Часть 28

Вдовин сидел на кровати ровно, молча глядя в одну точку, не реагируя на слова Быкова. Его молчание было явным сигналом недовольства: вчерашняя шутка осталась без внимания, и теперь он «наказывал» врача собственным игнорированием. — Вдовин! — строго сказал Быков, подходя ближе. — Ты думаешь, молчанием меня достанешь? Вдовин слегка дернулся, но продолжал молчать, сжав руки на коленях, не поднимая глаз. — Ладно, — пробормотал Быков, — если ты не хочешь разговаривать… будем работать иначе. Он начал проверку плеча Вдовина, тщательно и методично, но с едва заметными «подколками»: слегка изменял угол движения руки, аккуратно поддёргивал бинт, делал строгие замечания на каждое малейшее движение, — всё это было почти незаметно для постороннего, но ясно сигнализировало Вдовину: внимание врача полностью на нём. Вдовин сжал простынь и чуть нахмурился, внутренне раздражённый, что Быков не «сдался» и не позволил ему полностью «наказать» его молчанием. Но постепенно он начал ощущать, что внимание врача возвращается, даже через строгий контроль. — Видишь, — сказал Быков холодно, но с лёгкой насмешкой в голосе, — я могу работать и без твоих «шуток». Но если хочешь вернуть своё развлечение… тебе придётся постараться. Вдовин тихо усмехнулся, слегка поклонив голову, понимая, что игра возобновляется. Молчание больше не было оружием: теперь оно стало частью их привычной психологической дуэли, где строгий контроль Быкова и скрытая дерзость Вдовина создавали тонкое напряжение между ними.