2. Совсем одна.

Рон смотрел на неё в недоумении уже несколько минут. — Что?! — тупо воскликнул он, видимо, плохо слушая её. Гермиона приложила много сил, чтобы не закатить глаза. Чего нельзя было сказать о Малфое, который не стеснялся демонстрировать свои эмоции. — Уизли, тебе нужно уши почистить? Что непонятного? — поинтересовался Драко, выгибая бровь. Малфой прислонился плечом к стене, сложив руки на груди. Весь его вид прямо говорил, как ему тяжело находиться в обществе умственно отсталых людей, где главным представителем был Уизли. — Какого хера? — продолжал возмущаться Рон. — Рон, пожалуйста, давай не будем устраивать истерику, — взмолилась Гермиона, не замечая ухмылку Малфоя. — Я говорю правду. — Как этот мерзкий слизняк может помогать Ордену? — Весьма неплохо, Уизли, в отличие от тебя, — поддел Рона Малфой, наслаждаясь бешенством своего недруга. Гарри молча сидел в кресле в углу, уставившись на свои ботинки. Он так ничего и не сказал с тех пор, как Гермиона посвятила их в изменения касаемо состава Ордена. — Ты вообще заткнись! — рявкнул Рон, обращаясь к Малфою. Он посмотрел на неё, словно надеялся, что сейчас она улыбнётся и скажет, что всё это шутка. — Гермиона, я не понимаю… — Мерлин, — тяжело застонал Драко. — Кингсли и Грюм уже одобрили мою кандидатуру. И это Грейнджер привела меня в Орден. — Что?.. — Рон тупо моргнул. — Да, Уизли. Мы уже даже на совместное задание сходили, представляешь? — издеваясь, говорил Драко, видя на лице рыжего шок. Гермиона глядела на пятно на стене, мечтая превратиться в него. Потому что знала, что последует за словами Малфоя. И не ошиблась. — Гермиона, почему ты ничего не сказала мне? — обвиняюще закричал Рон. — А почему я должна отчитываться перед тобой? — сорвалась она. — Почему? Рон удивлённо смотрел на неё, а потом поджал губы и вылетел из гостиной, направляясь к себе в комнату, громко топая по лестнице. Гермиона устало вздохнула и зарылась пальцами в волосы. Голова шла кругом. Она ненавидела Кингсли за то, что он заставил её рассказать мальчикам о своём новом задании. Ей хотелось тянуть до последнего, но в глубине души Гермиона понимала, что просто откладывает неизбежное. — Гарри, ты что думаешь? — тихо спросила она, обращая внимание на забытого друга. Поттер дёрнул плечом, не показывая ни радости, ни злости. На его лице застыло безразличие. — А ты уверена в нём? — Гарри поднял на неё глаза, сбивая с ног своим вопросом. Нет, абсолютно не уверена. Нет. Нет. Нет. Я его боюсь. — Да, я думаю, что это правильно, и он поможет нам, — проговорила Гермиона, не желая продолжать дискуссию с самой собой. Гарри кивнул и встал, поправляя очки на переносице. — Малфой, отвечаешь за неё головой, — бросил Поттер и ушёл, даже не дав Драко возможности ответить. Драко лишь приподнял брови, думая, что всё закончилось весьма неплохо. Гермиона же была другого мнения. Она побежала на крышу, — единственное место, где можно было проветрить голову. Только там она в последнее время могла быть собой. Могла грустить, плакать, если хотелось. Могла быть потерянной, потому что лишь такой она была уже некоторые месяцы. Вздохнув прохладный воздух, она закрыла глаза, мечтая оказаться где-нибудь на море или в горах, где никто не мог помешать ей просто жить. — Чего это Уизли так бесится? Она подскочила на месте от неожиданности и распахнула глаза, уставившись на Малфоя. Сердце буквально перевернулось в груди. — Ты дурак?! Я до ужаса перепугалась! Он пожал плечами и усмехнулся. Поставив ногу на карниз, он посмотрел вдаль, демонстрируя ей свой спокойный профиль. Она вздохнула, успокаиваясь. — Он злится, — уклончиво ответила Гермиона. — Потому что ты его отшила? — понял Драко, кидая на неё заговорщический взгляд. — Да… Нет! Это вообще не твоё дело. Не лезь в мою личную жизнь, — огрызнулась она, обхватывая себя руками. — Было бы куда лезть, Грейнджер, — протянул Малфой. — Это же очевидно любому, у кого есть глаза. Он едва слюной на тебя не капает, а тебе плевать. — Мне не плевать! — горячо возразила Гермиона. — Неужели? — серьёзно уточнил Драко, смотря ей в глаза, лишая возможности врать. Она задышала чаще, чувствуя, что изнутри рвётся правда и желание хоть с кем-то об этом поговорить. Гермиона знала, что это плохая идея, но больше никто не станет слушать её. Гарри занят крестражами и Джинни, Джинни не поймёт. И всё, список её близких заканчивался. И она почувствовала себя такой одинокой. Наверное, она всегда такой была, но сейчас это больно ударило в грудь. — На шестом курсе между нами кое-что было… Точнее, ничего не было, но я ревновала его к Лаванде, — затараторила Гермиона, зная, что если не вывалит правду сразу, то потом точно не решится. — Когда его отравили… Ты отравил, и Рон был в больничном крыле, мы немного поговорили, но потом он этого не помнил. Сначала я расстроилась, но затем обрадовалась. Она вздохнула, переводя дух. — В конце года они расстались, но мы не сошлись. Просто застыли посередине. Не друзья и не пара. Летом, перед тем как всё началось, я сказала, что пока не время для отношений, и он согласился. — Это бред, — фыркнул Драко, кажется, действительно слушая её рассказ. — Ты просто не хочешь его. — Я… — Не спорь, Грейнджер, так и есть. Когда человека любят и хотят, то найдут время на отношения. Даже если вы знаете, что через мгновение вас убьют. Ты просто не хочешь его. Гермиона растерянно моргнула. Она сильнее стиснула свои плечи, с волнением думая о том, что Малфой прав. — Я думала… — В этом и проблема, — перебил её Драко. — Ты выдумала чувства к нему, а теперь поняла, что их и не было. Но тянешь время. Зачем? Зачем? Она не знала. — Не знаю, — с поражением вздохнула Гермиона. — Знаешь, — давил на неё Малфой. — Ты не хочешь разрушать вашу дружбу и всё такое, — хмыкнул он. — Но если ты будешь тянуть, то сделаешь ещё хуже. Сейчас есть шанс закончить всё без видимых потерь. — Ты прав, — выдохнула Гермиона, позорно признавая, что Малфой так легко её раскусил. Драко удивился её спокойной реакции, но ничего не сказал. Он, конечно, видел, что Грейнджер мечется из угла в угол, и понимал, что вряд ли она хоть когда-то согласится с его словами, но Гермиона смогла приятно удивить его, что почему-то задело что-то внутри. — Мне нужно поговорить с ним. — Не тяни. А то кто его знает, влюбишься в кого-нибудь, а Уизли застукает вас посреди самого интересного, — хрипло рассмеялся Драко, заставляя её улыбнуться. — В кого тут влюбляться, Малфой? — Жизнь непредсказуема, — усмехнулся Драко, смотря ей в глаза. Гермиона не могла оторвать от него взгляда. Она понимала, что он не использует на ней свои чары вампира, но всё равно смотрела. Раньше она никогда не позволяла себе так разглядывать Малфоя, а сейчас её словно прорвало. Внезапно смутившись, Гермиона опустила глаза, продолжая чувствовать на себе его проникающий под кожу взгляд. Изучающий взгляд, заставляющий испытывать непреднамеренное волнение. — Не делай так больше, — тихо попросила она. — Не используй эти приёмы на мне. — А ты слушай меня, когда я говорю тебе молчать, ладно? — не остался в долгу Драко, пялясь на неё. Гермиона ощутила жар во всём теле от его взгляда. Она не знала, что с этим делать, поэтому решила сбежать. Но когда она оказалась у люка, который вёл обратно в дом, то не смогла промолчать. — Прости, что назвала тебя убийцей, — извинилась Гермиона. — Я не представляю, что ты пережил. И мне очень жаль, что всё так сложилось. Ты не заслужил этого. Драко был напряжён. Он хмуро смотрел на неё, явно не ожидая таких слов. Но, видя насколько они искренние, он расслабился и кивнул ей. — Всё нормально, Грейнджер. Я ведь не святой. В чём-то ты была права. — Но я не должна была говорить такие вещи. Малфой улыбнулся уголками губ и подошёл к ней. Он остановился в паре сантиметров и аккуратно завёл одну кудряшку ей за ухо. Она едва не лишилась всего кислорода в лёгких. — Осторожнее, Грейнджер, а то я решу, что мы друзья, — прошептал он и слегка подтолкнул в спину. — И тебе пора, иначе точно свалишься с температурой. Гермиона фыркнула, от души веселясь. Эта забота была приятна. Давно никто не заботился о ней, а Малфой почему-то взял и сделал это. Пусть мелочь, но иногда мелочи до ужаса важны. Кажется, в их отношениях лёд начал таять. И тот страх, что сковывал горло, внезапно отступил, будто его и не было.

***

Гермиона понимала, что оттягивает неизбежное и делает только хуже, поэтому решила поставить точку в отношениях с Роном. И Малфой был прав, жизнь непредсказуема. Что она будет делать, если влюбится в кого-то и об этом узнает Рон? Ничего хорошего из этого не выйдет, так что стоит поступить правильно. Правда, найти Рона оказалось сложной задачей. Он весь день прятался от неё в доме на Гриммо, хотя вариантов, где он может быть, было немного. Но ей удалось его отыскать в весьма неожиданном месте. В библиотеке. Он сидел в кресле у окна и листал старый журнал по квиддичу. Услышав её шаги, он напрягся, усиленно делая вид, что увлечён чтением. Она оглядела знакомую обстановку, до сих пор поражаясь, как жилище книг может быть таким неуютным и отталкивающим. — Привет, Рон, — Гермиона опустилась на подоконник и подтянула колени к груди. — Я занят, — бросил он. — Ты пялишься на эту страницу уже несколько минут, а твои глаза не двигаются, — заметила она, и Рон вздохнул, откидывая журнал на пол. — Ладно, что тебе нужно? — Давай поговорим. — О чём? — Он начал ковырять обивку кресла на подлокотнике, стараясь не пересекаться с ней взглядом. — О том, что происходит между нами. — Между нами ничего не происходит, и это было твоим решением, — обиженно буркнул Рон. Она закатила глаза, стараясь не давать гневу и раздражению вырваться наружу. Посмотрев в окно, Гермиона облизнула губы, давая себе небольшую передышку, чтобы не наговорить лишнего. Ей нужно вернуть его как друга, а не потерять окончательно. — Я же говорила тебе… — Да, я помню! — воскликнул Рон, вставая прямо перед ней. — Ты любишь меня? — тихо спросил он. Она сглотнула комок в горле. Взгляд Рона кричал о душевной боли и непонимании, что он сделал не так. Гермиона чувствовала себя дрянью, не в силах ответить взаимностью на его чувства. Но и обманывать себя она тоже больше не могла. — Конечно, я люблю тебя. Ты один из самых близких мне людей… — Как мужчину, — уточнил он. — Ты любишь меня? Гермиона паниковала. Она не ожидала, что их разговор примет подобный оборот. Но Рон застал её врасплох. Он прищурился, видимо, заподозрив, что она не хочет отвечать. — Мне… Я могу пока не говорить этого? — пробормотала Гермиона, злясь на себя за слабость и трусость. Лицо Рона разгладилось, он кивнул и потянулся, чтобы поцеловать её, но она покачала головой. Уизли вздохнул, но больше не трогал её и оставил в библиотеке одну. Гермиона опустила подбородок на колени и закрыла глаза. Она снова всё испортила. И чувствовала, что сделала только хуже. Куда делась её храбрость и желание поставить точку? Почему она не смогла взять и наконец-то отпустить вину и сбросить груз с плеч, не дающий ей спокойно спать по ночам? Она давно даёт надежду Рону, щадит его чувства, но это неправильно. Нельзя поощрять веру человека, когда она не принесёт ничего, кроме боли. Это жестоко. Услышав стук по косяку двери, она распахнула веки и оглянулась. В проходе стоял Малфой. В своей чёрной кожаной куртке и облегающем свитере. Он расслабленно подошёл к ней и прислонился плечом к стене. Как обычно. — Грейнджер, кого ты опять замучила своими нравоучениями? — усмехнулся он. Она фыркнула. — Ты первый в очереди, вот с тебя и начну. Драко коротко посмеялся, явно наслаждаясь их словесными перепалками. Они напоминали ему беззаботное время в школе, когда всё было хорошо. В принципе, как и сама Грейнджер. — Чего такая кислая? — Я страус, — позорно призналась она. — Страус? — не понял Драко. — Я взяла и спрятала голову в песок, вместо того чтобы разобраться с проблемой. — Так и не поговорила с Уизли? — сразу раскусил её Малфой, приподнимая бровь. Она хотела возмутиться и сказать, что её жизнь намного насыщенней, но поняла, что это глупо. Так что просто созналась в очевидном. — Да. Драко покачал головой, продолжая пребывать в хорошем настроении, что каким-то магическим образом передавалось и ей. — Понятно всё с тобой, неудачница. — Эй! — оскорблённо ахнула она. — Всё, поздно, — улыбнулся Драко. — Это будет твоё прозвище, кличка, пока не решишься поговорить с Уизли. Гермиона поджала губы, но затем осознала, что это отличный пинок ей под зад. Возможно, так она действительно созреет до настоящего и откровенного разговора с Роном. — А ты чего такой довольный? — спросила она, переводя тему. — Это, честно говоря, раздражает. — Всё ради тебя, Грейнджер, — хмыкнул Малфой, поправляя волосы. — Ну а если серьёзно, Джон дал нам шпионов. — О, — удивилась она, но сразу же вспомнила жуткие условия и цену, которую им всем придётся заплатить. — Значит, ты нашёл?.. Она хотела сказать «жертв», но почему-то не смогла пересилить себя. Было противно от самой мысли, что над этими несчастными будут издеваться неизвестно сколько времени. — Да, — моментально помрачнел Драко, кивая. — Два алкоголика. Без семьи и друзей, скрывались от полиции на окраине Лондона. Гермиона дёрнула плечом и посмотрела в окно. Пошёл дождь. Как иронично. — Эй, — он коснулся её локтя, и всё тело словно прошибло током. Гермиона вздрогнула. Драко нахмурился и опустил руку, сделав шаг назад. Он понял её реакцию по-своему, и Гермиона хотела его переубедить, но он моментально закрылся от неё. — Завтра я хочу отправиться в лагерь оборотней на севере страны. Нужно узнать у них о возможности нашего союза… — Я пойду с тобой, — Гермиона спрыгнула с подоконника и постаралась улыбнуться. — Пожалуйста, — добавила она. Драко вглядывался в её глаза, что-то выискивая. Никто из них не обратил внимания на слишком близкое расстояние друг к другу. — Это опасно. Они могут убить тебя. — Я же буду с тобой, ты сможешь защитить меня, — выпалила она, даже не сразу осознав, что именно сказала. — То есть… Я имела в виду, что доверяю тебе. Гермиона смутилась, молясь о том, чтобы не покраснеть. Малфой выглядел крайне удивлённым. Он долго думал, но всё-таки кивнул, соглашаясь взять её с собой. — Хорошо, но нужно будет выйти рано утром. Путь неблизкий. — А как мы отправимся туда? — Ногами, Грейнджер, — усмехнулся Драко. — Но это?.. — Она не могла себе этого представить. — Сколько это километров? — Много. Очень много, — Малфой пожал плечами, подчёркивая, что это ерунда. И так и было, но лишь для него. — Но я невероятно быстр, так что это не проблема. — А я? — А ты будешь мартышкой, других вариантов нет, — с горечью проговорил Драко, медленно уходя из библиотеки, не прощаясь. Гермиона ничего не понимала. Она пыталась прийти в себя после его заявления, но когда последовала за ним из комнаты, то его уже не было. Расстроенно вздохнув, она отправилась к себе, чтобы подготовиться к завтрашнему путешествию.

***

Она плохо спала. Всю ночь вертелась, думая о Малфое. Гермиона понимала, что слишком быстро подпустила его к себе, но после того разговора в лесу больше не могла смотреть на него прежними глазами. Он действительно изменился. Многое пережил. Он буквально умер и воскрес, и теперь единственная его цель — это убить Волдеморта. Гермиона искренне сочувствовала ему, а ещё ей было до ужаса любопытно. Хотелось знать о Малфое всё. Всё до мелочей, и это здорово её пугало. Конечно, Гермиона не была бы собой, если бы не начала анализировать Малфоя и не составлять его психологический портрет. Она кусала губы, вспоминая всё, что могла знать о нём в прошлом и в настоящем. Картинка складывалась нечёткая, но Грейнджер была совершенно уверена, что Драко больше не тот самодовольный задира из школы. Нет, разумеется, он всё ещё невероятно невыносим, и ему явно нравится злить и раздражать её, но теперь Малфой бесил Гермиону словно просто так, чтобы вывести её на эмоции. В его действиях и словах отсутствовал злой умысел. Желание причинить ей боль. И это всё здорово её подкупило. Гермиона была излишне любознательной — это был её главный порок и проклятие. Но мысль, что Драко был гораздо больше, чем просто набор каких-то фраз и язвительного тона, вызывало чувство предвкушения. Она хотела узнать его. Уже утром, с трудом разлепив глаза, не помня, как именно и когда она уснула, Гермиона поспешила привести себя в относительный порядок, не желая впускать в голову глупые размышления о своём внешнем виде. Не хватало ещё зацикливаться на одежде или причёске из-за Малфоя. Поэтому она выбрала джинсы, водолазку и ветровку, — самое то для похода в логово оборотней. Встретившись в парке возле площади Гриммо, они отправились на окраину Лондона с помощью магловского транспорта, чтобы не привлекать к себе излишнее внимание. Когда они миновали все застройки и оказались практически в поле, Малфой наконец-то вспомнил, что такое разговаривать с людьми. До этого он просто молчал. — Сразу предупреждаю, что оборотни весьма вспыльчивые. Не надо давать им советы, ладно? — говорил он, смотря ей в глаза так красноречиво, что она едва не ударила его. — Ты идёшь как свидетель и человек от Ордена, но именно я веду переговоры, ясно? — Ясно, Малфой, ясно. Я не маленькая, понятно? — Надеюсь, ты мне это докажешь, — хмыкнул он, поворачиваясь к ней спиной. — Залезай. — Чего? — в ступоре спросила Гермиона. Он вздохнул и пробормотал что-то о невозможности гриффиндорцев. — Залезай мне на спину. — Зачем? — А как по-другому нам попасть в лагерь, который находится у чёрта на куличках? — саркастично поинтересовался Драко, медленно теряя терпение. — Грейнджер, не беси. Просто делай, что я говорю. Гермиона помялась на месте. Она кусала губы, теряясь от мысли, что придётся залезть Малфою на спину и обнять его руками и ногами. Это как-то… странно. И дико. Заставив себя набраться храбрости, она аккуратно опустила руки Малфою на плечи. Он подхватил её под коленки, и Гермиона прижалась грудью к его спине. Она почувствовала каждый его позвонок и мышцы, и это было весьма волнительно. Что ей очень не понравилось. — Держись крепче, — предупредил он. Его голос прозвучал хрипло, будто ему тоже было не по себе. Не ожидав такой огромной скорости, она вскрикнула, когда Драко побежал. Она вжалась в его спину, цепляясь за него до побелевших костяшек. Зажмурившись, Гермиона просто крепко обняла парня, стараясь ни о чём не думать. Но внутри стало спокойно. Страшно не было. И ей это тоже не понравилось. Гермиона понятия не имела, сколько прошло времени с момента, когда Драко двинулся в путь с ней на спине, но почувствовала его замедление ещё до того, как он полностью остановился. Малфой почти скинул её со своей спины, когда наконец-то замер посреди густого, непроглядного леса. Гермиона смогла вздохнуть полной грудью и оглянуться. Они были среди невероятного количества деревьев, без намёка на цивилизацию и непонятно где. Прекрасно. Поправив свои волосы, которые, очевидно, были в более плачевном состоянии, чем обычно, она сосредоточилось на Малфое. — Почему именно этот способ передвижения? Неужели нельзя было воспользоваться трансгрессией? — всплеснула она руками, всё ещё чувствуя, как поднимаются его плечи при дыхании. Драко обернулся и хмуро посмотрел на неё своими ледяными глазами, отчего Гермиона замолкла, немного испугавшись его вида. — Потому, что здесь повсюду антиаппарационные чары. Потому, что это место даже на картах нельзя найти. Потому, что порт-ключ просто бы не смог перенести нас сюда, — слишком грубо сказал он, выгибая бровь. — Ещё есть вопросы? — Почему ты злишься? Что я сделала? — она отчаянно не понимала причину его изменившегося настроения. Драко приблизился к ней, заставляя её почувствовать желание оказаться ещё ближе к нему. Неправильное желание, но такое волнующее. — Ты раздражаешь меня, Грейнджер. — Чем? — с вызовом спросила она. — До того, как я к тебе прикоснулась, всё было нормально. — Именно поэтому… — он осёкся, сжав челюсть. Гермиона с разочарованием посмотрела на него и скривилась. — Ну конечно, как я могла забыть. Твоя чистая кровь не выдержала моих грязных рук. Ох, простите, мистер мудила! Она толкнула его и пошла куда глаза глядят. Гермиона плохо ориентировалась в настолько заросшей лесом местности, но отказывалась признавать это даже себе. Всё было хорошо, они даже начали немного ладить, но нет, Малфою обязательно нужно было всё испортить своим мудацким поведением. Всё как всегда, и чему она удивляется? Услышав шорох, она остановилась. Достав палочку, Гермиона поняла, что находится одна в лесу, полном оборотней и ещё неизвестно кого. Против воли стало страшно. Внезапно рядом с ней вырос Малфой, заслоняя собой от взглядов неожиданных гостей. Постепенно вокруг них образовался круг мужчин и парочки женщин, одетых в обноски. Гермиона нахмурилась, понимая, что это те самые оборотни, которых они искали. Чумазые и злые. Главный из них вышел вперёд и встал напротив Малфоя. — Кровососам тут не место, — с ирландским акцентом сказал мужчина. Гермиона тихо ахнула, стараясь не нарушать их с Малфоем договорённость. Она молчит, а он ведёт переговоры. — Я знаю, но я пришёл к вашему вожаку, — спокойно проговорил Драко и поднял руки, показывая, что безоружен. — Я всего лишь хочу поговорить с ним. Мужчина бросил на неё свой пытливый взгляд и кивнул кому-то за её спиной. Грейнджер схватили за плечи и оттащили от Малфоя. — Нет! — вскрикнула Гермиона. — Не смей трогать её! — прорычал Драко, делая к ней шаг. Круг оборотней сомкнулся, лишая их с Малфоем кислорода. — Она человек, — сказал главный, наблюдая за ними с неподдельным интересом. — Зачем кровососу девчонка, да ещё и волшебница? — Это моя закуска, — хмыкнул Драко. — Чтобы я мог перекусить по дороге. Но его юмор не оценили, и в следующий момент тот парень, что держал её, резко сдавил ей горло. Гермиона хотела закричать, но не могла даже сделать спасительный вдох. Её глаза широко распахнулись, и она уставилась на Драко с настоящим страхом, стремительно побежавшим по её венам. Малфой бросился к ней и напал на парня, отшвыривая его в сторону. Он ударился спиной о дерево и затих. Драко закрыл её собой, его выражение лица было пугающим, а глаза налились кровью. Гермиона осторожно опустила руку ему на бок, не зная, зачем это делает. Но Драко словно очнулся от морока и заставил себя успокоиться, возвращая себе человеческий облик. — Нам нужно только поговорить с вашим вожаком, — повторил Малфой. Оборотни оскалились, напоминая настоящих диких волков. Но тот, что возглавлял их, не разозлился, скорее, его интерес к ним стал сильнее. — Пусть отдаст палочку, — выдвинул он требование. — Нет, — рявкнул Драко. — Тогда никакого разговора не будет. Малфой был в ярости, Гермиона это видела, но также она знала, что им нужны союзники, поэтому вышла вперёд и протянула мужчине свою палочку. Он весело посмотрел на неё и взял древко. В следующую секунду Малфой нагло притянул её обратно к себе, словно действительно боялся, что их перемирие с оборотнями будет очень коротким. — Отведи нас к нему, — в голосе Драко не было просьбы, это был чистый приказ. Два молодых парня поспешили поднять пострадавшего из-за Малфоя волка и потащили его, молча удаляясь от своих сородичей. Мужчина кивнул своим людям, и они направились в сторону ближайшего поваленного дерева. Гермиона предусмотрительно держалась рядом с Драко. Она подумала о том, что может взять его за руку, но быстро отмела эту мысль прочь. Глупость какая. Сломанное дерево подняли, и защитные чары спали, открывая перед ними целый новый мир. Это была настоящая деревня оборотней. Маленькие дети носились по траве босиком, радуясь воздушному змею, который явно должен был плыть по небу, а не болтаться по земле. Женщины развешивали чистые вещи на верёвках, но, заметив чужаков, прекратили своё занятие. Другие мужчины-оборотни встали и закрыли собой свои семьи, приготовившись к атаке. Один из таких мужчин подошёл к ним и начал разговор с их проводником. Гермиона не слышала, о чём они говорили, но, судя по лицам, никому не понравился итог диалога. — Он там, — сказал главарь, кивая в сторону самого большого деревянного дома. Гермиона позволила себе оглянуться на действительно убогую деревню, испытывая сочувствие к живущим в таких условиях людям. И совсем не важно, кем они были. Драко опустил ладонь ей на поясницу и немного подтолкнул вперёд, потому что она словно приросла к земле. Когда они вошли в этот дом, она почувствовала запах кожи и пота. Не самый приятный аромат, но ничего не поделаешь. Из другой комнаты вышел мужчина, видимо, тот, кто и был им нужен. Его чёрные волосы были коротко стрижены, а половину лица пересекал уродливый шрам. Он тоже носил потёртую одежду, которую явно снял с другого человека. Внезапно она вспомнила Люпина и снова испытала жалость ко всем этим людям. Драко протянул руку, и оборотень спокойно пожал её, садясь в своё мягкое кресло. — Я знаю, кто ты, — начал оборотень, прожигая взглядом Малфоя. — Вампир. — Когда-то я был человеком, — защищаясь, сказал Драко. — Все мы были, — уныло хмыкнул тот. — Я Ной. Вожак этой стаи. — Приятно познакомиться, — с вежливой улыбкой сказала Гермиона, и на неё обратили внимание. Голубые глаза, поблекшие, осмотрели её, и ей стало неуютно. — Мы не жалуем волшебников, даже больше, чем вампиров, — протянул Ной. — Она со мной. И уже отдала палочку твоим людям, — Драко не отрываясь смотрел на оборотня, чем удивил его. — Она не опасна. И может помочь вам. — Волшебники веками уничтожали нас и презирали. Они сделали нас изгоями, — рычал Ной. — Им нет веры, они все лицемеры. — Да, это так, — она неосознанно выступила вперёд, желая высказаться. — Вы правы, абсолютно правы. Я знаю одного очень хорошего человека, который тоже стал оборотнем не по своей воле. Он был моим учителем и другом. Я видела и вижу, как сложно ему жить в мире, где все ненавидят его за то, в чём он не виноват. Меня это возмущает и жутко расстраивает. Ной задумчиво смотрел на неё, но слушал, не перебивая. Малфой же едва не открыл рот от её дерзости. Она опять ослушалась его. — Я хочу равноправия для всех существ. Знаю, это слишком идеализированно, но этого можно достичь общими усилиями. Но не сейчас. Сейчас нам нужно уничтожить человека, который возомнил себя вершителем судеб. Он опасен и жесток, убивает не только оборотней и других магических существ, но и волшебников. Тех, кто на его стороне. Это ли не ужас? — Твои предложения, — Ной взмахнул рукой, давая ей возможность продолжить. — Я предлагаю вам сделку. Выгодную и вполне осуществимую. Если вы поможете Ордену Феникса выиграть эту войну, то мы вместе сможем сделать мир для оборотней безопаснее. Дети спокойно смогут учиться в школах, взрослые работать в любой сфере. Вас больше не будут бояться. Я… Она замолчала, не зная, стоит ли говорить это, но всё равно решилась. — Я грязнокровка. Всю жизнь я пытаюсь доказать, что ничем не хуже других. Что я достойна учиться в школе, как и другие волшебники. Но для них я всё равно угроза и грязное пятно. Они ненавидят меня только из-за того, что я родилась. Я не могу изменить свою кровь, своё происхождение, как и вы. Вы в таком же положении. И я… Я понимаю вас как никто другой. Теперь Ной смотрел на неё иначе. Будто увидел в ней союзника. Драко же молчал. Он ещё никогда не слышал таких откровений от Грейнджер, и стало противно от самого себя. — Просто помогите нам, и я клянусь, что ваши дети больше не будут бояться столкнуться с волшебником, — закончила она, выдыхая. Ной встал и, обойдя Малфоя, пожал ей руку. — Ты убедила меня, — он слегка улыбнулся ей, и она ответила тем же. — Оставайтесь, у нас сегодня небольшой праздник. Отдохните и завтра отправляйтесь в дорогу. — Спасибо. — Надеюсь, я не пожалею, — бросил Ной через плечо, уходя в другую комнату.

***

— А это правда, что волшебники могут летать? — спросил один мальчик, смотря на неё круглыми голубыми глазами. Гермиона улыбнулась ему и кивнула. — Да, у них есть специальные мётлы. Даже есть игра под названием «квиддич». Они летают на мётлах и ловят золотой снитч, а ещё забивают мячами голы друг другу в кольца. — Вау! — восторженно воскликнули дети, сидящие вокруг неё. Гермиона взяла палочку, которую ей вернули, и одним взмахом починила воздушного змея. Дети завизжали от радости и стали его запускать. Она с грустью и тоской смотрела на их чистые души, которые могла видеть так ясно. Они были такими изолированными, потому что волшебники сторонились их. Родители пытались защитить своих детей и спрятались в глухом лесу. Эти мысли сдавливали ей сердце в прямом смысле. Она покачала головой и осмотрелась. Праздник, который им обещали, уже почти подошёл к концу. Теперь все собрались вокруг огромного костра и пили, распевая песни. Кто-то принёс гитару, и теперь лес наполнился чарующими звуками. Конечно, не было никаких изысканных угощений или блюд, но то, насколько эти люди близки и искренни, показывало, что они достойны большего. Ни один оборотень не сказал ей плохого слова, все отнеслись к ней вполне нормально, особенно когда она начала показывать их детям чудеса с помощью палочки. Гермиона увидела Малфоя, стоящего у одного из самодельных, потрёпанных домов. Он медленно потягивал плохое пиво из деревянной кружки. Она встала и решительно направилась к нему, желая поговорить. С тех пор, как они вошли в дом Ноя, он молчал. А потом ушёл куда-то в лес, не обращая на неё внимания. Гермиона поравнялась рядом с ним и улыбнулась. — У нас получилось! — воодушевлённо сказала она. — У тебя, — грубо поправил её Драко, делая щедрый глоток худшего пива, какое он только пробовал. Гермиона осеклась, не понимая, что с ним происходит. Она моргнула, стараясь не расстраиваться из-за его злого тона. — Ты в порядке? — поинтересовалась она, надеясь узнать, почему он так отвратительно себя ведёт. — В полном, — фыркнул он и развернулся, намереваясь затеряться в лесу. Но Гермиона ненавидела недоговорённости, поэтому направилась за ним. — Малфой! — крикнула она, но он проигнорировал её. — Мерлин, Малфой, ну почему ты такой невыносимый?! — Я всегда был таким! — закричал он, резко обернулся и застыл перед ней в миллиметре. — Но раньше тебя это не заботило. — Да что с тобой? — возмутилась она и толкнула его в грудь, но он не сдвинулся. — Я помогла тебе! А ты недоволен! Что тебе нужно?! — Ты всего лишь напомнила мне, кто я, — каким-то поникшим голосом сказал Драко. Она заглянула ему в глаза. — О чём ты? — шёпотом спросила она. — Грязнокровка, — произнёс он, и Гермиона вздрогнула. — Так я тебя называл. Я был тем, кто дал тебе это прозвище. Я начал эти издевательства над тобой. — Это было давно, — спорила Гермиона. — Мы были детьми. Всё в прошлом. — Уверена? Что изменилось? — скривился он. — Ты изменился, — уверенно ответила она, сокращая между ними то жалкое расстояние, которое оставалось. — Ты стал другим, иначе не оказался бы сейчас здесь. Но Драко не выглядел убеждённым. Скорее, он стал ещё отстранённее. — Если бы я не умер, то никогда бы не помог тебе. Я бы убил тебя на поле боя не моргнув и глазом. Гермиона отшатнулась. Ей было больно это слышать. Он будто ударил её под дых. — А ты что думала, Грейнджер? — усмехнулся Малфой. — Что я стал хорошим, раз помогаю тебе? Я всегда был таким и буду. — Можно смотреть на вещи не так однобоко, — возразила Гермиона, желая защитить его от самого себя. — Ты гораздо больше, чем те стереотипы, которые сам воздвиг у себя в голове. — Ты ещё никогда так сильно не ошибалась, Грейнджер, — он оскалился, показывая клыки. Его глаза налились кровью. Гермиона не проконтролировала свою реакцию и испуганно вскрикнула, выхватывая палочку. Тот самый страх, что ещё совсем недавно потерялся внутри, выполз наружу. Он буквально припечатал её к земле, прямо говоря, что она рано расслабилась и доверилась вампиру. — Видишь? Я прав, — фыркнул он. — Потому что я не ожидала! — Гермиона ненавидела его сейчас. Со всей силы и по-настоящему. — Ты просто отталкиваешь меня! — Думай, что хочешь, — бросил Драко, уходя в чащу. — Малфой! — она бросилась за ним, но он не останавливался. — Малфой, стой! Малфой! Драко использовал свою скорость и мгновенно скрылся в лесу, оставляя её одну. Гермиона осела на землю, плохо понимая, что произошло. Ещё вчера они смеялись вместе и подкалывали друг друга, как друзья, а сегодня он оттолкнул её от себя, словно она чем-то обидела его. Но Гермиона не знала, что сделала не так. Она подтянула колени к груди и уткнулась в них лбом, плача. Она так устала. Ей было холодно, больно и одиноко. Она чувствовала то, что стало её постоянными спутниками. Удивительно, но только с Малфоем эти чувства уходили прочь. Но теперь и его нет. А она совсем одна. Снова. Как и всегда.