Часть 4

Вечер в Особняке Уэйнов должен был стать тихим. Алхимик был пойман, его оборудование конфисковано, и, по всем расчетам, эффект от его лучей должен был вот-вот рассеяться. Маленький Брюс, все еще в костюме Робина, сидел за Бэт-компьютером, изучая данные, а его семья рассредоточилась по Пещере, постепенно расслабляясь. Именно Тим первым заметил аномалию. —Странно, — пробормотал он, приближаясь к главному экрану. — Босс, твои биометрические показатели... они не стабилизируются. Брюс оторвался от схем, которые изучал. —Временные колебания. Эффект должен скоро прекратиться. — Нет, не в этом дело, — Тим покачал головой, его лицо стало серьезным. — Частота твоего сердцебиения, нейронная активность... они не просто «детские». Они начинают... регрессировать дальше. Слова повисли в воздухе, тяжелые и леденящие. Все замерли. — Что ты имеешь в виду, «регрессировать дальше»? — спросил Дик, подходя ближе. — Я имею в виду, что его биологический возраст, похоже, уменьшается. Медленно, но неуклонно. Сейчас он эквивалентен возрасту девяти лет и восьми месяцев. Девяти лет и шести... — Тим обернулся, его глаза были полны тревоги. — Препарат не просто уменьшил его. Он запустил процесс обратного развития. И если мы его не остановим... Он не стал договаривать. Исход был очевиден для всех. — Хорошо, — тихо сказал Брюс, и его детский голос прозвучал непривычно хрупко. — Значит, алхимик солгал о временном эффекте. Или не знал о полных последствиях. — Он спрыгнул со стула, его маленькое лицо сосредоточенно сжалось. — Дик, свяжись с Лигой. Нужны все данные по манипуляции с возрастом, магии, всему, что может иметь отношение к делу. Тим, проанализируй все компоненты, которые мы изъяли. Джейсон, Дэмиен — обыщите лабораторию алхимика еще раз. Возможно, мы что-то упустили. Он отдавал приказы, как обычно, но теперь за его собранностью сквозил оттенок паники, которую он не мог полностью подавить. Его тело предавало его, медленно превращаясь в еще более беспомощную версию самого себя. В течение следующих нескольких часов Пещера превратилась в центр исследований. Прибыли Супермен и Флэш, привезя с собой данные с сторожевой башни. Зелёный Фонарь сканировал самого Брюса, пытаясь обнаружить следы магии или инопланетных технологий. — Ничего, — наконец объявил Джон Стюарт, разочарованно выдыхая. — Энергетическая сигнатура земная, но не магическая. Это что-то... биологическое. Органическое. — Значит, противоядие должно быть таким же, — заключил Брюс. Его голос стал чуть выше, а черты лица — чуть мягче. Он выглядел теперь на восемь с половиной лет. Ему пришлось закатать рукава костюма Робина, чтобы освободить руки для работы. Проблема усугублялась. Его пальцы, ставшие меньше и менее скоординированными, с трудом попадали по клавишам. Сложные формулы и химические соединения, которые он обычно держал в уме, начали расплываться, уступая место более простым, детским мыслям. Однажды он поймал себя на том, что смотрит на мерцающий экран, думая не о квантовой физике, а о том, как сильно он хочет спать. — Босс, — осторожно сказал Дик, положив руку ему на плечо. — Тебе нужно отдохнуть. — Нет времени, — отмахнулся Брюс, но его протест прозвучал слабо. Его веки тяжелели. — Дэмиен, — тихо скомандовал Дик. Мальчик кивнул, подошел и, к всеобщему удивлению, легко поднял Брюса на руки. Тот был слишком измотан и сбит с толку, чтобы сопротивляться. — Отлично, — проворчал Джейсон, глядя, как Дэмиен уносит их уменьшающегося лидера в сторону жилых помещений. — Наш главный стратег теперь нуждается в тихом часе и, возможно, в сказке на ночь. — Джейсон! — строго сказал Супермен. — Что? Это правда! Как мы найдем противоядие, если наш гений превращается в второклассника? Именно этот вопрос витал в воздухе. Тим усердно работал, но он был первым, кто признал, что он блестящий последователь, а не первооткрыватель. Ему не хватало того интуитивного скачка гения, который был у Брюса. На следующее утро проблема стала критической. Брюс, которого разбудил Альфред, выглядел и вел себя на семь лет. Он смотрел на окружающих большими, растерянными глазами, с трудом вспоминая имена. Сложные схемы на экранах компьютера теперь были для него просто красивыми картинками. Он съежился, когда вошел Кларк, испуганный его размером и глубоким голосом. — Он не узнает меня, — прошептал Кларк, и в его голосе прозвучала настоящая боль. — Он тебя боится, большой мальчик, — прошептал в ответ Дик, сжимая кулаки от бессилия. — Его память и интеллект регрессируют вместе с телом. Мы теряем его. По частям. Тим, бледный и с красными от недосыпа глазами, подошел к ним. —Я... я не могу. Я перепробовал все комбинации, все возможные антидоты на основе его состава. Ничего не работает. Мне не хватает... его мозга. В этот момент из жилой зоны донесся испуганный крик Дэмиена. Все бросились туда. Маленький Брюс, теперь выглядевший лет на шесть, плакал, прижавшись в углу. Он вырывался из рук Дэмиена, который пытался его успокоить, и безутешно рыдал, зовя кого-то. —Мама! Папа! Где они? Я хочу домой! Это было последним гвоздем в крышку гроба. Его разум откатился до той ночи в переулке. До момента величайшей травмы. Альфред, с лицом, высеченным из камня, прошел мимо ошеломленных героев. Он медленно опустился на колени перед плачущим мальчиком. —Мастер Брюс, — сказал он мягко, но твердо. — Со мной все в порядке. Я здесь. Я отведу тебя домой. Он взял его на руки, и Брюс, узнав наконец знакомый голос и запах, прижался к нему, всхлипывая. Альфред понес его наверх, в особняк, оставив остальных в гробовой тишине Пещеры. Дик смотрел им вслед, и по его лицу текли слезы. —Мы его теряем. Осталось несколько часов, может, дней, и... его не станет. Вообще. Джейсон с силой ударил кулаком по столу. —Черт! Должен же быть способ! — Есть, — вдруг сказал Тим. Все взгляды устремились на него. — Но он вам не понравится. Нам нужен кто-то, кто может думать как Брюс. Кто понимает биохимию, квантовую механику и обладает тем... безумным скачком гения. — Уэйн Энтерпрайзис? — предположил Кларк. — Нет, — Тим покачал головой. — Нам нужен кто-то, кто был бы его интеллектуальным равным. А может, и превосходил его в некоторых областях. Нам нужен... Лекс Лютор. В Пещере повисло ошеломленное молчание. Сама мысль была кощунственной. — Ты предлагаешь доверить судьбу Брюса его злейшему врагу? — недоверчиво спросил Дик. — У нас нет выбора! — голос Тима сорвался. — Я просчитал все варианты. Это единственный, у кого есть и мозги, и ресурсы, чтобы разгадать эту формулу быстрее, чем Брюс превратится в новорожденного и... и исчезнет. Лютор — единственный, кто может спасти Бэтмена. Ненавидя его всем сердцем. Они смотрели друг на друга, понимая весь ужас этой дилеммы. Обратиться к дьяволу, чтобы спасти своего ангела-хранителя. — Хорошо, — наконец тихо сказал Дик, принимая бремя решения на себя. — Свяжемся с Лютором. Но если он посмотрит на него косо... если он сделает ему больно... Он не договорил. Угрозы были излишни. Каждый в Пещере понимал: они собирались заключить сделку с дьяволом, чтобы вернуть своего Бэтмена. И цена могла оказаться непомерно высокой.