Не одна во тьме

- Здравствуйте, я ваша тётя! - глядя на мокрое от слёз лицо Медузии, у Эрики внутри всё сжалось, а дежурная улыбка мигом испарилась. Она сама оставалась под впечатлением после того, что успела увидеть, но старалась виду не подавать. По её мнению боггарт был похож на какой-то воспаленный бред, учитывая, что они со Снейпом ещё были в числе живых. Но с этим она разберётся позже. Сейчас в груди потихоньку поднималась новая волна гнева на своих подопечных, ведь из-за их легкомыслия Милтон теперь явно что-то упускала. С каких таких пор у Медузии появились основания думать, что им грозит опасность? Что она знала? Ответы на эти вопросы она хотела получить как можно скорее. Ей не хотелось давить на Меди с самого начала их знакомства и после заставлять её отчитываться за каждый шаг - это было бы дико, да и наверняка племянница легко могла после такого напора испугаться и начать отмазываться дежурной фразой о том, что всё нормально. Но зато сейчас она наблюдала, как Медузия пытается выдавить из себя хоть слово в ответ, захлёбываясь в слезах. Эрика медленно подошла ближе и осторожно взяла её лицо в ладони, мягко стирая большими пальцами дорожки слёз. - Меди, объясни мне, что случилось, - мягко и без нажима начала Милтон, - что тебя так напугало? - Я думаю, сейчас с ней лучше это не обсуждать, мисс...? - внезапно обозначил свое присутствие профессор Люпин. - Мисс Милтон, - безразлично взглянув на него она даже и бровью не повела, возвращая внимание племяннице. - Так вот, мисс Милтон, давайте... - Профессор Люпин, давайте без давайте, - с раздражением, словно от назойливой мухи, отмахнулась Эрика, - Меди, одно слово и я заберу тебя отсюда, хочешь мы это обсудим? - Я...я устала, - с трудом выдавила из себя Медузия, - голова раскалывается... Эрика обернулась, обращаясь уже к Тате: - Вы ведь подруги, да? Как тебя зовут? - Я Тата Уайт, мисс, - растерянно ответила брюнетка, - ну, мы... - Мы с Татой друзья, - тут же опередила её Меди. Милтон мягко улыбнулась и слегка прищурилась: - А Верджиния Уайт случайно не твоя мама? Заведует библиотекой в Министерстве магии? Вы очень похожи... Тата немного опешила, но теперь окончательно расслабилась и закивала головой: - Да, она уже давно там работает, и я на каникулах часто ей помогаю. - Отлично, милая, отведи пожалуйста Меди в её комнату, а я схожу на разговор с директором и вернусь, - Эрика слегка приобняла Медузию, как бы передавая её в надёжные руки, и достала из сумочки флакончик с прозрачной жидкостью, - да, чуть не забыла, дай ей потом это зелье пожалуйста, оно снимет боль и успокоит нервы. Эрика быстрым и твердым шагом покинула кабинет, а Тата мягко взяла под руку Меди и повела в Поздемелья. Прохладный, свежий сквозняк приятно ласкал кожу и словно возвращал в реальность. С каждым шагом в голове Меди пробивалось понимание происходящего, но видит Мерлин, она так не хотела сейчас об этом говорить. Они молча дошли до комнаты и устроились на мягком диванчике перед камином. Первой прервать тишину решила Тата: - Слушай, Меди, я понимаю...точнее, вообще ничего не понимаю...что это было? - она протянула ей флакончик с лекарством и теперь испытывающе прожигала её взглядом, - ты говоришь, что мы хорошие друзья, но я ведь о тебе оказывается совсем ничего не знаю... Медузия залпом выпила зелье и устало откинула голову на спинку дивана, подбирая осторожно каждое слово: - Тата, мы с тобой друзья и мне бы не хотелось, чтобы ты считала меня сумасшедшей, поэтому рассказывать всю эту дичь я не буду... - Я не думаю, что ты сошла с ума, - нетерпеливо перебила Уайт, - что у тебя за привычка, Горгоша, додумывать за других людей? Думаешь я не видела сумасшедших? Ты не училась у Локонса в прошлом году - вот кто по-настоящему поехавший...не даром он сейчас в больнице Святого Мунго лечит голову... Медузия невольно прыснула от смеха и мысленно посочувствовала подруге, ведь воспоминания из книг про этого напыщенного нарцисса вызывали одну лишь неприязнь. Но, теперь уже недолго думая, Медузия все-таки решила поведать ей свою безумную историю, предварительно взяв со слизеринки обещание не рассказывать об этом никому, по крайней мере, пока. После рассказа Уайт молчала около пяти минут, они казались для Меди бесконечностью. Но, потихоньку переварив услышанное, она задала самый щепетильный вопрос: - Значит...опираясь на твою историю...можно сказать, что нашего мира не существует? - дрожащим голосом продолжила цепочку вопросов Тата, - тебе известно будущее? Я умру? А мои близкие? Это сделает Воландеморт? - Нет, ты что, совсем нет, то есть...ну, мы все когда-нибудь умрём, - протестующе замахала ладонями Меди, - речь вообще не об этом...я думаю, что в нашей вселенной множество других реальностей и миров, где-то есть такая же я...такая же ты...думаю, что и магия сыграла во всем этом свою роль...в любом случае, будущее можно изменить, поэтому я всё ещё здесь. Но, честно говоря, мне страшно, Тата. Кажется я себя переоценила обещанием спасти всех и вся. Тата задумчиво отвела взгляд, бесцельно разглядывая слабые огоньки пламени в камине. Она была благодарна Меди за откровение и решила больше её не спрашивать - на принятие такого может уйти не один день, а то и намного больше времени. - Что-то Эрика пропала совсем, - стараясь перевести тему, начала Меди, - о чем так долго можно разговаривать с Дамблдором? Тата насмешливо фыркнула: - На разговоры с Дамблдором вообще может уйти целый день, особенно если он предложит к чаю лимонные дольки.

***

Тем временем в кабинете директора лимонными дольками даже не пахло - там разгорались настоящие дебаты. Светлые, короткие волосы Эрики уже не стесняясь шипели, выдавая всё её недовольство. Несерьезное, как ей казалось, отношение к обучению Медузии подвергало её опасности и било по итак расшатанной психике. Еще и присутствие Снейпа сейчас довольно сильно напрягало, она просто на дух его не переносила, особенно после того, как его оправдали в суде благодаря Дамблдору. - Вы считаете это адекватным методом обучения, Альбус? - голос Эрики звенел от сдерживаемого гнева, пока она мерила шагами кабинет директора, - вы теперь позволяете Люпину выпускать тварей, которые питаются психотравмами студентов? Медузия вернулась в гостиную бледная, как смерть! Дамблдор мягко опустил ладони на стол, глядя на неё поверх своих очков-полумесяцев, - Эрика, девочка моя, боггарт - это классическая часть программы. Римус лишь учит детей встречать свои страхи лицом к лицу. Это необходимый навык в наше время... - Лицом к лицу? - Милтон резко развернулась к директору, - одно дело - бояться пауков или темноты, и совсем другое - заставлять студента переживать личный ад на глазах у всего класса! Это не учеба, Альбус, это изощренная жестокость. Снейп уже в сотый раз, наверно, пожалел, что случайно оказался в кабинете старика, но тешил себя догадками, что этого разговора всё же было не избежать, так как он являлся деканом факультета Медузии. Один Дамблдор был спокоен, как удав и, казалось, заранее знал чем в итоге закончатся эти споры. - Ей будет лучше, если она будет учиться магии у меня! Что вы тут устроили? Люпин учит её защите от тёмных искусств? Это для неё самый важный предмет! У вас нет других кандидатов? - А я учу её зельеварению, и стоит признать, что она в категории вполне способных учеников, а вот защиту от тёмных искусств...был бы рад преподавать, - Северус недовольно скривил губы, - но нет... Дамблдор удивлённо взглянул на него сквозь свои очки-полумесяцы: - А я разве не просил вас, профессор Снейп, дополнительно заниматься с ней и по другим предметам? Северус сам невольно опешил от этих слов, стараясь игнорировать испепеляющий взгляд Милтон: - А как же мисс Бейкер, директор? - Снейпу уже было сложно сдерживать свое недовольство, - вы разве не для этого наняли "человека из Министерства"? - Я первый раз о ней слышу, мальчик мой, - с неподдельным удивлением сказал Дамблдор, - о ком ты говоришь? После этих слов у Северуса внутри всё будто похолодело. Не смотря на непроницаемое выражение лица, недоумение сменилось вполне осязаемым страхом. Он отчётливо помнил, что встречал Бейкер в коридорах и старался не обращать внимание на полные нескрываемого желания взгляды, словно случайные прикосновения и откровенный флирт, если разговора все же было не избежать. Из раздумий его вывел полный неприкрытого ужаса голос Эрики: - То есть вы хотите сказать, что Меди все это время ещё и ходила на занятия не пойми к кому? - и обращаясь уже к зельевару, строго пригрозила, почти задыхаясь от гнева вперемешку со страхом, - если я узнаю, что она опять хоть как-то пострадала...Снейп, ты меня знаешь...не вздумай впутывать её в свои игры! Северус театрально закатил глаза, - давайте я сделаю вид, что не слышал всего этого и пойду работать, - он бросил усталый взгляд на директора и покинул кабинет, хлопнув дверью.

***

Снейп не бежал - он летел в свою обитель, в свои Подземелья, где знал каждый камень, каждую трещину и каждый тайный ход. Но почему-то не знал, что тут завёлся человек, который всех обманул. После слов директора, стало страшно, как никогда и в голове крутились разные версии произошедшего, но от понимания каждой из них легче не становилось. Сердце с непривычки стучало где-то в висках, а челюсть сжалась почти до хруста от напряжения, пальцы уверенно сжимали тёплое древко палочки в ожидании боя. Северуса переполняло желание выбить из Бейкер всю информацию, а заодно и дурь из головы, так, для профилактики. Он нещадно терзал себя, что разглядел опасность не сразу - прозевал менталиста высшего уровня. Бейкер не просто стерла память - она наложила тончайший, непробиваемый блок. Для Дамблдора этой женщины никогда не существовало. Он не помнил, как нанимал её, не помнил её тренировок с Медузией. Снейп помнил её только потому, что это было нужно Бейкер, не более. Он с грохотом распахнул дверь в её комнату, но в ней не было признаков жизни, и что ещё более странно - здесь царил разгром, словно по помещению прошёлся смерч. - Гоменум ревелио! - прошептал Снейп, и тут же понял, что он здесь совершенно один. Северус медленно прошёл вглубь комнаты, игнорируя хруст осколков под ногами, и осмотрелся. По всей видимости здесь бушевала настоящая истерика - мебель словно бросали в стену, всё, что можно было побить - окна, вазы, напольное зеркало - разбито вдребезги, кровать перевернута, а постельное белье разбросано по всей комнате. Вокруг ко всему прочему валялись книги и вырванные страницы, местами даже подгоревшие, а вот вещей хозяйки не было. Снейп с нескрываемым удивлением покосился на канделябр, застрявший в стене, и поморщился. Он ещё раз оглядел помещение и ушёл, в надежде, что эта ненормальная свалила в закат в расстроенных чувствах, вычеркнув Снейпа из списка сексуальных похождений.

***

Тихий, но уверенный стук в дверь заставил девочек вздрогнуть. Тата мгновенно вскинула палочку и дверь спальни отворилась. На пороге стояла Эрика. Её дорожная мантия была слегка расстегнута, а на лице читалась усталость после тяжелого разговора с Дамблдором и Снейпом, но взгляд оставался теплым и защищающим. - Эрика! - Медузия едва не сорвалась с места, но сдержалась, стараясь натянуть на лицо маску спокойствия. Милтон мягко улыбнулась и вошла, плотно прикрыв за собой дверь. Её взгляд скользнул по припухшему от слёз лицу племянницы, а затем переместился на Тату, которая сидела натянутая как струна, переводя заинтересованный взгляд с Эрики на Медузию. - Тата, спасибо, что присмотрела за ней. Ты не могла бы оставить нас наедине? - Да, мисс Милтон, конечно, - Тата быстро поднялась, бросив на Медузию многозначительный взгляд, в котором читалось: «Ты же мне потом все расскажешь?», и поспешно выскользнула из комнаты. Когда дверь закрылась, Эрика тяжело вздохнула. Вся её строгая, непоколебимая осанка, которую она демонстрировала в кабинете директора, в миг исчезла. Она подошла и опустилась на диван рядом с Медузией, прямо туда, где только что сидела Тата: - Ну и устроили вы тут переполох, — тихо сказала Эрика, протягивая руку и нежно заправляя прядь волос Медузии за ухо, - твой декан скорее всего рвет и мечет в своем кабинете. Уязвленное самолюбие Северуса - это страшное зрелище. Медузия сглотнула ком в горле. Рука тёти была теплой, реальной. Никакой серой кожи, никаких мертвых, обвиняющих глаз, которые показывал боггарт. - Что сказал Дамблдор? - хрипло спросила Медузия. - Я добилась того, что на практические занятия к Люпину ты больше не пойдешь, - Эрика нахмурилась, и в её глазах снова блеснула сталь, - заставлять студентов копаться в своих самых темных кошмарах перед толпой хохочущих подростков - это издевательство. Медузия нахмурила брови и протестующе замотала головой: - Это ещё зачем? Профессор Люпин хороший и добрый человек... - Ты его совсем не знаешь, как можешь такое утверждать? - Эрика опешила, возмущаясь протесту племянницы. Она ожидала спокойного послушания и благодарности, - я хочу для тебя только лучшего, поверь. - Всё совсем не так, как ты думаешь... - Правда? - нервно хихикнула Эрика, - ты ещё скажи, что профессор Снейп добрый и хороший. Медузия было открыла рот, но мигом его захлопнула, боясь сболтнуть лишнего. Сейчас было совсем не время рассказывать о настоящем положении дел. Эрика немного смягчилась, глядя на растерянный вид Медузии и осторожно решила спросить: - Что с твоим боггартом, Медузия? Я видела себя, - очень тихо, почти шепотом произнесла Эрика, - измученную, бледную...и я слышала, в чем мой призрак тебя обвинял. Скажи мне, почему ты думаешь, что я должна погибнуть? Откуда в твоей голове эти мысли? Медузия на секунду замерла, чувствуя, как сердце бьется где-то в горле. Слизеринская выучка сработала мгновенно: лицо разгладилось, взгляд стал потерянным и несчастным. Она отвела глаза, уставившись на свои ладони, и тихо, прерывисто вздохнула: - Это всё из-за этих тварей, дементоров... - голос Медузии дрогнул, и на этот раз ей даже не пришлось притворяться, - и потом начались эти сны...Мне постоянно снится, что Сириус Блэк или другие Пожиратели смерти приходят за нами, - соврала Медузия, умело смешивая правду с вымыслом, - я вижу, как они врываются в наш дом. Мама, папа... они ведь уже погибли от рук этих нелюдей. Во сне я вижу, что они приходят и за тобой. Я пытаюсь вытащить палочку, кричу, но магия не срабатывает. Я просто стою и смотрю, как тебя убивают, Эрика. А боггарт...он просто вытащил этот кошмар наружу. Медузия подняла глаза, полные слез. Это была идеальная ложь - в ней было достаточно настоящей, искренней боли, чтобы ей поверили. Напряжение в плечах Эрики спало. В её глазах мелькнула глубокая, разрывающая сердце жалость. Она подалась вперед и крепко, до хруста в ребрах, обняла Медузию, прижимая её к своему плечу. - Ох, глупенькая... - прошептала Эрика, утыкаясь носом в её волосы, - ну надо же было такое себе напридумывать. Блэк никогда не доберется до тебя. И дементоры не зайдут в замок. Дамблдор этого не допустит, да и я скорее лично четвертую любого Пожирателя, чем позволю хоть волоску упасть с твоей головы. Медузия уткнулась лицом в мантию тёти, вдыхая знакомый запах духов и сушеных трав. Ей было физически больно врать. Эрика верила, что Дамблдор всё контролирует. Эрика верила, что Блэк - убийца. Эрика не знала, что скоро Питер Петтигрю сбежит, Волан-де-Морт возродится, а Хогвартс превратится в поле боя. - А почему Снейп? - тихий вопрос Эрики заставил Медузию вздрогнуть. Тётя слегка отстранилась, с улыбкой вытирая слезы с её щек, - с моим призраком разобрались. Но почему боггарт превратился еще и в Северуса? Он так сильно придирается к тебе на уроках? Медузия шмыгнула носом и выдавила слабую, но вполне искреннюю улыбку. - Эрика, ну ты же видела его...Профессор Снейп - ходячий кошмар любого студента Хогвартса. Мне кажется, даже если бы я была круглой отличницей, он всё равно смотрел бы на меня так, словно я подбросила ему в котел сушеных пиявок. Когда боггарт начал меняться, Снейп просто стал...идеальным дополнением к общей атмосфере ужаса. Эрика тихо и облегченно рассмеялась, качая головой: - Ну, тут я не могу тебя винить. Северус и в юности не отличался легким характером, а годы в Подземельях, видимо, окончательно превратили его в настоящую летучую мышь. - Вы были знакомы в юности? - как можно более невинно спросила Меди, устраиваясь поудобнее на диванчике, предвкушая интересную историю. Улыбка сошла с лица Эрики. Она задумчиво посмотрела на зеленоватое стекло окна, за которым в темноте Черного озера проплывали мелкие светящиеся рыбы. - Мы учились в Хогвартсе в одно время, хотя я была на пару курсов старше, - медленно произнесла Эрика, подбирая слова, - тогда в школе царил, можно сказать, беспредел. Слизеринцы открыто бредили идеями чистоты крови. Не все, конечно, я и некоторые мои друзья этого не поддерживали. А потом началась война... Да, Медузия. Я ловила тех, с кем он, я думаю по-глупости, связался - Пожирателей смерти. И его самого мы однажды едва не взяли на одном из рейдов. - Почему ты думаешь, что по-глупости? Эрика хмыкнула: - Не от большого ума то идут на службу к Темному Лорду, либо от огромной жестокости. Северус жестоким не был. Скорее несчастным. Но это не отменяет того факта, что он был таким же Пожирателем. Эрика повернулась к племяннице, и её взгляд стал серьезным: - Когда Дамблдор поручился за него на суде Визенгамота и заявил, что Снейп - наш шпион, в Аврорате многие были в ярости. Я в том числе. Я долго не верила, что Пожиратель может раскаяться. Мы знатно попортили друг другу нервы в первые годы после падения Тёмного Лорда. Я проверяла его отчеты, устраивала скрытые допросы... Он до сих пор меня за это ненавидит. - А сейчас? — тихо спросила Медузия, - ты всё еще ему не веришь? - Дамблдор верит ему как самому себе, а Альбус редко ошибается в людях, - вздохнула Эрика, поднимаясь с дивана и поправляя мантию, - скажем так: сейчас у нас вооруженное перемирие. Я признаю его полезность для школы, он терпит мое редкое присутствие. Но спиной я к нему никогда не повернусь. И тебе советую держать ухо востро. Слизерин Слизерином, но Снейп - опасный человек, Медузия.