобрать даже примерные слова. По виду появляющейся улыбки Дира, можно было понять, что произошедшее сейчас его вполне устраивало. Даже несмотря на сильную слабость, Виктор постарался найти в себе силы чтобы встать и показать, что так просто его не сломить. -Так, вы, – пошатываясь, указал Виктор в сторону появившихся, – вы вообще кем себя возомнили?! -Долбоните его её раз, – устало сказал Дир. Два краснопузика нацелили свои штуки на Виктора, и металлические диски тут же полетели в Виктора. Они впились ему в ноги, тот приготовился снова испытать ту сильную боль, но вместо этого какая-то сила его просто пощекотала изнутри. – Да сколько раз говорить?! По одному! -Ха! – Виктор выдернул из себя металлические зубчики и, пока те не выскользнули из его рук, и разорвал провода. Он ощутил, как утраченные силы начинали быстро возвращаться к нему. – Что слуг, что противников выбирать не умеешь. -Какие слуги? – сказал Дир, быстро направившись в сторону двери, откуда пришёл. – Это не слуги, а последователи. Это первое. А второе, мне мама всегда говорила, хочешь сделать что-то хорошо, возьмись сам. Двое последователей выкатили потёртый железный костюм. Это была небольшая бочка с дверцей сзади. От бочки в привычные стороны отходили длинные руки и ноги. Дир забрался в неё, и от него самого осталась только голова, торчащая сверху. Виктор хотел помешать этому, но ноги только-только начинали вспоминать, как ходить. Опираясь на стол и придерживая голову, Бретти поднялась и попыталась открыть глаза. Всё тело дрожало, а вместо чего-то осмысленного, перед глазами только сужались появляющиеся круги, медленно проясняя изображение вокруг. Бретти посмотрела на голову Дира, потом на Виктора, которому, на вид, было лучше чем ей. -Ви... Виктор, а что случилось – то? – спросила она. -Сейчас главное – устоять на ногах, – ответил Виктор. -Что вы стоите?! – едва не завопил Дир. – В наручники всех троих! Из одного шкафа последователи достали три пары наручников, на внутренней стороне которых были заточенные шипы. Виктор успел подумать, что у него не получится их просто так разорвать, так что даже не сопротивлялся, когда его руки помещали в эти кольца. Бретти даже не поняла, что с ней что-то делают, а Гари просто последовал примеру своих органических друзей. -Виктор, а почему мы не оказываем никакого противодействия? – спросил он. -Потому что..., – он немного подёргал руками и от ощутимой боли сразу пришёл в себя. – Ты... Так, ты, амбициозная малявка! Хватит врать самому себе, что у тебя что-то получится. Это всё равно так не сработает. Потому что, если бы сработало, это бы уже наверняка сделал кто-то другой. -Замолчи и будь благодарен, за то, что я позволил тебе жить и увидеть последние минуты старого света! – загордился Дир. Виктор попытался разорвать наручники, так как до этого никаким оковам не удавалось его удержать, то теперь, даже через намотанную на руки ткань, шипы вгрызались в его плоть с увеличением его собственных усилий. И Виктор понял, что так не получится. Потом такие же наручники надели и на Бретти. Она попробовала немного подвигать в них руками, но тоже ничего не получилось. Потом наручники нацепили ещё и на Гари, но тот, видя, как Виктор и Бретти стараются ими не двигать, тоже не решился это попробовать. -Гетрон, ну вы же авторитет в его глазах, – сказала Бретти. – Может вас он послушает и согласиться прекратить. -А д-д-даже если и прекратит, куда ему потом деваться? Добровольно в панельки идти? – ответил Гетрон, пока его обратно приковывали. -Тихо! – Дир топнул. – Вы так говорите исключительно потому, что не в силах понять всю гениальность и совершенство строения нового мира. Ох..., – он достал руку из своего металлического костюма и положил себе на лоб. – У меня из-за вас голова заболела, – он наклонился к своим последователям. – Я сейчас вернусь и начну. А этих пока отвести в убежище. Последователи издали что-то похожее на согласие и трое повели Бретти, Виктора и Гари в сторону двери, а Дир спрыгнул вниз с платформы. Когда Виктора повернули в правильном направлении, и он сделал несколько шагов, проход впереди, по которому их должны были повести был не очень широким. Он оступился, вроде бы, на ровном месте, и вперед провели Бретти. Виктор постарался быстро встать, не используя рук, чтобы пойти следом за ней, а Гари повели последним. Когда все оказались в этом узком сером коридоре, освещаемом редкими лампочками, расположенными вдоль стен, и прошли пару метров, Виктор начал постукивать одним когтём по другим. Это смахивало на внешние признаки волнения. Бретти сначала не поняла, Виктор что, действительно занервничал? -Виктор, ты чего там стучишь? – тихо спросила она. -Да так, – он кашлянул. – Это просто внешние сигналы организма. Бретти не поняла и хотела уточнить, но последователи одёрнули обоих, запретив переговариваться. И, сделав ещё пару шагов, Бретти услышала, как сзади неё что-то зашипело, а потом заскрежетало. Этот звук не ожидали услышать и последователи. Они остановили всех, чтобы можно было спокойно посмотреть, что там случилось, но было поздно, руки Виктора уже были свободны. Он схватил за шиворот последователей, которые вели его и Гари, свободной рукой пробил дыру в стене и затолкал в неё обоих, чтобы те не смогли пошевелиться. Третий последователь убежал в страхе. -Фух, я так волновался, что ты не догадаешься, – облегчённо выдохнул Виктор. -Я всесторонне анализирую все звуковые сигналы, которые получаю, – сказал Гари. -О чём, о чём вы говорите? – спросила Бретти, повернувшись к ним. -Я пирвелку уже двадцать пять лет в голове держу, – пояснил Виктор, сорвав с себя наручники. – Уже далеко не в первый раз меня спасает. -Кого? -Полагаю, Виктор хотел так неформально назвать унарные коды, которые вам показывал Дир. -Но, там же были длиннющие числа. -А на другой странице – унарные коды. Просто прекрасная штука, – когтями Виктор расцепил наручники Бретти, а потом Гари. -Интересно, что я никогда о ней не слышала. -В данном случае это простейшая двухсимвольная система, промежутки в которой..., – начал Гари. -Так, потом ей расскажешь, – остановил его Виктор. – А сейчас перед нами стоят три задачи: вытащить отсюда Гетрона в целости и сохранности, самим покинуть это неясное место и устранить этого... не запомнил. -Дира? – сказала Бретти. -Вот его. И, по возможности, уничтожить все его приготовления к уничтожению мира. -Может, не надо так резко? Может, его стоит просто обезвредить? -Обезвредить наилучшим образом, можно лишь выбив вредоносную идею из головы, а там это сделать уже не получится. Так, быстро в обратную сторону. Когда Виктор, Бретти и Гари снова увидели Гетрона, тот по прежнему лежал на столе прикованный и зафиксированный. Виктор разрезал ремни и, стараясь в тоже время прислушиваться ко всему окружению, быстро, шёпотом спросил: -Гетрон, ты знаешь, где здесь выход? -Д, д, д, д..., – попытался ответить тот, но от волнения заикания только усиливались, так что он показал правой рукой куда-то за спину. -Понятно. А ты знаешь, где Дир хранит то, чем планирует убить всё живое, и как это обезвредить? -Д, да. – но показал немного левее. -Отлично, сейчас покажешь. Виктор подхватил Гетрона как маленького ребёнка и хотел спрыгнуть с ним с платформы, в том направлении, куда он показал. Но когда Виктор только посмотрел вниз, прямо под ним с вращающейся пилой в своём железном костюме стоял Дир, который, что-то проверив, посмотрел наверх и глаза уставились друг на друга. Виктор спрыгнул подальше. За ним спланировала Бретти, а за ней сверху свалился Гари. Виктор передал ему Гетрона. -Быстро, следуйте, куда Гетрон скажет! – скомандовал он, после чего Бретти и Гари стали убегать как можно быстрее. -Да ты даже не понимаешь, что творишь! – закричал Дир. – Ты лишаешь наше будущее его благого существования! -А ты сам - то понимаешь, что говоришь? – спросил Виктор, достав топор из-за спины. -Хотя, в целом, не важно. Мне будет проще тебя убить, – он направил на Виктора свою правую металлическую руку, и в её центре что-то ярко засветилось. -Ошибаешься, – сказал Виктор, уклонившись от выпущенного в него раскалённого потока какого-то вещества. – Убить будет проще мне тебя, – и налетел на Дира с замахом. Дир успел отбросить Виктора недалеко, но на корпусе осталась царапина. В этот момент тот успел услышать звук, который показался ему очень знакомым. Точно, именно так же скрежетал металл той огромной машины, которая и доставила их сюда. Видимо, что она, что грудная часть этого костюма были сделаны из одного материала. Ладно, шея - то у Дира точно не такая прочная. Виктор разбежался в его сторону, но тот снова направил на него свою правую руку, выпустив в Виктора светящийся поток. Пришлось немного отдалиться и уклониться. Дир не давал приблизиться, постоянно пуская в Виктора новые и новые светящиеся потоки. Странно, что оставшиеся три последователя не торопились ему помочь. Несмотря на опасность, Виктор старался не сильно отклоняться от линии, на которой изначально находился. Гари и Бретти должны были как можно дальше удалиться, пока Дир позволял себе не вспоминать об их существовании. Виктору казалось, что они издевательски медленно ползут, хотя Бретти и Гари спешили как только могли. -Так, Гетрон, – запыхаясь говорила Бретти, – а можно конкретнее, где выход отсюда? -Сь, сейчас будет сборочн-н-ный зал, потом – п-производственный, а за ним – пусковой. Там, на эт-этой же стороне будут спасательные воздушные шлюпки. На них можно улететь. -А стоит ли нам оставить всё имеющееся здесь в нетронутом виде? – спросил Гари. -Не знаю, но мне кажется, Виктор бы не одобрил эту идею, – ответила Бретти. -Может быть, нам стоит спросить его самого? -Ну конечно, давай, спроси его прямо сейчас! -Отличное предложение, – Гари остановился, повернул голову назад и произнёс так громко, как только мог. – Виктор! Не считаете ли вы необходимым разрушить всё здесь построенное? На этот голос, от громкости которого, казалось, даже затряслись стены, сперва повернулся Виктор, а за ним и Дир, с ужасом вспомнив, какую кладезь знаний у него забрали. -Потом про сарказм почитаем, – прошипела Бретти, дёрнула Гари за руку и они побежали дальше. -Немедленно остановитесь! – крикнул им Дир. – Вы лишаете нас светлого будущего! Я требую сейчас же вернуть мне столь ценный инструмент, необходимый для его создания! – переключив своё внимание с Виктора на похищенного Гетрона, Дир большими шагами на своих длинных металлических ногах стал приближаться к Бретти и Гари. Виктор ухватился за шов в конструкции туловища и попытался повалить его. – Виктор, вы совершаете огромную ошибку, столь яростно препятствуя воплощению моего прекрасного замысла! Я даю вам последний шанс одуматься! -И не подумаю! – Виктор попытался ударить сверху, но Дир дёрнулся и лезвие топора только оставило глубокую трещину в плече костюма, рядом с отверстием для головы. -В таком случае, для вас в летописи места не найдётся, – он схватил Виктора за руку и швырнул в сторону, продолжив догонять Бретии и Гари. Помотав ушибленной головой, Виктор поднялся и посмотрел на большие двери, которые были в противоположной стене ангара. Бретти и Гари с Гетроном были уже весьма близко к ним, но Дир неумолимо приближался. Да и смогли бы они скрыться после этих дверей? Виктор решил действовать по-другому. Он убрал топор за спину и, сделав крюк, чтобы не сразу попасться Диру на глаза, подбежал к Бретти и Гари, выхватив Гетрона у того из рук. -Вы с ума сошли?! – зарычал Виктор, перейдя на неспешный шаг. – Чего плетётесь еле-еле? -Но Гари быстрее не может, – ответила Бретти. -Нет, я могу, – опровергнул Гари. Бретти и Виктор с удивлением и озлобленностью посмотрели на него. -А чего же ты молчал?! – спросили они в один голос. -Мне нельзя перемещаться с грузом быстрее восьми километров в час. -Да как же ты..., – хотела выругаться Бретти. -Отставить эмоциональное проявление недовольства! – Виктор усиленно топнул. – Сейчас мы ускоряемся, а ты попутно показываешь, в какую сторону, – он посмотрел в глаза Гетрону. – Понятно!? – на что тот судорожно покивал головой. Виктор ухватил его под плечи, лицом вперед, и все вместе они побежали в сторону, куда Гетрон показывал своей маленькой рукой. Звон от грохочущих металлических ног костюма Дира позади стал чаще и громче. -Если я п-п-правильно понял, Дир решил воспользоваться моими старыми, не... не... нереализованными наработками, – сказал Гетрон.– Могу сказать, что у нас не так много возможностей остановить его. -Это ещё почему?! – Виктор поднял Гетрона на уровень своих глаз. -Я видел некоторые фрагменты того, что он назвал «Аппаратом нового мира». Это б-б-была всего лишь концепция, которая когда-то пришла мне в голову. -А в чём должна состоять суть такого устройства? – спросил Гари. -В химическом под-д-дъёмном эффекте, возникающий при сгоран-н-н-нии высококипящих элементов. -Так, попроще, – приказал Виктор. – Что конкретно это должно быть? -Попрощ-щ-ще, пылающая цистерна, набитая взрывчаткой, – не останавливаясь, Виктор повернул Гетрона лицом к себе. -И что же ты предлагаешь делать? -Если мне удастся добраться до высотомера в кабине, я смогу перенастроить в-в-всё так, чтобы взрыв произошёл на та-та-та-такой высоте, что здесь он будет не ощутим и... Стойте! – вскрикнул он, посмотрев налево. Виктор, Бретти и Гари тут же остановились. – Вот оно. Все повернули головы вправо. Огромная, гигантская, исполинская машина стояла в свете прожекторов. По её ровному корпусу, который был сделан на несколько порядков выше качеством, чем вся остальная техника, что только доводилось когда-либо видеть ранее. Как идеально круглое здание, выполненное из сверкающих сплавов, оно возвышалось, нагоняя лёгкий страх своей масштабностью. Сверху всю конструкцию венчал длинный конус, плавно перетекающий сверху вниз в массивное тело и расширяющееся основание. Удерживаемое восемью зацепами по бокам, устройство своим видом давало лишь приблизительные представления о том, какая мощь может быть скрыта под этими слоями металла. -Виктор, Виктор! – окликнул его Гетрон. – Не время впечатляться мас... мас... масштабностью сотворённого. Если не удастся изменить высоту взрыва, нам... нам... нам совсем скоро уже будет нечем впечатляться. -А, да да, – опять заторопился Виктор. -Так, что нужно сделать? -Видите вон-вон-вон-вон то небольшое отверстие в корпусе? – он показал почти на самый верх. – Вам нужно сделать так, чтобы я смог попасть туда. -Легко, – Виктор переложил Гетрона в левую руку, сделал пару шагов назад и прицелился. -Виктор, ты что, собрался его бросить?! – вскрикнула Бретти, едва только увидев, как он готовится. -Не бросить, а запустить, – сказал Виктор, не отвлекаясь от прицеливания. -Спешу вас предупредить, что его столь маленькие кости не смогут выдержать удар о твёрдую поверхность на скорости быстрее трёх метров в секунду. – попытался остановить Виктора Гари. -Да и как он вернётся оттуда? – спросила Бретти. -Д-д-да, Виктор, я чуть было не забыл вас п-п-проинформировать, – сказал Гетрон. – Развернитесь. - Виктор опустил Гетрона до своего уровня и посмотрел назад. Перед дверями, раскрытыми на небольшую шёлку, стояла остеклённая железная корзина, стропы которой обхватывали вытянутый блестящий пузырь, у которого было по два пропеллера спереди и сзади. – Это – теп, теп, теплолёт, моя самая первая идея. На нём вы сможете улететь отсюда достаточно быстро и далеко, чтобы не быть пой... пой... пойманными. Упарв-в-в-вление поймёте интуитивно. -Понятно. Гари, Бретти, быстро туда, – скомандовал Виктор, – Ну, Гетрон, приготовься лететь, – он снова замахнулся. -Виктор, да стой! – опять попыталась Бретти. -У меня нет времени, чтобы..., – он не смог закончить, так как снова почувствовал, как его тело пронзают лезвия. Бретти в тот же момент почувствовала тоже самое. Удержаться на ногах не получилось. Бретти и Виктор упали почти бес сил, а Гетрон едва не улетел в пропасть. Когда агония закончилась, Виктор посмотрел на свои ноги. В правую снова впилась металлическая пластинка. С большим трудом Виктор смог вытащить из-за спины топор и обрубить провода, подходящие к ней. Сумев встать, он сделал тоже самое и с проводами пластины, впившейся в ногу Бретти, после чего поставил её на свои две лапы. Виктор посмотрел на Гари. Его руки оказались сведены сзади и словно приклеены друг к другу и к спине. Развернувшись, Виктор увидел Дира, который в своём металлическом костюме поднимал Гетрона с пола и отряхивал его как мягкую игрушку. -Полагаю, вы хотели сказать, что у вас уже больше ни на что не осталось времени, – хихикнул Дир. -Ты... хоть сам понимаешь, какой ерундой занимаешься? – всё ещё немного пошатываясь спросил Виктор, не выпуская топора из рук. -То, что вы по каким-то неведомым причинам всё ещё не можете понять что создание нового мира приблизит явление нам Дальдиуса, которое сделает жизни всех только лучше – это исключительно ваша проблема. -Да ты... Да я... Да я сейчас... Мбр! – Виктор взбодрился и принял позицию для нападения. – Да мне сейчас будут проще просто выбить из тебя эту твою идею. -Хм, ну, попробуй. Если, конечно, так хочешь получить ещё три тысячи вульт, – Виктор посмотрел влево, откуда в него попали. Последователи Дира в спешке пытались снова починить свои аппараты. Сам Дир, посмотрев в ту же сторону, огорчённо вздохнул. Из его свободной руки снова выдвинулись светящиеся стволы. – Ну, хочешь сделать хорошо... Бросай топор. -Ты не знаешь никакой чести. Выходить с... чем-то таким на поединок лезвий – это просто смешно. -Кому какое будет дело, когда почти никого из ныне живущих не останется? Бросай топор. – громче повторил Дир. -Зачем тебе вообще Гетрон всё ещё нужен? Ты разве не получил из его головы всё, что хотел? -Мой недальновидный друг, тут важно получить не результаты работы сознания, а понять принципы его устройства. Для создания совершенного мира нужно очень много работы. И все мы здесь для такой работы слишком смертны. Так что, раз уж мой наставник не обзавёлся потомством, выполнить свой эволюционный долг просто так, у него не получиться. Бросай топор! – ещё громче сказал Дир. -Какой ещё эволюционный долг? – спросила Бретти. -В смысле, какой? Передать свои знания сквозь время, используя последующие поколения. Так вот, раз Гетрон не смог сделать это собственными силами, я решил, что должен ему помочь, – Виктор и Бретти немного отклонились назад, выказав что-то между удивлением и непонимание. – Я говорю про то, чтобы зафиксировать его образ мышления! – он показал на Гетрона. -Я-я-я-я бы попросил б-б-бы не списывать меня со счет-т-т-тов так рано... – хотел сказать Гетрон. -Перестаньте, учитель, вы и сами понимаете, что я прав, – Гетрон поник. – Так, в общем, что это мы стоим? Четвёртый! – к нему подошёл самый высокий последователь. – Запускай двигатели, начинать нужно уже сейчас. -Но, но аппарат ещё не откалиброван в плане ориентации по радиалям и нормалям, – начал судорожно говорить тот, сквозь свой воздушный фильтр. – Это может привести к неуправляемому... -Не слишком ли много аналитической техники для реактолёта, который должен просто подняться на нару сотен метров над поверхностью? Я сказал запускай! – вздрогнув, последователь подбежал к пульту управления, что стоял позади, и после нескольких нажатий последовали звуки бьющихся друг об друга с огромной силой кусков металла откуда-то снизу. Через секунду с самого низа стали вырываться длинные языки пламени. Бретти и Виктор впервые видели, чтобы огон горел внизу. Гул поднялся невыносимый. Хоть они были и весьма далеко от предполагаемого источника звука, шум ощутимо приглушал голоса. Дир немного опустил направленную на Виктора руку и повернул голову в сторону поднимающихся клубов дыма. -Вы только посмотрите, – с упоением говорил он, – сколько энергии! И вся она всего через пару минут будет пущена на благое дело! -Дир, если вы считаете, что уничтожив всё живое, сделаете только лучше, вы в ещё более трудном состоянии, чем был Гетрон. – попыталась вразумить его Бретти, сделав несколько шагов вперёд. -А кто утверждал, что гениальные идеи должны рождаться исключительно в здоровых головах!? – Дир засмеялся и расправил свои импровизированные плечи. – Я делаю большое одолжение всемирной истории, начиная её заново, – он повернулся всем телом в сторону исходящего пламени и вытянул ноги, поднявшись ещё выше. – Ни одной войны, ни одной эпидемии, ни одного технологического провала новая цивилизация уже не узнает! О, дивный новый..., – поддавшись моменту, Дир не заметил как Виктор сперва прицелился, а потом нанёс точный удар топором по по его правой руке, чтобы отрубить оружейную часть и вместе с этим, сбить его с ног. Хватка его левой руки ослабла, и Виктору удалось вытащить Гетрона. -Я бы, всё-таки, предпочёл привычный старый, – сказал Виктор. Грозно посмотрев на последователей Дира, чтобы те отошли подальше, Виктор снова стал прицеливаться, чтобы попасть Гетроном в не очень большое отверстие. Хоть и немного ударившись головой об пол, Дир попытался встать. Его правая рука стала обратно клешнёй, и, опираясь на неё, Дир приподнялся и посмотрел, что Виктор пытается сделать. В его голове просто не укладывалось, что кто-то, будучи даже в такой физической форме, сможет сделать столь точный бросок с первой попытки. Виктор обязательно промахнётся, после чего Гетрон упадёт и сгорит в огне со всеми собственными знаниями. Остановить его самого было бы трудно. Дир слегка отвёл левую руку назад, а потом быстро вытянул её, схватив Бретти за горло. Встав на свои ноги, Дир подтянул её к себе и приставил к её горлу правую клешню, что начала быстро вращаться. Виктор сразу же замер. -Так, а ну-ка поставь моего учителя и бросай топор, – сказал Дир. -Так, так, так, не надо мне тут играть в усташителя, – сказал Виктор. Дир приподнял бровь. Одним маленьким движением он поднёс вращающуюся клешню к плечу Бретти, оставив порез. Она вскрикнула, хоть и от короткой, но сильной боли. Виктор вышел из подготовительной стойки. – Стой, стой, может, мы могли бы поговорить как эволюционировавшие существа? -Можем. Только вот необходимости в этом скоро не будет. Сколько времени осталось до пуска!? -Две минуты, – ответил стоящий за пультом. -Всего чуть больше двух минут и всё начнётся с чистого листа! Это ли не прекрасно!? А теперь отложи Гетрона, без резких движений. Или следующий порез будет повыше и поглубже, – он дёрнул Бретти. Та попыталась брыкаться, но ничего не получилось. -Виктор, не надо, не слушай его, – неожиданно сказала Бретти. – Уж лучше сохранить все жизни на Олиупе, чем мою единственную. -Это её ты не слушай, – сказал Дир. – Поставь Гетрона и бросай топор! -Нет, Виктор, подумай о мире, подумай обо всех кто живёт рядом с нами! Виктор встал в замешательстве. Если сейчас не помочь Гетрону изменить высоту взрыва, будет катастрофа. Но если это сделать, будет не лучше. Ощущая, как проносятся мгновения, стремительно уменьшая его возможность обдумывать решение, Виктор понял, что не знает, что делать. Он поставил Гетрона на ноги, но не отпустил. -Сначала отпусти её, – сказал он. -Ви, Виктор, ты что творишь?! – испугалась Бретти. – Да вы оба уже не осознаёте всего происходящего. -Я воспитан так, что всегда уступаю, – съехидничал Дир. – Сперва бросай топор, потом отпущу. Виктор прищурился, вглядываясь в глаза Дира. Нет, он не мог его переиграть, пересилить или загнать в угол. Виктор ощутил, будто теряет равновесие, балансируя на тонкой ниточке, и если сейчас сделать рывок не туда – потеряет всё. Не поворачивая головы, он ещё раз посмотрел на восходящие клубы дыма. Интересно, что на таком небольшом расстоянии звук от источника такого масштаба был даже не оглушающим. Медленно раздвинув руки от Гетрона, Виктор выпрямился и с поникшей головой достал топор из-за спины. Бретти ужаснулась. Неужели Виктор сам понимает, что иного выхода у него нет? Но что же тогда оставалось делать ей? Да что там она. Что в таком случае оставалось делать всей остальной жизни на Олиупе?! Виктор отвёл правую руку в сторону. Бретти хотела попытаться что-то сказать, но было уже слишком поздно. Не произнеся ни слова, закрутив и направив вверх, Виктор выбросил топор, что стремительно вращаясь скрылся в дыму. Увидев это, Дир толкнул Бретти Виктору в руки. Припав к нему, Бретти осторожно подняла свой испуганный взгляд Виктору в глаза. -Зачем ты так поступил? – спросила Бретти. – Как можно одну жизнь променять на миллиарды? – но Виктор не дал ответа. Его озлобленный взгляд был устремлён на Дира, которого едва ли не лихорадило от исполнения своей сверх идеи. Бретти не представляла, что могло случиться всего через минуту. Это она виновата! Если бы она не согласилась помочь с лечением Гетрона, послали бы кого-то другого, кого-то более сильного и ловкого, кто смог бы намного лучше пройти в Виктором весь этот путь. А теперь всё исчезнет. Бретти хотелось заплакать, но получалось только всхлипывать. Её остановило только то, что левая рука Виктора начала медленно подниматься, пока не остановилась на её спине. Бретти снова подняла взгляд. Странно. Лицо Виктора не переменилось, только вот теперь он казался не озлобленным, а насторожённым. -Финальная стадия! – крикнул последователь за пультом. Языки пламени стали голубоватыми, а снизу подул ветер, разгоняющий клубы пыли. Дир широко заулыбался и повернулся к своему детищу, чтобы во всех красках лицезреть его грандиозный подъём. -Узрите же! – воскликнул он, в восторге раскинув руки и ноги. – Мы входим в новую эру! -Пригнись, – рявкнул Виктор, наклонившись к Бретти. -Ч, что? – переспросиоа она. -Пригнись! – этого Дир уже не мог не заметить. В тот же момент Бретти едва не упала на пол, Дир повернул голову в их сторону, а Виктор выставил вперёд левую руку. Не поняв, что должен означать этот жест, Дир совершенно не заметил, что прямо на него, не обращая никакого внимания на поперечные восходящие потоки воздуха, вращаясь всё с той же скоростью, летел топор Виктора. Через секунду, прорезая закалённый сплав, топор за четверть оборота отрубил Диру обе его железных ноги, придав всему остальному туловищу толчок к падению. А сделав ещё четверть оборота, топор рукоятью угодил Виктору прямо в лапу, заставив его самого даже сделать один шаг назад. -И побольше петли делал, - приободрившись сказал Виктор, убирая топор обратно за спину. -Но как ты... -Потом! Быстро, расцепи Гари и к той халабуде! – не дав Бретти закончить вопрос, Виктор опять взял Гетрона, и, уже без долгого прицеливания, кинул его вверх примерно в нужном направлении. Обе руки Гари приклеились к какой-то красной таблетке, которая приклеилась к его спине. С большим трудом, лишь упёршись в него самого ногой, Бретти смогла расцепить его руки. Освободившись, Гари со всех ног побежал к теплолёту. Кабина у него была действительно маленькая, сидя поместиться все трое могли бы с трудом. Не успев найти рядом ни одного рычага который бы открыл путь к выходу теплолёта, Виктор просто отогнул закрывающие створки. Последователи Дира запаниковали и разбежались в разные стороны. Тот, кто стоял за пультом ещё попытался что-то сделать, но быстро понял, что это бессмысленно и тоже куда-то в панике убежал. -Жалкие трусы! – отчаянно прокричал Дир,выбравшись из своего железного костюма и не обращая никакого внимания на то, что его уже никто не слышал. – Вы же давали мне клятву, что не пожалеете своих жизней! Проведя три секунды в полёте, Гетрон попал почти идеально туда, куда его нацеливал Виктор. Однако, залетев в узкий проход, Гетрон сильно ударился правой рукой. Пол под ногами неумолимо сотрясался, видно впереди было мало что, только несколько огоньков. Уже не предавая боли большого значения, Гетрон потёр место ушиба и ползком стал быстро пробираться вперед. Кольцевая лестница, что была дальше, привела его на невероятно маленький мостик управления, где встать в полный рост Гетрон мог разве что в самом центре. Абсолютно со всех сторон светились всяческие лампочки, индикаторы, измерители и показания, заливая своим тусклым светом это маленькое пространство не хуже одной обычной лампы. Оставалось только найти высотомер. Раздались звуки нескольких маленьких взрывов, быстро утонувших во всём остальном гуле. Поддерживающие опоры, топливные мачты и фермы обслуживания отошли в сторону, позволив огромной бомбе начать подниматься. Двустворчатый люк сверху открылся, чтобы позволить ей скрыться в облаках. Позабыв про повреждённый костюм, Дир поднял голову, чтобы с восторгом посмотреть на столь грандиозное зрелище. Запрыгнув в кабину к Бретти и Гари, Виктор правой ногой оттолкнулся от края, чтобы они скорее развернулись в правильном направлении. Блестящий пузырь сверху быстро нагрелся. Выровнявшись по горизонту, Гари дал полный ход вперёд, чтобы как можно быстрее отлететь как можно дальше. В кабине Гетрона сильно трясло. Какая-то сила упорно стремилась прижать его к полу. Он ухватился обеими руками за какие-то индикаторы и принялся бегать глазами вокруг, пытаясь найти что-нибудь, цена деления которого была в метрах. Но, ничего, совершенно ни одного прямолинейного или круглого указателя не было. Но, как же так? Неужели ничего нельзя было сделать. Замеряя какой-то частью мозга, сколько секунд его уже прижимает вниз, Гетрон понимал, что поднялся он уже весьма высоко. Времени оставалось критически мало. Когда наконец получилось достаточно удалиться, чтобы из окна теплолёта можно было полностью увидеть остров, на котором всё это время они были, Бретти и Виктор посмотрели на самый верх. Пылевой столб, стремительно растущий ввысь, гнался за всё ускоряющимся блестящим куском металла. Бретти настигло непонятное чувство принятого отчаяния. Она была полна уверенности, что через несколько секунд всё кончится, но, в то же самое время, ей казалось, что в её жизни должно что-то поменяться. -Знаешь, Виктор, – сказала она. – Если мы не умрём с тобой сейчас..., – он перевёл на неё свой заворожённый и слегка удивлённый взгляд. – То, я хотела бы умереть с тобой потом, – посмотрев ему в глаза, Бретти заулыбалась. Виктор почувствовал что-то беспрецедентное. Он сразу и выпрямился, и расслабился всем телом. Было не ясно, то ли ему понравилось то, что Бретти только что произнесла, то ли эти слова испугали его, то ли он их просто не понял. Он начал часто моргать, смотреть куда угодно, только не на Бретти и скромно жестикулировать, наверняка желая что-то сказать в ответ, но из открывшегося рта не выходило ни одного слова. Как будто в его голове не было нужных слов для выражения образовавшейся мысли. От столь долгого молчания с его стороны, Бретти почувствовала себя лишней здесь и потупила взгляд. Преодолевая нарастающее давление, Гетрон наконец заметил один большой рычаг, передвинутый в самое верхнее положение. Он был единственным из тех, до которых Гетрон ещё мог дотянуться. Сумев кончиком среднего пальца снять его с предохранителя, Гетрон сделал, наверное, самый мощный рывок за всю жизнь, ухватившись обеими руками за ручку рычага. Повиснув на нём, Гетрон задёрнулся и наконец опустился, вместе с положением рычага. Рокот внизу сразу пропал. Не слыша больше этого шума, Виктор Бретти и Гари повернулись налево, отвлёкшись от всего мимолётного. Пылевой столб остановился в своём росте и стал расходиться в стороны, а блестящая бомба, казалось, замерла на одном месте, после чего, не разворачиваясь направилась обратно. Сокращая расстояние до земли, она стремилась в точку своего старта. Дир всё это время не переставал восторженно смотреть вверх. И как только он понял, что языки пламени пропали окончательно, зубастая улыбка сразу же сошла с его лица. Как будто бы уже не стремясь что-то изменить, Дир опустил руку и пробормотал: «Будь ты не ладе...», но закончить своё изречение он не успел, будучи прерванным оглушительным взрывом своего вернувшегося детища. Ударная волна сначала измельчила гору, из которой Бретти, Виктору и Гари едва удалось быстро выбраться, испепелив огненными облаками все деревья, кусты и траву, что были вокруг. Теплолёт догнала только волна пустоты, сильно его колыхнув. Растворившись в воздухе, огненные облака воспламенили всю поверхность на острове. Казалось, даже песок и камни заполыхали. Бретти не могла смотреть на это долго и отвернулась. По какой-то причине ей очень не хотелось верить, что только что всё произошло именно так, как они увидели. Она была и счастлива от того, что теперь уж точно, жизнь на их планете останется нетронутой, но с другой стороны, к этому можно было прийти и более мирным путём. Она посмотрела в окно на другой стороне кабины, но не могла развидеть этот огромный огненный столб. Виктор всё ещё был на прежнем месте. Неспешно постукивая когтями по тонкому бортику, он молча смотрел на горящие остатки грандиозного замысла. Бретти повернулась обратно к нему, чтобы, наверное, подвести какую-то черту, но теперь уже сама не могла найти слов. Она опустила голову и захотела расплакаться, но какая-то её часть всё ещё не могла поверить в произошедшее. Её эмоциональное переживание прервал Виктор, издав какой-то странный звук. Бретти сначала даже не поняла, как он это делает. Посмотрев на него, она слегка озадачилась. Виктор стоял с приподнятой головой, закрытыми глазами и, уперев два пальца правой руки себе в клыки, тянул одну низкую ноту. -Что ты... – хотела спросить Бретти, но Виктор тут же её остановил, подняв левую руку, не отвлекаясь от своего пения. Так он стоял ещё несколько секунд. -Отдаю последнюю честь павшему во благо, – ответил он, закончив. -Ты про... Гетрона? – слегка удивлённо спросила Бретти. -Да..., – вздохнул он. – Следуя кодексу чести воина сверкающей стали, Гетрон умер как герой, – Бретти распахнула глаза. – Ну да. Отдал жизнь ради общего блага. Должно быть, ты таки успела оказать на него положительное влияние. -Ну, если и так..., – она снова посмотрела на горящий остров и тяжело вздохнула. – Не могу поверить, что они... Что они все погибли. Всего пару минут назад они бегали как самые живые. И вот, они уже все шестеро сгорели. -Есть версия, что на самом деле последователей Дира там было намного больше, – сказал Гари. Эти слова уже заставили Бретти заплакать. Она села на пол, прижав ноги к груди, и опустила голову. -Так, Гари, ты сможешь сориентироваться сейчас? – спросил Виктор. -Нет, вокруг слишком много металла, магнитные направляющие сбиваются. -Ну вот и давай, летим вперед, пока не сможешь определить, где мы, а потом до того самого места, где мы тебя нашли. -Принято, – Гари дёрнул пару рычагов и теплолёт двинулся ускорился. Виктор присел рядом с Бретти. Вытянуть ноги там ему было трудно, так что он их скрестил, немного постучал ладонями по коленям, после чего попытался аккуратно приобнять Бретти за правое плечо. Почувствовав это, она немножко успокоилась. -Ну, как мне кажется, горевать уже нет смысла. На то, чтобы отойти от такого зрелища, тебе, конечно, потребуется много времени, но убиваться - то уже не нужно. -Виктор, ну неужели ты не понимаешь? – спросила Бретти. – Я могла всем им помочь, мне просто на это нужно было достаточное количество времени. Если бы я говорила более убедительно, если бы я просто подобрала другие слова, они бы все меня послушали, и ничего этого не случилось бы... -Бретти, – левой рукой Виктор медленно повернул её лицом к себе. – Стремление помогать – это хорошо и похвально. Но ситом ведро не вычерпаешь, сколько ни убеждай себя в обратном. -Да что это вообще должно значить? -А то, что иногда случаются ситуации, в которых, ну... ну ничего не поможет. И если нет вариантов предотвратить что-то, нужно хотя бы минимизировать последствия этого чего-то, – Бретти всхлипнула и уткнулась глазами в пол. -Ну, а Гетрон? Мне кажется, если бы мне довелось с ним провести ещё пару - тройку сеансов, он бы точно, если и не стал бы нормальным, то, хотя бы, приблизился к этому состоянию. -Но ты и сделала его нормальным. -Правда? – Бретти посмотрела в его глаза. – Я хотела изменить его судьбу, но... не таким же образом..., – она снова заплакала. -Бретти, Бретти, ну, перестань, – он легонько взял её за плечи и повернул полностью к себе. – Мы же не можем знать наверняка. Может, это и была его судьба. Он, определённо, хотел войти в историю, вот, у него это и получилось. -А если нет? А если я сделала всё только хуже? А если бы вместо меня согласился кто-то другой, с которым бы тебе пришлось бы всё это пройти? Может быть, всё не было бы столь трагично? -Знаешь... Жизнь всегда поворачивает куда-то не туда, как может показаться сначала. И только потом, с перспективы минувших дней, понимаешь, что это был твой самый правильный выбор, – и Виктор слегка заулыбался. Сами того не желая, Бретти и Виктор направили свои взгляды точно друг на друга. В зрачках мелькали точечные отражения чистого неба. Не произнося ни слова, Бретти осторожно приподняла свои руки и ухватила Виктора ими за его. Тот, видимо, этого не заметил. Бретти не заметила, как её рот самую малость приоткрылся, а уши опустились. Уши Виктора тоже опустились, а улыбка медленно сошла с лица, но сам он даже не думал отворачиваться. Внутреннее напряжение у обоих стремительно спадало, освобождая своё место для чего-то ранее неизвестного. Не было желания ничего говорить, чтобы не потерять хрупкий момент, для сохранения которого даже и моргать не хотелось. -Где-то здесь мы и потеряли Виктора, – голос Гари нарушил устоявшуюся тишину. – Виктор словно опомнился, встал и подошёл к переднему круговому окну. -Ну, вот и отлично, – сказал Виктор, поставив руки на пояс. – Значит, теперь нам куда-то... -Туда, – показал Гари и повернул теплолёт в нужном направлении. -Вот, давай, по прямому курсу, пока не увидим знакомые пространства. -Принято. -Виктор, – Бретти тихо позвала его сзади. – А что я теперь Кувану и медикам скажу про Гетрона? -Скажем... Скажем..., – задумался он. – Скажем, что он окончательно сошёл с ума и теперь отшельничает в диких экваториальных лесах. -Ну, ну, я не могу так сказать. -Ладно, там что-нибудь придумаем. -Просто, если мне напишут в характеристику специалиста, что во время моего лечения пациент, ну... скончался, это будет очень сильный минус мне. -Можешь не волноваться, – он повернулся к ней, приподняв брови. - Я улажу и этот вопрос.