Часть 32

Вдовин, сжав руки на ногах Быкова, внезапно двинулся вперёд и, почти не думая, сел прямо на пах врача. Его дыхание было сбито, глаза блестели смесью боли, дерзости и внутреннего вызова. — Ладно… — сказал он тихо, с лёгкой насмешкой в голосе, — сдаюсь… если в следующий раз вы отреагируете хоть как на что-то вроде «меня нужно наказать». Быков замер на месте, взгляд его мгновенно потемнел от неожиданности. Его губы сжались, но строгий тон остался: — Вдовин… — проговорил он холодно, — ты с ума сошёл? Вдовин лишь едва улыбнулся, не отводя глаз: — Возможно… — тихо, почти шепотом, — но если я играю, то по своим правилам тоже. Быков сжал челюсти, почувствовал внезапное внутреннее раздражение, которое смешалось с едва заметной искрой внимания и контроля. Он понял, что привычная динамика между ними снова обостряется, но теперь на новом, ещё более личном и провокационном уровне. Вдовин слегка опёрся на него, сжимая руки на ногах, а напряжение в комнате стало почти осязаемым: боль, контроль, провокация и едва скрытая близость переплетались, делая их взаимодействие едва ли не физически ощутимым.