Нет, я (не)ждала тебя.

Часто ли человек может сталкиваться с самим собой? Со своим? Со своей смертью, страхами. Почти всегда. и это не делает человека слабым, или же наоборот.  Но не Зулема Заир. Для нее понятие смерти - не существует. Но в тот день она сделала важное решение. Для себя, а еще для той, кого полюбила черт возьми, сама того не желая признавать.  «No estas sola.» — слова как горечь со сладостью.  И в тот день, казалось солнечный, прохладный, точно не для расставания, они разошлись. Зулема отдала ей свою свободу, и она не называет это любовью? Но все же, это был её выбор, временный, но все равно выбор. Отдать блондиночке ту жизнь, которую она хотела и все равно всегда возвращалась в постель к Зулеме. А после - обнаженные тела, холодные руки, сигаретный дым.  Но жизнь повернулась совершенно не так, как хотелось Макарене.  Было хреново, очень. Боль не заживала, да и ей казалось, что никогда не заживет, что такая боль не проходит даже с долгими годами.  Она сняла квартиру почти в центре Мадрида, хотя очень хотелось в Малагу, туда, где было все её детство. Там, где напоминало о родителях, брате, о любви. Но всякий раз зарекалась и пыталась отогнать все ужасные мысли, всю ту жизнь, которая начиналась с ней еще в тюрьме. Брат, единственный близкий и любимый человек по которому она скучала, и тот, кто у нее остался. С момента когда она вышла с тюрьмы были короткие звонки, без упоминая Зулемы, того, что теперь она делит одну кровать с ней.  Казалось, деньги были единственным решением. Даже в таких случаях Зулема запаслась деньгами, для того, чтобы каждая из них смогла начать новую жизнь.  По началу мучали кошмары, из за которых она просыпалась вся в поту среди ночи, искала чужую, но такую родную до боли руку. Но никого не было. Не было той жизни. Был лишь стресс, из за которого произошел выкидыш на раннем сроке. Это был особенно переломный момент, все надежды, всё то, о чем она мечтала. Тот день она не хотела вспоминать - спокойный, почти безболезненный.  Когда она начинала приходить в себя, начинала снова искать смысл, были попытки устроиться на работу. Заканчивались они тем, что видели её судимость и на этом только отказы. Но всё то, от чего она пыталась бежать - не уходило. Она не то чтобы часто вспоминала Зулему, она думала о ней каждый день, каждую бесонную ночь, каждый пережитый момент их истории. Зулеме тоже было трудно справиться с болью. Она переживала её по другому, совершенно. Если Макарена закрывалась в себе, то Зулеме срывало крышу. Как будто бы её мечта свободы исполнилась, были деньги, но она делала то, чем жила. Была наемником, больше не для денег, а для того, чтобы забыть обо всем, почувствовать себя живой. Это было опасно, особенно после того, что произошло, но разве Заир что то останавливало ради чувства жизни? Которое она не получала. Не хватало рядом её. Макарены. Зулема не хотела принимать тот факт, что не может без нее, но лишь это была чистая правда в их грязном прошлом.  Центр Мадрида, какой то клуб где все пытаются забыться, не вспоминать про тех, кто действительно душит.  Макарена сидела за барной стойкой, пила текилу. Никогда не любила её, но после жизни с Зулемой полюбила, приходилось. Первая стопка, вторая. Алкоголь уже начинал действовать, язык заплетался, тело расслаблялось. Музыка гремела.  Она не смотрела по сторонам, только в стакан, даже не осознавая того, что рядом сидит та, из за кого она не может спать, нет, нормально жить. Заир сидела слева от нее, и конечно, она сразу узнала блондиночку. Именно по этому она здесь. Брюнетка сперва заказала себе виски, с легкой полуухмылкой к бармену, отпила, облокотилась о стойку, и с какой то улыбкой смотрела на блондинку, которая уже явно пьянела, не замечая ничего. Зулема была в таком  положении минуты две, а потом все таки не удержалась и громко усмехнулась. Мака уже вяло подняла голову к звуку, и тут осенило. Будто протрезвела.  — Твою мать… — Только это она смогла связать из за знакомого лица, алкоголя и шока. — Что?…  — Что, блондиночка? — Притворно ответила Зулема, хлопая карими глазами, смотря на нее этим взглядом. Полным любви, черт возьми.  — Блядь.. нет. —  Та еще не могла понять, реально ли это всё это.  — Да, Мака, да.  Макарена смотрела на нее, почти вглядываясь. Внутри бушевало. Хотелось ударить, обнять, трахнуть, а еще реветь. Все это их и связывало. Но она держалась, в крайнем случае пыталась. — Скажи мне, блядь, как? — Хрипло начала Макарена, чуть дрожащим голосом от шока и недоверия.  — Ну знаешь… просто соскучилась по своей тупой блондинке. Странно да? — Усмехнулась Зулема, чуть покачав головой, не хотела ж говорить это. Кто за язык тянул. — А если реально, несколько миллионов, пару месяцев в дыре из которой лучше не высовываться, и всё. Я тут. — Она прикусила губу и подмингнула ей. Будто бы и ничего не случилось.  И тут Макарену прорвало. Накипелось. Она лишь устала притворяться, что все было и будет хорошо. — Ты вообще понимаешь, мать твою, что я не сплю ночами из за тебя? Я не живу, я страдаю из за тебя, Зулема. — И вдруг замолчала, слеза покатилась по щеке. — А ты вот так легко появляешься..  — Ну тише, тише, не ори. — Зулема тяжело сглотнула ком в горле, и все же решаясь протянуть руки и заключить её в объятия. Крепкие, как раньше. Как она обнимала её ночью в трейлере, когда Макарене снились сны про тюрьму, когда та вспоминала семью. Как будто ничего и не было. Не было этого бреда между ними. — Успокойся. — Самой же было больно говорить это, она не переносила боль Макарены. Никогда. Но упрямость этой блондинки дала не долго находиться в объятиях и поэтому Макарена потихоньку начала отстраняться от нее, а тело все еще потряхивало от слез, губы и голос дрожал. — Ты сука. — И тут резко улыбка. Как раньше.  — И ты. И ты, rubia.  Обе рассмеялись. Макарена заказала еще один шот, Зулема допила виски. Она лишь знала, что хорошим это не закончится, или Мака заснет прям на столе, или Зулеме придется её тащить на себе. Каждый их поход в клуб, бар за городом, тогда, когда еще работали в оо, не выходил чем то приятным. Так и вышло. Макарена пьяная, а значит, лучше сразу уводить её, пока не закончилось худшим. Но даже такие моменты Зулема ценила. В каком то смысле - адреналин, который так любила.  После пятой рюмки язык Макарены заплетался, глаза закатывались, закрывались, усталость. Брюнетка конечно же все видела и поэтому не стала затягивать, а сразу прильнула к ней, стукнув ладонью по барной стойке, имея полностью спокойное выражение лица.  — Так, Феррейро, погнали домой. — Сквозь громкую музыку, сказала Зулема, склонив голову к Макарене и коротко усмехнувшись.  А самой Феррейро в тот момент явно уже было всё равно. Только хитрая улыбка расползлась по её лицу и она, пытаясь встать, начала. — Домой?… ммм, воспользуешься мной и моей красотой? — От своих же слов стало смешно. — Я твоя, Зуле, бери. — И снова смех, пьяный, искренний, тот, который уже давно никто не слышал.  Саир, конечно же, промолчала на эти слова. Но ухмылка расползлась по её лицу, вспоминая как заканчивались их ночи в клубе, когда они жили в удовольствие, для себя. Поэтапно она подошла ближе, почти вплотную к блондинке, хватая её за плечо, крепко, но не больно, а просто с сильной хваткой. — Вставай. — И буквально сразу же, не дав ответить Макарене, тянет на себя, поднимая блондинку с высокого стула. — Ну ты и вымахала, блондиночка. — Притворно рассмеялась Заир, уже закинув её руку на свои плечи, думая, что так будет идти  удобнее и легче, хотя знала, если Макарена пьяная, удобно и легко будет не в этой ситуации.  Но все же, брюнетка попыталась ловко провести её через всю толпу, не собрав за собой проблем, что очень странно и редкостно. Макарена уже не пыталась брыкаться, останавливаться, а просто отдала себя в руки той, которая вытаскивала её из проблем, но и та, которая когда то пыталась убить её.  Быстро и ловко они оказались на улице, на довольно популярном районе в Мадриде. И как раз там Заир запрокинула голову и вздохнула, хватая Макарену крепче, за ее талию. — Ммм, Зуле, а ты не забыла, да? — Усмехнулась блондинка, чуть наклоняясь к Зулеме, которая уже почти дотащила её до своей машины. Слова и все ее действия были пьяными, и неловкими, хотя вряд ли она вспомнит об этом завтра утром, но не Зулема. Она будет помнить. — Мака, иди, пожалуйста. — Устало процедила она сквозь зубы, но внутри все горело, глаза светились, и не только от прикосновений, от слов Макарены, а просто от осознания того, что они рядом, они смотрят друг другу в глаза, она чувствует её всем.  Зулема была на машине, которая была припаркована неподалеку, на бесплатной парковке возле клуба. Ауди, черная, не совсем новая, угнанная. Наконец также ловко, как они вышли из клуба, дотащив Макарену до машины, полностью открыла заднюю дверь для удобства и сразу же опуская Макарену на сидения, не грубо, а как то особенно нежно.  — Вот так, лежи. —  Слова вырвались слишком тихо, с заботой. Но Макарена даже не ответила, лишь легла поперек сиденья, и почти сразу же провалившись в сон, не крепкий, но такой, от которого сразу же вырубаются в пьяном состоянии.  Зулема знала адрес её дома, у нее были свои люди для того, чтобы знать где жила Макарена. Интерес к этой блондинки всегда был силен, тем более в такое сложное время для них обеих. И поэтому доехать до её квартиры не придало особой трудности.  К их большому счастью пробок в районе не было и они доехали даже очень спокойно, но это напряжение которые висело в воздухе, между ними, оно сбивало с толку саму Зулему.  Всю поездку до дома, на красном свете светофора Зулема постоянно кидала взгляд к спящей, казалось такой расслабленной Макарене, через зеркало. Но лишь завтра на утро они поймут всю проблему ситуации.  Зулема ловко доехала до нужного им квартала, а там припарковала машину возле подъезда дома, именно того, где жила Макарена. Зулема знала не только адрес, но и номер квартиры. И сейчас оставалось самое сложное, но одновременно это ощущалось словно «довезла, теперь осталось лишь донести ее до дома, joder rubia.» Зулема отключила двигатель и вышла с водительского сидения, подходя к задней двери. Макарена же в свое время дремала, но не крепко, положив руку на живот, как всегда. Зулеме это показалось чем то болезненным, в фургоне они спали вместе на одной кровати и брюнетка видела как та спит, как та сопит по ночам, это было уже чем то родным для нее, одновременно смешным и бесячим. Но задерживаться она не стала, и даже не будив Макарену наклонилась и потянула её к себе, тем самым поднимая и приводя в чувства. Казалось, блондинке было всё равно, пьяный бред, усталость которая была отовсюду. Зулема же, прижимая ее к себе, быстро захлопнула заднюю дверь машины, закрыла её характерным звуком и Зулема, удерживая девушку за талию, повела её к нужному подъезду. Идти по лестнице был явно ужасный вариант, поэтому брюнетка повела Макарену к лифту, чувствуя как её тело постепенно расслабляется в пьяном угаре, в руках Заир. Зайдя в лифт, Зулема нажала на нужный им этаж, пятый, наконец давая себе тоже слегка расслабиться, пока Ферейрро все еще была под её хваткой.  — Зуле, ты такая теплая, как всегда. — Голос был томным, хриплым и с нотками сигаретного дыма и перегара.  — Ферейрро, если ты сейчас не заткнешься, клянусь, выкину туда, где нашла тебя. — Также томно, но очень понятно прошипела Зулема на ухо, слегка прикусив ее мочку, от чего по телу Макарены пошли мурашки, даже в таком состоянии она поняла их знакомую страсть.  Выйдя из лифта, Макарена сама повела Зулему к нужной им двери, достала ключ, неуклюже, с легкой ухмылкой, а брюнетка не выдержала и сама открыла дверь, заводя её первой. Первым же делом Зулема сразу повела её в гостиную, чисто интуитивно. И так же быстро подтолкнув блондинку к дивану, давая ей возможность понять упасть на него, что и сделала Макарена. Не теряя возможности, Заир начала раздевать её, сначала обувь, а затем верхняя одежда. Делая это, Зулема задумалась, для чего я это делаю? и ответ не получила от самой себя. Это была чертова забота.  Оставив Макарену в футболке и джинсах, она нашла плед который лежал рядом, расправила его и накрыла блондинку, которая все еще слегка ворочалась пока её раздевали, но вскоре уснув наконец крепкий сном. Заир не ушла, что то держало, её держала она, в таком состоянии. Знала, что завтра Макарену застанет сильное похмелье и поэтому пройдя на кухню, находя где включить свет на вытяжке, ловко и быстро начала осматривать верхние полки, в надежде что найдет аптечку или же хоть что то.  На одной из полок она нашла таблетки, которые сама же иногда употребляла на утро после веселой ночки. Она налила бокал воды, взяла две таблетки и положила рядом, на журнальный столик что стоял возле дивана, где спала Мака, не догадываясь что чувствует сейчас Зулема.