Возвращение домой

Капитан Виктор, не отпуская своей железной хватки, провёл Артёма по бесконечным сияющим коридорам. И в конце концов распахнул массивную дубовую дверь с тяжёлой железной скобой. Помещение внутри напоминало нечто среднее между прачечной и баней. Стены из гладкого кафеля, а в центре — огромная деревянная кадка, похожая на чан. ‎Виктор отпустил его руку, щёлкнул замком на двери и повернулся, скрестив руки на груди. ‎— Ну, — произнёс он, и на его губах играла ехидная ухмылка. — Добро пожаловать в нашу скромную обитель чистоты. Здесь мы приводим в чувство тех, кто забыл, что такое вода и мыло. ‎ ‎— Послушайте, Виктор, да? — начал Артём, пытаясь звучать убедительно. — Давайте договоримся... ‎ ‎— Договоримся? — капитан перебил его, и в его голосе зазвучала опасная насмешка. — О чём мы можем договориться? О том, что твой вид — оскорбление для дворца? Или о том, что твоя история про «другой мир» — наглая ложь Её Величеству? ‎ ‎— Это не ложь! — вспылил парень, не понимая почему ему не верят. — Я же говорю, я здесь проездом! Я учился, потом на работу бежал, устал как собака, лёг спать и… бац! Я здесь! В вашей дурацкой пустыне из зубного порошка! ‎ ‎— Очень трогательно, — Виктор фыркнул, подходя к кадке и с силой поворачивая кран. Горячая вода с шумом хлынула внутрь. — Но твои сказки меня не интересуют. Меня интересует результат, — капитан обернулся и с отвращением окинул Артёма взглядом с ног до головы. — И моя задача — привести тебя в прилежный вид. Так что давай не будем тянуть время. Раздевайся. ‎ ‎— Я не буду! — отпрянул Артём к стене. — Вы с ума сошли? Я не собираюсь тут при вас мыться! ‎ ‎— А у тебя есть другие варианты? —Виктор улыбнулся, но в его глазах не было ни капли тепла. — Или, может, ты предпочтёшь вернуться к Королеве и лично объяснить ей, почему ты отказался от её милости? От помощи, которая является единственным шансом вернуться домой? ‎ ‎Последние слова прозвучали особенно весомо. Артём сглотнул. Он посмотрел на запертую дверь, потом на невозмутимое лицо капитана. Выбора действительно не было. Сжав кулаки и пылая от стыда и злости, он начал стаскивать с себя грязную одежду. ‎ ‎— Вот и славно, — удовлетворённо произнёс Виктор, когда Артём стоял, пытаясь скрыть своё смущение. — Забирайся в воду. ‎ ‎Нехотя, Артём перелез через высокий борт и погрузился в горячую воду. ‎И тогда капитан, с лёгкой, почти театральной улыбкой, громко хлопнул в ладоши. ‎ ‎В тот же миг комната ожила. С полок, из шкафчиков, со всех углов сорвались десятки банных принадлежностей! ‎Щётки всех форм и размеров, мягкие мочалки закружились в танце, а с мыльниц поднялись в воздух душистые куски мыла. Всё это слетелось к кадке, словно рой рассерженных пчёл. ‎ ‎Артём отшатнулся, прижавшись к дальнему краю кадки, глаза его стали круглыми от удивления. ‎—Что... что это?! ‎ ‎— Просто хорошо налаженное хозяйство, — скромно, но с заметной гордостью ответил Виктор, отступая на шаг, чтобы наблюдать за процессом. ‎ ‎Нежно-розовые брусочки душистого мыла занырнули в воду, мгновенно взбив горы пушистой пены. Она поднималась всё выше, накрывая его с головой, залепляя глаза и забиваясь в рот. Он слепо отплёвывался, пытаясь стряхнуть её, но пена лишь цеплялась за ресницы и щекотала нос. ‎ ‎В это время щётки с жёсткой щетиной принялись с усердием тереть его спину, плечи и руки, оставляя на коже розовые полосы. Мочалки облепили его, одна с особым рвением принялась за подмышки, вызывая нестерпимую щекотку, от которой он дёргался и извивался, но убежать было некуда. ‎ ‎А капитан Виктор в это время расхаживал по комнате, и на его лице играла самая что ни на есть искренняя, сияющая улыбка. Он с удовлетворением наблюдал за кипящей работой. ‎ ‎— Её Величество будет так довольна...— Он замер на мгновение, и в его глазах вспыхнули настоящие искорки счастья, будто он уже видел, как Королева милостиво кивает ему и хвалит за усердие. ‎Артём, с трудом разлепив один глаз сквозь слой пены, увидел это сияющее, самодовольное лицо. И ему стало неловко от всей этой ситуации. ‎ ‎— Что вы так радуетесь? — сдавленно спросил он, сплёвывая пену. — Словно вам медаль вручат за то, что вымыли человека. ‎ ‎Виктор вздрогнул, словно вернувшись из грёз на землю. Его взгляд упал на Артёма, и сияние на его лице слегка померкло, сменившись лёгким раздражением. ‎— А разве не стоит радоваться? — ответил он, стараясь сохранить прежний тон, но в голосе уже слышалась задетость. — Служба Её Величеству — высшая честь. Видеть результат своего труда, который приносит пользу королевству... Разве это не дело достойное уважения? ‎— Служба? — фыркнул Артём, с раздражением смахивая пену с лица. — Какая же это служба? Ловить каких-то нерях, отмывать их... Разве у стражи нет дел поважнее? Или ваша Королева...или она просто не доверяет вам ничего серьёзного, раз поручает такую... возню с грязнулями? Интересно, она вообще в курсе, как вы тут «наводите порядок»? Лицо Виктора, ещё секунду назад сиявшее, исказилось от такой обиды и гнева, что Артём инстинктивно отпрянул, понимая, что ляпнул лишнего. — Ты не просто неряха, — тихо произнёс он. — Ты наглый, неблагодарный хам. И ты только что оскорбил не только меня, но и саму идею служения Королеве Зубной Щётке! За это полагается суровое наказание. И я позабочусь, чтобы этот урок ты запомнил надолго. Прежде чем Артём успел как-либо возразить, невидимая сила сковала его тело. Он невольно встал в полный рост и, к свощему ужасу, резко наклонился, уперевшись руками в мокрый деревянный борт. Он пытался вырваться, но его мышцы не слушались, прикованные магией воли капитана. ‎— Подождите! — отчаянно выкрикнул Артём. — Я не хотел вас оскорбить! Это вырвалось случайно! ‎Но Виктор был неумолим. Однако его следующая фраза удивила Артёма. ‎— Это не только за слова, — прозвучал холодный, разборчивый голос. — Это за нежелание подчиняться с самого начала. За попытку убежать от тётушки Мочалки и дядюшки Мыла. За то, что заставил меня и моих стражников тратить время на поиски. И да, — капитан сделал паузу, — за неподобающий тон, когда речь идёт о Её Величестве. Несколько мелких проступков, вместе взятых, требуют исправления. Затем он развернулся, направился к шкафу в дальнем углу комнаты и достал оттуда длинную, гибкую и на удивление прочную тростниковую лозу, а затем проверил её упругость, с удовлетворением отметив свист в воздухе. — Эта лоза, — произнёс он, возвращаясь к кадке, — повидала многих. И детей, и взрослых. И все они поняли, в чём были не правы. Раздался первый резкий хлопок по попе. По мокрой коже разлилось жгучее тепло, заставившее Артёма вздрогнуть. Второй удар последовал также незамедлительно. Это было не столько больно, сколько невыносимо стыдно и унизительно. Он стиснул зубы, глядя в кафельный пол, пока Капитан методично и молча проводил болезненный урок. Каждый шлепок отчётливо говорил о том, что непослушание и неуважение здесь имеют свои последствия. Когда наказание, наконец, закончилось, магия отпустила его. Артём, потеряв опору, рухнул обратно, с силой плюхнувшись в горячую воду, которая больно обожгла его пылающий зад. Он сидел, молча опустив голову, сгорая от стыда. Вскоре Артём снова был с головы до ног покрыт густой пеной. Вдруг в его поле зрения вплыла зубная щётка, на щетинках которой сверкали крупицы белого порошка. Она без лишних церемоний сунулась ему в рот и принялась яростно чистить зубы, задевая дёсны и активно проходясь по языку. Парень давился и морщился от резкого мятного вкуса. ‎— И до чего только могут привести лень и непослушание, — с презрением заметил Виктор. — Тебя же, похоже, ничему путному не научили. Приходится всё делать за тебя. В этот момент сверху на его голову хлынула струя прохладной воды из огромного ковша, смывая последние хлопья пены с волос и лица. Когда вода стекла, по команде Капитана с полок соврались несколько пушистых полотенец и с легкостью укутали Артёма, принявшись энергично растирать его кожу до легкого розового оттенка, выпытывая всю влагу. Через мгновение он был уже почти сухим. ‎— Вот, — капитан протянул ему сложенную стопку чистой одежды — бельё, лёгкие штаны и рубашку. — Одевайся. ‎ ‎Артём, ‎всё ещё не оправившийся от недавней порки, поспешно натянул одежду. Вдруг его взгляд упал на низкую лавку в углу. На ней стоял небольшой таз, наполненный мыльной водой. Рядом с ним стояла стиральная доска, а на полу грудой лежали его собственные вещи, все в засохшей зубной пасте и разводах. — Не беспокойся о своих лохмотьях, — словно прочитав его мысли, сказал Виктор. — Себя привёл в порядок — теперь учись и за одеждой следить. Освоишь ручную стирку. Артём, никогда в жизни не стиравший ничего сложнее носка под струёй из-под крана, с тоской уставился на тазик. Он неуклюже согнулся, погрузив всё в воду. Взял в руки свою футболку и начал тереть её о саму себя, мыло выскальзывало из рук, вода расплёскивалась. — Ты так ты до утра проторчишь! — раздался нетерпеливый окрик Виктора. — Три сильнее! Собирай ткань и три о доску! Да не так! Под его едкими, но точными указаниями Артём, краснея от злости и стыда, постепенно начал справляться. Наконец, когда вещи были более-менее отстираны и выжаты, Капитан кивнул. — Сойдёт. Запомни: порядок должен быть во всём.

***

Он повёл Артёма обратно в тронный зал. Королева сидела на своём месте, столь же безупречная и невозмутимая. — Ваше Величество, — доложил Виктор, склонив голову. — Задание выполнено. Нарушитель приведён в порядок и получил положенное исправление. Королева внимательно окинула Артёма взглядом. Теперь он стоял перед ней чистый, в свежей одежде, причёсанный и с почищенными зубами. — Я вижу, Капитан, — произнесла она, и в её голосе прозвучало одобрение. — Вы, как всегда, на высоте. Вы — моя самая надёжная опора. Лицо Виктора засияло таким чистым, безоговорочным счастьем, что даже Артём на мгновение забыл о своей злости. Затем Королева повернулась к Артёму. — Ты получил свой шанс и прошёл испытание. Теперь ты свободен. Дорога домой открыта. Она сделал лёгкий взмах рукой. Прямо в центре зала замерцал свет, и прямо на глазах появился необычный "портал". Сердце Артёма ёкнуло. Домой! Он сделал шаг вперёд, но на мгновение задержался, бросив последний взгляд на Капитана Виктора. Тот стоял, выпрямившись, с сияющим лицом, провожая его взглядом, в котором читалось торжество выполненного долга. Ни слова не сказав, Артём шагнул в сияние. Он возвращался домой. Чистый, проученный и навсегда запомнивший, что в Королевстве Чистоты правила нарушать не стоит!