Часть 5

Звонок на прямой линии Лекса Лютора был актом отчаяния. Дик Грейсон, сжимая трубку так, что кости белели, изложил ситуацию, опуская, разумеется, личность Бэтмена. Он говорил о «важном союзнике», о «редком химическом оружии» и о «взаимовыгодном сотрудничестве». На другом конце провода царила насмешливая тишина. —Грейсон, — наконец раздался гладкий, как масло, голос. — Вы хотите, чтобы я поверил, что Брюс Уэйн, ваш благодетель, случайно превратился в ребенка? И что вы, вся ваша яркая команда и ваши друзья с небес, не можете с этим справиться? Это восхитительно. Дик сглотнул. —Мы не просим веры. Мы предлагаем сделку. Вы получаете полный доступ к образцам неизвестной технологии, изменяющей возраст. И нашу... признательность. — Признательность, — Лютор рассмеялся. — Как трогательно. Ладно. Я приеду. Не из-за вашей признательности, а потому, что мысль о том, что Брюс Уэйн мочится в подгузник и зовет мамочку, слишком заманчива, чтобы упустить такое зрелище. Час спустя лимутин Лютора плавно остановился у ворот Поместья Уэйнов. Сам Лекс, в безупречном костюме, вошел в Пещеру с видом короля, посещающего зверинец. Его взгляд скользнул по Супермену, задержался на костюме Робина, висевшем на вешалке, и наконец упал на его главную цель. В углу, на мягком коврике, сидел Брюс. Ему было на вид лет пять. Он был одет в мягкие тренировочные штаны и футболку, и сосредоточенно строил башню из кубиков с буквами. При виде незнакомца он насторожился и инстинктивно отодвинулся к Альфреду, который стоял рядом, не спуская с Лютора глаз. — Ну, ну, — Лютор улыбнулся своей знаменитой беззубой улыбкой. — Брюс Уэйн. Мы наконец встретились на одном уровне. В прямом смысле этого слова. Он сделал шаг вперед. Кларк мгновенно встал между ним и мальчиком. —Лекс. Ты здесь, чтобы работать. Не издеваться. — Расслабься, Кал-Эл. Я профессионал. — Лютор медленно обошел Кларка, изучая Брюса как биологический образец. — Интересно. Регрессия затрагивает не только тело, но и разум. Он действительно не помнит? Ничего? — Его последние воспоминания, судя по всему, — это вечер перед... той ночью в переулке, — тихо сказал Альфред, и его голос дрогнул. Лютор замер. На его лице на мгновение мелькнуло нечто неуловимое — не триумф, а скорее... понимание? Он быстро оправился. —Жалко. Ладно, покажите мне то, ради чего я здесь. Тим провел его к компьютерам, показывая все данные. Лютор работал с пугающей скоростью. Его пальцы летали по клавиатуре, он строил молекулярные модели, которые Тим даже не мог полностью осмыслить. — Примитивно, но остроумно, — бормотал он. — Они использовали ретровирус на основе эписом, который переписывает теломеразную ДНК, заставляя клетки не просто молодеть, а возвращаться в эмбриональное состояние. Элегантный ужас. Работа шла часами. Брюс, тем временем, устал от кубиков. Он подошел к столу, где лежали части его костюма Бэтмена, и с любопытством потрогал перчатку. Пальцы утонули в жестком кевларе. — Что это? — спросил он тонким голоском, глядя на Дика. — Это... костюм супергероя, — с натянутой улыбкой ответил Дик. — Как Супермен? — глаза Брюса расширились, он смотрел на Кларка с обожанием, которое обычно вызывало у Брюса-взрослого лишь раздражение. — Да, малыш, как Супермен, — Кларк улыбнулся, но в его улыбке была грусть. Внезапно Лютор громко хлопнул ладонью по столу. —Нашел! Идиотский изъян в их формуле. Они не учли клеточную память мышечной ткани. Ретровирус разрушает миофибриллы, но ядро клетки сохраняет метаболический отпечаток взрослого организма. Это создает нестабильность. Именно поэтому эффект ускоряется. Он повернулся к ним, и в его глазах горел огонь настоящего научного азарта. —Мне нужны стволовые клетки. Его собственные, взрослые. У вас должен быть банк на случай серьезных травм. — Есть, — кивнул Тим. — В криохранилище. — И... образец его ДНК в его нынешнем состоянии, — Лютор указал на Брюса. — Для синхронизации. Процесс приготовления противоядия был напряженным. Лютор, оттеснив Тима, лично смешивал компоненты в стерильной лаборатории Пещеры. Все наблюдали за ним, затаив дыхание. Наконец, он наполнил шприц прозрачной жидкостью с легким голубоватым свечением. — Вот, — он протянул шприц Дику. — Антидот. Он должен стабилизировать его ДНК и запустить процесс созревания. Не мгновенный, но быстрый. За несколько часов. Дик взял шприц с благоговейным трепетом. Он подошел к Брюсу, который снова играл с кубиками. Мальчик с любопытством посмотрел на шприц. — Это не больно, — мягко сказал Дик. — Это поможет тебе. Брюс доверчиво кивнул. Укол был сделан в плечо. Первые несколько минут ничего не происходило. Брюс просто сидел, обняв колени. Потом он зевнул. — Альфред, — он потянулся к дворецкому. — Я хочу спать. Альфред поднял его на руки и, кивнув остальным, понес наверх, в его старую детскую спальню. Лютор наблюдал за этим с каменным лицом. — Ну, — он вытер руки платком. — Моя работа здесь сделана. Теперь о моей плате. — Мы передадим вам все данные по проекту, — сказал Тим. — Данные? — Лютор усмехнулся. — Дорогой мальчик, данные — это само собой разумеющееся. Я говорю о настоящей плате. Он подошел к костюму Робина и снял его с вешалки. —Это. Все застыли в шоке. — Вы не серьезно, — прорычал Джейсон. — Абсолютно серьезен, — Лютор аккуратно сложил костюм. — Материальный залог вашей... признательности. Напоминание о том дне, когда Лекс Лютор спас Брюса Уэйна от вечного детства. Думаю, я повешу это в своем кабинете. В рамочке. Он повернулся и направился к выходу, не дав им возможности возразить. — Лекс, — остановил его Кларк. — Зачем? Зачем ты вообще помог? Лютор остановился, но не обернулся. —Мир без Брюса Уэйна, Кал-Эл, был бы скучным. А мир без Бэтмена... — он на мгновение замолчал. — Был бы невыносимо предсказуемым. Мне нужен кто-то, на кого можно равняться. Или, в данном случае, кого превзойти. Убедитесь, что он выздоравливает. Мне еще многое нужно ему доказать. С этими словами он ушел, унося с собой костюм и оставляя за собой гробовую тишину. Прошло шесть часов. Команда молча сидела в гостиной особняка, не в силах разойтись. Вдруг дверь открылась, и на пороге появился Альфред. На его лице была усталость, но также и глубокое облегчение. — Мистер Уэйн просил передать, — голос дворецкого был твердым и ясным, — что он вернется в Пещеру через пятнадцать минут для проведения брифинга. И что он... крайне недоволен текущей ситуацией с безопасностью базы. Общее напряжение разрядилось вздохом облегчения. Он вернулся. Их Брюс был дома. Спускаясь в Пещеру, уже в своем обычном, сером тренировочном костюме, Брюс Уэйн выглядел... самим собой. Взрослым. Суровым. Но в его глазах, когда он бросил взгляд на пустую вешалку, где висел костюм Робина, мелькнула тень чего-то сложного — стыда, ярости и, возможно, капельки благодарности. — Итак, — его низкий, уверенный голос снова заполнил Пещеру, заставляя всех выпрямиться. — Начнем с самого начала. У нас есть преступник, которого нужно найти. И костюм, который нужно вернуть. Грейсон, — он посмотрел на Дика. — Первым делом, я хочу полный отчет. И... спасибо. Всем. Это было сказано тихо, почти невнятно, но для них это значило больше, чем любая речь. Их Бэтмен был назад. И Готэм снова мог спать спокойно. Даже если их лидеру теперь придется мириться с тем, что его заклятый враг владеет самым унизительным сувениром в истории.