1. Звон стекла.

Год спустя. Гермиона оглядывалась по сторонам, высматривая Пожирателей, которые давно считали Косой переулок своей собственностью. Рон рядом с ней тоже оставался напряжённым, держа палочку в руке. Они с облегчением выдохнули, когда вошли в магазин Фреда и Джорджа, оставшись незамеченными. Рон сразу улыбнулся, словно вся грусть и печаль остались за дверью. Гермиона же не могла взять и мгновенно расслабиться. Она всё ещё чувствовала чьи-то глаза, смотрящие прямо на неё. Они поздоровались с близнецами, но те не смогли отвлечься от разговора с поставщиком, поэтому Рон отвёл её в кабинет братьев, чтобы они могли дождаться их там и побыть в тишине. Он сел на диван, разглядывая обстановку и саму Грейнджер. — Гермиона, садись. Она шевельнула губами, то ли улыбаясь, то ли выдавливая эту самую улыбку. — За нами нет хвоста, у тебя паранойя, — продолжал Рон, не замечая её волнения. — Я просто переживаю. Мы здесь как на ладони. Она обхватила себя руками, заставляя дышать глубже. Паника сдавливала грудь вместе с сердцем, словно держа его в кулаке. — Ладно, давай лучше поговорим о важных вещах. — Например? — О нас. — Рон. — Она тяжело вздохнула, уже устав объяснять ему одно и то же. — Ты говорила, что тебе нужно время, — не отставал Уизли, нахмурившись. — Прошло два месяца. Я не давил на тебя, старался вообще не трогать. — Рон, пойми, я не могу сейчас позволить себе отношения, — вымученно сказала Гермиона, мечтая сбежать подальше. — Да почему?! — воскликнул Рон. — Все могут, а ты нет. В чём проблема? Мы вообще можем завтра умереть, даже не узнав, было бы хорошо нам вместе или нет! Она понимала, что он прав. Но не могла пересилить себя. Гермиона чувствовала, что не может сейчас отвлечься на отношения. Она вроде бы хотела быть с Роном, целоваться с ним, заниматься сексом и всё такое. Хотела быть обычной девочкой-подростком, но не могла. Честно говоря, она сама не до конца понимала, почему. Её будто что-то удерживало от этого решения. От этого шага вперёд. — Мы нужны Гарри, — Гермиона снова использовала старый предлог, на что Рон закатил глаза. — Ему будет неприятно и некомфортно видеть нас вдвоём… — Гарри всё прекрасно понимает, в конце концов ничто из того, что ты перечислила, не мешает ему встречаться с Джинни, — раздражённо произнёс Рон, выходя из себя. Ну вот, они снова ссорились. Они ещё даже не вместе, но ссорятся чаще, чем все другие пары в Ордене. Возможно, именно поэтому она до сих пор тянула. Не хотела, чтобы в их отношениях были вечные проблемы и крики на пустом месте. Гермиона отказывалась видеть то, что знала и чувствовала сердцем. Было проще придумывать отговорки, но в глубине души она знала правду и ответ на свой вопрос. — Рон, я не хочу об этом говорить, ладно? — Она тяжело вздохнула, видя его негодование. — Пойду прогуляюсь по магазину. Гермиона вышла в огромное помещение, набитое людьми, разными вредилками и шуточными товарами. Она улыбнулась парочке детей, которые смеялись, ничего не стесняясь, но потом застыла. Резко посмотрев в сторону окна, откуда открывался вид на Косой переулок, она сделала шаг и увидела его. Человека. Мужчину в чёрной кожаной куртке. Его лицо и волосы скрывал капюшон, но она чувствовала, что это тот, кто следил за ней очень давно. И она решила действовать. Да, это глупо, безрассудно и опасно, но Гермиона ненавидела неизвестность, поэтому предпочла узнать, что ему от неё надо. Она вышла на улицу и непонимающе нахмурилась. Он только что был здесь. На этом самом месте. Гермиона вертела головой по сторонам и снова заметила движение в дальнем переулке. Медленно направившись туда, крепче стискивая палочку в руке, она внутренне дрожала от страха. Но не того страха, что лишает возможности думать и двигаться, нет. Она боялась узнать в этом человеке кого-то близкого. Зайдя в узкий проход между зданиями, Гермиона задышала чаще. Наверняка это ловушка. Если с ней что-то случится, никто даже не будет знать, где искать её тело. Это глупо. Нужно уходить. Она развернулась и вдруг услышала какой-то звук, словно кто-то только что проскочил мимо неё. Гермиона собралась, чтобы атаковать противника, но не успела, потому что её слегка толкнули в плечо. Она так резко повернулась, что волосы ударили её по лицу, но и за спиной никого не оказалось. Гермиона поняла, что с ней играют. Она приподняла брови, больше не испытывая страха. И когда она снова услышала тот странный звук, то сумела наложить заклинание на оппонента. Мужчина прислонился к стене, очевидно, не ожидав, что она сможет поймать его. Подойдя к нему, она прижала кончик палочки к его горлу и сорвала капюшон с головы. Древко едва не выпало из рук от шока. — Малфой?.. Он знакомо ухмыльнулся ей, выглядя донельзя довольным. — Грейнджер, давно не виделись. — Его голос что-то затронул у неё в душе, заставляя её испытать покой. Почему-то ей больше не было страшно. Внутри всё замерло, и наступил полный штиль. Кажется, даже солнце стало светить ярче, а небо налилось насыщенным голубым оттенком. — Как это возможно? — выдохнула Гермиона, делая шаг назад. — Ты же умер… — Ну, почти, — усмехнулся Драко, поправляя волосы. Выглядел он чересчур расслабленным. — Ну а ты как? Жива? — Не смешно, Малфой, — огрызнулась она, плохо соображая. — Я не понимаю… Гермиона металась в своей голове, пытаясь осознать, что тот, кого она даже оплакивала, всё-таки жив. Конечно, Малфой не был приятным человеком и точно ей не симпатизировал, но когда она узнала, что он не смог убить Дамблдора и был лишён жизни за это, то действительно разрыдалась. Ей было по-человечески жаль его. Она не представляла, как бы сама вела себя в такой ситуации. А теперь он стоит перед ней, словно ничего подобного не было. А может… Она резко подняла руку и вновь направила на него палочку. Гермиона прищурилась, гадая, кто может стоять перед ней. — Кто ты? — грубо спросила она. Драко хмыкнул и прислонился плечом к стене, смотря на неё слишком заинтересованно и изучающе. — Ты знаешь, что это я, Грейнджер, — лишь ответил он. Но она не верила. — Малфой мёртв. Его убил Волдеморт. Драко цокнул языком и закатил глаза. — Хорошо, тогда перед тобой сейчас стоит?.. — он саркастично развёл руками. — Не знаю, но точно не Малфой. — Гермиона лихорадочно думала и анализировала. Паника читалась на её лице. Драко подошёл к ней и остановился в миллиметре. Он оглядел девушку с ног до головы, игнорируя палочку, приставленную к его горлу. Словно не замечая её. — Ты знаешь, что даже через Оборотное нельзя превратиться в мёртвого человека, следовательно, я не мёртв. То есть я — Малфой. А значит, я жив. И, возможно, стою сейчас перед тобой. — Хорошо, допустим, это так, — язвительно произнесла Гермиона. — Но тогда какого чёрта Малфой стоит здесь и говорит со мной? Драко самодовольно улыбнулся, склоняя голову набок. — Ему нужна помощь. Она громко фыркнула, даже не пытаясь скрыть свой скепсис. — Ну разумеется. Малфою нужна помощь от грязнокровки. Драко нахмурился. Его лицо вмиг стало закрытым, напоминая маску. Гермиона удивилась, но постаралась не показать своих эмоций. — Я понял на собственном примере, что любая кровь идентична, — прорычал он, наклоняясь к ней всё ближе. — Оказывается, когда смерть дышит тебе в спину, можно многое переосмыслить. Она тихо ахнула, поняв, что он прижал её спиной к стене. Палочка валялась у её ног, но Гермиона даже не заметила этого. Она смотрела в холодные глаза Малфоя, пытаясь прочесть в них все ответы. Почему-то она верила, что это он. Что он жив. Но как? — Чего ты хочешь? — прошептала она, почему-то не боясь его. Это вообще на неё непохоже, но Гермиона словно попала под чары Малфоя, плохо видя что-то кроме него. В голове вмиг стало пугающе пусто и ветрено. Драко смотрел ей в глаза, и она не могла пошевелиться. Он будто безмолвно просил её об этом. — Мне нужна ты. И Орден. — Зачем? Драко улыбнулся уголками губ, продолжая странно на неё смотреть. — Разве вы не хотите уничтожить ублюдка? Гермиона тяжело дышала. Она хотела оттолкнуть его, хотела попробовать освободиться от его невидимых оков, но не могла. Тело обмякло. Что с ней происходит? — Что ты со мной сделал? — пробормотала Гермиона, молясь о том, чтобы он вернул ей свободу. — Всего лишь дал тебе возможность выслушать меня, — ничего не скрывая, сказал Драко. — Ты бы сбежала, а сейчас готова меня слушать. — Что ты сделал? Драко глядел на неё своими непроницаемыми глазами, лишая её всякой воли. Гермиона хотела упасть и удариться головой о камень, чтобы прийти в себя, но он заставлял её стоять на месте и слушать. — То есть ты хочешь убить Волдеморта? — спросила она, пытаясь зайти с другой стороны. — Очень хочу. И, более того, я здорово могу помочь Ордену в поисках союзников. — Я не понимаю… — Грейнджер, ты знаешь, кого он действительно убил? — прорычал Драко ей на ухо, отчего она замерла. — Моих родителей. Прямо у меня на глазах. И, поверь, я готов пойти на что угодно, лишь бы увидеть, как он сдохнет. Она сглотнула. Гермиона чувствовала желание высказать соболезнования, но знала, что проявлять столько участия не стоит. Как ни странно, она понимала, каково Малфою. Но отвести его в Орден, наплевав на их безопасность, она тоже не могла. — Я не могу… Орден будет в опасности, если кто-то посторонний узнает о его штаб-квартире. — Дом на Гриммо, — хмыкнул Драко, давая ей возможность глотнуть свежего воздуха, отодвигаясь. Он снова прислонился спиной к стене напротив, сложив руки на груди. — Я давно слежу за тобой и многое успел узнать. — Что?.. — Грейнджер, — протянул он, напоминая ей о школьных временах. — Ты же не думала, что я случайно выбрал именно тебя? — Почему меня? — Гермиона моргнула, отчаянно пытаясь освободиться от его влияния, не понимая ничего из того, что происходило, как бы ни старалась. — Потому что ты единственная из вашей троицы, кто стал бы слушать меня и не пытался сразу же убить. У тебя есть мозги, так что ты была и есть самым подходящим вариантом. Малфой был прав. Она действительно в этом плане отличалась от мальчиков, которые привыкли сначала делать, а потом думать. — Значит, ты давно следишь за мной… — Уже больше месяца. Гермиона закусила губу, задумавшись. Она всё это время чувствовала чужие глаза на себе, но все убеждали её, что это просто паранойя, пока в душе Грейнджер медленно сходила с ума от ужаса и страха окончательно чокнуться. — Почему сразу не подошёл и не начал разговор? Он покачал головой, выражая своё недовольство. — Можно подумать, ты бы стала меня слушать так сразу. Но ещё дело в том, что я хотел понаблюдать за тобой и всеми вами. Мне нужно было знать, что вы поверите мне. — Ты выжидал, — поняла Гермиона. — Выбирал подходящий момент. — Именно, — согласился он. Гермиона не могла выкинуть из головы мысль, что она сейчас напоминает марионетку. Он вроде бы даже не притронулся к ней, но при этом забрал её волю. Ей это не нравилось. Совсем не нравилось. — Как ты выжил? Она хотела докопаться до правды, но терпение Малфоя вышло. — Слишком много вопросов, Грейнджер, — Драко сбросил всю весёлость и стал серьёзным. — Ты отведёшь меня в Орден и дашь поговорить с Кингсли и Грюмом. — А если нет? — с вызовом спросила она, вскидывая подбородок. Малфой внимательно смотрел ей в глаза, пока она ощущала его присутствие ближе, чем хотелось бы. Он будто залез ей под кожу. Жуткое чувство. — Вам нужна помощь, и ты это знаешь, — лишь проговорил Драко. — Тогда отпусти меня. Они столкнулись непокорными и властными взглядами. Между ними началась настоящая война за свободу. Драко провёл рукой по подбородку, не опуская своих туманных глаз, а Гермиона не собиралась сдаваться. Она не знала, какую магию он применил к ней, но она не позволит ему победить. Не в этой жизни. — Считай это моим взносом в наши взаимовыгодные отношения, — растягивая гласные, сказал Малфой. Она вздохнула и в момент почувствовала, как её разум освободился от чужого влияния. Гермиона ощутила такую всепоглощающую злость, что даже не стала сдерживаться и ударила Малфоя по лицу со всей силы. У него на щеке появился красный след от её ладони, но он не выглядел злым. Скорее, очень заинтригованным. — Ты хорошо держалась, — усмехнулся Малфой. — Не все могут бороться с этим. — Пошёл ты, чёртов козёл, — рычала Гермиона, ненавидя его за само существование. — Ты кретин и самодовольный урод. — Урод? — Именно! — Хм, многие женщины с тобой не согласятся, Грейнджер, — Малфой приподнял брови, ожидая от неё подачи. И она не осталась в долгу. — Ну, о вкусах не спорят, но, знаешь, если говорить между нами девочками, то ты даже не тянешь на пять баллов из десяти. Напыщенный придурок, не более того. Неожиданно Драко улыбнулся. Его улыбка оказала какое-то магическое воздействие на неё, из-за чего Гермиона на секунду засмотрелась на его губы. Но она быстро сбросила с себя оцепенение и толкнула его плечом, чтобы выйти из грязного переулка, в который он её заманил. — Ты же не думаешь, что я дам тебе уйти? — ударилось ей в спину. — Ждать тебя я точно не буду, — фыркнула Гермиона.

***

— Слушайте, я представляю, как это звучит, но считаю, что мы должны его выслушать, — подвела итог Гермиона. Она говорила несколько минут, пытаясь доказать собравшимся, что Малфой заслуживает шанса быть услышанным. Гермиона, конечно, ждала самой худшей реакции, но она и подумать не могла, что Кингсли и Грюм могут практически сразу согласиться с её словами. — Впусти его, — распорядился Кингсли, убирая секретные чертежи подальше. Она моргнула, до сих пор не веря, что её так быстро поняли. Решив не испытывать судьбу, Гермиона выскочила на улицу, где ждал Малфой, и впустила его в дом. К счастью, мальчики не знали о её маленьком приключении, иначе точно бы устроили истерику, особенно Рон. Гермиона предпочла действовать в данном случае в одиночку, чтобы потом дать им сухие факты, против которых ни один из них не сможет возразить. Малфой вошёл в дом вальяжно и нагло. Он улыбался своей фирменной улыбкой, давая понять окружающим, что его не волнует мнение других людей. Гермиона же тупо боялась, что доверилась волку в овечьей шкуре. — Итак, Малфой, что ты можешь нам предложить? — с ходу начал Грюм, опираясь на свою трость. Кингсли рядом с ним сложил руки на груди, не давая провести себя. — Союзников. Вам они нужны. — Волшебники весьма ограниченный ресурс… — А кто сказал, что я говорю о людях? — сказал Драко, наслаждаясь шоком на лицах мужчин. Грейнджер в ужасе распахнула глаза, начиная догадываться, что натворила. Какая-то нить оборвалась в душе, будто её перерезали острыми ножницами, давая упасть вере и надежде куда-то глубоко в пространство. — А о ком конкретно ты говоришь? — О настоящих монстрах, — Драко прикрыл на мгновение веки, а затем распахнул их, демонстрируя свои налитые кровью глаза и лицо, по которому стали ползти вены. Она отшатнулась, и он взглянул на неё. Малфой моргнул, снова становясь похожим на человека. — Вампир, — с непонятной эмоцией сказал Кингсли. — Ты вампир. — И я вам нужен, — Малфой пожал плечами. — Я могу пообещать вам множество таких, как я. А также оборотней и кучу других тварей. — Где гарантии? — поинтересовался Грюм. — Эти существа привыкли ненавидеть волшебников, и поэтому они отказываются от союза с ними, но если к ним приду я и попрошу помощи, они с радостью помогут мне. А заодно и вам. — А как же твоя природа? — не отступал Грюм. — Ты можешь пообещать, что никто из невинных людей не пострадает? Драко выглядел по-настоящему оскорблённым. — Если бы я не мог контролировать себя, то не стоял бы сейчас здесь. И если бы хотел кого-то из вас убить, то начал бы с неё, — бросил он, слегка кивнув в сторону Гермионы. Которая ничего не могла поделать со своим разочарованием и страхом перед ним. Кингсли с Грюмом переглянулись. Казалось, что им нужно время на раздумья, но тут Аластор кивнул Драко, ставя точку. — Хорошо, Малфой, мы принимаем твои условия. Ты помогаешь нам, мы помогаем тебе. — Я хочу быть тем, кто смотрит на смерть ублюдка, — с ненавистью произнёс Драко. — Поттер сам сделает своё дело, но я должен быть в первом ряду. — Будешь, — пообещал Кингсли. А потом ударил её прямо в грудь своими словами. — Гермиона будет твоим куратором. Раз она привела тебя, то она же и займётся твоим внедрением. Драко повернул голову, и их взгляды вновь пересеклись. Только теперь в одном из них застыл страх перед ужасом во плоти. Когда Кингсли и Грюм выставили их за дверь, Драко уставился на неё, но Гермиона не могла находиться с ним в одном помещении после того, что узнала. Она даже не могла в полной мере объяснить свои чувства, но знала одно — ей страшно. Так что следующее её решение было весьма очевидным. Гермиона знала, что поступает как трусиха, но всё равно позорно сбежала, как только они остались с Малфоем наедине.

***

Гермиона вошла в кабинет, в котором обсуждала важные вопросы элита Ордена, как она их называла. Обычно её не приглашали на узкие собрания, но сегодня всё изменилось. Правда, внутри комнаты был только Кингсли. Он перебирал какие-то бумаги, стоя возле стола, низко склонив голову. Она постучала костяшками по косяку двери, давая понять, что пришла. Кингсли лишь растерянно кивнул, не отрываясь от своего занятия. — Малфой хочет предоставить нам парочку шпионов, — с ходу начал Кингсли. — Пойдёшь с ним к главарю их вампирского клана и посмотришь, стоит ли того риск. Гермиона не могла даже пошевелиться от шока. Она просто смотрела на мужчину круглыми глазами, не зная, что ответить. — А если меня там убьют? — выдавила Гермиона, сжимая ладони в кулаки. Кингсли проигнорировал её вопрос, наконец-то найдя нужную бумагу. Он сел за стол и лишь тогда взглянул на неё. — Малфой слишком своеволен. Нужно контролировать каждый его шаг. Это твоя главная задача. — Но я нужна Гарри и Рону… — Это ждёт, — отрезал он, вновь сосредотачиваясь на макулатуре. — Это всё. Гермиона нахмурилась, желая высказаться, но потом поняла, что бесполезно. Она сама привела к ним Малфоя, и, если следовать логике их командования, то и должна отвечать за него во всех смыслах. Она развернулась и вышла. Застыв где-то в середине коридора, Гермиона прислонилась к стене, мечтая урвать минутку, чтобы от души поплакать, но теперь для неё это большая роскошь. Заставив себя собраться, она направилась в свою спальню, чтобы собраться на встречу с дьяволом.

***

Малфой спокойно шёл впереди по осеннему лесу, изредка останавливаясь, видимо, чтобы уловить какие-то изменения в фауне. Гермиона хотела убить его. Она давно никого так не ненавидела. Хотя, опять же, если кого она и ненавидела, то только Малфоя. Какая ирония. — Что ты со мной сделал? В переулке, — всё-таки поинтересовалась она. Этот вопрос не давай ей покоя уже несколько дней. Все прошлые ночи она перебирала в голове воспоминания, пытаясь самостоятельно разобраться с его способностями влиять на волю людей. Но ничего разумного или менее фантастического, чем то, что он стал всемогущ, на ум не пришло. Гермиона думала, что он промолчит, но Малфой на удивление быстро ответил. — У вампиров есть одна способность, о которой не знают обычные люди, — с ленцой говорил Драко. — Мы можем заставить любого человека сделать то, что нам нужно. Это называется внушением. — То есть ты заставил меня стоять там и слушать тебя? — ахнула Гермиона, резко остановившись. — Именно. — Ты сволочь! — крикнула она, топая ногой. — Ты просто так залез мне в голову, ещё и без моего разрешения! Драко закатил глаза и обернулся, чтобы посмотреть на неё. — И что с того? Ты как-то из-за этого пострадала? От такой наглости она чуть не задохнулась. — Ты просто… Это аморально! — Мне плевать, Грейнджер, — язвительно произнёс Драко, но потом почему-то добавил: — Ты всё равно боишься меня, так какая разница? — Конечно, боюсь. Ты убивал людей. Это заставило его напрячься и стиснуть челюсть. — Да, и что с того? — Ты просто убийца, Малфой, — необдуманно выплюнула Гермиона, моментально пожалев о своих словах. Мгновение, и Драко оказался прямо перед ней, прижав её к ближайшему дереву. Гермиона застыла, чувствуя, что попала в ловушку. Его движения были настолько быстрыми, что не оставалось сомнений, насколько он опасен. Горло сковало спазмом от ужаса. — Да, Грейнджер, я убивал людей. И, знаешь, это так просто. И иногда это приносит огромное удовольствие, — шипел Драко, нависая над ней грозовой тучей. — Я хоть сейчас могу внушить тебе спрыгнуть со скалы, переспать со мной или убить одного из твоих драгоценных дружков. Но я не делаю этого. Потому что хоть я и убийца, но всё же не конченый ублюдок. Он отстранился от неё и продолжил путь, пока Гермиона пыталась собрать себя по кусочкам. Она погладила шею, ощущая, что в неё вонзились острые клыки паники и желания дать хоть какой-то отпор. Её будто заразили сумасбродством через невидимое прикосновение зубов к коже. Она не думала, просто действовала так, как ей велела совесть и врождённое чувство справедливости. Гермиона подняла палочку и направила её на спину Малфоя. Он тяжело вздохнул и покачал головой. — Не советую. Но она не послушала и отправила в него одно из боевых заклинаний. Которое тут же отскочило от него, как от непробиваемой стены. Она широко распахнула глаза, не веря в реальность происходящего. Ступор сковал тело. Драко снова посмотрел на неё, но теперь в его глазах появилась скука. Его явно не сильно удивило её желание расправиться с ним при помощи магии. Гермиона крепче стиснула палочку, надеясь, что в этот раз сработает. — Остолбеней! Драко даже не шелохнулся. — Инсендио! Гермиона запаниковала. Рука начала трястись. — Экспеллиармус! — У меня даже нет палочки, Грейнджер, — фыркнул Драко, вмиг оказываясь перед её лицом. — Когда мы будем на месте, не делай так, иначе тебя разорвут на части. Он выхватил из её ослабшей ладони палочку и повертел между пальцев. — Почему?.. — выдохнула она. — Потому что я сверхъестественное существо. Магия питает моё существование. Драко вернул ей палочку, порождая ещё больше вопросов в её голове. Внезапная догадка выбила почву у неё из-под ног. — Ты больше не можешь колдовать? Вопрос заставил Малфоя вновь натянуть на лицо маску. Он выглядел равнодушным, но его глаза стали напоминать непроглядный туман. — Сверхъестественные существа живут за счёт мистической магии, она их питает. Но я больше не человек, а значит — не волшебник, — слишком безэмоционально ответил Малфой и вернулся на тропу, по которой они шли. Гермиона перебирала ногами, но в голове царил бардак. Она смотрела на спину Малфоя, отчаянно пытаясь его разгадать.

***

Когда они вошли в старый особняк, который внутри напоминал огромную гостиницу конца века девятнадцатого, она сразу почувствовала сотни любопытных глаз на себе. Но больше было голодных взглядов, из-за чего по коже поползли мурашки размером с ядовитого тарантула. — Держись рядом, — бросил Малфой. — И говорить буду я, ты молчишь, ясно? Он выразительно посмотрел на неё, и Гермиона недовольно кивнула. Толкнув двери в просторное помещение, где всё было завалено книгами и свитками, Драко повернул направо, туда, где находилась комната нужного им человека. Малфой даже не стучал, просто уверенно вошёл, загораживая её собой. В кресле сидел приятный мужчина лет сорока. Его волосы цвета шоколада и карие глаза вызывали симпатию, но в то же время он чем-то отталкивал. Будто она интуитивно почувствовала, что ему не стоит доверять. — Драко, — улыбнулся мужчина, поднимаясь на ноги, раскрывая руки для объятий. Но Малфой не сделал к нему ни шага. — Как я рад тебя видеть. — Да, я тоже, Джонатан, — скупо выдавил Драко, кивая. — Я уж думал, что тебя убили, — Джон сел в кресло, задумчиво разглядывая Малфоя. — Полгода назад пропал, не оставив ничего, а теперь пришёл, да ещё и не один. Теперь внимание мужчины было приковано к ней. Гермиона ощутила чужие руки на коже и едва не скривилась от отвращения. — Что тебе нужно? — прямо спросил Джон, снова глядя на Малфоя. — Парочка твоих людей для некоторых целей, — Драко беззаботно пожал плечами. — Хм, — Джон сложил пальцы вместе и сделал вид, что начал анализировать просьбу Малфоя. — Интересно. Зачем они тебе? — Мне нужно добыть информацию, а вампира, как ты сам знаешь, почти нереально поймать за шпионажем. — Я своими людьми просто так не рискую. Да и потом, о каком шпионаже идёт речь? — Это шпионы для Ордена, — вмешалась Гермиона, делая шаг вперёд. Драко медленно опустил веки, пытаясь сдержать гнев и не оторвать ей голову прямо сейчас. Он же просил. — Ордена Феникса? — уточнил Джон и засмеялся. — Ох, это неожиданно. Драко, что случилось, раз ты решил обратиться к этим идиотам с обострённой моралью и совестью? — Орден борется с Волдемортом! — не успокаивалась Гермиона. — Он пытается добиться свободы… — Свободы? Милая моя, в каком мире ты живёшь. Свобода лишь иллюзия и фикция, которую очень дорого продают. Гермиона поджала губы, кипя от праведной ярости. — И как можно верить Ордену? — продолжал Джон. — Вы считаете, что какой-то мальчишка со шрамом на лбу остановит зло и восстановит порядок. — Гарри единственный, кто может победить Волдеморта! И я, и весь Орден помогает ему в этом! — А, — протянул он. — Теперь я понял, кто ты. Вспомнил, где видел тебя. Ты та самая маглорождённая девчонка, которая помогает этому Избранному. — Вы используете термин маглорождённая? — удивилась Гермиона. Джон пожал плечами. — Только волшебники делают на крови акцент. Вампиры знают, что вся кровь одинакова на вкус. Бывает, конечно, более сладкая или более горькая, но разницы по сути никакой, — он коварно ей улыбнулся, и она опустила глаза. Было не по себе от его слов и взгляда, пробирающего до костей. — Итак, Драко, тебе нужны шпионы, — Джон водил глазами по комнате, будто бы их здесь не было. — Да. — Что я получу взамен? — Чего ты хочешь? — Драко выгнул бровь, наблюдая за его лицом. Джон ухмыльнулся, зная, что победил. — Мне нужен корм для моих людей. — Корм? — не поняла Гермиона. — Люди, мисс Грейнджер. Точнее, кровь, — хмыкнул Джон, наслаждаясь ужасом на её лице. — Сколько? — просто спросил Драко. — Два человека в неделю. Мне нужно тренировать новичков. Их становится всё больше. — Хорошо, — кивнул Драко, радуясь, что им удалось договориться. — Я буду поставлять тебе два человека в неделю. — Взамен я даю тебе двоих шпионов, — согласился Джон и встал, приближаясь к Малфою. — Но, Драко, ты же знаешь, что меня лучше не злить. Поэтому давай без обмана и глупостей. — Мне это не нужно, — Драко пожал руку Джону. — Спасибо. — Всё для вас, — улыбнулся вампир, провожая их странным взглядом.

***

Она шла вперёд, даже не глядя под ноги. Она был так зла. — Это омерзительно! Как ты мог согласиться на это?! — Нужно было вернуться в Орден с пустыми руками? — фыркнул Драко. — Ты согласился отдавать ему невинных людей, чтобы он скормил их своим… Боже, я даже не могу это сказать! Гермиона застыла от разочарования, от ярости, от страха. Драко решил больше не сдерживаться. Он подошёл к ней и использовал весь свой яд, чтобы привести её в чувство. — Я буду отдавать ему бомжей или тех, кто никому не нужен. — Они тоже люди! — И что?! — заорал он. — Тебе нужно понять, что либо погибают те, кого ты не знаешь, либо твои близкие. Ты же хочешь, чтобы Орден победил, тогда считай это платой! — Это ужасно! Однажды ты сам не смог убить человека, хотя от этого зависела жизнь твоих близких, а сейчас… — И куда это меня привело?! — рявкнул ей в лицо Драко, отчего она почувствовала себя полной дурой. — Я решил поступить правильно, послушал совесть, и в итоге мою семью убили, а меня превратили в монстра. Если бы я мог вернуться назад, то с удовольствием убил бы Дамблдора. Потому что это спасло бы жизнь моих родителей, как и мою собственную. — Я… — Это, блять, война, Грейнджер, — уже спокойнее говорил Малфой. — Тут нет хороших и плохих. Есть те, кто выиграет, и те, кто проигрывает. В какой категории ты хочешь быть? Гермиона опустила глаза, но Малфой схватил её за подбородок, вынуждая смотреть на него. — Тебе придётся выбрать. Если хочешь, чтобы твои дети и внуки жили в том мире, в котором хочешь ты, тогда заткнись и прекрати осуждать каждый мой шаг. Ты хочешь счастливого будущего для последующих поколений? Отлично. Но для этого нужно избавиться от тех, кто не даёт этому будущему наступить. Уяснила? Гермиона не могла выдавить ни слова. Она просто смотрела на него, не понимая, что за человек перед ней. — Определяйся, Грейнджер, — хмыкнул Драко, отпуская её. — И чем быстрее ты это сделаешь, тем проще тебе будет. Он развернулся, не пытаясь дождаться момента, когда она станет идти за ним. А Гермиона напоминала истукана, чувствуя, как все её устои рушатся. Она даже услышала звон разбитого стекла, лишь позже поняв, что это была её наивность.