Часть 2

Следующие три дня Блум провела в Алфее. Она, конечно, могла бы уже быть на Земле с Майком и Ванессой, украшая дом и готовя праздничные пироги, но каждый раз находилась всё новая и новая причина остаться в школе. Днём Блум помогала профессору Палладиуму с бесконечными важными бумажками, потом профессору Уизгису в теплицах, перебирая растения и сажая новые. Когда появлялась свободная минутка, она почти машинально шла в библиотеку к мисс Барбатее. Хоть та и уверяла, что вся работа выполнена и помощь не требуется, Блум всегда находила, чем заняться. Она уходила в самые дальние уголки библиотеки. Заходила туда, куда ученики, мисс Барбатея и даже Пикси-помощники никогда не бывают. Там Блум находила старые, потрёпанные книги, про которые все давным-давно забыли. Казалось бы, в библиотеке Алфеи, у мисс Барбатеи, такого и быть не может… но нет. Блум находила по две-три книги в день. Вынося их из тёмных углов, она садилась за стол и с неким предвкушением перебирала жёлтые странички, аккуратно реставрируя каждую. Когда и эта работа заканчивалась, она ходила вдоль стеллажей, проверяя порядок, выравнивая корешки, и обязательно возвращала на место заблудившиеся книги. Блум бралась за любую работу, делала всё — лишь бы не оставаться наедине с мыслями о нём… Его имя, как и он сам, не давали ей покоя. Стоило появиться хотя бы секунде тишины и мысли тут же заполнялись им. Его длинные светлые волосы, льдистые глаза постоянно мелькали в её голове. Даже запах кедр и мёд, казалось, преследовал её повсюду, вплетаясь в воздух Алфеи. Блум старалась противиться этим мыслям. Она злилась на себя. Запрещала думать о нём, отталкивала эти мысли, но они возвращались снова и снова, будто упрямо игнорировали все её попытки сопротивляться. Почему? Почему она постоянно думает о нём? Кто он такой? Для неё он был случайным прохожим. Владельцем лавки зелий. Обычным человеком. Он был тем, с кем она больше никогда не увидится. От осознания этой мысли в груди что-то неприятно сжалось. Резко зажмурившись, она замотала головой, пытаясь избавиться от всех навязчивых мыслей. Так не должно быть. Валтор — это просто Валтор. Его имя… Она произнесла его имя впервые за три дня. За три чёртовых дня, в течение которых она так безуспешно боролась с собой. Блум тяжело выдохнула и закрыла лицо руками, упираясь локтями в колени. Неожиданный телефонный звонок заставил её вздрогнуть. Блум резко выпрямилась и вытащила телефон из кармана джинсов. На экране высветилось имя Стеллы. — Да, при… — начала Блум, но договорить она не успела. — Блум! Блум! — радостно верещала Стелла в трубке. — Ты слышишь меня? Я тебе сейчас такое расскажу! Ты слышишь? Точно слышишь? — Стелла, — резко сказала Блум, заставив подругу остановиться. Голова плохо соображала после всех мыслей. Она закрыла глаза, потёрла переносицу, выдохнула и только потом продолжила: — Я тебя слушаю. Что случилось? — Ты. Не. Представляешь, — почти прокричала Стелла. Понимая, что разговор будет долгий, Блум медленно уселась в кресло и откинулась на спинку. — Всё было как обычно, — Стелла начала свой рассказ, — но вдруг… Нет! Можно сказать, что всё было так, только у меня было какое-то предчувствие. А ещё за два дня до этого тоже всё было обычно, но на самом деле, — она хихикнула, — больше предчувствия, чем обычно. Я просто как всегда ходила по замку, мы уже должны были улетать на Эраклион, но ещё тогда, в тот день… Нет. Стой. Не в тот день, а за день до этого. Да-да-да, верно. Так вот. За день до этого… — Стелла, — умоляюще протянула Блум, запрокидывая голову назад, — я… — она закусила губу, пытаясь не сказать чего-то лишнего и не обидеть подругу. Всё, что сказала Стелла, может быть действительно важно для принцессы Солярии, — я немного запуталась… Это было вчера или позавчера, и в какой день было предчувствие, а в какой — всё обычно? — она постаралась перечислить все слова, которые часто встречались в рассказе подруги, чтобы хоть как-то разобраться самой. — Что?! — воскликнула Стелла, и Блум была уверена, что в тот момент у подруги очень быстро захлопали реснички. — Нет, нет, нет, — затараторила она в трубке, — Блум, это было неделю назад. Давай лучше сегодня встретимся в Магиксе, я всё тебе расскажу. Магикс… За последние три недели она была там столько раз, что шумные улицы и разнообразные магазинчики снились ей чуть ли не каждый день. От одной мысли о стеклянных витринах, новогодней мишуре и толпе людей её начинало подташнивать. Она готова была три часа без остановки слушать рассказы Стеллы и затем полностью их пересказать. Готова была сидеть часами на уроках Гризельды. Готова была на всё что угодно, только не Магикс… Подарок для Ванессы так и не нашёлся, рассказ Стеллы остался невыслушанным, а значит, придётся ехать. Блум всё-таки согласилась и уже через час стояла на автостанции Магикса. *** Стоя напротив уже знакомой деревянной двери, она неуверенно переминалась с ноги на ногу, всё никак не решаясь зайти. Перед собой она держала небольшой свёрток с альпеловым шоколадом. Что с ней такое? Зачем она всё это делает? Блум мысленно усмехнулась, когда в голове вновь прозвучали эти вопросы. Всё время, что она шла до Аллеи 12, дома 5, она спрашивала себя об этом, но ответа так и не нашла. Всё было как в тумане. Она увидела на полке этот шоколад и сразу поняла, для кого он. Больше тянуть время не было смысла. А что от этого изменится? Она резко развернётся и пойдёт домой? Ответ на этот вопрос Блум знала точно ещё с той секунды, как только подошла к таверне. Глубоко вздохнув, она потянулась к железной ручке и вошла внутрь. Уже знакомое сочетание кедра и мёда с порога ударило в нос, отчего в груди разлилось приятное тепло. Внутри лавки всё оставалось как и прежде, только посетителей, кроме неё, не было. Блум неторопливо направилась к прилавку. Через несколько секунд вышел он. В этот раз на его лице не было ни капли удивления, лишь улыбка. Он не остановился в проходе ни на долю секунды, как тогда. Он будто ждал её и знал, что она вот-вот придёт. — Привет, — тихо сказал мужчина. — Привет, — ответила Блум. Что-то было не так. Но вот только что именно, она не могла понять. Мужчина аккуратно рассматривал Блум. Такая близость её немного смутила, и она опустила взгляд в пол, чувствуя, как щёки заливает румянец. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Валтор. Он заметил, как Блум от нервов теребила краешек свёртка. — Нет-нет, всё в порядке, — заверила она его, — просто я… я принесла вот это. — Она положила его на стол. — Это… С Рождеством. Она не понимала, почему так сильно нервничает из-за этого пустяка. Она всего лишь принесла подарок на Рождество для своего знакомого. На его лице появилось изумление, а следом быстро сменилось лёгкой улыбкой. Он взял крафтовый мешочек и аккуратно распаковал его. — Это же… — его лицо вытянулось от удивления, и он поднёс его ближе, чтобы рассмотреть и вдохнуть запах, — альпеловый шоколад, — не веря своим словам, сказал он. — Его же почти невозможно найти, — он с долей восхищения и удивления посмотрел на неё, и в его взгляде появилась непонятная надежда. Через несколько секунд тишины добавил: — Спасибо. В ответ Блум улыбнулась и коротко кивнула. Честно говоря, она сама не ожидала, что купит его. Блум просто увидела его в магазине на полке, и руки сами потянулись к шоколаду. — Ты знаешь, в чём его особенность? — спросил мужчина. Она задумалась на несколько секунд, но следом ответила: — Нет, — Блум знала лишь, что это очень редкий продукт, который действительно почти невозможно найти. Но вот откуда она это знала — не помнила. — Для каждого он абсолютно разный по запаху и вкусу: кому-то карамель, кому-то арахис, — рассказывал он, рассматривая вблизи кусочек шоколада. — А ещё… — он перевернул руку ладонью вверх, и на ней вспыхнул огонь. Следом Валтор положил его на ладонь, и шоколад даже не собирался плавиться. — Как это возможно? — тихо спросила Блум, не отрывая взгляда от пламени. — Честно, я и сам не знаю, — усмехнувшись, ответил мужчина. — У меня для тебя тоже есть подарок, — после паузы добавил Валтор и сразу же удалился в коморку. Подарок? Блум точно не ожидала такого. Быстро вернувшись, он положил на стол небольшой овальный камушек розового цвета. — Что это? — спросила Блум, беря это в руки. — Он показывает твои воспоминания. Они будут любыми. Всё зависит от него: он сам решает, что тебе нужно увидеть, — пояснил Валтор. Камень начал слегка нагреваться, и в середине появилось потемнение. Следом оно собиралось в силуэты. Внутри появилось знакомое чувство теплоты. На камне появились едва узнаваемые силуэты Майка, Ванессы и маленькой Блум. Это было Рождество. Камень каким-то образом передавал все те ощущения, эмоции и чувства, что были тогда, сюда, прямо сейчас, к ней в душу. Это было удивительно. Она чувствовала всё, что было тогда, сейчас. Смотря на картинку, она помнила всё то, что было там. Это было потрясающе. — Спасибо, — сказала она, всё ещё смотря своё воспоминание. Кажется, Блум только что наконец-то решила проблему с подарком для Ванессы. Об этом, конечно, лучше не стоит говорить Валтору. Она подняла на него взгляд и увидела то же самое, что и в прошлый раз, когда она обмолвилась про Рождество. Тот самый взгляд. И, похоже, он явно хотел что-то сказать, но почему-то не решался. — Валтор, что-то случилось? — обеспокоенно спросила она. — Блум… — протянул мужчина, опуская глаза в пол. Его пальцы нервно застучали по прилавку. — Я хотел поговорить. — О чём? — настороженно спросила она. На лбу выступила морщинка. Валтор на секунду прикрыл глаза, потёр переносицу и тяжело вздохнул. — Пожалуйста, не принимай меня за сумасшедшего, — Валтор наконец взглянул на девушку. Блум чувствовала, как вокруг нарастает напряжение, а желудок неприятно скручивало. Вдруг он накрыл её руку своей. Блум недоверчиво посмотрела на это, но руку не убрала. Она подняла взгляд на него и лишь ждала объяснений. — У нас осталось мало времени, — он смотрел прямо в глаза, в надежде увидеть то, что было так важно, — совсем мало, — умоляюще сказал он. Осталось мало времени. С каждым словом Валтора вопросов становилось всё больше и больше. И действительно, в этой ситуации вполне разумно было принять его за сумасшедшего. Но, может быть, он просто её разыгрывает, и это всё шутка? — Так и быть, — улыбнулась Блум, решив подыграть ему, — уговорил, я останусь с тобой ещё на час. Но он никак не поменялся в лице, а наоборот, стал ещё больше нервничать и крепче сжимать её руку. — Валтор, — в изумлении обратилась к нему Блум, — я не смогу остаться дольше, мне надо к родителям. — Блум, ты действительно ничего не помнишь? — с досадой спросил он. Взгляд невольно опустился на прилавок. Она постаралась вспомнить, о чём они могли говорить до этого. У них было не так много встреч, чтобы договориться о чём-то либо пообещать что-то. — Валтор, я не понимаю, о чём ты. — Блум, у нас осталось не так много дней. Пожалуйста, вспомни всё до… — он резко остановился, не договорив. Было видно, как челюсть крепко сжалась. Спустя секунду, более спокойно, он продолжил: — Пожалуйста, вспомни всё, что было до. — Валтор, что всё? — она чувствовала, как внутри всё закипает от злости. — Ты меня пугаешь. Это уже не смешно, — Блум замотала головой и одёрнула руку. — Я не шучу, — коротко ответил он. Взгляд становился жёстче. — Раньше ты вспоминала всё намного быстрее. Это моя вина, что всё так затянулось. Я искал тебя по всему волшебному измерению и никак не мог найти, пока мы не встретились в магазине. Пожалуйста, попытайся вспомнить всё, иначе нас уже никогда не будет, — закончил он и схватил её за плечи, всматриваясь в глаза и пытаясь там что-то разглядеть. — Нас?! — с яростью воскликнула она, вырываясь из хватки и отходя назад. У Блум был предел, и он закончился прямо сейчас. Она сжала зубы и резко выдохнула через нос. — Причём тут мы?! Нас с тобой нет, есть только ты и я! — Не говори так! — вскрикнул он и ударил по прилавку. Она дёрнулась назад, а внутри всё сжалось. Злость на лице Валтора мгновенно исчезла. — Прости, прости меня… Я не хотел… — едва слышно сказал мужчина, не поднимая глаз. Кинув на него последний взгляд, Блум резко развернулась и направилась к выходу. Дверь с грохотом закрылась, и тишина окутала пространство. Он чувствовал, как ноги начинают дрожать, а тело медленно сползает на холодный пол. В глазах неприятно защипало. Боль разлилась по телу и почти сразу исчезла, поглощаемая ледяной пустотой. Воздух стал слишком плотным. Это было похоже на конец. Они больше никогда не встретятся. Никогда.