Глава девятнадцатая. «Истина, оставшаяся на винном дне»

      Тирион, признаться, не знал, чувствовать ли себя польщённым или обречённым. Он как раз попивал вино вместе с милой дерзкой Шаей после тяжёлого трудового дня, когда в дверь громко постучали. Они недоумённо переглянулись, женщина поспешила накинуть на себя что-нибудь из одежды и сделать вид, что прибирает стол, младший лев же с некоторой опаской подошёл к двери. - Кому понадобился несчастный карлик среди ночи? - спросил, не подходя близко (осторожность никогда не помешает), Тирион. - Если вам не нужно посоветовать лучших шлюх столицы, я вам не помощник. - Это я, Аррен, открой.       Полумуж замер. На секунду в разуме всколыхнулись ужасные предположения о том, что могло случиться, раз чашница отца здесь в такое время, но младший Ланнистер постарался их отогнать и быстро отпер дверь. Девушка была на пороге. Бледная, взлохмаченная и... грустная. Она была одна. - Что случилось? Что-то с отцом? - нервно спросил мужчина, пропуская нежданную гостью внутрь. - Нет. Ничего не случилось. Всё нормально. Я просто... - она на миг замялась, подбирая слова, - к тебе с личным делом.       Карлик сморгнул. Брови его медленно начали подниматься вверх. - И с каким же?       Девушка, всё не поднимая своего грустного взгляда с пола, перемялась с ноги на ногу, кажется, с трудом формулируя предложения. Потом выдохнула и с вызовом вскинула голову, наконец взглянув собеседнику в глаза. - У тебя выпить есть?..       Через несколько минут Тирион сидел напротив тихой, задумчивой "Аррен" и разливал вино по кубкам. Пока девушка молчала, рассеянно глядя на текущую алую жидкость. Удивительно, но привычного дикого блеска в её глазах не было... Мужчина был заинтригован. Но он вполне ясно понимал, что его любопытство может довести до цугундера, поэтому надо было перестраховаться. Гостье он не отказал, но быстро начеркал записку отцу и передал Шае, чтобы та передала Бронну, правда, при девушке сказав, что это о том, что он задержится на встречу. Однако, видимо, можно было и не стараться: "Аррен" отреагировала вяло, если не сказать никак. Кажется, её занимало что-то очень для неё серьёзное.       Итак, они оказались вдвоём. На всякий случай Тирион разбавил вино девушки водой и, как оказалось через пять минут, не зря: кроху унесло весьма и весьма быстро. Из путанных тихих бормотаний карлик понял только то, что в её эмоциональном состоянии замешан отец. - Внучка-дочка... конечно, ему легко говорить... и вообще... я не злюсь... обидно же... а какие у него глаза, ты бы знал... строгий... я за эти руки убить готова... - невнятно бормотала с одной ей сейчас понятной логикой бывшая чашница, обнимая первую подвернувшуюся под руку подушку. - А это Шая твоя? Завидую... странно пахнет кубок... серебро его заставила купить...       Тирион не мог выловить что-то внятное из речевого потока (да и девушке, кажется, активный слушатель был не особо нужен), потому просто, выцепив кое-что, очень отвечавшее его собственным размышлениям, тихо пробормотал себе под нос: - Было бы чему завидовать...       Однако зверёк, вопреки всем его ожиданием, вдруг смолкла и пристально на него посмотрела. - Почему? Вы хотя бы вместе, - заметила заплетающимся языком, но вполне будто бы осмысленно "Аррен".       Полумуж рассеянно пожал плечами. - У этих отношений нет будущего, зверёк. Уж точно не между сыном — пусть и нелюбимым — дворянина и проституткой. Это мне давно дали понять... - тихо добавил он, шумно вздыхая, потом он поднял тяжёлый, далёкий взгляд на хрупкого ещё ребёнка, который избрал такой странный предмет для своей первой страсти. - Не терзай себя всякими «если бы», зверёк. Отец... он сложнее, чем ты себе его представляешь.       Девушка странно сощурилась. - У вас какая-то история, - заметила тихо она спустя некоторое молчание. - Он странно отреагировал тогда... когда спрашивала... грустный такой стал... ну, не грустный... печальный... не знаю... задумчивый... - тут девушка грустно изогнула чёрные брови, взгляд её стал щенячьим. - Он — такая статуя, когда задумчиво... и меч... и руки... и рыженькая щетина...       Тирион невольно вынырнул из тяжёлых воспоминаний и слабо рассмеялся. Невинная, непосредственная, и этот взгляд... - Ты иногда напоминаешь мне одного моего знакомого, Джона Сноу.       "Аррен" фыркнула, складывая руки не груди. - Конечно! Ещё бы не похожи были... как он на Стене, интересно?..       Карлик вскинул бровь. Кажется, этот бастард не такой уж и безызвестный на Севере? Эта кроха, вроде, северняка?       Однако мысли пьяной девушки уже явно потекли в другую сторону, потому как она вдруг, нахмурившись, нырнула прямо на пол, на ковёр, и резко закатилась под диван. Тирион не успел даже охнуть, когда она высунулась с каким-то забытым ремнём и хихикнула: - Хорошо! Тонкий, но крепкий. Придушить кого-нибудь можно.       Ланнистер медленно сморгнул. Ладно, возможно, с невинностью он и поторопился.       Однако развить эту мысль ему не дали: громко треснула дверь, и в комнату буквально влетел десница. Растрёпанный. В своей ночной одежде. - Где она?! Как ты вообще мог..?! - начал он с порога громыхающим голосом.       Но тут сияющие жутким огнём гнева серо-голубые глаза нашли невинно хлопающую ресницами "Аррен", сидящую на полу. С какой-то миг она во все глаза смотрела на мужчину, а потом вдруг расплылась в такой счастливой улыбке, какой никто из них у неё, пожалуй, никогда не видел. - Тайвин! Ты заметил! - воскликнула громко она, вскакивая... и кидаясь к Хранителю Запада на шею.       Тирион нервно дёрнулся в их сторону, ожидая, что отец за волосы отбросит дерзкую девчонку, шандарахнув её об пол... но тот вместо этого проворно — будто это случалось не впервые — подхватил её на руки, быстро и хмуро начиная её осматривать. - Взгляни на меня. Сколько успела выпить? - Ты заметил, что я ушла... - только совершенно счастливо повторила девушка, утыкаясь в его плечо с каким-то расслабленным и успокоенным видом.       Младший Ланнистер ошарашенно сглотнул и с опаской подал голос: - И кубка не было... вполовину разбавленный...       Его отец только, по-удобнее перехватив девушку, которая уже не так легко умещалась на его руках, как раньше, кинул испепеляющий взгляд на отпрыска. - С тобой я позже разберусь, - мрачно пообещал он, оборачиваясь на стоящего в дверях стражника («А, старина Гирн... Он часто взаимодействует с Аррен», - убито подметил Тирион) и кивая.       Рыцарь быстро выглянул в коридор, огляделся. - Путь свободен, милорд.       Тайвин осторожно опустил беглянку на ноги, чтобы перехватить её теперь под колени и за спину, после чего развернулся на пятках. Полумуж, всё ещё огорошенный как происходящим, так и действиями в подобной ситуации отца, встал и поплёлся их провожать, мельком услышав: - Ты знал, что у тебя правый глаз щурится сильнее, чем левый? - Знал, - мрачно отрезал отец. - А можно потрогаю щетину? Рыженькая! - Нет.       Когда карлик закрыл двери за этими предвестниками подкрадывающегося к нему сумасшествия, пару секунд он просто стоял и смотрел в стену. Потом, не в силах отпустить эту ситуацию, снова тихо открыл замок и высунулся в коридор, прислушиваясь к тихому эху удаляющихся шагов и разговора. - Он тебя трогал? - голос старого льва прозвучал даже... встревоженно?.. - Нет, я разрешаю меня трогать только тебе, - с совершенной беспечностью отвечала весёлая девчушка. - И братьям. И маме с папой... А Сансе — нет. Санса — дура.       Тирион чуть нахмурился. В Вестеросе часто называют девочек Сансами? - Да, конечно, волчонок, как скажешь, - с тихим вздохом согласился голос Тайвина. - А можно я Серсее руки отрежу? Она меня за ладони трогала. - Лучше сосредоточься на сейчас, - судя по голосу, отец был совершенно не удивлён просьбой. - Тогда можно бороду потрогать?       Долгое молчание и следующее за этим убитое «Можно» с тяжёлым вздохом. После этого всё стихло. Тирион пару секунд вслушивался в темноту коридора, потом быстро — словно очнувшись — всунулся обратно в комнату и запер дверь. Безумие! - Она — либо его любовница, либо он просто не в силах её отцепить, - тихо заметила Шая, выскользнув из-за занавески. - Судя по её словам — она не его любовница, - так же негромко отвечал Полумуж. - Дикая девушка. - Да. И... пугающая. Может, я сошёл с ума? И всё ещё тихо умираю после Черноводной? - Давай-ка я докажу тебе на практике, что всё совершенно реально, - по-кошачьи скользнув рукой по завязкам одежды карлика, прошептала женщина.

***

      Сердце Тайвина клокотало где-то в горле. Полудремлющая Арья Старк сидела на его руках, с невероятно счастливым видом скользя крохотными пальчиками по его щеке, подбородку, то и дело норовя очертить губы. Он пытался терпеть. Чем бы пьяное дитя не тешилось, лишь бы дало себя до комнаты дотащить, верно? Но такими темпами он действительно поседеет окончательно. Ещё надо додуматься! Пошла не в винный погреб, в одиночество, а к этому... к этому... к его младшему сыну! Ох, глупая! А если б он что-то выкинул? Если её кто-то видел... И что послужило причиной? Неужели этот дурацкий разговор? Но после того случая она же не пошла нажираться... Он скрипнул зубами. Нет, всё же — в кандалы и на Утёс Кастерли, пусть за нею следит Киван. Он же умывает руки.       Джир не выглядел особо обрадованным, когда они вернулись в башню десницы. Кажется, Бронн был не слишком "его" собеседником. В любом случае, эмоциональное состояние стражи — последнее, что сейчас волновало Тайвина. - Не беспокоить. Даже завтра утром, даже если сам король или его мать придёт на порог лично, - отчеканил тот и, не дожидаясь даже кивков, с треском закрыл дверь и заперся.       Арья была, кажется, слишком увлечена рассматриванием и ощупыванием его лица, чтобы что-то говорить, хотя изредка какие-то невнятные комментарии она и делала. Проводить разъяснительные работы с ней в таком состоянии — когда единственное, что её волновало, это он сам — было бесполезно, поэтому мужчина направился в её комнатушку. И тут весьма ярко встала ещё одна проблема: когда Ланнистер попытался опустить девушку на её постель, она просто вцепилась в его плечи мёртвой хваткой. - И почему я не удивлён... - устало пробормотал мужчина, замерев в полусогнутом положении. - Не уходи, - тихо, но ни капли не просяще прозвучал голос Арьи.       Тайвин перевёл взгляд на лицо собеседницы. Снова этот пристальный, немигающий взгляд, будто она собирается вцепиться в него ногами и руками... что, впрочем, было недалеко от истины конкретно в данный момент времени. - Тебе нужно отоспаться. От тебя несёт перегаром за милю. - Это не исключает... тебя... - серьёзно нахмурившись, заметила Старк. - Я сказал: отцепись, - сурово повторил мужчина.       Пришлось пару минут побороться, чтобы наконец оставить её в постели, после чего окончательно встрёпанный мужчина запер дверь и решительным шагом направился в свою спальню. Сегодня Тайвин был как никогда рад, что он — не её отец и не ответственен за воспитание этого зверька. Возможно, и хорошо, что он пропустил этот период жизни своих детей и внуков. Если там было что-то вроде этого... Семеро упаси! Упав на мягкую перину и старательно делая вид, что не слышит грома падения чьего-то тела на пол в соседней комнате, мужчина тихо вздохнул. Открыл балкон проветриться, называется.       Но, конечно, это не могло закончиться так просто. Тайвин едва начал погружаться в дрёму. И тут — тихо скрипнула дверь. Он узнал её шаги, поэтому не смог сдержать тихого стона, устало открывая глаза. - Отмычки? - После того случая предпочитаю иметь их при себе, - последовал ответ шёпотом из темноты. - Судя по голосу, ты хотя бы немного протрезвела. Тогда зачем ты тут?       Почему-то вспомнилось, что она — Старк. Старк, которая прошла неплохое обучение убийствам, судя по её туманным рассказам о Браавосе. Под матрасом был нож, на всякий случай. Конечно, вряд ли она здесь, потому что вдруг решилась на его убийство... возможностей у неё было много и до этого. Но кто её знает? - "Молилась ли ты на ночь, Дездемона?" - иронично уточнил мужчина, начиная приподниматься на кровати, но был остановлен знакомой ладонью. - Расслабьтесь, милорд, пока я не по Вашу душу, - насмешливо протянула Арья.       Тайвин ощутил, как рядом прогнулась под чужим весом перина. - Девочка, - предупреждающе протянул мужчина, быстро хватая собеседницу за руку. - Милорд, - в тон ему ответила Старк, и старый лев ощутил невесомое прикосновение к груди. - Не бойтесь. Хотите, пообещаю, что явилась безо всяких мрачных намерений? - Кажется, с тем, что ты протрезвела, я поторопился, - не давая себя опустить на подушки (что при различии их габаритов было не то чтобы сложно), ядовито заметил Ланнистер.       Из темноты раздался вздох. - Хотите знать, зачем? Хорошо. Меня охватило резкое чувство одиночества и иррациональное желание тебя если не увидеть, то хотя бы почувствовать. Можешь считать меня животным, но меня успокаивает твой запах. Просто позволь мне пару минут подышать рядом.       Тайвин вопросительно изогнул бровь. - Так значит, ты вполне осознанно делаешь... это, - заметил он. - Это было так заметно? - на секунду голос собеседницы треснул — от смущения?.. - Насчёт других — не знаю, но мне — да.       Раздался недовольный фырк, а затем она продолжила: - Так что?       Ланнистер хмыкнул. - Так значит, теперь тебя интересует моё мнение?       Мужчина почувствовал, как его ладони сжали чужие. Зрение постепенно приспособилось к темноте, и десница уловил задумчиво склонивший голову набок силуэт напротив. - Неужели я тебе настолько противна? - Я уже говорил, девочка. Ты — взрослая леди. То, что ты просишь — бесчестье, даже если мы просто пробудем ещё немного в подобном положении. Ради сиюминутного желания желаешь разрушить свой статус?       Она раздражённо тряхнула остриженными волосами. - Статус! Какой, в пекло, у меня статус, скажи? Я — дочь предателя, пропадавшая невесть сколько лет невесть где... Кто может сказать, что я делала всё это время и с кем? Леди ли я вообще? Да и вообще! Все наши отношения, половина наших взаимодействий за всё это время — уже бесчестье, милорд! - говорила быстро, но уверено она, и последнее обращение прозвучало в контексте весьма иронично. - Так разве можно разбить вазу, что уже разбита?       Тайвин на короткий миг ощутил прилив иррационального напряжения. Он быстро ухватил девушку за плечи, пытаясь через мрак уловить выражение голубых глаз. - Кто-то..? - начал серьёзно он, но был быстро прерван. - Нет, - с тихим смешком заметила она, цепляясь за его предплечья, - нет, не волнуйся. Я не об этом... Я к тому, что всё уже и так неприлично и публике знать нельзя. Так чего волноваться о ещё одной маленькой шалости? Тебя тревожит что-то другое? Что я... подбираюсь слишком близко к тебе?       Мужчина дотронулся до переносицы, едва сдерживая всплеск... эмоций, которые он даже не мог охарактеризовать. Нет, то, что с ней ничего непоправимого не случилось за время их разлуки — хорошо, но вот эти вопросы... Такое же чувство беспомощности в отношении своих же ощущений накатило на него тогда, на Королевском тракте, когда она лепетала какие-то глупости, подбираясь слишком близко, затрагивая слишком глубокие, часто непонятные ему до конца струны. В большинстве жизненных ситуаций он понимал, что чувствует: гнев к пустоголовым подчинённым-выскочкам из ленивого дворянства, достижения чьи остались лишь в глубине веков, удовольствие от простых радостей жизни вроде тихой спокойной минутки, тоска по погибшей жене... Воспоминание о ней резко выбило все остальные мысли из головы. Тайвин медленно сморгнул. Взгляд его стал далёким, расфокусированным... Всё происходящее поблекло и показалось таким пустым, не стоящим внимания по сравнению с воспоминаниями о той эмоциональной пропасти...       Он откинулся на спину, падая на подушки. В голове прокручивались жуткие, смазанные картины: полутьма, скрип створок, поблекшее золото волос, громкий плач, алое на белом... Но тут — прикосновение к плечу. Тайвин с трудом вынырнул в настоящее. Арья нависла над ним. Внимательная, встревоженная. Удивлена его состоянием? Ждёт ответа? - Делай, что хочешь... - едва слышно, устало, будто на него разом навалились все прожитые годы, пробормотал Ланнистер.       Она ничего не сказала. Только странно изогнула брови, после чего быстро скользнула ему под бок. С минуту она копошилась, кажется, устраиваясь поудобнее... а может, пытаясь его отвлечь, но в конце концов замерла, приобнимая его за грудную клетку. Против воли Тайвин издал усталое «Ха!» - Да, возможно, я и поторопился с «что хочешь». - А ведь это я ещё сдерживаюсь, милорд! - протянула иронично девушка. - Какое же ты ещё дитя!       В этом не было ничего... эротичного. Что-то простое, древнее: два существа выражают привязанность, находясь рядом. Действительно, что-то звериное в этом ребёнке жило и здравствовало. - Сегодня, учитывая твоё состояние — хорошо, побудь диким волком. Но завтра жди наказания. - Быть дикой — приказ к исполнению принят, милорд, - пробурчала Арья, резко тыкаясь носом в его руку и преувеличенно громко вдыхая воздух.       Старый лев не смог сдержать слабой ухмылки, позволяя наконец себе расслабить спину и запустить руку в кажущиеся в темноте ещё более чёрными волосы. Напряжение ушло. Наконец стало спокойнее. Да, и заставила она его поволноваться... но, по крайней мере, не сбежала.       Арья лежала, крепко обнимая мужчину за торс, старалась быть тихой, чтобы не спугнуть старого недоверчивого хищника, с безмолвным восторгом ловила ощущение близости. Бок его тёплый, хотя пальцы, массирующие сейчас затылок, были привычно холодны. Грудь мерно вздымается и опускается. Она смутно улавливала в темноте биение вены на шее... И главное — его запах. Естественный запах, окутывающий сейчас всю её... Пекло, пусть она животное, пусть. Она это признаёт: её успокаивает то, что он сейчас, живой, настоящий, позволил хотя бы немного побыть рядом — не на своих условиях, а сейчас, когда он уязвим, когда он такой домашний... Это было не вынужденное поднимание на руки, хотя и это ей было приятно, это был добровольный пропуск в личное пространство, в зону его комфорта... И вот это заставляло в груди девушки разливаться обыкновенное, человеческое тепло. Никаких Ланнистеров, Старков, короны, политики, социальных правил... просто два человеческих существа, выражающих привязанность. Арья улыбнулась, утыкаясь носом в чужую рубаху.       Во время разговора с Тирионом она уже начала думать, что зря вот так сбежала из башни... Но теперь, оглядываясь на эту ситуацию, можно сказать, что всё не так уж плохо. В этот раз разговор прошёл легче. Старик, по крайней мере, не просто молча сделал вид, что ничего не случилось, а дал честный ответ. И — что ж! — она позволит себе погрустить, но лишь потом и совсем немного. А после будет с этим работать. Не опускать же руки? Это не в её правилах. Тем более, когда на кону такой приз. Тем более, когда между ними всё же случается что-то подобное. Да, возможно, всё не так уж плохо, как сейчас оно есть. Она вполне довольна этим.       Тайвин уже ощущал, как его охватывает полудрёма. Удивительно, но напряжения из-за инородного тёплого комочка рядом он не чувствовал. «Будь ты обычной девушкой, а я помоложе... возможно, я бы не испытывал таких сложных чувств? Просто сделал бы любовницей и всё... - подобная мысль привела его в содрогание. - Об этом ребёнке думать в таком низком ключе, Семеро... мерзость. У таких отношений не было бы будущего. И я вовсе не молод...» Всё не так уж плохо, когда она вот так, просто по-человечески рядом. Да, пусть всё остаётся как есть. Он вполне доволен этим.