Часть 3

Стеффон шагнул на прохладный камень террасы, его встретил шум волн далеко внизу и аппетитный аромат жареной дичи. Стол был невелик, уставлен блюдами: целый заяц в меду, запеченные на углях корнеплоды, теплый хлеб с тмином, сыры и фрукты. Роберт и Ренли сидели в непринужденной позе, о чем-то тихо переговариваясь. Баристан, увидев Стеффона, едва заметно кивнул. - А, вот и наш заплутавший принц-купец! – прогремел Роберт, его голос вернул былую мощь при виде племянника. Он отставил кубок и жестом указал на свободное место слева от себя. – Садись, садись! Чуть не начал есть без тебя, так долго ты ковылял! Стеффон поклонился – уважительно, но без лишней церемонии. - Ваше Величество. Дядя Ренли. Сир Баристан. - Он занял указанное место. - Не ковылял, дядя. Шел быстро. Но доки... они как болото. Засасывают. - Болото? – Роберт хмыкнул, наливая себе еще вина и тут же протягивая кувшин слуге, чтобы тот наполнил кубок Стеффона. – Болото – это этот проклятый тронный зал! А доки – это жизнь! Движение! Там хоть пахнет чем-то настоящим! Вонь, да, но честная! - Он отхлебнул. - А ты, племянник, слишком редко выбираешься из своего честного болота, чтобы навестить старого дядю в его золоченой тюрьме. Совсем забыл, где король сидит? Стеффон взял кубок, позволив себе легкую усмешку. - Виноват, Ваше Величество. Дела. Корабли не ждут, таверны сами себя не управляют, а арендаторы в Лисе вечно что-то ломают или требуют. - Он отпил. Вино было отличным – дорнийское, крепкое и бархатистое. - Дела! – Роберт фыркнул, но без злобы, скорее с одобрением. Он отломил кусок зайца и сунул в рот. – Знаю я твои 'дела', мальчик. Варис мне регулярно докладывает. Какая шхуна куда поплыла, сколько монет звенит в твоих сундуках от 'Пьяного Барабана', и даже сколько бочек солонины ты запас для своей гильдии перевозчиков.- Он посмотрел на Стеффона исподлобья, с хитрецой. - Небось думал, твоя купеческая империя – тайна за семью печатями? Стеффон не смутился, лишь поднял бровь. - Варис знает всё, что происходит в городе, где есть хоть одна мышь. Я и не рассчитывал на полную тайну, Ваше Величество. Главное, чтобы он не узнал рецепт медовухи в 'Бараньем Роге' – это моя главная коммерческая тайна. Ренли рассмеялся, откинувшись на спинку стула. - Берегись, брат! Племянник уже стратегические запасы медовухи засекречивает! Скоро и Паучка перехитрит! Роберт громко захохотал, чуть не поперхнувшись вином. - Ха! Пусть попробует! Варис свою сеть столетия плел! Но ладно, – он махнул рукой, отгоняя шутки. – Собрались мы здесь не для обсуждения шпионских игр или таверной медовухи. Давайте есть и говорить о чем-нибудь человеческом. Ренли! Как там Штормовой предел? - Процветает, брат," – улыбнулся Ренли. – Мы с племянником уже внесли изменения в структуре управления, торговли, сбыта и ТД. Многие действия автоматизированны и находятся под наблюдением ответственных людей. Стеффон за два года предложил столько идей превративший наш дом в цветник не хуже, чем у Тиреллов. - Хорошо, что хоть кто-то в нашем роду мудрый, но если что-то будет нужно сразу же обращайтесь ко мне. Сделаю все что смогу чтобы помочь– пробурчал Роберт. Он повернулся к Стеффону. – А ты, племянник? Что скажешь о проделанной работе? - Многое уже поменялось, дядя – ответил Стеффон, накладывая себе корнеплодов. – Мы ввели много изменений, поэтому Штормовой предел процветает. Появились средства, которые можно теперь вложить и в боевую мощь. Но даже с этим у нас пока не так много влияния как у Ланистеров, здесь. Предстоит ещё много упорной работы и твоя помощь будет как раз кстати. - Хм, вы с Ренли проделали хорошую работу, а ведь с торговлей мы просто хотели держать тебя подле себя, а ты всех удивил. – Роберт задумался, глядя в залив, где первые огни рыбачьих лодок замигали, как светлячки. – Чёртовы Ланистеры, куда ни плюнуть, в одного из них попадешь. Ничего, они ещё не знают кто такой Роберт Баратеон, ещё покажем им. Думают, если платят мне ,то могут сделать меня ручной собачкой. Хрен им, Ренли как проходят переговоры с Редвинами , вы хотели нанять их корабли? Ренли вздохнул, но в его глазах блеснул азарт. - Через полмесяца, брат я отправлюсь в простор. Если, конечно, Варис не подкинет мне еще десяток 'срочных' разбирательств по спорам между купцами из Дорна и Староместа. Там и проведем окончательные переговоры, да и рыцарский турнир намечается, там. - Голос Ренли звучал нежно, когда он говорил о Просторе. - Закончи с этим поскорее,а потом соревнуйся сколько хочешь – рявкнул Роберт. Он начал было рассказ, но вдруг спохватился и посмотрел на Стеффона. - А ты, племянник? Шпоры-то у тебя есть, слава Богам. Будешь участвовать? Показать всем этим позолоченным петушкам, как дерутся настоящие сыны Бури? Стеффон покачал головой, улыбаясь. - Мои корабли и балансы требуют не меньше ловкости, чем копье на ристалище, дядя. Да и Лотар сказал бы, что я слишком ценю целые кости для турнирных забав. Я, пожалуй, останусь зрителем. Если успею выбраться из 'болота'. Роберт засмеялся. - Зритель! Хорошо сказано! Иногда со стороны виднее, кто настоящий воин, а кто только перья красует. - Он вдруг стал серьезнее, его взгляд скользнул к Баристану, стоящему в тени. - Говоря о настоящих воинах... Сир Баристан хвалил твои успехи в тренировках с отрядом, Стеффон. Говорит, парни слушаются тебя, как старого волка. И это в семнадцать лет. Стеффон почувствовал легкий румянец на щеках. Он кивнул в сторону Белого Рыцаря. - Сир Баристан научил меня главному: командуют не криком и не титулом. Командуют, когда идут первым и когда верят в то, что делаешь. Из тени донесся тихий, но отчетливый голос Баристана. - Мудрость, достойная командира, лорд Стеффон. - В его интонации слышалась редкая теплота. Роберт посмотрел на племянника долгим, оценивающим взглядом. Гордость боролась в его глазах с какой-то более сложной мыслью. Он отхлебнул вина, поставил кубок с глухим стуком. - Верю... – повторил он задумчиво. – Верю... Это важно. Особенно сейчас. - Он перевел взгляд на Ренли, потом снова на Стеффона. Легкая вечерняя прохлада коснулась террасы. - Ладно, с едой покончили, о делах поговорили, о работе, о турнирах... Теперь, племянник, к делу, ради которого я тебя позвал. Ренли в курсе. И Баристан тоже. Он откинулся в кресле, его массивная фигура заполнила пространство. Веселость уступила место королевской решимости, пусть и усталой. - Ты поедешь на Север со мной, Стеффон. В Винтерфелл. И это не просьба. Тишина повисла на мгновение, нарушаемая лишь криком чайки и далеким плеском волн. Стеффон замер с кубком у губ. Его брови поползли вверх, а в глазах мелькнул целый калейдоскоп эмоций: удивление, легкая досада, привычная ирония и... неизбежное принятие. - На Север... – повторил он, медленно ставя кубок. – Через пол-Вестероса. В самое пекло зимы, которая, как поговаривают, уже шевелит когтями за Стеной. - Он посмотрел на Роберта, потом на Ренли, ищу подтверждение шутке. Но лица дядей были серьезны. - Дядя у меня дела. Корабли в море, грузы в пути, таверны... Три новых контракта с Лиссом только на этой неделе подписаны... - Дела подождут! – Роберт стукнул кулаком по столу, заставив звякнуть посуду. Его взгляд, внезапно ставший жестким, как сталь, не оставлял места для возражений. – Или ты думаешь, твоя купеческая империя рухнет без тебя за пару месяцев? Королевству нужен ты. Мне нужен ты. На Севере. Точка. Стеффон задержал взгляд на строгом лице короля. Он знал этот тон. Тон, не терпящий пререканий. Тон человека, привыкшего, чтобы его приказы выполнялись. Ирония сбежала с его лица, сменившись привычной для таких моментов ухмылкой – смесью покорности и вызова. - Ну, когда король говорит 'точка', спорить глупо, – он развел руками в театральном жесте капитуляции. – Значит, поедем любоваться снегами и пить медовуху со Старками. Только предупреждаю, я там замерзну как лягушка, а вы будете виноваты.- Он бросил быстрый, почти озорной взгляд на Ренли. - Дядя Ренли, выручайте теплыми шубами из королевских запасов? Ренли улыбнулся, напряжение немного спало. - Постараюсь, племянник. Хотя, боюсь, мои бархатные накидки не спасут от настоящего северного холода. Тебе нужны медвежьи шкуры и добрый слой жира, как у твоего дяди короля. Роберт фыркнул, но уже без гнева, скорее с облегчением, что сопротивление было минимальным. - Шубы – дело десятое. Главное – передать дела. У тебя два дня, Стеффон. Привести в порядок свои корабли, таверны и лисские особняки. Кто будет всем этим рулить, пока тебя не будет? Стеффон уже мысленно перебирал списки. - Мелисса. Моя правая рука. Она знает все концы и начала лучше меня. Справится. - Мелисса? – Ренли кивнул с одобрением. – Умная девушка. Голова на плечах и характер – стальной стержень. Она и так, по сути, держит весь твой бизнес в ежовых рукавицах, пока ты играешь в капитана или командуешь своими головорезами. - Он отхлебнул вина. - Варис докладывал, она не хуже любого мастера над монетой сводит балансы. Роберт заинтересованно наклонился вперед. - Мелисса... И тот верный волк твой, Лотар? О нем Варис тоже болтал. Говорит, парень не простой. Не из тех, кого нанял за пару серебряных оленей. Будто бы в прошлом... возглавлял что-то серьезное? Какой-то отряд наемников? 'Золотые Мечи', кажется? Стеффон усмехнулся, в его глазах мелькнула тень гордости и чего-то более глубокого – тайны. - Варис, как всегда, знает много, но не все. И уж точно не половину правды о Лотаре. 'Золотые Мечи'... это лишь эпизод в его долгой песне. Двадцать тысяч? Было время и побольше, и поменьше. - Он посмотрел прямо на Роберта, его взгляд стал серьезным. - Лотар – моя скала. Мой щит. И его история... она его. Когда придет время, он расскажет ее тому, кому сочтет нужным. Или не расскажет вовсе. Но знайте, дядя: пока Лотар со мной, моя спина прикрыта лучше, чем у короля Королевской Гвардией. - Он кивнул в сторону Баристана, стоящего в тени. - Сир Баристан понимает, о чем я. Из тени раздался тихий, но весомый голос. - Верность и умение не измеряются прошлыми титулами, а лишь настоящими делами, лорд Стеффон. Ваш Лотар... вызывает уважение. Роберт задумчиво хмыкнул, его взгляд скользнул к бесстрастной фигуре Лорда-Командующего, а затем вернулся к племяннику. - Хорошо. Значит, Мелисса на хозяйстве. А Лотар... Лотар поедет с тобой. На Севере лишний верный меч не помешает. - Он откинулся на спинку кресла, его огромная фигура казалась внезапно усталой. - Завтра начнется сбор поезда. Проверка повозок, закупка провианта, распределение охраны... Головная боль. - Он махнул рукой. - А у тебя, племянник, есть два дня. Только два. Привести свои дела в порядок. Передать все этой твоей Мелиссе. Собрать то, что нужно для долгой дороги и жизни в Винтерфелле. Теплые вещи, оружие... и запас той самой своей медовухи, чтобы греть старые кости дяди в пути. Стеффон встал, его движения были уже полны решимости и деловой хватки. - Будет сделано, Ваше Величество. Корабли встанут на надежные якоря, таверны получат четкие инструкции, арендаторы в Лисе узнают, что их ждет Мелиссина бухгалтерская палка. А я... я буду готов к рассвету через три дня. - Он поклонился. - С вашего позволения? Ночь предстоит долгая. - Иди, иди, – буркнул Роберт, уже наливая себе еще вина. – И не вздумай проспать! Ренли улыбнулся. - Удачи с бумагами, племянник. Помни, Мелисса не прощает опозданий с отчетами. Проверено. Стеффон ответил ухмылкой, кивнул Баристану и вышел с террасы, его шаги по каменным плитам быстро затихли. Роберт долго смотрел в пустоту, где только что стоял его племянник. Потом вздохнул, глубоко и шумно. - Сын Бури...– пробормотал он. – Ему там, на Севере... виднее будет. Старки... они поймут. Ренли перехватил его взгляд. - Он справится, брат. Он твоя кровь. И он умен. Умнее, чем кажется. - Да будет так, – Роберт осушил кубок и с шумом поставил его на стол. Три дня. Три дня до начала долгого пути на Север, к старому другу и в неизвестность. Надежда и тревога, как два спутника, сели за стол рядом с королем и его братом. Баристан в тени наблюдал, его старый взгляд видел дальше заката, в грядущие бури. Закат лил расплавленное золото через огромное окно кабинета, освещая столпы пыли, танцующие над кипами пергаментов. Воздух был наполнен запахом старой бумаги, воска и морской соли. Тайвин Ланнистер изучал отчет о добыче в шахте №17, его перо с легким скрипом выводило цифры на полях. Киван, отложив свою папку, тяжело вздохнул. - Седьмая шахта снова показывает спад, Тайвин, – начал он, его голос был низким, усталым. – Руды меньше, глубже, дороже. Старые штреки обваливаются. Нужны новые вложения. Огромные. - Он потер переносицу. - А тем временем казна короны... Бейлиш присылал очередное уведомление. Долг перевалил за четыре миллиона золотых драконов. Четыре миллиона, Тайвин! И проценты капают, как вода на точильный камень. Тайвин не поднял головы, лишь перо на мгновение замерло. - Бейлиш мастер создавать долги из воздуха и заставлять их работать на себя. Но да. Цифра внушительная. И тревожная. - Он наконец отложил перо, его холодный взгляд устремился на брата. - Особенно на фоне последних вестей из столицы. Киван кивнул. - Джон Аррен. Умер. От болезни или яда – Варис хранит молчание, а это само по себе говорит о многом. Роберт... Роберт, по слухам, не просто скорбит. Он бежит. Бежит на Север, в Винтерфелл. - Не бежит, – поправил Тайвин, его голос был ровным, как поверхность пруда перед бурей. – Он едет за заменой. Мои люди в Красном Замке не спят. Следующим Десницей Короля будет Эддард Старк. Роберт уже послал за ним ворона, а сам собирает поезд, чтобы лично уговорить старого друга. - Старк? – Киван нахмурился, явно сомневаясь. – Нед Старк? Хранитель Севера? Тайвин, этот человек... он честен, храбр, никто не спорит. Но он северянин до мозга костей. Его мир – это снега, долг и меч. Что он понимает в финансах Простора? В интригах Дорна? В морской торговле с Вольными Городами? Как он справится с этой прорвой проблем? С тем же долгом в четыре миллиона? Бейлиш его сожрет за завтраком! Тайвин позволил себе легкое движение бровей, почти подобие усмешки. - Вот и посмотрим тихого волка в деле, Киван. Возможно, его честность и прямота – именно то, что нужно, чтобы приструнить таких, как Бейлиш. А возможно...– он сделал паузу, его взгляд стал отстраненным, – возможно, его правление будет коротким и бурным. Но это проблема Роберта Баратеона и самого Старка. Меня сейчас волнует иное. Он отодвинул отчет о шахте и взял другую, гораздо более тонкую папку, перевязанную черной лентой. На обложке не было надписи. Тайвин открыл ее, его пальцы скользнули по аккуратно выведенным строчкам. - Королевская Гавань, – начал он, и в его голосе впервые за вечер прозвучал оттенок... не удивления, скорее холодного, аналитического интереса. – Пока Роберт топит горе в вине и готовится к поездке, пока Старки коптят небо над Винтерфеллом, пока наш дорогой Мастер над Монетой плетет свои сети... там растет нечто новое. И это нечто... поразительно. Киван насторожился - Новое? В Королевской Гавани? Там каждый камень Варисом прослушан. - Не под камнями, брат. На поверхности. В доках. В тавернах. На торговых путях. - Тайвин поднял глаза, и в них горел острый, оценивающий свет. - Стеффон Баратеон. Племянник короля. Сын... того, кто не заслуживает упоминания. - Юный Баратеон? – Киван вспомнил. – Да, Роберт его узаконил пару лет назад после какого-то турнира. Но что о нем? Мальчишка. Живет в городе, король ему покровительствует... Покровительствует? – Тайвин резко перебил, и в его голосе прозвучало что-то почти похожее на презрение, но не к Стеффону. – Вот в чем фокус, Киван. Король дал ему имя, кров. Возможно, стартовый капитал – меч, коня, кто знает. Но с тех пор... этот 'мальчишка' не попросил у короны ни гроша. Ни земли, ни титула, ни должности. Ничего. Он ткнул пальцем в папку. - Он создал. С нуля. С семнадцати лет. Посмотри. - Тайвин начал перечислять, его голос был лишен эмоций, но каждый пункт падал, как удар молота - Корабли:Начинал с одной старой шхуны. Сейчас под его флагом или под контролем его гильдии 'Буревестник' ходят семь судов: два карака, три шхуны, две галеи. Регулярные рейсы: Пентос, Браавос, Лис, даже Лорат. Перевозят все – от шелка до стали, от вина до... менее легальных грузов, но с удивительной чистотой оформления. Основная база – доки Веларионов на Драконьем Камне, но управление – из Королевской Гавани. Умно. Использует защиту Веларионов, но центр контроля держит близко.Перевозки по суше:Не ограничился морем. Организовал сеть перевозок по Королевскому Тракту и дальше. Надежные возчики, охрана (его собственная, кстати), четкие сроки. Конкурирует со старыми гильдиями и побеждает ценой и надежностью. Таверны и предприятия в Королевской Гавани:'Пьяный Барабан', 'Устричный Край', 'Бараньий Рог'... Знакомые названия? Да, популярные заведения. Мало кто знает, что истинный владелец – он. И еще три пошивочные мастерские, кузница у Рыбных Ворот. Все прибыльные. Управляются наемными мастерами, но общая стратегия, закупки, финансы – централизованы. Лис:Вот где истинный гений. Он не просто торгует. Он инвестирует. Купил на пике кризиса три особняка в престижных районах Лиса. Не продает. Сдает. Знатным изгнанникам, богатым купцам, вольным городам под представительства. Арендная плата – золотая река. И цены на недвижимость растут, а он сидит на активе. Тайвин закрыл папку.Звук был громким в тишине кабинета. - И все это.Все. За два года. Семнадцатилетнему парню. Он не просил денег у дяди-короля. Он не грабил караваны. Он строил. Торговал, договаривался, рисковал, просчитывал. Его гильдия перевозчиков – уже сила в портах. Его таверны задают тон в кварталах. Его доходы из Лиса... они уже, я подозреваю, сравнимы с доходами некоторых наших вассалов. Киван слушал, его глаза постепенно расширялись. Четырнадцать кораблей... семь? Таверны? Особняки в Лиссе? Но... как? Откуда у него знания? Капиталы на расширение? - Знания? – Тайвин почти усмехнулся. – Умение видеть возможность и хватать ее. Найти нужных людей и заставить их работать на себя. Или, точнее, вдохновить их. Варис пишет, что у него есть помощница – девушка Мелисса. Острая как бритва умом. И охранник, Лотар. Человек с темным, но грозным прошлым, абсолютно преданный. Он собрал команду. Он управляет ею. Империя растет не по дням, а по часам. И при этом он успевает тренироваться с мечом так, что Баристан Селми, говорят, им доволен. Тайвин встал и подошел к окну, глядя на темнеющее море. Его фигура, освещенная последними лучами заката, казалась вырезанной из гранита. - А теперь посмотри на наших детей,Киван, – его голос стал тише, холоднее стали. – Джейме. Рыцарь без земли, без наследства, привязанный к трону как собака на цепи. Его единственное достижение – белый плащ, который не даст ему продолжить наш род. Серсея. Королева, чьи амбиции ограничены интригами против каждого, кто кажется ей угрозой, и тратой казны на наряды и лесть. Тирион... единственный, у кого есть ум, и тот пропивает его и проигрывает в борделях. Который старше этого юного Баратеона. Он обернулся, и его взгляд был безжалостным. - Наши дети,Киван, в лучшем случае – поддерживают статус. В худшем – тратят. Тратят имя, тратят золото, тратят возможности. А этот... этот бастард, которого Роберт подобрал из милости или назло брату... он создает. Он умножает. Он строит свою мощь не на фамильных шахтах, а на уме, дерзости и воле. В семнадцать лет! Тайвин вернулся к столу, положил руку на папку о шахте №17. - Золотые шахты истощаются,брат. Это факт. Века добычи не прошли даром. Богатство Запада все еще велико, но оно... статично. Оно требует защиты, а не роста. А там, в Королевской Гавани, в Лиссе, на морях... растет новая сила. Молодая, динамичная, не скованная условностями. И возглавляет ее юноша с кровью Баратеонов и... чьей-то еще. Но главное – с головой и хваткой настоящего льва. Которого у нас нет. Киван молчал, пораженный не столько масштабом деятельности Стеффона, сколько ледяным, аналитическим восхищением в голосе брата. Тайвин Ланнистер редко кого хвалил. И никогда – чужих. - И что...что мы делаем? – наконец - Что? – Тайвин сел, снова взяв перо. – Пока – наблюдаем. Собираем информацию. Этот Стеффон Баратеон... он игрок на доске, которую мы считали знакомой. Новый игрок с нестандартными ходами. Нужно понять его мотивы, его слабости, его амбиции. И помнить, Киван: золото – это власть. А он добывает золото с пугающей эффективностью. Время фамильных шахт уходит. Будущее... будущее может принадлежать таким, как он. И нам нужно быть готовыми. Он снова погрузился в отчет о шахте, но Киван знал – мысли лорда Утеса Кастерли были далеко-далеко, в шумных доках Королевской Гавани, где молодой принц-купец строил свою империю под самым носом у короны. И в этом молчании, нарушаемом лишь скрипом пера, было больше тревоги, чем во всех словах о долгах короны или новом Деснице. Над Утесом Кастерли сгущались не только сумерки, но и тень нового, непредсказуемого будущего. Главные ворота Королевской Гавани Шумная, пыльная площадь перед воротами, запруженная повозками королевского поезда, солдатами, конюхами, кричащими торговцами в последний момент. Время:Рассвет второго дня. Воздух свежий, но уже пахнет пылью, конским потом и металлом. · Стеффон Баратеон: В практичном дублете из прочной шерсти темно-синего цвета, поверх – добротная, но не парадная кольчуга. У пояса длинный меч. На плечах дорожный плащ. Собран, энергичен, глаза горят азартом предстоящего пути. · Лотар: Тень Стеффона. В полном боевом облачении: кованая пластинчатая броня без излишеств, закрытый шлем с прорезью, тяжелый полуторный меч за спиной. Лицо скрыто, но поза говорит о готовности ко всему. Его молчаливое присутствие само по себе расчищает пространство. · Мелисса: Стоит чуть в стороне, рядом с верховым конем. Одета деловито и тепло. В руках – последние свитки с инструкциями. Лицо спокойное, но в глазах – тень тревоги и твердой решимости. · Отряд Стеффона (20 бойцов): Не просто наемники – элита его личной гвардии и капитанов. Стоят смирно, но видно, что каждый – личность. Особенно выделяются пятеро рядом с Лотаром и Стеффоном. Солнце только коснулось зубцов городских стен, окрасив пыль над площадью в золото. Стеффон шагал к главным воротам уверенной походкой, его шаги гулко отдавались по каменной мостовой. Слева от него, как часть его тени, неотступно следовал Лотар, его броня глухо лязгала в такт шагу. Двадцать бойцов, отобранных лично, шли следом четким строем. Их доспехи – смесь кольчуг, бригандин и добротных кожаных дублетов – сверкали в первых лучах. Это были не рекруты, а закаленные в стычках на дорогах и морях ветераны его "империи". У самых ворот, где уже кипела работа по формированию королевского поезда, их ждала Мелисса. Рядом с ней стоял рослый вороной жеребец Стеффона, уже оседланный. Увидев хозяина, Мелисса сделала шаг вперед. - Все инструкции переданы капитанам, милорд, – ее голос был четким, перекрывая городской гул. – Берик Дондаррион уже на 'Буревестнике' – он проверит грузы перед отплытием в Пентос. Мальчонка... он с отрядом у 'Морской Звезды', следит за починкой. Гунтор рычит на грузчиков у 'Штормового Пса', чтобы не задержались. Леди Бриенна патрулирует район таверн с третьим отрядом. Ванесса... Ванесса где-то здесь. - Мелисса чуть мотнула головой в сторону крыш, и Стеффон невольно усмехнулся – лучница-убийца предпочитала высоту. - Идеально, Мел, – Стеффон остановился перед ней. – Держи все в ежовых рукавицах. Если что – сигнал черным дымом с маяка у Рыбных Ворот. И помни… – он понизил голос, – ..у тебя есть Берик. Лорд-Молния. Он кивнул в сторону невидимого корабля в гавани. Берик Дондаррион, 25 лет, с пламенем в глазах и молнией в руке. Его прозвище он получил за невероятную скорость меча. Лорд Чёрного Очага, спасенный Стеффоном от разорения и позора. Долги дома выплачены, управляющие обучены хитростям торговли, которым научил его Стеффон. Берик был предан не за золото, а за честь и будущее своего дома. Его меч и имя были козырем Мелиссы. - И... малыш, – добавил Стеффон, имея в виду 14-летнего водного танцора. Тот был грозой в ближнем бою, его техника – смертельный браавосский танец – была чужда и страшна для непосвященных. Он был слишком ценен (и слишком юн) для рутинной охраны, но его скорость и жестокость были последним аргументом, если все остальное падет. - У меня есть все, милорд, – Мелисса твердо посмотрела ему в глаза. – А у вас? - Она кивнула на его отряд. Стеффон обернулся. Рядом с Лотаром, чье прошлое было мрачной легендой, стояли его лучшие клинки: Гунтор: Исполин лет 50, но выглядевший на 40. Блондин с седыми прядями в бороде, лицо – как вырубленное топором из дуба. На плече небрежно покоилась его "игрушка" – массивная двуручная секира, которой он мог разрубить коня пополам. Слухи о том, как он бревнами потопил пиратскую шхуну, ходили по всем тавернам. Возраст лишь добавил ему мощи и невозмутимости. 2. Бриенна Тарт: Высокая, неуклюжая в обычной жизни, но в доспехах (пусть и не самых изящных) она обретала устрашающую грацию. Ее длинный меч был чист и отточен. Ренли, вечно пьяный и ищущий развлечений, с облегчением пристроил "неуместную" девчонку-рыцаря к племяннику. Стеффон дал ей шанс доказать себя не на турнирах, а в настоящем деле. Ее преданность была железной. 3. Ванесса: Появилась словно из воздуха, спрыгнув с низкой крыши повозки. Стройная, с каштановыми волосами, собранными в тугой хвост. На спине – изящный, но мощный лук. На поясе – два тонких, как иглы, кинжала. Ее улыбка была обманчиво мила. - Думают, я только стреляю издалека? – ее голосок звучал почти невинно. – Ошибаются. Очень. - Она была кошмаром в ближнем бою, где ее скорость и знание слабых точек доспехов делали ее равной лишь горстке лучших в отряде Стеффона, включая его самого и пятерых рядом стоящих. Ее кинжалы находили щели в броне с пугающей точностью. И сам Лотар: Незыблемая скала. Сильнейший. Его шлем повернулся, скрытый глазомерами оценивая готовность отряда, возможные угрозы на площади. Его молчание было красноречивее криков. - У меня есть все, Мел, – Стеффон повторил ее слова с уверенной улыбкой, глядя на свою горстку: здоровяка Гунтора, идеалистку Бриенну, смертоносную Ванессу, юного призрака-танцора и непроницаемого Лотара. Остальные пятнадцать бойцов были не менее надежны – ветераны дорог и моря, преданные лично Стеффону и его делу. - Сто двадцать остаются с тобой. И Берик. И Малыш на берегу. С Королевской Гаванью все будет в порядке. Мелисса протянула ему последний свиток. - Распоряжения по новому контракту в Лиссе. На случай, если заскучаете в пути. - В ее глазах была тень грусти, но голос не дрогнул. - Возвращайтесь целыми. Империя не управляет собой сама. Стеффон взял свиток, на мгновение задержав ее руку в своей. - Береги себя, Мел. И наше золотое гнездо. - Он повернулся к коню. Лотар уже держал поводья. Остальные бойцы быстро оседлали своих лошадей или вскочили в седла – отряд был готов к маршу. Стеффон вскочил в седло, окинул взглядом свою личную гвардию – двадцать лиц, двадцать историй, двадцать клинков, преданных ему. Не наемников. Его меч и щит. - Отряд!На Север! За королем! – его голос, молодой, но полный командной силы, прозвучал над площадью. Лотар первым тронул коня. Гунтор громко крякнул, поправляя секиру за спиной. Бриенна выпрямилась в седле. Ванесса легко вспрыгнула на своего иноходца. Юный Танцор сделал это бесшумно, как кошка. Остальные двинулись следом. Стеффон бросил последний взгляд на Мелиссу, стоящую у ворот. Она подняла руку в прощальном жесте. Он ответил коротким кивком, развернул коня и направил его вслед за своим отрядом, который уже вливался в хвост огромного королевского поезда, уползающего, как многоножка, на Север, в холод и неизвестность. Мелисса смотрела им вслед, пока последний всадник не скрылся в проеме ворот. Потом глубоко вздохнула, крепче сжала свитки под мышкой и твердым шагом пошла обратно в город – к своим обязанностям, к своим бойцам, к своей империи. У нее не было времени на про щания. Она не прощалась. Она ждала их возвращения.