8. Сдержанная сила, окутанная серебром.

День клонился к концу, когда Мира почувствовала лёгкое дуновение ветра. Она вместе с Сибиллой была на улице. Принцесса уже осматривала мечи под ногами. — Чудесно! Шоу начинается!— засмеялся доктор, глядя на них с крыши одного полуразрушенного дома. — Мне так по душе ваши мучения, вы бы знали. Две никчёмные девицы борются за право жить,— яростный наслаждающийся смех заставил тело Сибиллы покрыться дрожью. Мира подняла меч. Ни разу в жизни она не пользовалась этим оружием. Сибилла тоже едва понимала, как с ним обращаться. — А чтобы был стимул драться, я вам кое-что покажу,— раздался щелчок пальцев и на крышу вывели детей. — Алия!— вдохнула Мира. — Балдуин, мальчик мой!— Сибилла почувствовала, как ноги едва держат её. — Ребята, начинаем!— послышался довольный голос. Женщинам пришлось взять оружие. На них вышли двое здоровых мужчин с мечами убитых рыцарей. — Нам в этой резне не уцелеть,— тихо прошептала Сибилла. — Нужно выиграть время,— так же тихо ответила Мира. Битва была не честной. А чего ещё стоило ожидать от безумия полного ярости? Женщинам выбивали мечи из рук, толкали, пинали, но они стояли. Следы от мечей расцветали алыми полосами на коже и платьях. — Прекрасно!— с усладой кричал безумец. — Сейчас, Сибилла!— резко крикнула Мира, зажав одного в угол. Клинок принцессы прошёлся по шее мерзавца. Алая кровь стекала на песок. Тут же подбежал второй и ранил Миру в бок, откинув к началу площадки. Сибиллу бросили рядом с ней. Закатное солнце предвещало конец, палящие лучи обнажали порезы и раны. Мира поднялась. С трудом ноги держали. Её облик с мечом в руке был хорошо виден на фоне заходящего неба. Песок под ней багровел, как когда-то под Балдуином. Она была похожа на него, такая же сильная, такая же твёрдая духом. Истинно, она была его. Балдуин с армией возвращались в Иерусалим. Закат алыми красками расписывал небо. Король почувствовал резкий удар внутри себя. Душу пронзило лезвие боли. Внутри него что-то кричало, и тогда он незаметно для себя произнёс: — Полуразрушенный город. Сейчас!— он поднял коня на галоп. Тиберий был поражён им, но скомандовал армии и понёсся за королём. Курс был немного изменён. Кони неслись быстро, будто понимали всю опасность. Чем ниже опускалось солнце, тем быстрее билось сердце короля. Только когда вдалеке показались разрушенные башни, ему стало полегче. Ходу никто не сбавлял. Доктор решил спуститься. Вышел на площадку, детей оставил наверху под присмотром громил. Облик Миры был сильным. Платье было в кровавых пятнах, по рукояти меча текла её же кровь. Сибилла лежала на песке у её ног, тяжело дыша. Застывшая воля в образе королевы. Тогда док поднял взгляд на горизонт. Его глаза широко раскрылись. Он узнавал одежды — прокажённый король Иерусалима. Мира тяжело дышала, но продолжала стоять. Она не знала, что за её спиной скачет войско короля. Только когда звук копыт стал чётким, Мира обернулась. Её муж, её спасение — правитель Иерусалима уже был в нескольких десятках метрах от неё. — Балдуин...— тихо вырвалось с её губ, тогда Мира почувствовала сильный удар в живот. Её тело упало недалеко от Сибиллы Громила выждал момент и нанёс удар. Балдуин видел это. Ярость и сила наполнили его тело. Конь набрал ход. Балдуин со всей мощи пронзил тело громилы мечом. — За кровь Иерусалима!— крикнул Тиберий войску. На подмогу доктору поднялись 10 человек. Даже их оружия с лазерными прицелами не помогали. Рыцари сражались яростно, но больше всех Балдуин с Тиберием. Кровь брызгами разливалась по их одеждам. Когда все громилы упали на песок, доктор поднял руки. — Взять его...— голос короля был тихим, и от этого звучал в тысячу раз страшнее. Балдуин слез с коня и, подозвав стражу, положил Миру на переносное ложе. Тиберий положил рядом с ней Сибиллу. Теперь король приблизился к виновному, которого поставили на колени. Доктор поднял голову и попал под прицел яростных голубых глаз. — Я — прокажённых правитель Иерусалима и ты...— Балдуин достал хлыст, запачканный кровью Ги де Лузеньяна. Доктор замотал головой, прося милости. Балдуин был непреклонен. Первый удар пустил из носа безумца кровь. Второй оставил кровавый след на щеке. Третий выронил безумца из рук стражи. Тогда Балдуин вытащил меч и резким движением отсёк ему голову. Горячая кровь осталась на оружии, как знак выполненного обещания. Королю привели детей. Алия поехала с Балдуином. Сын Сибиллы с Тиберием. Ложе с королевской семьёй несли слуги. Мира очнулась уже в покоях короля. Балдуин сидел за столом и подписывал хартии. — Как самочувствие?— он спросил не оборачиваясь. — Я в порядке, давно я сплю?— Мира ждала пока он повернётся, но этого не происходило. — Около полутора часа,— Балдуин положил перо и поднялся. Мира заметила бинты на своих руках. Теперь она была не в платье, а в своей ночной рубахе. Мира поднялась и облокотилась на ладони. Балдуин снял плащ и опустился в кресло у шахматного столика. — Сыграем?— робко предложила она. — Если готова, то присаживайся,— маска не выдавала его эмоций. Мира поднялась с ложа, в теле была непривычная тяжесть. Едва дойдя до столика, она опустилась в кресло. Король уже расставил фигуры. Мира придерживала пальцами висок. Балдуин заметил это. Он поднялся и налил в кубок вина. — Выпей, станет легче,— он протянул его ей. Мира тихо взяла кубок. Они встретились взглядами. Та же забота, та же нежность царила в его глазах. Он не злился на неё, только понимал. Мира сделала глоток. Сладость обожгла горло. Разум вспоминал давно забытый вкус. — Мира...— Балдуин начал партию. Она ответила пешкой, подняв брови в немом вопросе. — Я переживаю за тебя,— сделав ход, он смягчил голос. На её лице возникла тёплая улыбка. Он знал с чего нужно начинать диалог. — Балдуин, мне уже лучше,— она сделала ход слоном. — Будь аккуратнее,— он откинулся в кресло, сходив конём. Балдуин прикрыл глаза, Мира сделала глоток. Этот день был тяжёлым для всех. Она тихо встала и подошла к нему. Его ровное дыхание приносило покой. Она сняла его маску — последнюю преграду между их душами. — Я всё чувствую,— на секунду его губы дрогнули в улыбке. Мира немного усмехнулась. Она стояла с ним ещё пару мгновений, и Балдуин помог ей устроиться на своих коленях. Она оседлала его ноги, немного прижав их своими. Тело короля отдыхало. Ещё пару минут Мира рассматривала его, наслаждаясь каждым мгновением. Балдуин открыл глаза, она повисла в этот момент над ним. Мира хотела подняться, но его рука легла на её спину — немая просьба остаться. Карие глаза метались по его образу, будто она вновь была лекарем, а он королём. Рука со спины скользнула к волосам. Лёгкое движение, и волнистые пряди рассыпались на плечах. — Как же ты прекрасна...— хриплый шёпот напоминал первое знакомство с его губами. Секундное молчание, и их уста слились в нежном поцелуе. Балдуин сел ровно, придерживая талию Миры. Он притянул её ближе, дыхание с оттенком наслаждения заглушил поцелуй. Они были только вдвоём. Лампады мягко освещали покои, придавая нежности моменту. Мира хотела остановиться и вдохнуть полной грудью, но Балдуин не позволил ей. Их языки прикасались из раза в раз, она тонула в этом поцелуе. Немного приподняв, он обхватил её бёдра и поднялся вместе с ней. Мира ощутила его сильные руки. Она находилась немного выше его лица, но это было по душе обоим. Руки Миры лежали на его плечах, ногами она обняла его тело. Балдуин наслаждался её покорностью, каждым её движением и жестом. Он аккуратно прижал Миру к стене. Только тогда прервал поцелуй. Но на долго ли? Балдуин проходился по её шее своими губами, заставляя Миру дрожать. Он прижал её сильнее, впиваясь в ямочку между ключиц, — тут же услышал нежный выдох. — Только скажи, я перестану,— он с улыбкой прикусил губами мочку её уха. Пальцы Миры скользнули к его тунике — тихая просьба остаться. Он держал её, для них не существовало больше времени. Они были здесь, сейчас. Балдуин спустился по шее к ключице. Он обнимал её губами, медленно, нежно. Каждый хотел насладиться этими мгновениями близости. Столь сладкими, до невозможности близкими. Балдуин плавно положил Миру на кровать, обнажая её тело. Тёплый свет лампад ложился на кожу, делая её ещё более прекрасной. Мира расстёгивала его тунику неторопливо. Касания стали до дрожи приятными, губы Балдуина спускались от её подбородка до груди. Мира чувствовала его дыхание, что обжигало каждый сантиниметр тела. Её грудь округлилась, тело подрагивало. Балдуин повис над ней, наслаждаясь глубоким дыханием Миры. Щёки приобрели лёгкий румянец, губы приоткрылись, глаза устремились в него. — Я тебя люблю...— шепнула Мира, смотря в его глаза. Он отвечал касаниями и взглядом. Его руки скользнули по её талии, оставшись там. Балдуин приподнял её к себе. Теперь она сидела на его ногах, ощущая настойчивость его тела. Пальцы Миры медленно сняли тунику с его плеч. Он опустил руки, по пояс оголив тело. Мира не успела опомниться, как он уже повис над ней. Теперь их тела не имели преград. Души просили соединения, губы — нежности, а он...он хотел почувствовать её вновь. Его член едва коснулся её кожи, но Мира сделал шаг первой. Её бёдра приподнялись, и Балдуин проник в неё. Он выдохнул с наслаждением. Мучительно медленно он стал углубляться в неё, Мира едва сдерживала стоны. Она чувствовала, как теряла контроль, но Балдуин помог ей, накрыв её губы своими. Её глаза закрылись от сладости этого момента. Только наполовину он вошёл в неё, но уже задавал темп. Медленный, ритмичный, нежный. Забытая сладость тела, их души сливались во едино. Только когда она стала увереннее целовать, Балдуин отпустил губы. Движения были плавными, щадящими. Он сдерживал себя, Мира видела это. Балдуин боялся, что может сделать ей больно, но её лёгкий кивок развеял сомнения. Он вошёл полностью, до предела. Задержавшись, ощутил, как она прижалась к нему. — Моя Мира...— хриплый шёпот отозвался в ней горячей волной. Балдуин двигался резче, глубже, сильнее. Мира уже хотела закричать, но он начал поцелуй — мягкий, благоговейный. Её запястья оказались вжаты в постель, он уже тоже не мог контролировать, только чувствовал. Мира кончила раньше него, но он не остановился. Только глубина и страсть царила в движениях. Она принимала его всего и это доводило Балдуина. С каждым толчком Мира сильнее впивались в его губы. Он помогал ей как мог, но мычание возбуждало ещё сильнее. Движения стали замедляться, но были резкими сильными. Последний сильный толчок, самый глубокий, самый желанный. Хриплое дыхание нарушало тишину. Балдуин задержался в ней, не желая разрывать связь. Он отпустил её руки и хотел подняться, но она не пустила. Заведя руку под её спину, король поднял её, не разрывая связь душ. Мира теперь сидела на его коленях. Балдуин медленно запустил пальцы в её пряди, прижимая к себе. Мира чувствовала и глубину движений, и глубину тела. Он чувствовал как она течёт, как глубоко дышит от каждого касания, как отдаётся ему без остатка. Её руки обняли шею Балдуина, он не посмел нарушать этого. Аккуратно он перевернулся вместе с ней. Только теперь он покинул её тело. Руки лежали на талии Миры, голова откинулась на подушки. Балдуин выпустил всего себя в этом сладком до дрожи сексе. Мира засыпала от его дыхания и ритма сердца, а он от того, что она рядом с ним. Все бури утихли, теперь царствовал покой.