Глава XI.

Рождественские подарки

Следующим вечером Дакота сидела на кровати своей комнаты, осторожно упаковывая подарок в праздничную обертку, с выведенными на ней рисунками оленей. Она перевязала его лентой, предварительно прыснув на нее свои любимые духи. В коробке лежал томик Рембо, а также дорогие наручные часы с выведенными на ремешке инициалами Регулуса. Поднявшись, она открыла дверцу клетки, где мирно ждала ее теперь уже личная сова, (мистер Делвин позаботился об этом). Погладив ее по белой макушке, она вручила узелок ленты в толстый клюв Сипухи и распахнула окно для птицы. Фиби, именно так звали сову, выпорхнула в ночь, постепенно сливаясь с темнотой. Дакота проследила за ее движениями, а после, опустилась на ковер. Она сама не заметила того, как начала крутить в своих пальцах серебряные кольца, которые так любезно одолжил ей Регулус, (на самом деле Дакота стащила их, пока однажды он отвлекся на чтение). Она так и не получила ответа на свое приглашение, что не могло не разочаровывать девушку. Регулус Блэк всегда отвечал на ее письма, даже если под ответом подразумевалось словосочетание а-ля «хороших каникул». На прогулке с Джеймсом и Сириусом она спросила старшего Блэка о том, почему его брат не смог присутствовать. Сириус быстро отмахнулся от подробностей, сказав лишь то, что Вальбурге, (он и вправду назвал свою мать по имени) нужна была помощь с Рождественским приемом, и Регулус не смог ей отказать. Дакота слабо поверила его словам, но больше вопросов не задавала, ибо на тот момент тема себя изжила. Дверь ее комнаты со скрипом открылась, прежде чем вовнутрь ввалился веселый Питер, держа в руках бутылочку сливочного пива. - Дакота, Дакота-а! – позвал Питер, - Винни, с Рождеством! – он споткнулся о край ковра, прежде чем плюхнуться на аккуратно заправленную кровать. На белой простыни появились пятна от разлитого напитка. - И тебе Питер, - улыбнулась она, пытаясь не обращать внимания на то, что он залез на кровать даже не снимая своих ботинок. – Все уже внизу? - А? – потерянно спросил он. – Ах, все. Да, все уже внизу. Джеймс сказал, чтобы я позвал тебя. По интонации друга Дакота окончательно поняла, что бутылка в его руке была отнюдь не первой и даже не третьей. - Прям все-все? – хихикнула Дакота, наблюдая за его реакцией. Оказывается Питер был очень забавным, когда выпьет. - Да! И Сириус, и Джим, и я… - она начал загибать пальцы, - Даже Эванс и Марлин! Дакота сдерживала смешок. - Боже мой, какая красивая эта МакКиннон.., - продолжил он. - А еще твоя подруга… Ну, которая сестра Розье! И Ремус тоже! - Ремус? Он приехал? – вмиг оживилась Дакота. Она вспомнила, что он буквально накануне извинился за то, что сможет приехать только через несколько дней после праздника. - Ремус?..Какой Ремус? О-о, нет, ты чего? Сегодня же пол… Питер застыл на месте. Черты лица его напряглись, а сам он весь начал дрожать. Это заставило Дакоту нахмуриться. - Пит?.. – она протянула свою теплую руку, дотрагиваясь до его вспотевшего лба. - Я ничего тебе не говорил! Я ничего тебе не говорил! Ты ничего, ничего не слышала! Я ничего тебе не говорил! – он подпрыгнул с кровати и повторял это раз за разом, пока на его побледневшем лице не появились красные пятна. - Питер, о чем ты?! – крикнула она, пытаясь достучаться до него. - Я, я… - он не мог вымолвить ни слова. - Хвост, ну сколько можно, а? – в комнату вошел Джеймс. – Я просил привести Винни вниз, а не убивать ее своими нудными разговорами. Услышав насмешливый голос друга, Питер мельком посмотрел на Дакоту. Затем он перевел свой взгляд на Джеймса, который заметил, что в глазах его друга скопились слезы. Джеймс уже открыл рот, чтобы задать вертящийся в его голове вопрос, но Питер этого сделать не дал. Он толкнул друга и мигом выбежал из комнаты, оставляя валяться недобитую бутылку на полу. - Что это, мать его Мерлин, было?! – спросил Джеймс, переводя непонимающий взгляд на Дакоту. - Питеру просто нельзя пить, - засмеялась Дакота, надеясь, что Джеймс не заметит насколько фальшивым был этот смех. – Я напомню ему об этом признании при удобном случае. Дакота небрежно взяла Джеймса за край свитера и повела прочь из комнаты. - Он признался тебе в любви? – спросил он, а затем, получив в ответ кивок, добавил. - Маленький идиот. - По сути он признался в любви всем нам, Джей. Надеюсь вы разобрались как работает тот старенький проигрыватель? – сменила она тему, когда они спускались вниз в главный зал. - Обижаешь. Сириус профи, когда дело касается маггловских штучек. - И мотоциклов, - подмигнула Дакота. - Да, и мотоциклов тоже.

***

Официальный прием у Делвинов был в самом разгаре. Хотя, зачем же врать, ибо Дакота отозвала приглашения «особых гостей» еще пару дней назад. Да, и не сказать, что большинство чистокровных семей согласились присутствовать. Всему виной был Рождественский бал у Забини, за который уже не раз поднимались бокалы этим вечером. Прием Делвинов превратился в шумную вечеринку в стиле тех, которые так часто устраивают гриффиндорцы. Однажды Дакота посмеялась, сказав, что огневиски, фейерверки и любовь к шалостям в крови у представителей львиного факультета. Тягу к безудержному веселью у них и вправду было не отнять: Часы не пробили и девяти вечера, а Сириус Блэк в компании Марлин МакКиннон уже во всю отжигал под аккомпанемент магловского проигрывателя, найденного в глубинах кладовки. Лили сидела в компании Пандоры Розье, которая чудом сумела улизнуть с пиршества вышеупомянутых Забини. В это же время Дакота кидала угрожающие взгляды в сторону Джеймса, который уже сотый раз пытался наколдовать омелу над его с Лили головами, (за что кстати уже даже успел быть проклят летучемышиным сглазом, который Эванс за последние годы пребывания рядом с неугомонным юношей отточила до совершенства). - И пусть ничто и никогда не омрачит наш вечный праздник, джентельмены, - произнес очередной тост Сириус. - Блэ-эк, ничего не забыл? – кольнула его Марлин, лениво подняв голову с плеча Лили. - И наши леди… особенно Винни, дорогая, ты сегодня ярче всех звезд! - Бродяга полон красноречия, да Винн? – прошептал Джеймс. - Бродяга полон алкоголя, вот что я тебе скажу, Джим. – хмыкнула она, поднося к губам апельсиновый сок, ибо, как хозяйка торжества, не могла позволить себе терять рассудок. - Так по мне ему хватает и того и другого, - хихикнула появившееся словно из ниоткуда Пандора. – А-а, где ваш третий друг, м-м, Питер кажется. - Прохлаждается, - переглянувшись разом ответили они. - Эй, Винни, пойдем с нами. – позвал Сириус, придерживая дверь открытой. - Бродяга, только попробуй угостить ее этой… Дакота вмиг прикрыла ладошкой его рот, а затем прошептала на ухо: - Побудь пока с Лили, Джим. Дора, ангел, пойдем с нами, - обратилась она к блондинке, а затем подмигнула покрасневшему от смущения Джеймсу. Выйдя на крыльцо, Дакота вдохнула свежий успокаивающий зимний воздух. Она отпустила теплую руку Пандоры, и прильнула к высоким каменным столбам, прежде чем присесть на засыпанный снегом каменный пол. - Let’s hope the-e snow will make thi-is Christma-a-as right, - пропел Блэк, присаживаясь рядом с гриффиндоркой. - Это Queen? – улыбнулась она, переводя свой взор на него. - Они самые, - усмехнулся Сириус и сделав еще одну затяжку выпустил густой пар. – Попробуешь? Не слушай Сохатого, уж от одного раза ты точно не сляжешь с раком легких. Дакота приняла тонкую сигарету из чужих рук и поднесла ее к губам. Легкие в один миг наполнились густым табаком, выгоняя изнутри весь воздух. На удивление самой девушки, хоть это и сопровождалось неприятным чувством внутри, это также и принесло ей облегчение. Осмелившись, она вновь посмотрела на Сириуса и выпустила дым прямо ему в лицо, заставляя того сморщиться и улыбнуться одновременно. - Эй, пойдемте внутрь.., - окликнула их Марлин. - Пять минут, Марлс, - Сириус схватил за рукав уже собиравшуюся подняться Дакоту. - Эй, ты чего? – нахмурилась Дакота. - Хочешь увидеть Реджа? – быстро спросил он, не отпуская ткань ее платья - Реджа.., - словно в прострации повторила она. – Что? Но, он же… - Я наврал, наша мать не пустила его. Но прием у этих слизней уже окончен, эльфы послали мне сову. Он сейчас дома… один. Вальбурга всегда остается, чтоб обсудить с миссис Забини какие-то дела. Отца тоже нет, он в Шотландии. - Ты предлагаешь?.. – в ее глазах словно загорелись звезды. - Да, но мне придется остаться, чтобы Сохатый... Стой! Ты куда? – воскликнул он и, потушив сигарету, поспешил вслед за девушкой. Дакота уже вовсю бежала на задний двор, к каминному залу. - Да стой же ты, - прошипел Сириус, догнав ее спустя пару метров. – Камин из которого ты выйдешь находится на первом этаже. Тебе нужно будет пройти весь бальный зал и выйти в коридор, затем… - Затем подняться на третий этаж и повернуть направо. Сириус, дорогой, я же была у вас дома, ты забыл? – подмигнула она и щелкнув Блэка по носу поспешила к двери. – Скажи Джеймсу что я пошла спать и меня нельзя беспокоить. Дакота было уже открыла массивную дверь, но в эту же секунду подбежала к Сириусу, оставляя легкий поцелуй на его холодной щеке. Кинув на прощание «Спасибо», она поспешила зайти внутрь, оставляя Сириуса в недоумении стоять снаружи. «Сохатый прав. Она вправду… миленькая» - подумал он, но вмиг смутившись такой мысли, поспешил крепче укутаться в тонкий пиджак.

***

Темная комната, освещенная лишь лунным светом, глухое тиканье часов, отражающееся эхом о высокие мраморные стены, топот маленьких ножек домовых эльфов где-то вдали и еле слышное недовольство портретов предков семьи Блэк. Вот, вот что встретило Дакоту в самый разгар Рождества в этом поистине жутком и таком же холодном, как и погода снаружи, доме. Проскользнув мимо едва приоткрытой комнатушки, желтый свет которой вырисовывал дорожку длинною в весь темный коридор, Дакота направилась к лестнице. Первая ступень издала крайне громкий скрип. Побоявшись, что звук привлечет эльфов, Дакота замерла и пристально следила за маленькими тенями, которые сновали туда-сюда в этой «желтой каморке». Никто из эльфов не обратил никакого внимание на внезапный звук, потому, гриффиндорка быстро пересекла два пролета, пытаясь не обращать внимание на завывания старых портретов. Преодолев весь коридор, девушка остановилась подле комнаты Регулуса. Однако, Блэк был не один. За дверью отчетливо был слышен женский голос. - Я просто надеюсь, что ты поймешь его слова правильно. Понимаешь, Люци, он… Он иногда резок в выражениях. Но тебе незачем спешить. Я обещаю, что поговорю с ним и с Беллой насчет… отсрочки. - Зачем? – донесся тихий шепот Блэка. – Я хочу этого. Цисса… это мой шанс, мой личный шанс выйти из тени, мой личный шанс доказать, что… По мере того, как Регулус произносил свою речь, шаги становились все громче. Дакота спряталась за ближайшим гобеленом, отодвигая его от глаз лишь на немного, чтобы видеть происходящее. Дверь приоткрылась и рядом с Регулусом стала видна и сама Нарцисса Блэк. Это была юная красивая девушка, истинная аристократка. Дакота не могла не заметить то, насколько весь ее вид кричал о принадлежности к семейству Блэк, начиная от вышитой анаграммы на внешней части мантии, заканчивая кольцом с фамильным гербом на ее худом пальце. Единственное, что выделяло девушку был цвет ее волос: светлый, практически белоснежный цвет, в котором едва улавливался оттенок желтого. - Я не настаиваю, Регулус, но прошу… Подумай, потерпи и осмысли свое решение. После, Нарцисса развернулась на каблуках и растворилась в темноте коридора. Дакота, уже заранее обрадовавшаяся, что ее не заметили, свободна выдохнула. Однако, с каждой секундой сердце начинало биться все быстрее. Это чувство напоминало что-то наподобие внутреннего голоса, который сейчас твердил ей о том, что Регулус замешан в чем-то, что до конца понять ей сейчас не дано. «Ну это пока что», - подумала она, выходя из своего убежища. - А я думал, сколько еще ты там продержишься, mon ami, - усмехнулся Блэк переводя хитрый взгляд в сторону своей подруги. - Ты же понимаешь, что я… я не хотела подслушивать. Это вышло абсолютно случа… Договорить ей никто не дал, ибо в эту самую минуту Дакота была заключена в крепкие объятия Регулуса. - Все в порядке, - прошептал он, не ослабевая хватку, - просто напомни мне придушить Сириуса, хорошо? - Он помог нам встретиться вообще-то. - Я поблагодарю его за это однажды… Нам лучше зайти, - промолвил Блэк, осматриваясь по сторонам. Дакота кивнула и, не задавая лишних вопросов, прошла внутрь комнаты. Осмотревшись, она не смогла воздержаться от удивленного вздоха: комната Регулуса была намного больше ее, несмотря на то, что Делвин выбрала себе отнюдь не самую маленькую спальню в ее доме. Стены были окрашены в особенный оттенок зеленого. Это невольно напомнило Дакоте о холодных слизеринских подземельях. Кстати и сам герб Слизерина висел подле закрытого многослойными шторами окна. Кровать расположилась в самой середине комнаты, а рядом с ней находилась тумбочка. На тумбочке стоял торшер с повязанной на нем красной лентой. Задняя же стена была украшена портретами семьи Блэков, а также… «О, Регулус…» Словно прочитав ее мысли, Регулус попытался прервать поток мыслей, нагло врывавшихся в ее сознание сейчас. - Ты не голодна? Может, хочешь чай? Кикимер испек те печенья, по твоему рецепту. Не знаю, насколько они близки к оригиналу, но попробовать сто… - Регулус, - прошептала Дакота, не отрывая взгляд от газетных вывесок на стене. - Тебе с сахаром или медом? – спросил Регулус, беря в руки чайник. - Это ведь плохо, Редж. Он ведь нападает на невинных людей. Как можно восхищаться жалким преступником? Услышав последние слова Регулус вздрогнул. Чайник в его руке опрокинулся и пролился на идеально чистый пол. Кипяток растекался лужей подле ног юноши. - Он. Не. Преступник. – сквозь сжатые зубы промолвил он. - Он напал на семью магглов прошлой весной, разве это не преступление?! - Это была вынужденная мера, Дакота – оборвал он. – Он не преступник… Он спаситель. Темный Лорд желает защитить волшебников, оградить нас от тирании того мира… Освободить магическое сообщество и восстановить справедливость о которой вы гриффиндорцы так любите болтать. - Но ты вспомни, что говорил нам Дамблдор. Нельзя вершить светлые деяния темной магией. Она порабощает волшебников. Наступила пауза, прерывающаяся лишь тяжелым дыханием Регулуса и свистом сквозняка. - Что ты знаешь о нем, mon ami? – Регулус сменил тон. - Что? - Что тебе известно о Темном Лорде, кроме тoго нападения на Йокшир? Регулус медленно подошел к Дакоте не обращая внимания на лужу под ногами. - Винни… - Регулус мягко схватил ее за ладонь, - я понимаю, что ты обижена сейчас, ведь... Я не должен был скрывать от тебя ничего, я… И я знаю про то, что случилось тогда, пока я был на вечеринке Сириуса. Клянусь, Дакота, я без понятия, что ты услышала там, а если и услышала, то прости, прости, прости меня за это. То, что ты увидела – это просто ребячество. - По твоему, темная магия – это ребячество? – усмехнулась Дакота, выдирая руку. - Нет, я имею ввиду не это. Я никогда не говорил никому об этом, но с тобой хочу быть честен… Только с тобой. Потому, что я верю тебе, Дакота и хочу, чтобы ты также доверяла мне. Я не оправдываю никого и ни в коем случае не говорю, что Лестрейндж, что Эван, что Крауч, что все они благородные люди, но… Винни, разве Джеймс не делает плохих вещей, разве он и его друзья не подвергают унижению наш факультет, основываясь на домыслах и укоренелых принципов? Разве он не злоупотреблял заклинаниями не только против Снейпа, но и других. И… я понимаю, что с Джеймсом тебя связывает многое, наверное больше, чем связывает со мной или вообще с кем-то во всем Хогвартсе. - Регулус… - Нет, послушай!.. Ведь также и со мной, понимаешь? Возможно те люди иногда мне неприятны, возможно наши мнения разнятся, возможно, что я не чувствую себя в своей тарелке рядом с ними. Но, я не могу разбежаться и прыгнуть в объятия Сириуса, оборвать все и вся, как он привык это делать. Да, я не имею столь, столь… резкое мнение, и да, я вижу разницу между нами и магглорожденными. И, mon chéri, я знаю, что ты солжешь, если скажешь, что не замечаешь ее. Ведь признания различия вовсе не означает то, что ты должна оборвать связи со своими друзьями. Это всего лишь правда, всего лишь факт, действительность, которую, по какой-то непонятной до сих пор мне причине большинство пытается скрыть. Магглы проникают в наше общество, устанавливают свои правила игры. А что это, если не тирания? Они не прячутся от нас, но мы прячемся от них… И если вы, гриффиндорцы и другие борцы за «правду» считаете это справедливостью, то чем же отличаетесь от тех, кого столь презираете и кого обличаете в вечной лжи?.. Иногда я прокручиваю в голове воспоминание о распределении и думаю о том, что было бы если бы ты попала в Слизерин? Что было бы если бы Джеймс мать его Поттер не занимал в твоем сердце столько места? Изменилось ли бы твое мнение? А главное – продолжали бы все они дружбу с тобой, после того, как на твои плечи опустилась зеленая мантия? Регулус говорил быстро, отрывисто, останавливаясь лишь для того, чтобы сделать очередной глубокий вдох. Вечно бледный цвет его лица будто бы стал еще белее, волосы растрепались от того, насколько часто он их поправлял. Закончив свой монолог, он еще долго смотрел на Дакоту, словно ища в ее молчании ответ, единственно верный ответ на все свои вопросы, которые терзали его душу. Дакота же не могла вымолвить и слова. Будто бы находясь под гипнозом, она неотрывно смотрела на Регулуса, которого… Которого словно и не знала вовсе до этого самого момента. Это напоминало скрытую до этого главу книги, которая напрочь меняет вектор всей истории. Этот разговор, это откровение ее друга стало для Дакоты той самой главой. Регулус отошел к окну, прижимаясь лбом к холодному запотевшему стеклу. Свечи в комнате практически полностью догорели. Стоял полумрак. Делвин опустила взгляд на свои ладони и только сейчас заметила как же сильно они дрожат. Дрожат не от страха, не от переизбытка эмоций, дрожат от того, что впервые в ее жизни ей не захотелось оспорить чьи-то слова, даже частично. Она не понимала как, она не понимала почему, но Регулус, ее милый мальчик, словно вытащил из нее те мысли, ту «действительность», которая напрочь скрылась в глубинках ее подсознания. Ей вдруг стало очевидно ясно. Она боялась этих мыслей, ведь они частично противоречили принципам… Принципам тех людей, которые ей так дороги. Дакота вновь подняла взгляд на Регулуса. Он все еще стоял ссутулившись у окна. - Редж, - Дакота обвила его локоть. Еле заметная улыбка невольно появилась на его лице. - Mon ami, мне… - начал он, но был прерван назойливым стуком чьего-то клюва в окно. - Фиби! – радостно воскликнула Дакота. Появление сипухи было как раз кстати. Делвин встала на подоконник коленями, чтобы достать до ручки. Когда сова радостно впорхнула в теплое пространство, то сперва неуклюже скинула посылку в руки Регулуса, (спасибо его навыкам ловца), а затем подлетела к хозяйке, ища ее ласку. - Это твоя новая сова? – Блэк погладил птицу по голове. - Да, это один из рождественских подарков папы. А это, - гриффиндорка указала на обертку с оленями, - один из твои-и-их рождественских подарков, так что, будь умничкой, Регулус Блэк, открывай! Ну же, Редж, я сгорю от нетерпения. - Такое ощущение будто ты сама не знаешь что там, - пошутил Регулус. - Нет, на самом деле. Я попросила Джеймса сделать подарок его любимому слизеринцу от моего имени. - Очень смешно. Подожди! Я забыл твой. – Регулус отложил коробку в сторону, а затем достал из-под кровати небольшую коробочку, обтянутую красным бархатом. - Вот, держи. Это для тебя, - Регулус протянул Делвин подарок, чтобы вместе с ней развязать свой. - О, Редж. В следующий раз мы точно обговорим предел стоимости. В ее руке покоился кулон в центре которого покоился черный камень, с перламутровыми переливами на нем. Внутри кулона не было фотографий, как обычно делают магглы. Была только надпись:

«TUEBOR»

- И что ж это значит, Регулус «Я всегда знаю больше языков чем вы» Блэк? - А вот захочешь, сама узнаешь. – ответил, щелкнув Дакоту по носу. – Лучше скажи, где ты раздобыла этот томик Рембо. Ты вообще видела дату публикации? Еще и в оригинале. - А вот захочешь, сам узнаешь. – передразнила его Дакота, надевая кулон себе на шею. – И, Редж… - М-м, да? – Регулус перелистнул очередную страницу, рассматривая ее, словно произведение искусства. - У нас все еще лужа на полу. - М-м, ага. Подожди, что? – метнул он взгляд на мокрые от подошвы следы. – Ах, точно… Я сейчас позову Кикимера.