Ночь перед тьмой

За несколько дней до исчезновения Регулуса Он пришёл глубокой ночью — не через парадную дверь, не с привычным гулом каминной сети, а так, как приходят те, кто не хочет быть замеченным. Тихий шорох за окном, едва уловимое «Alohomora»… и он стоял там, на пороге её комнаты, как тень, которую она ждала всю жизнь. — Регулус… — его имя сорвалось с её губ, как вздох. — Тише, — он закрыл за собой дверь и на миг просто стоял, не отводя взгляда. Его глаза — тёмные, усталые, полные чего-то, что она не могла прочитать. — Мне нельзя здесь быть. — Тогда почему ты здесь? Он шагнул к ней — и всё пространство исчезло. Его руки легли на её лицо, словно боялись забыть его очертания, и в следующую секунду их губы встретились. Это не был поцелуй приветствия. Это был поцелуй отчаяния. — Потому что я больше не могу не быть, — прошептал он ей в губы. — Потому что если эта ночь будет последней… я хочу, чтобы она была с тобой.

Регулус

Он не знал, сколько у него осталось времени. Час? Неделя? Может быть, всего лишь одна ночь. Но он знал: это не побег. Это прощание. Он видел, как дрожат её пальцы, скользящие по его шее. Слышал её дыхание, сбивающееся от каждой его ласки. И всё это было сильнее любой магии. Запомни это, Дарвина. Запомни мои руки, моё дыхание, моё сердце — оно твоё, даже если завтра перестанет биться. — Что-то случилось, — прошептала она, отстранившись лишь на мгновение, чтобы посмотреть ему в глаза. — Ты не такой. — Ничего, — его голос дрожал, как свеча на ветру. — Просто… если вдруг меня не станет рядом… помни, что это не значит, что я не хотел быть рядом. — Не говори так. — Она крепче обняла его, будто могла удержать от чего-то страшного. — Ты вернёшься. Ты обещал. Он улыбнулся — горько, тихо. — Я всегда держу обещания. Только иногда — не так, как ждут.

Дарвина

Они срывали одежду так, словно боялись, что время их опередит. В каждом поцелуе была мольба. В каждом прикосновении — страх, что оно может быть последним. Они не говорили больше слов. Все слова казались слишком хрупкими, слишком маленькими для того, что происходило между ними. Она запоминала каждую линию его тела, каждый его вздох, каждое дрожание ресниц. Он — её запах, её голос, её сердце, бьющееся в унисон с его. И когда всё закончилось, они лежали рядом, переплетённые, как два заклинания, которые невозможно развязать. — Я люблю тебя, — сказала она. — Больше жизни. — А я люблю тебя сильнее смерти, — ответил он. — И, может быть… это и есть моя ошибка. Она не поняла тогда, что он имел в виду. Только прижалась ближе и закрыла глаза, стараясь не думать о рассвете.

Регулус

Когда она уснула, он долго смотрел на её лицо. Такое мирное. Такое беззащитное. Он коснулся её щеки — в последний раз. Потом звезды на кулоне — их символ — холодно блеснули в его пальцах, прежде чем он спрятал их обратно под рубашку. — Прости, — прошептал он. — Прости за то, что завтра я не смогу вернуться. Он ушёл до рассвета. Тихо. Без звука. И утро пришло без него.