Принятие

Сириус стоял, прислонившись всем телом к Римусу. Вновь чувствовал запах потёртых свитеров, которое носило не одно поколение семьи, пергамента с магическими чернилами, кожаных фолиантов из запретной секции, ворованных среди ночи пончиков с заварным кремом, горячего шоколада с зефиром, треска угля в Гриффиндорской гостиной. Римус пах Хогвартсом. Пах Джеймсом, Лили, Гарри и Питером. Пах безопасностью, спокойствием и защитой. Пах домом. Этот дом не хотелось покидать, отпускать. Хотелось навсегда остаться здесь, в его объятиях. Под защитой этих постоянно сомневающихся во всём, анализирующих мозгов, с этим до боли знакомым голосом с сарказмом в каждом слове, в этих родных, слабых, но с крепкой хваткой руках. С острыми, проходящими насквозь, словно ножи, когтями. С кровью, льющейся тонкой струйкой по подбородку, пропитававшей чужую рубашку. С запоздалым осознанием в глазах, когда со стороны спины уже была разорвана плоть, а на сверкающих в темноте лезвиях пламенели алые пятна, крупными каплями падающие на пыльный ковёр.

***

Деревянный крест, цветы. Ничем не отличающаяся от всех остальных стальная ограда. Всего пара человек в рабочей форме, свежевырытая земля. Только фотография. Но уже реально.

***

— Это не было полнолуние. Он в другой части страны, черт побери, занятый важным делом! — в глазах Фенвика пылал ужас, смешанный с недоверием. — А «Фиделиус»? Он же был у Блэка! Дамблдор неспешно отпил из крохотной кружки, приподняв её вместе с блюдцем. — Тогда почему Вы не остановили его? Если по Вашему Люпин — предатель, как Вы вообще позволили Сириусу отправиться к нему в лапы? — Так было нужно, — спокойно отреагировал Дамблдор, снимая свои очки-половинки и складывая их в карман мантии, чтобы аппарировать. — Кому нужно?! — Мистер Фенвик. Вы знаете, что существует пять… …стадий горя. Шок, Гнев, Торг, Депрессия и Принятие. Все они делятся на подгруппы, имеют свои особенности и проявляются по-разному в зависимости от самого человека. Но единственный способ справиться с горем — принять отчаяние. Научиться жить с ним, доверять ему, признать изменения и адаптироваться под новую среду. Магл может до конца жизни бороться с этим порочным кругом, снова и снова возвращаясь в начало. Раз за разом проживать одну и ту же боль, пряча в карманах леденеющие ладони. И инструкции, как справиться с этой болью, не будет.