К середине части можете включить этот трек, как ост - «Sex Appeal»
Утро всегда приходило быстро, в этот день особенно. Тогда, когда стены все еще хранят запах алкоголя и сигарет.
Макарена проснулась с тягучей болью в голове и теле, с сухостью во рту, это давало знать, что вчера она пила явно не воду. Утренние лучи солнца пробивались сквозь тонкие шторы, яркий, холодный свет падал как раз на тело блондинки, от чего она встала не сразу, только томно и недовольно простонав себе под нос, перевернулась на спину, прикрыв глаза рукой. Но только через секунды, полностью проснувшись она начала понимать, всю тяжесть того, что было вчера и того, что будет сейчас, от этого прошла дрожь по всему телу.
Мысли Макарены быстро сменились тем, что она услышала стук ложки о стакан, казалось, привычный утренний звук с кухни. Полностью собравшись с мыслями, она поднялась, присев на край дивана, ощущая как ломит голову, но это было не главной проблемой сегодняшнего утра. С тихим вздохом блондинка встала с дивана, и сразу же направилась на кухню, словно полностью готовая ко всему, пока внутри уже что то болезненно сжималось.
На кухне же было прохладно, приоткрытое окно знало знать о себе, а свет вытяжки все еще горел с глубокой ночи. Зулема сидела на полу, подогнув одну ногу, а вторую наоборот вытянув, она прислонилась спиной к теплой стене, а на коленях балансировала горячая чашка с черным кофе, которое она успела сделать себе. В её позе было что то спокойное, но одновременно настолько звериное, что это выглядело будто она могла сорваться в любую минуту. Услышав шаги, а затем увидев боковым зрением силуэт Макарены, голова брюнетки невольно повернулась а на лице появилась легкая усмешка, сама того не замечая.
— Ну и дерьмовое утро, да, блондиночка? — Улыбнувшись, покачав головой, спокойно произнесла Зулема, будто бы это было их сотое совместное утро. Она также спокойно поднялась с холодного пола, поставив кружку на стол, хотя внутри нее будто что то шевелилось, дрожало, говорило подойти ближе, заглянуть в глаза, открыться.
— Я думала ты уйдешь. — Хрипло, также спокойно попыталась сказать блондинка, но дрожь в пальцах было никак не скрыть. Но в ответ на её слова она получила быструю, мимолетную ухмылку, не злобную, скорее до боли знакомую.
— Не в моем вкусе. — Серьезность проскочила в словах Заир, быстро сменяясь. — Таблетки на столе, видела? Выпей.
На лице блондинки появилась легкая улыбка, совершенно искренняя, она действительно была благодарна. Она знала, сколько бы Зулема не вела себя сукой, все заканчивалось тем, что она либо готовила им завтрак, либо молча, кивком подзывала покурить вместе. Все эти моменты из фургона, с их совместной жизни остались в памяти не только Макарены, но и Зулемы, что разрывало их обеих.
Зулема лишь махнула головой, словно соглашаясь с чем то, но она делала так только тогда, когда действительно не знала что сказать, и чего ожидать, что было крайне редко для нее. Макарена молча оперлась руками о столешницу, чувствуя на себе её взгляд, он был всегда настолько прожигающий, что внутри нее всегда поднималось что то сильное, то, чего она никогда не могла сдерживать рядом с ней.
Расстояние сводило с ума, они стояли рядом, но будто совсем далеко, каждая клетка тела кричала, желание брало вверх. В движениях Зулемы всегда было что то грубое, резкое, а раскованность Макарены всегда добавляла этому огонь, пошлость и грацию. Их обеих сводило с ума от этого, и именно сейчас, в этот момент хотелось сорваться и полностью отдаться этому моменту, но только уже вместе.
Зулема, сжав челюсть до боли, томно выдохнула, слегка прищурившись, резко оказалась в миллиметре от спины Макарены. Она не стала томить, не выдержала, её рука сразу же обвила девушку сзади, быстро, слегка сжимая ткань её футболки, а затем грубо подтянув её тело к себе, с томным выдохом в копну светлых волос. Она не спешила разворачивать её к себе, стон блондинки был хриплым от неожиданности, но при этом настойчивый от такого ярого удовольствия. Как же им хотелось этого, чувствовать друг друга, чувствовать запах, жар, в этом было что то безумное, властное. Это всё кричало лишь об одном, они скучали.
Пока тело блондинки было вплотную с телом Зулемы, она специально запрокинула голову назад, давая доступ к шее, которую Заир так любила. Губы сладко прильнули к шее Макарены, оставляя очень влажные следы на тонкой коже, а затем ярко алые засосы, метки, будто показывая, «ты здесь, и сейчас ты моя». Стоны и хрипы девушки заполнили комнату, а рука непроизвольно остановилась на волосах Зулемы, сжимая их. За это брюнетка укусила её в шею, и простонала ей на ухо, но этот стон был похож на безумное рычание. В этом и был их тандем, их слияние, они не давали отпор друг другу, никогда.
— Ну же.. давай. — Тихий, но такой настойчивый стон Макарены прорезался, от чего Зулема не смогла сдержаться. Грубо развернула её к себе, заглядывая в эти светлые глаза которые горели, наконец горели. Она также быстро подтянула её в другую сторону, к стороне кухонного стола. Блондинке не нужно было говорить, она сама запрыгнула на него, чуть ухмыляясь, но её взгляд подзывал Заир к себе. Сдерживаться не имело смысла, но каждый раз это было словно игра, в которой было ничего ничего не известно. Заир подошла к ней, встав между ног блондинки, её рука снова оказалась в волосах девушки, а губы тянусь к уху. Она прошлась губами по мочке, а затем её шепот разрезал эту громкую тишину.
— Не в этот раз, Ферейрро. — Сладко прошипела арабка, от чего Макарена на секунду замерла, а Зулема уже отстранилась, хотя самой совершенно не хотелось этого. — Не скучай, обязательно повторим.
Не было слов, фраз, Заир, казалось с полным спокойствием вышла с кухни, оставив блондинку там, но внутри все пульсировало, ей до безумия хотелось еще, но эти игры сводили их с ума еще сильнее. Она не задерживалась, лишь остановившись в прихожей, взяла свою куртку, которая пахла табаком и чем то сладким и вышла в подъезд. И обе знали, что все повторится в разы.
День шел тягуче, после этого Макарена прямиком отправилась в ванную, смыть вчерашний день, но никак не сегодняшний момент утром. Горячая вода помогла смыть все накопившиеся напряжение, усталость, но даже тогда мысли о Зулеме её не покидали.
Зулема, все еще с жаром в теле была на работе, она продолжала заниматься этим. Грязные деньги, сделки, убийства, которые почти всегда проходили даже очень гладко. Сегодня было ценичное дело, под которым она всегда подразумевала поставку товара. Все прошло быстро, с нужными людьми и с нужными покупателями.
Зулема не хотела снова тащить Макарену в это, снова убивать её будущее, потому что понимала, Мака может остановиться, а она нет.
Вечерний Мадрид был всегда прекрасен, холодный воздух уже бил в лицо и именно поэтому Зулема Заир снова стояла у дверей этой квартиры. Она не могла так просто, просто уйти? Забыть? Это никогда не про них.
Спустя два довольно настойчивых стука Макарена сразу открыла дверь, теперь уже почти не удивившись что это Зулема, но по телу все так же проходила холодная дрожь. Мака молча отошла в сторону, давая зайти ей в квартиру. Напряжение с утра все еще витало, но их желание друг друга было намного сильнее.
Зулема с ходу, почти зверино накинулась на нее прижимая к стене, руки Зулемы зафиксировались крепко на запястьях блондинки, которые были подняты вверх, вжимая её в стену, пока Макарена хищно смотрела на нее ожидая любой реакции. Ее губы страстно прильнули к сладким губам Макарены, от чего обе издали протяжный стон. Языки сплелись, Заир чувствовала её горячее обжигающее дыхание, зубы Макарены кусали губы брюнетки, тем самым будто провоцируя её. Металический вкус крови был во рту у обеих, это было мокро, сладко, как любили. Дыхание переплеталось, губы Зулемы начали переходить от губ к щекам, везде оставляя мокрые следы, а затем к шее. Она чувствовала пульс Макарены, долго целовала это место, стоны и дыхание блондинки учащалось, переходя в настойчивость. Заир же перешла на пульсирующую, взбухшую жилку, постепенно спускаясь вниз к ключицам, уделив и там время, кусая и смакуя весь этот момент. Макарена, извиваясь в её руках не могла сдерживать себя, желание было безумным.
— Трахнешь меня? — Сладко прошептала блондинка на ухо пассии. — Или снова оставишь меня на полпути? — Продолжила та, будто специально давала завестись Зулеме еще больше, она знала, что Зулема одновременно ненавидела и одновременно любила когда Макарена проверяла её напрочность словами в сексе. Заир же ничего на это не ответила, но заглянула в ее глаза наконец, отпуская хватку на запястьях блондинки, а затем резко подталкивая в сторону спальни. Ни на секунду они не отпускали друг друга, не руками не губами. Это было настойчиво настолько, что когда они дошли до нужной им комнаты, брюнетка грубо, с ходу кинула её на кровать и также быстро присоединяясь к ней, тем самым сев на нее верхом, только уже прижимая её запястье к кровати, прильнув губами к губам блондинки, они были покусаны, но все такие же жаждущее.
Зулема никак не собиралась отпускать или ослабевать хватку, но одежда Макарены требовала этого. Наконец, отпустив запястье, одна рука Зулемы прошлась по шее девушки, а затем оставив глубокий поцелуй в районе скулы, принялась избавляться от того, что им безумно мешало. Пальцы зацепили края футболки внизу, резко стягивая её через голову, и кидая куда то в сторону, на пол, их это не волновало совсем. Макарена наоборот выгнулась, помогая избавиться ткани, оставаясь в черном лифчике, который плотно облегал её грудь и смотрелся особенно эффектно на её светлой коже. Зулема проводя глазами по её линии ключиц и а затем груди, сорвала тихое, но грубое рычание, и почти сразу же её ладонь начала тянуться к поясу джинс, пока блондинка все больше и больше дрожала от нетерпения. Зулема с жадными глазами отпустила голову, растягнула пуговицу и только потом потянула вниз молнию, от чего глаза стали темнее. Обе руки зацепили край штанов, начиная снимать их, трепетно, но с какой то грациозной грубостью.
Когда перед Заир открылся вид на черные, кружевные трусики Макарены, она невольно облизнула губы, уже сама горя от нетерпения. Блондинка смотрела на нее с такими же горящими глазами, словно прося, громко умоляя. Но взгляд арабки быстро сменился легким смешком, нагло посмотрев в глаза Ферейрро, пока руки Зулемы вытащили ремень из петель своих джинсов, все также продолжая обводить глазами тело блондинки, которая уже начинала извиваться.
Когда ремень был полностью освобожден, Зулема без церемоний схватила руки Макарены, прижимая запястья друг к другу, а затем обвив их крепко и туго ремнем, зафиксировав в одном положении, от чего Макарена сразу ощутила всю власть Зулемы и почувствовав укол боли в районе кисть. Но как же она хотела этого.
Зулема сама больше не могла сдерживать себя, поэтому руки быстро обвили тело девушки, находя застежку лифчика, и также быстро растегнула её. Мака пыталась двигать плечами, помогая избавиться от него, на что Зулема лишь приблизилась к её уху. — Тише, тише. — Голос был хриплым от возбуждения.
Заир слегка растянула лиф, а потом стянула его в сторону, кидая куда то в угол комнаты. Перед ней открылась красивая, подтянутая грудь. Соски Макарены затвердели от возбуждения и неожиданности, и Зулема быстро прильнула к груди. Она оставила мокрый в середине, переходя к одной груди, начиная ласкать её языком и зубами. Другая рука остановилась на второй груди, сжимая её, пока её язык игрался с твердым, от возбуждения соском, а затем меняя стороны. Макарены начинала все сильнее извиваться на простынях, которые уже сбились под их телами, это было настоящей сладкой пыткой.
Руки Зулемы начинали тянутся ниже, к черным кружевным трусикам. У обеих глаза горели похотью, желанием почувствовать друг друга еще ближе, и именно поэтому Заир начала отстраняться, встав с нее, оказалась между её ног, захватывая руками ткань, от которой так хотелось избавиться. Она слегка потянула резинку трусиков, предоставляя себе доступ к лобку, а затем полностью стянув ненужную ткань сейчас, откинула ее в сторону. Макарена машинально раздвинула бедра чуть сильнее, но Зулема начала вести мокрую дорожку поцелуев от груди, к плоскому животу, который буквально дрожал, дыхание сбивалось. Постепенно она приближалась к гладкому лобку, начиная оставлять мокрые следы там, переходя к внутренней стороне бедра, все ближе и ближе.
Наконец, Зулема слегка отстранилась и два ее пальца, средний и безымянный слегка коснулись её губ, а затем языка. Язык прошелся по всей длине пальцев, тем самым оставляя мокрый след слюны. Макарена все также со скованными руками в ремне извивалась, её стоны и хрипы разрезали этот момент, умоляя глазами.
Пальцы Зулемы расположились на промежности блондинки, от чего та протяжно простонала, а затем без лишних слов Зулема вошла в нее, естественная смазка Макарены очень поспособствовала этому. Из её уст вышел громкий, сладострастный стон, а из уст Зулемы послышалось что то вроде томного выдоха. Заир вошла в нее сразу двумя пальцами, сначала на одну фалангу, сама же ощущая Макарену полностью, её влагу, того, как она хотела её. Она быстро набирала темп, входя на еще одну фалангу, полностью входя в нее, а затем подключила язык. Он расположился на уже набухшем клиторе девушки, от чего ощущения становились до безумия яркими и сильными. Темп Зулема набирала слишком быстро, вжимая пальцы все сильнее и быстрее, так, что Ферейрро совершенно не сдерживала свои громкие стоны. Язык Заир работал быстро, умело, она совмещала круговые движения на клиторе, а затем будто бы смаковала этот вкус, он сводил её с ума.
— Еще.. еще. — Протянула Макарена, пока она извивалась, тянулась на встречу.
Зулема послушала её, усилила темп, вгоняя пальцы быстрее, а толчки еще грубее. Она чувствовала как стенки влагалища начинали сужаться, клиторальные ласки повлияли этому, такому яркому удовольствию, поэтому она без жалости все также продолжала.
Она видела на дыхание блондинки начинало становится прерывистым, понимая, что скоро будет кульминация, то, что так хотела Макарена. Зулема усилила давление на клитор, секунда, две, Макарена дернулась, такой долгожданный, протяжный стон вырвался из Макарены, стенки начали пульсировать и сужаться, а ноги дрожать, но Зулема не собиралась останавливаться, поэтому продолжала ласки языком, понимая, и сама же удовлетворяясь тем, что Мака получила такой ахуительный оргазм. Заир вытащила пальцы, на которых была
влага блондинки, и сама же резко взяла два пальца и облизнула так, будто это был самый вкусный десерт в её жизни. Так и было.
Запах секса сразу же наполнил темную комнату, создавая еще более пошлую атмосферу. Макарена сладко и удовлетворенно откинулась на подушку пока ноги все еще дрожали от такого яркого оргазма, но и желание довести Зулему брало вверх. Брюнетка, которая расположилась рядом, взглянула на девушку и поняла взгляд Макарены. Настойчивый, такой, что Зулема молча приблизилась и сняла с нее ремень.
В этот момент Ферейрро сорвалась, перевернула Зулему на спину, так, чтобы теперь она оказалась под ней. Губы снова прильнули к губам, дыхание смешалось а стоны будто отзывались эхом. Макарена же не тянула, брала сразу. Пальцы остановились на краю футболки, со страстью снимая её и оставляя Зулему в черном топе. Он слегка подтягивал её плечи, выделяя всю силу и уверенность. Шрамы на руках, животе, показывали эту стойкость, они всегда так сильно возбуждали блондинку. Так же быстро Макарена приступила к черным, спортивным штанам, и только тогда брюнетка оказалась в черных, с этого же комплекта трусиках с белой полоской сверху. Тело Заир дрожало от нетерпения, как только Макарена избавилась от одежды, она принялась избавляться от нижнего белья. Тело Зулемы дрожало от нетерпения, а руки сами тянулись к ней. Макарена начала с ласк груди, постепенно переходя вниз.
Она осыпала её внутреннюю сторону бедра поцелуями, укусами, пока рука Зулемы была в белокурых волосах, пытаясь направить туда, куда до безумия хотелось. И когда Макарена наконец коснулась губами, сладкий, хриплый стон вышел из уст Заир, а бедра машинально раздвинула еще шире. Блондинка профессионально и умело работала языком, раздвигая руками складки, тем самым добавляя еще больше ласки, пока Зулема приподнялась на локтях, направляя ко входу. Блондинка использовала только язык, то, что может свести с ума Зулему за минуту, пока руками деражала ее бедра. Стоны Зулемы звучали для Макарены буквально как самый любимый звук, особенно тогда, когда та кончает. Мака чувствовала как та начинала приближаться к пику удовольствия, чувствовала как становилась все мокрее и мокрее, а звуки громче. Макарена прибавила ритм, вырисовывая круги, но затем резко остановившись, от чего Зулема издала явно недовольный стон и её рука сильнее сжала волосы блондинки, пытаясь направить. — Joder, puta rubia.. — хриплым и осипшим голосом прошипела та, а Макарена вновь приблизилась, чтобы довести её до конца. Потребовалось лишь 20 секунд до того, чтобы бедра брюнетки начали дрожать, а из уст слышалось сладкое рычание. И только тогда Мака победно улыбнулась, поцеловала её низ живота, чуть выше лобка, устроившись рядом.