Глава I. Битва за гору

Саске сидел чуть в стороне, отстранённо слушая, как отец и Итачи обсуждали план. Гора Кагеяма должна была стать их. Это казалось очевидным: без контроля над торговыми путями клан Учиха и вся Кагемура задыхались в путях и пошлинах, которыми их сдавливала Коноха. Дальше терпеть было невозможно. И всё же смутные сомнения теплились в груди Саске. Они хотели ударить малой группой, пусть и лучшими шиноби, и захватить участок, который контролировала Страна Огня. Даже если защитники были третьесортными, угроза оставалась велика. К тому же Коноха пока не знала, что в заговор втянута и Страна Звука, жаждавшая шахт в недрах этой горы. Сможет ли это сработать? Саске не знал. Но, возможно, выбора у них не оставалось — они должны были сделать этот шаг уже давно. Он поднял взгляд на Итачи. Его старший брат был для него опорой, залогом стабильности в этом хаосе. Рядом с ним всё казалось возможным. Когда-нибудь Итачи станет главой клана, поведёт их вперёд. Если он верит в успех, значит, верить должен и Саске. ~~~ Этот день тянулся бесконечно. Сакура перебирала бумаги, краем глаза поглядывая на часы. Совсем скоро нужно было отнести отчёт Хокаге. На столе, среди свитков и папок, стоял небольшой букет — цветы уже начали вянуть. Их несколько дней назад принёс Ли. Тогда он заскочил к ней в госпиталь, сияя, как всегда, и сказал, что их команда уходит на дежурство к Кагеяме. «Мы усилим посты и вернёмся с победой, Сакура-сан!» — громко заверил он. А напоследок сунул ей эти цветы, будто собирался на свидание, а не на миссию. С тех пор её дни снова сузились до привычного круга — работа, дом, редкие короткие встречи с Ино. Ли же был тем, кто чаще всего вытаскивал её из этой рутины. Он умел явиться неожиданно и буквально утащить её тренироваться или хотя бы пройтись по деревне, не принимая отказа. И хотя Сакура никогда не говорила это вслух, без него жизнь становилась заметно тише. В целом, она привыкла к этому, уже год руководила госпиталем и считала, что справляется. Но сейчас нахмурилась: папки опять были подшиты не так, как она просила. — Цукаси, я же говорила, не раскладывать по датам приёмов, а по видам травм, — недовольно бросила она. Помощница насупилась. Сакура тяжело вздохнула. — Ладно, уже некогда переделывать. В следующий раз, пожалуйста, сделай как надо. Она схватила папку и вышла за дверь. Вечер ещё не опустился на Коноху, и улицы были залиты мягким светом. Возле госпиталя, как всегда, тянулся аромат рамена — три лавки прямо напротив соревновались в запахах. Сакура усмехнулась: она никогда не любила лапшу, но из-за Наруто пересидела, кажется, во всех забегаловках города. С лёгкой улыбкой она двинулась в сторону резиденции Хокагэ. — Сакура. Она обернулась. На улице стоял Какаши, по-своему небрежный, но внимательный. — Какаши-сенсэй. Привет. — Куда идёшь? — Отчёт несу Хокагэ. — Уже поздновато, — заметил он и будто лениво почесал затылок. — Я тоже иду к ней. Пойдём вместе. Они двинулись рядом. — Что-то случилось? — спросила Сакура, чувствуя в его голосе оттенок напряжения. Какаши коротко кивнул. — Есть задание. Мне, Наруто… и Джирайе. — Вы? — Сакура приподняла бровь. — Без медика? Какаши посмотрел на неё поверх маски, в глазах мелькнула улыбка. — Это секретная миссия. — Секретная? — она фыркнула. — Ты хотя бы намекни. — Вообще-то я не должен говорить… — он замялся и всё же добавил: — Но раз уж мы идём вместе… Думаю, что придётся разведать северные торговые пути. Сакура нахмурилась. — На севере? Уже давно ходят слухи, что Учиха снова что-то мутят. — Именно, — коротко сказал Какаши. Солнце садилось, окрашивая его седые волосы в оранжевое. Сакура вдруг поймала себя на мысли, что они действительно давно не были в команде. Ей не хватало миссий. Они поднялись по лестнице в резиденцию. У дверей, как обычно, лениво стояли охранники, салютовали им. Цунаде сидела за горой бумаг, раздражённо перелистывая отчёты. Поросёнок копался в свалившейся стопке у её ног. — Какаши, ты опоздал, — рявкнула она. Тот виновато почесал шею. — Да. И… Сакура, — Цунаде подняла глаза. — Отчёт? — Вот, — девушка протянула папку. — Клади вон туда, — махнула рукой Хокагэ в сторону шаткой стопки. — Может быть, я его прочту лет через десять. Сакура, вздохнув, осторожно стабилизировала стопку. — На самом деле, я знаю о миссии Какаши, — решилась она. — И… у вас нет медика. Я закончила отчёты, могу пойти с ними. Цунаде прищурилась. — Ты даже не знаешь, что это за миссия. Вдруг это миссия соблазнения? Сакура выгнула бровь и медленно перевела взгляд на Какаши. — Соблазнения кого? Его? Какаши от неловкости чуть не поперхнулся воздухом. Цунаде хмыкнула. — Ладно. Ничего романтичного. Нужно проверить северные пути. Слишком много странных шиноби в последнее время, и отчёты с границы меня не радуют. К тому же мы повысили пошлины — врагов у нас точно прибавилось. — Тогда я иду с ними, — уверенно сказала Сакура. Цунаде задумчиво покачала головой. — Придётся найти тебе замену в госпитале. Но… Шизуне недавно вернулась из отпуска. Она справится. Сакура пожала плечами. — Значит, решено. Цунаде устало откинулась в кресле. — Завтра выдвигаетесь к горе Кагэяма. И, прошу вас, не подведите. Она кинула Какаши свиток с описание миссии и махнула рукой, выгоняя их из кабинета. ~~~ — Ого, Сакура! — Наруто замахал рукой, когда заметил её. — Рад тебя видеть! Не знал, что ты пойдёшь с нами. Сакура прищурилась. — Думал, справитесь без меня? На такую миссию — и без медика? Как же так, Наруто? — Э-э… — он почесал затылок, растягивая слова. — Да нет, просто мы думали, что тебе больше нравится в госпитале. И Сакуре действительно нравилось. Но в последнее время всё было слишком спокойно. Возможно, стоило брать больше миссий. Она улыбнулась. — Я закончила с отчётами, вот и решила выбраться. Тем более миссия недолгая, думаю, справимся. Наруто кивнул с довольной улыбкой. Рядом, чуть в стороне, всё это время молчал Джирайя. — Здравствуйте, Джирайя-сама, — вежливо сказала Сакура. Он коротко кивнул. — Какаши, как всегда, опаздывает, — заметил он, и голос его звучал непривычно серьёзно. — И мне кажется, что для это миссии набралось слишком много лишних людей. Сакура вдруг почувствовала укол — будто слова о «лишних» были направлены на неё. Она насторожилась, но промолчала. — Да ладно вам, Джирайя-сенсэй! — вмешался Наруто. — Сакура точно не помешает. — Сакура — не помешает, — хмыкнул Джирайя. — А вот вы двое… — он окинул взглядом Наруто и невидимого пока что Какаши. — Если будете вести себя по-детски, то толку от вас мало. Сакура вдруг усмехнулась: — Может, тогда нам с вами вдвоём пойти, Джирайя-сама? А их оставить в раменной. На лице Джирайи мелькнула хитрая улыбка. — Впервые слышу от тебя такое заманчивое предложение, Сакура. Она тут же смутилась, осознав, что сказала. — Я… ну… возможно, в другой раз. И в этот момент с ветки неподалёку мягко спрыгнул Какаши, как всегда — появляясь так, будто делая одолжение. — Хей! — раздался знакомый голос сверху. Какаши легко спрыгнул с ветки и приземлился рядом. — Вроде в этот раз я не так сильно опоздал. Он явно был доволен, что команда собралась в полном составе, но Джирайя уже скрылся из виду. — Эй, Джирайя-сенсей! — заорал Наруто, оглядываясь. — Куда это он? Почему так быстро? Какаши только пожал плечами. Сакура поправила рюкзак за плечами. — Думаю, наше время ограничено. Нам пора выдвигаться. Они двинулись в путь. Сначала под ногами мягко шуршала трава, затем шаги увели их в раскидистый лес, где кроны сомкнулись, скрыв солнце. До горы Кагеяма был примерно день пути. Возможно, они справятся даже без привала. Сакура бежала за Наруто, глядя на его спину. В голове текли обыденные мысли — о новых отчётах, о том, что нужно наконец заставить Цукаси подшивать папки правильно, о ремонте дома, который откладывался уже полгода. Она поймала себя на сожалении: целый год прошёл без миссий, и она отвыкла от этого чувства дороги. Да и нужна ли ей эта миссия? Её цель — госпиталь. Она хотела открыть дополнительное отделение для детей, сделать систему помощи более доступной. Но всё время казалось, что у неё не хватает опыта. Она перевела взгляд на Наруто. Его достижения поражали: ученик Джирайи, спаситель деревни, сын Четвертого Хокагэ, человек, в котором жила сила Курамы. Настоящий символ надежды. Он был шумным и простодушным, но все знали, что именно он способен изменить мир. Сакура вздохнула. Она — из обычной семьи. Да, ученица Хокагэ. Да, её тренировал Какаши, копирующий ниндзя. Но разве этого достаточно, чтобы идти в ногу с теми, кто творит историю? Её взгляд скользнул к Какаши. Серые волосы, спокойная осанка. И Сакура вдруг поймала себя на мягкой улыбке. Возможно, она даже немного… влюблена в своего сенсея. Ей было уже двадцать один — она давно стала взрослой. Какаши старше лет на десять, ну и что? Взрослые люди, взрослые чувства. Но что бы он сделал, узнай он о её мыслях? Сакура покачала головой. Внутренняя Сакура тут же захихикала: «Да он будет просто в шоке!». Путь шёл в тишине. Они обменивались короткими фразами, останавливались у реки, где поймали рыбу и пожарили её на костре. Всё это походило на приятную вылазку, но каждый понимал: это лишь затишье перед чем-то серьёзным. Когда до Кагеямы оставалось совсем немного, Какаши достал свиток и развернул его. — В целом, наша задача — обследовать окрестности, — сказал он. — Проверить, нет ли ловушек, барьеров, каких-либо странных устройств. Опрашиваем местных — начнём с деревни Хосива неподалёку. Как правило, бабушки знают куда больше, чем местная охрана. Сакура кивнула. — Но почему именно сейчас? Почему эта гора? — В последнее время поступает слишком много противоречивых сведений, — спокойно ответил Какаши. — Разведка фиксирует странные передвижения шиноби. Никого поймать не удалось. К тому же, после того как мы подняли пошлины, слишком многие остались недовольны. Нужно прояснить ситуацию, прежде чем случится что-то серьёзное. — То есть, миссия ранга B? — уточнила Сакура. — Формально, да, — Какаши пожал плечами. — Но, как ты понимаешь, иногда «просто разведка» оказывается куда опаснее. Наруто нахмурился. — Но разве кто-то реально решился бы напасть на такое место? Здесь же куча охраны. Это торговые пути! Какаши посмотрел на него серьёзно. — То, что место хорошо охраняется, не значит, что его не попытаются взять. Страна Тени слишком давно хочет вырваться из блокады. А теперь у них есть союз со Звуком. Вместе они могут рискнуть. И кто знает, что ждёт нас на Кагэяме. — Для начала, думаю, мы должны разделиться, — сказал Джирайя, обводя всех взглядом. — Я пойду с Наруто. Какаши, Сакура, вы пойдёте вместе. — Я думала, мы зайдём на пост, — возразила Сакура. Она знала: Рок Ли вместе с Неджи и Тентен сейчас находились на Кагэяме, усиливали охрану. Ей казалось естественным — сперва встретиться с ними, обменяться информацией. Но, судя по выражению лица Какаши, в этих планах визит к их посту вовсе не значился. Он лишь коротко взглянул на неё из-под повязки и сказал: — Не сейчас. У нас есть конкретная цель. Сакура нахмурилась, но промолчала. Джирайя покачал головой. — Нет. Пока мы не соберём хоть какую-то информацию, шиноби на страже не должны знать о нашем присутствии. Сначала — местные жители. — Окей, — кивнул Наруто. — Тогда мы на восток, вы — на запад. Какаши взглянул на Сакуру. — Мы пойдём в деревню Хосива. Твоя задача — общение. Сакура приподняла бровь. — Думаешь, я способна только опрашивать бабушек? Какаши почесал затылок. — Ну, я тоже умею, но у тебя это выйдет лучше, ты внушаешь больше доверия. А Джирайя с Наруто пусть осмотрят местность. Она вздохнула, но промолчала. Они разделились и скрылись в темноте. До Хосивы было всего полчаса пути. Когда добрались, ночь уже легла на лес. С опушки открывался вид на огонёк, мерцающий вдалеке. Небольшой постоялый двор стоял чуть в стороне от деревни. — Остановимся здесь, — сказал Какаши. — Путники бывают разговорчивее, чем местные стражники. Сакура кивнула. Внутри их встретила женщина средних лет с мягкими чертами и доброй улыбкой. Она стояла за деревянной стойкой, поклонилась и приветливо сложила руки. — Доброй ночи, путники из Конохи. Какой номер вам нужен? — Один, с двумя отдельными кроватями, — спокойно ответил Какаши. — Конечно. У нас как раз остался последний, — её улыбка не дрогнула, но в голосе проскользнула странная интонация. — Следуйте за мной. Они двинулись за хозяйкой по узкому коридору, освещённому лишь парой тусклых фонарей. — У вас часто так много гостей? — спросила Сакура, стараясь, чтобы вопрос прозвучал небрежно. Женщина обернулась на ходу и кивнула. — В это время года обычно бывает оживлённо… но в этот раз гостей действительно больше, чем обычно. Сакура почувствовала, как по спине пробежал холодок. Её улыбка оставалась вежливой, но внутри уже зарождалось беспокойство. Когда они проходили по коридору, она вскользь бросила взгляд на приоткрытую дверь — и тут же столкнулась с внимательным взглядом. Мужчина просто стоял, словно ждал. Сакура тут же отвела глаза, но ощущение его взгляда осталось. Она уловила и другое: слишком тихо. Обычно такие постоялые дворы были полны звуков — торговцы, странники, шумные разговоры, смех, споры, партии в го. Вечная возня тех, кому нечем себя занять. Здесь же стояла гробовая тишина, будто весь отель затаил дыхание. Хозяйка открыла перед ними дверь и протянула ключ. Они сухо попрощались и скользнули внутрь. — Ты заметил? — первой нарушила тишину Сакура. — Да, — коротко ответил Какаши. — Здесь точно что-то происходит. — Думаешь… Учиха? Он покачал головой. — Не знаю. Вот это мы и должны выяснить. В любом случае, тут есть люди, которые ведут себя подозрительно. Вопрос в том — кто именно. — С чего начнём? Какаши усмехнулся, бросая взгляд на кровать. — С того, что поспим. Если сразу после заселения пойдём разгуливать, это будет выглядеть слишком странно. Завтра на завтраке посмотрим внимательнее, кто тут остановился. Сакура нехотя кивнула. — Хорошо. Они быстро разложили вещи, по очереди посетили ванную и улеглись. Но сон не приходил. Перед глазами у Сакуры снова и снова вставал тот мужчина. Он выглядел слишком собранным для случайного путника. И, пусть она не видела оружие напрямую, всё равно знала: оно было. Слишком отчётливо проступали очертания под одеждой — ножны, характерный изгиб, который не спутаешь с вещами обычного путешественника. Это было оружие шиноби. Она перевернулась на бок, прижала ладонь к груди, будто пытаясь унять тревогу. «Кто они? И почему именно здесь?..» Погружаясь в сон, Сакура перебирала варианты, и ни один из них не обещал ничего хорошего. ~~~ Ночь опустилась быстро. Лес вокруг горы будто дышал — тихо шелестели кроны, где-то вдали кричала ночная птица. Наруто шагал рядом с Джирайей, виляя плечами, будто старался разогнать сон. Джирайя шёл впереди, изучая каждый след. Он то касался ладонью коры, то приседал, вглядываясь в примятую траву, то прижимал пальцы к земле, будто слушал её дыхание. — Кажется, здесь, — произнёс он вдруг. — Что здесь? — Наруто тут же подскочил ближе. — Смотри, — Джирайя показал на траву. — Здесь точно останавливались люди. И пытались скрыть это. — Ты думаешь, это шпионы? — Вероятно. Вряд ли охотники стали бы заметать следы. — Он поднял на пальцах комок земли. — Примерно двенадцать часов назад. Не так давно. — Они уже могли уйти далеко, — нахмурился Наруто. — Если это шпионы, то они просто так не просто уходят, — спокойно ответил Джирайя. — Их задача — наблюдать и собирать информацию. Они двигаются постоянно, чтобы не оставить чёткой точки. Одни живут на улице, стараясь, чтобы их никто никогда не видел. Другие… маскируются под местных, селятся в отелях, как будто обычные путники. Наруто почесал голову. — Ну и зачем такие сложности? Разве не проще договориться? Джирайя посмотрел на него так, будто впервые видел ребёнка. — Договориться? Наруто… когда одна страна получает выгоду, другая почти всегда теряет. Баланс — штука жёсткая. Если ты хочешь стать Хокагэ, ты должен это понимать. Мир не держится на красивых словах. Мир держится на интересах. Наруто нахмурился, опустил взгляд. — Звучит совсем не мирно. — Такова жизнь, — Джирайя положил ладонь ему на плечо и слегка подтолкнул вперёд. — Идём. Нам нужно обойти всю гору. Наруто вскинул глаза на громоздящуюся впереди тёмную массу Кагэямы. — Ого, она же огромная… Может, всё-таки остановимся? — Ночь — лучшее время для разведки, — отрезал Джирайя. — Шпионы маскируются днём. А ночью мы сами для них — тени. Наруто застонал, но тут же встрепенулся: — Ладно! Если нужно бодрствовать — я справлюсь. — Посмотрим! — усмехнулся Джирайя. Он вскочил на дерево и быстро двинулся вперёд, туда, куда вели следы шпионов. Наруто рванул за ним. Луна прорывалась сквозь кроны, вспыхивая серебром то на ветках, то на их лицах. Джирайя сложил печати, и рядом с ним вспыхнули два клона, что скользнули параллельно в сторону, прочёсывая местность. — Я тоже могу сделать клонов, — предложил Наруто. — Пока не нужно. Побереги силы, — отрезал Джирайя. Он хмурился. Наруто заметил, но промолчал. Опытный взгляд сенсея будто видел больше, чем глаза. Внутри всё время било тревогой: что-то не так. Слишком тихо, слишком чисто. Инстинкт, выработанный десятками битв, буквально кричал, что опасность рядом. Неужели мы опоздали? Мысль едва успела мелькнуть, как Джирайя резко остановился. Наруто, не успев затормозить, пролетел вперёд на пару метров и тоже замер. — Что такое, сэнсэй? — прошептал он. — Тихо, — ответил Джирайя. Его взгляд был прикован к лесной поляне впереди. В воздухе мерцала прозрачная завеса. Барьер. Тщательно замаскированный, но для Джирайи — очевидный. Внутри что-то происходило: он чувствовал колебания чакры, тяжёлые и плотные, как гроза за горизонтом. — Это не просто следы, — пробормотал он. — Это боевой отряд. Они уже здесь. ~~~ Сакура уныло ковыряла ложкой в каше. Было раннее утро, и они с Какаши совершенно точно не выспались. Для шиноби это не редкость, но всё равно веки предательски наливались тяжестью. Она закинула в рот пилюлю для восстановления и молча передала одну Какаши. Он даже не посмотрел на еду. Сидел, как всегда, ровно, с тем же непроницаемым видом, но его взгляд… Сакура заметила, что он не смотрит на еду, не на неё. Он сканировал комнату. Она едва не вздрогнула, когда увидела знакомое лицо. Тот самый мужчина, вчерашний. Тот, что следил за ними из дверного проёма. Он прошёл мимо, взял поднос и сел через стол. Начал есть так же молча, как и все остальные. Сакура украдкой следила за ним, стараясь, чтобы её взгляд не был слишком откровенным. Но сидел он неудобно, под углом, и рассмотреть толком было невозможно. Она встала, будто просто собираясь отнести посуду. — Куда пошла? — тихо спросил Какаши, но Сакура не ответила. Обходя стол, она прошла прямо рядом с мужчиной и бросила быстрый взгляд. На поясе висела катана, завязанная черной верёвкой. На ней — маленькая подвеска в форме веера. Символ клана Учиха. Понятно, пронеслось в её голове. Через пятнадцать минут они уже перехватили его с Какаши у выхода на задний двор, возле уличного туалета. — Очень самоуверенно с твоей стороны носить символ клана Учиха так открыто, — холодно сказал Какаши. Он вжал мужчину плечом в деревянную стенку уличного туалета. Сакура тем временем наложила простое гендзюцу, скрыв их фигуры от случайных глаз. Внутри всё сжималось: от этого человека исходила липкая, тяжёлая враждебность. — Что ты здесь делаешь? — начал допрос Какаши. Мужчина молчал. В его глазах не было страха. Какаши откинул повязку, обнажая шаринган. — Отвечай! Тот злобно ухмыльнулся и сплюнул в сторону. — А… я знаю тебя. Вор! — прошипел он. — Это отвратительно, что ты всё ещё жив! Ты не имеешь права носить этот глаз! Он дёрнулся, но Какаши держал крепко. — Что ты здесь делаешь? — вмешалась Сакура. — Не заставляй нас применять силу! — Силу? — мужчина скалился всё шире. Отсутствующие боковые зубы делали ухмылку звериной. — Какую силу вы собрались применять? Вы опоздали! — его голос стал криком. — Вы все сдохнете, а мы получим то, что наше по праву! Какаши рванулся, но поздно. Мужчина резко прикусил зубами капсулу, вмонтированную под языком. Сухой хруст — и по его губам потекла чёрная пена. — Чёрт! — Сакура бросилась к нему, руки вспыхнули зелёным светом, пытаясь остановить распространение яда. Но всё происходило слишком быстро. Лицо мужчины исказила последняя ухмылка, и он рухнул вниз, сползая по стенке. Даже если бы она спасла его, это заняло бы слишком много времени, а говорить он все равно не смог бы. В этот момент раздался гулкий взрыв. Земля дрогнула. Они оба резко обернулись. С вершины Кагеямы в небо вырывался чёрный, густой дым. Не лёгкий туман, а страшный след огня, след от массивного взрыва, будто сама гора застонала. — Оставь его, — коротко сказал Какаши. Сакура подняла глаза на гору. Битва началась. Они бросились к горе, даже не вспомнив о вещах, оставленных в номере. Взрыв повторился — меньше, чем первый, но гул всё так же катился над округой, отражаясь в скалах. — Где Джирайя и Наруто? — бросил Какаши, перепрыгивая с ветки на ветку. Он быстро сложил печать, прикусил палец. — Поккун! Найди Наруто. Немедленно. Скажи им: мы движемся к блокпосту Кагэямы! Пёс тяфнул и исчез в облаке дыма. Сакура бежала рядом, сдерживая дыхание и готовя себя к бою. Ну вот тебе и простая миссия, усмехнулась она про себя, чувствуя, как под кожей дрожит чакра. Через пятнадцать минут они ворвались на блокпост. Гора поднималась круто, и вход в неё уходил в сеть катакомб, узких и тёмных, вырубленных прямо в камне. Здесь должны были быть дозорные, но… Повсюду лежали тела. Сакура резко остановилась. Перед ней — шиноби с повязкой Конохи, грудь которого едва поднималась. Рядом — мёртвый воин Кагемуры, повязка Страны Тени была залита кровью. Она почти не взглянула на него. Прежде всего нужно спасти своего. Она опустилась рядом, руки загорелись зелёным светом. — Что случилось? Кровь пузырями выходила изо рта. Он с трудом разлепил губы. — …н… напали… — Кто? Сколько их?! — Сакура склонилась ближе. Его взгляд был расфокусирован, губы снова дёрнулись, но слов уже не вышло. Кровь полностью затопила лёгкое, и жизнь ускользнула. — Чёрт! — выдохнула она и резко поднялась. Какаши уже исчез — ушёл вперёд. Сакура бросилась следом, вглубь катакомб. Коридоры были узкие, завивающиеся, тёмные, воздух тяжёлый от запаха крови и гари. Подъём шёл вверх, туда, откуда донёсся взрыв. Конечно, можно было подняться по склону самой горы, но это означало пробираться через лабиринт ловушек и гендзюцу, расставленных десятилетиями. Именно поэтому Кагэяма и оставалась неприступной. Гора связывала сразу четыре страны. Тот, кто держал её, контролировал торговлю. Для Страны Тени это была единственная артерия к рынкам. Но с тех пор как Коноха подняла пошлины, их товары потеряли ценность, перестали быть конкурентоспособными. Торговля задохнулась, а Кагемура оказалась почти отрезана от внешнего мира. Сакура стиснула зубы. Всё это объясняло, почему атака именно здесь. Но не делало происходящее менее ужасным. Битва уже бушевала на вершине. Гул взрывов, искры чакры, рёв атак. Кагеяма была не только сквозным путём — тоннелями, что вели торговцев через гору. Настоящая защита находилась наверху: надзорные башни, высеченные прямо в камне. Оттуда контролировались все подступы и сигнальные системы. Кто владел вершиной, тот владел всей горой. Сакура вырвалась из катакомб наверх. Воздух ударил в лицо — резкий, холодный, наполненный гарью. Прямо перед ней Какаши уже сражался. Его удары были быстрыми, резкими, но соперник двигался с такой же нечеловеческой скоростью. Каждый взмах куная отражался шаринганом в глазах противника. Сакура ощутила, как сердце ухнуло вниз. Эта битва была совсем не её уровня. Она — медик, её задача помогать товарищам, вытягивать их из-под удара. Но сейчас вокруг бушевал хаос, и она понимала: никакая медпрактика не готовит к такому. Пыль вилась в воздухе, заслоняя всё вокруг. Через клубы она видела только Какаши — как сверкала его молния, рвала воздух, как он едва поспевал за противником. Тот был тенью: исчезал, распадаясь на рой ворон, и появлялся позади. Какаши отражал удары на пределе. Сакура пригнулась, зажмурилась, пытаясь сосредоточиться. Краем глаза она уловила яркий взрыв клона Наруто — совсем рядом, на другой стороне башен. Но откуда именно шёл бой Джирайи и Наруто, понять было невозможно. Слишком много шума, слишком много чакры. Она вздрогнула: тёмный силуэт оказался прямо за Хатаке. Сакура инстинктивно рванулась вперёд, и этим привлекла внимание. В её сторону взвился смертоносный кунай. Она отбила его, отпрыгнула, и сразу пришлось уклоняться от целой бури лезвий. Сакура прорвалась сквозь дым, и тут один из дозорных шиноби, что ещё держался, крикнул ей: — Мы уже вызвали подмогу! Держитесь! Но успеют ли? Явно нет. Враги застали их врасплох. Неужели Коноха могла так ошибиться? Сакура еле увернулась от катаны, блеснувшей у лица. Если бы замешкалась — клинок рассёк бы её череп пополам. Она заметила едва заметное фиолетовое свечение на лезвии и похолодела. Катана рассекла каменную кладку башни, как масло. Даже если бы она попыталась остановить её чакрой в руках, сталь всё равно прорубила бы кость. Она отпрянула, и тут рядом рухнул дозорный, тот самый, что только что поддерживал её. Он бросился отвлечь врага, сложил печати — земля под ногами дрогнула, поднимаясь в стеной. Но противник словно раздвоился, и мгновение спустя оказался за его спиной. Катана вошла сверху вниз, насквозь. Тело содрогнулось, кровь брызнула алым дождём. — Нет! — выдохнула Сакура. Она рванулась прочь, в узкий коридор, сердце билось в горле. Но не успела уйти далеко — катана полоснула по плечу. Боль обожгла, крик вырвался сам. Она прижала руку к ране, тут же заливая её исцеляющей чакрой. Что-то громкое, пронзительное разнеслось по всей башне — крик, взрыв, невозможно было разобрать. Противник обернулся всего на мгновение, а потом тут же исчез. Яркая молния рассекла небо, ударила в сердце башни. Гора застонала, словно живая, и каменные своды дрогнули. Стены затрещали, обломки полетели вниз. — Нас сейчас завалит! — внутренний голос Сакуры закричал, срываясь на визг. Она рванулась вперёд, но не успела. Тяжёлые глыбы рухнули сверху, накрыв коридор. Сакуру ударило в раненое плечо, её прижало к полу. Она отчаянно вскинула руки, наполнив их чакрой, и разбила ближайший валун — камень разлетелся осколками, оставив её в облаке пыли. Кашель вырвался сам собой. Она с трудом выбралась наружу. Перед глазами всё плыло. Вокруг висела густая пыль, скрывая всё поле боя. Зрение едва справлялось, мир был мутным, будто покрытым серой вуалью. И среди этой дымки она увидела темный силуэт, руки сжаты у висков, взгляд потерянный. Он держался за голову, словно мир рушился и внутри него. Сквозь дым, далеко за ним, виднелась огромная жабья лапа, рухнувшая в башню. Какаши… — пронеслось в её сознании. Она сделала шаг, хотела броситься вперёд. Но в тот же миг ощутила, как что-то холодное и острое впилось в кожу сбоку, словно укус змеи. — А… — вскрикнула она, падая на колени. Жгучая боль прошла по телу. Вены будто вспыхнули ядом. Сознание потускнело, ноги подкосились. Она попыталась дотянуться до раны, пустить исцеляющую чакру, но пальцы предательски не слушались. Мир начал заваливаться набок. Последнее, что она ощутила, — как чьи-то руки ухватили её, не давая упасть лицом в камни. А потом всё провалилось в чёрную пустоту. ~~~ Саске стоял рядом с кроватью брата. Итачи был забинтован почти по горло, лицо бледное, дыхание едва уловимое. Как?.. Зачем?.. Саске сжал кулаки. Его брат был сильнейшим шиноби клана — и всё же лежал здесь, разбитый и беспомощный. В голове вертелась одна мысль: если бы не этот проклятый день… Если бы Хокаге Конохи не решила отправить сразу Джирайю, одного из легендарных саннинов, да ещё и взять с собой джинчуурики Девятихвостого, копирующего ниндзя с чужим шаринганом и его ученицу… Если бы не это — клан Учиха получил бы то, чего хотел, почти без потерь. А теперь — Фугаку мёртв. Итачи смертельно ранен. Саске чувствовал, как за его спиной уже назревает буря. В клане глава должен быть сильным, иначе его сожрут. Старейшины не допустят, чтобы власть держала семья, которая не может защитить даже себя. Итачи ещё даже не успел вступить в права главы, а теперь остался только он — Саске. Мальчишка, которого никто и никогда не готовил к этой роли. Изуми сидела неподалёку, глаза пустые, руки дрожали. Она сделала всё, что могла, но взгляд её говорил очевидное: этого мало. — Сколько у него времени? — глухо спросил Саске. — Я не знаю, — Изуми опустила глаза. — Я бы посоветовала позвать сюда настоящего медика. Но у нас нет никого, кто смог бы справиться с такой раной. А если и позвать… боюсь, первый же целитель воткнёт ему клинок в сердце, чтобы не мучился. Удивительно, что он ещё жив. Итачи погрузил себя в иллюзию, чтобы не умереть от боли. Саске сжал зубы. — Как это произошло? — спросила Изуми тихо, не сводя взгляда с его брата. — Я… я отвлекся. Саннин призвал огромную жабу, и всё пошло к чёрту. Последнее, что я увидел, — как Хатаке своей молнией пробил Итачи. Я не знаю, почему он подставился… но, кажется, он пытался прикрыть отца. Но они все равно добили его. Саске отвернулся, чтобы скрыть боль. Отец мёртв. Брат лежит на грани. А он… он должен что-то сделать. — А если обратиться к Орочимару? — шёпотом сказала Изуми. Саске резко повернулся к ней. От самой мысли об этой змее его передёрнуло. Но часть её слов была правдой: Орочимару всё ещё не получил того, что хотел. С ним можно было бы договориться. Он снова посмотрел на лицо брата. Такое бледное, напряжённое… почти мёртвое. — Сколько у нас времени? — повторил он. — Часов двенадцать. Может, чуть больше. Но вряд ли до рассвета. Саске наклонился, коснулся губами лба брата. — Думаю, я знаю, что делать. Он резко развернулся и вышел. У двери остановился, бросил Изуми: — Никого не подпускать. Для всех — Итачи просто ранен. Не слишком серьёзно. Он скоро придёт в себя. Скажи, что ему нужно пару дней отдыха. Изуми усмехнулась, но кивнула. Саске уже исчез в коридоре. ~~~ Она не могла открыть глаза. Или могла, но что-то мешало. Вонючая тряпка, впитавшая сырость и чужой пот, липла к лицу. Сакура мотнула головой — и её тут же скрутило тошнотой. Холодный камень под спиной, наручники, руки задраны вверх. Чакры — ни капли. То ли отравили, то ли сами браслеты были подавителями. Она попробовала пошевелиться — стало только хуже, руки онемели. — Чёрт… — выдохнула она и стукнулась головой о стену. — Чёрт, чёрт… Вот тебе и простая миссия. Спасибо. Спасибо большое. Она не знала, что с Наруто, что с Джирайей, жив ли Какаши. Мысли вели в тупик. Одно ясно: Учиха её бы не щадили. Значит, это кто-то другой. Сырость, яд, подавители чакры… У красноглазых был только один союзник, любитель таких приемов. Орочимару. От этой догадки в животе стало холодно. Если она в логове Орочимару, ей совсем не хотелось знать почему. И возможно смерть была бы куда милосерднее, чем то, что уготовила ей судьба в этом затхлом месте. Сакура попыталась сдвинуть свои цепи, но от этого они будто впились в запястья крепче. Тошнота стала заметнее и она перестала двигаться, надеясь переждать ее, иначе ее бы вывернуло прямо на себя. Снаружи раздался шум. Глухие удары, крики, лязг стали. Кто-то прорубался сквозь охрану, не скрываясь и не щадя. Сакура напряглась. Неужели Какаши?.. Нет. Слишком быстро. — Что ты здесь делаешь? — услышала она мужской голос. Холодный, усталый. — Отойди. Это не дело для союзников. Ответа не последовало, но и никто больше не закричал от боли. Дверь в камеру треснула и распахнулась. Шаги приближались. Кто-то остановился рядом, присел. Ткань плаща зашуршала по полу. Сакура почувствовала дыхание у самого лица. Ни жалости, ни гнева — только холод. Резким движением он сорвал повязку с её глаз. Сакура зажмурилась, но на миг всё равно успела увидеть. Красное. Алое свечение шарингана, раздувающееся прямо в её зрачках. Мир дрогнул. И тут же провалился. ~~~ Иллюзия. Частичная, вязкая. Саске использовал ее, но не полностью: он не хотел ломать её разум. Он подменил реальность, оставив девушку «живущей» в полусне. Так было проще — не придется уговаривать её, убеждать, пытать и заставлять. Она сделает все сама, по своей воле. Он вытер кровь, выступившую из глаз. Тело едва держало нагрузку, но выбора не было. Позвать Орочимару было бы глупостью. Даже если бы тот вылечил Итачи, от брата не осталось бы ничего. А вот она… ученица Хокаге. Её имя уже было в книге Бинго. Если кто и способен попробовать — то именно она. Как повезло, что он увидел ее тогда в битве, ее розовые волосы было ни с чем не спутать. Он внимательно изучил ее досье перед приходом сюда. Ученица Хокаге, ученица знаменитого копирующего ниндзя – Хатаке Какаши, сокомандница Наруто Узумаки. Зная ее близких людей в лицо, хоть и номинально, он мог обмануть ее. Такова сила этих глаз. Он увидел смерть своего отца сегодня, он не хотел видеть смерть своего брата. Он сорвал кандалы. — Вставай. Идём. Сакура пошевелилась, расфокусированным взглядом уставилась на него. — …Наруто? — Идём! — резко бросил он, подхватывая её под руку. Она шаталась, ноги едва слушались. Когда они вышли в коридор, напротив двери стоял парень в круглых очках. Он молча следил за ними. Саске сверкнул глазами, и тот отступил. — Что случилось, Наруто?.. — пробормотала Сакура. — Замолчи, — жёстко ответил он. Она спотыкалась, поэтому он просто взвалил её на плечо. Рывком вынес из темницы, понёс прочь, к Кагеяме. Он двигался быстро, решительно. Сакура снова потеряла сознание. Саске крепче прижал её и сжал зубы. Сколько я смогу поддерживать эту иллюзию? Сколько успею, пока она не поймёт? У него не было времени. И выбора — тоже. Голова Сакуры гудела, пока они мчались сквозь лес, потом пересекали ручей. Казалось, путь не был долгим, но мысли тянулись вязко, как расплавленный на солнце мармелад. Наруто пришёл за мной. Мысль повторялась, цеплялась, но тут же рассыпалась. «Значит… значит всё хорошо?» — она пыталась спросить, но слова не складывались. Наруто нёс её на плече, стремительно, рывками. Сакура чувствовала, как постепенно возвращается чакра — хотя бы частично. Хоть что-то. Но… это было не похоже на Наруто. Слишком серьёзное лицо, слишком резкие движения. Но мысль ускользала, стоило зацепиться за неё. Даже её внутренняя Сакура сидела тихо, не язвила, не спорила. Он спас меня. Значит, всё хорошо. Всё хорошо… Они приблизились к Кагеяме. Наруто резко поставил её на землю. — Идём, — коротко скомандовал он. Сложил печати, и Сакура ощутила, как по коже пробежала волна чакры. Хенге. Он изменил её внешность. Зачем? Она хотела спросить, но слова будто застряли в горле. — Ты… в порядке?.. — прошептала она, но сама же не поняла, прозвучал ли её вопрос вслух. — Следуй за мной, — отрезал Наруто. Они вошли в глубь. Коридоры вели вниз, сквозь полумрак. Вокруг мелькали люди — смазанные, будто тени, пятна. Сакура пыталась всмотреться хотя бы в одно лицо, но каждый раз, как чьи-то глаза встречались с её взглядом, острая боль пронзала виски, и она отводила глаза. Терпимо было смотреть только на спину Наруто, на знакомый водоворот его куртки. Они свернули, миновали столовую, и наконец Наруто толкнул дверь. Сакура застыла. — …Какаши, — выдохнула она и кинулась внутрь. На низкой койке лежал её сенсей. Его тело было плотно забинтовано, лицо бледное, как мел. Маска была наполовину сорвана, он казался исхудавшим, будто за часы потерял десяток килограммов. Сакура опустилась рядом, положила руки на его грудь. — Что они сделали с тобой?.. — прошептала она. Поток её чакры скользнул внутрь. Внутренности были изуродованы, пробиты. Будто он сам пронзил себя изнутри. Райкири. Она ясно вспомнила, как ревела молния, как ослепляла вспышка, как тёмный силуэт рухнул в пыли. — Чёртова техника… — прошипела Сакура. Учиха скопировал ее? Как Какаши мог попасть под действие своей же техники? Или он сделал это сознательно, это был единственный способ попасть по противнику? В любом случае, сейчас было не до размышлений… Она выпустила скальпель-чакру и разрезала бинты. Под руками оказалось месиво: ткани прожжены, органы повреждены. Его тело балансировало на грани. Этого не исправить обычным лечением. Она замерла. Внутри всё сжалось. Ей понадобится всё. Абсолютно всё. Сакура коснулась лба, где тихо пульсировал ромб печати. Бьякуго. Запас чакры, который она копила годами, чтобы использовать лишь в крайнем случае. Так делать нельзя. Нельзя тратить так много чакры на одного больного… Это было запрещено. Но перед ней лежал он. Её сенсей. Какаши Она не даст ему умереть. Не в её руках. Стиснув зубы, Сакура активировала печать. Черные линии чакры вспыхнули и побежали от ромба по её лицу, к шее, к рукам. Раны на её собственной коже, на ее запястьях от наручников, начали затягиваться, пульс её чакры обрушился на тело Какаши. — Ты не умрёшь, — прошептала она. — Я не позволю. И вложила в него всё, что имела. Саске стоял позади неё. Иллюзия трещала по швам. Всё, что он мог сейчас — удерживать образы лиц и голоса, искажая реальность. Удивительно, что она до сих пор не заметила подмены. Ирония. Настоящий Какаши, скорее всего, уже мёртв. А она лечила врага, того самого, кто сокрушил его. Он бы усмехнулся — если бы не было так больно. Напряжение в глазах достигло предела. Казалось, шаринган прожигает его изнутри. Он должен был выдержать. Если Сакура хотя бы на секунду усомнится, если догадается, что перед ней не Какаши — всё кончено. Она убьёт Итачи, не задумываясь. В углу затаилась Изуми. Её глаза расширились от ужаса. Она понимала. Понимала, что Саске поддерживает не простое гендзюцу, а изощрённую иллюзию реальности. В это сложно было поверить даже ей, Учиха. Сакура склонилась над его братом. Её руки горели зелёным светом. Чакра лилась в Итачи непрерывным потоком. Его грудь стягивалась на глазах, мясо и кости соединялись. От ран поднимался пар. Она работала в ярости и отчаянии — без инструментов, без отдыха, будто ее собственная жизнь зависела от этого. Она правда может это сделать… — сдавленно подумал Саске. Она и правда может вытащить его. Он моргнул. Мир качнулся. По лицу текла кровь. Она хлынула из глаз, из носа, из уголков рта. Каждое мгновение было пыткой. Саске отшатнулся, спиной врезался в холодный камень стены. Иллюзия дрожала, лица на миг «поплыли». Держи. Держи. Ещё немного. Он стиснул зубы и, утирая кровь рукавом, продолжал смотреть, как Сакура, вся в поту, вкладывает в его брата всё, что у неё было.