Часть 15

      Кирпич, к которому он прикоснулся, зашевелился… и изогнулся… в середине появилось маленькое отверстие… оно становилось всё больше и больше… а через секунду они уже стояли перед аркой, достаточно большой даже для Хагрида, которая вела на извилистую улицу с булыжной мостовой, исчезающую за поворотом.       Габриэла слегка приподняла бровь, сравнив способ открытия с ловушками и потайными ходами в пирамидах племени Майя. Она помнит, как с похожим способом Джонатан по случайности смог избежать орды скелетов, охранающих сокровища племени. - Добро пожаловать, - сказал Хагрид, - на Диагон Аллею.       Он довольно улыбнулся, увидев выражение на лице Габриэлы, приняв за удивление. Они прошли через арку. Карнахэн младшая быстро оглянулась и успела заметить, как арка моментально превратилась в сплошную стену.       Габриэла подумала, что это очень похоже на зрительный обман, который используют волшебники в цирках и в своих сольных шоу.       На груде котлов, выставленных у ближайшего магазина, ярко играло солнце. «Котлы — Всех Размеров — Медные, Латунные, Оловянные, Серебряные — Самопомешивающиеся — Складные» — гласила вывеска над ними. - Ага, один тебе понадобится, - сказал Хагрид. - Но сначала сходим за твоими деньгами.       Габриэла слегка в непонимании нахмурилась, но решила промолчать. Если она не будет тратить свои деньги, то это только плюс. Всё же от Джонатана она тоже что-то переняла, хоть это и не нравится Эвелин.       Карнахэн младшая спеша за Хагридом, успевала увидеть всё, что примечала, благодаря своей наблюдательности: магазины, выставленные снаружи товары, людей, делающих покупки. Полная женщина возле аптеки качала головой, когда они проходили мимо, приговаривая: «Шестнадцать сиклей за унцию печени дракона, да они с ума посходили…»       Глухое, мягкое уханье доносилось из тёмного магазина с вывеской «Магазин Сов Айлопcа — Неясыти, совки, сипухи и полярные». Несколько мальчиков возраста Габи прижались носами к витрине с мётлами. Габриэла сравнила их с обычными мальчишками на улицах Лондона, не хватает лишь пластырей на лицах. - Смотри, - донеслось до неё, - новый «Нимбус-2000»… Самая скоростная…       Здесь были магазины, торгующие мантиями, магазины, продающие телескопы и странные серебряные инструменты, которых Габриэла раньше не видела,но что-то они ей напоминали, витрины, заставленные бочками с селезёнками летучих мышей и глазами угрей, высоченными стопками книг с заклинаниями, перьями и свитками пергамента, бутылочками с зельями, лунными глобусами… - Гринготтс, - сказал Хагрид.       Они подошли к белоснежному зданию, возвышающемуся над низкими магазинчиками. Возле отполированной бронзовой двери в алой с золотом форменной одежде стоял…       Поднимаясь по белой, каменной лестнице, Габриэла сразу заметила их. Гоблин был почти на голову ниже Карнахэн младшей. У него было смуглое умное лицо, острая бородка и, как заметила Габриэла, очень длинные пальцы и ступни. Когда они заходили внутрь, гоблин поклонился. Теперь они стояли перед вторыми дверями, на этот раз серебряными, с выгравированной на них надписью: "Входи, незнакомец, но помни О жадности сути греховной, И вор, до чужого охочий, Поплатится дорого очень. А если, забыв о приличьях, Пробрался к нам ради добычи, Тогда берегись на пути Ты больше, чем злато, найти."       Габриэла подумала, что Джонатану лучше не говорить об этом месте. - Как я и сказал, надо быть сумасшедшим, чтобы попытаться их ограбить, - сказал Хагрид.       Два гоблина с поклоном пропустили их через серебряные двери, и они оказались в огромном мраморном зале. Ещё около сотни гоблинов восседали на высоких табуретках за длинной стойкой, делая записи в больших бухгалтерских книгах, взвешивая монеты на медных весах и изучая драгоценные камни через лупу. Из холла вело бессчётное количество дверей, и другие гоблины пропускали людей через эти двери. Хагрид и Габриэла подошли к стойке. - Доброе утро, - сказал Хагрид незанятому гоблину. - Мы пришли взять немного денег из сейфа мисс Габриэлы Поттер.       Карнахэн младшая нахмурилась на эти слова, задаваясь вопросом откуда у неё сейф с деньгами и почему великан не оповестил её об этом. - У вас есть его ключ, сэр? - спросил гоблин, смотря на Хагрида из под своих очков. - Где-то был… - ответил Хагрид и начал выкладывать на стойку всё из своих карманов, высыпав на бухгалтерскую книгу гоблина пригоршню заплесневелого собачьего печенья. Гоблин поморщил нос. Габи тем временем смотрела на гоблина справа, взвешивающего горку большущих рубинов, похожих на тлеющие угли. - Нашёл, - наконец сказал Хагрид, показывая маленький золотой ключик. Габриэла перевела взгляд на великана.       Гоблин тщательно осмотрел его. - Кажется, всё в порядке. - зубасто сказал гоблин. - И ещё у меня есть письмо от профессора Дамблдора, - важно произнёс Хагрид, выпячивая грудь. - Насчёт Сами-Знаете-Чего в хранилище 713. - слегка понизив голос, сказал Хагрид.       Карнахэн младшая поморщилась от столь явной демонстрации секрета и важности от существа.       Гоблин внимательно прочитал письмо. - Очень хорошо, - сказал он, возвращая его Хагриду. - Я пошлю кого-нибудь с вами вниз к обоим хранилищам. Грипхук!       Грипхук тоже оказался гоблином. Когда Хагрид сгрёб всё собачье печенье обратно в карманы, они с Габи последовали за Грипхуком к одной из дверей, ведущих из зала.       Габриэла не желая под игрывать Хагриду, смотрела на гоблина.       Грипхук придержал дверь, пропуская их вперёд. Габи быстро оглядела место, где им следует идти: они оказались в узком каменном коридоре, освещённом факелами. Он круто уходил вниз, а по полу были проложены небольшие рельсы. Грипхук свистнул, и по рельсам к ним быстро приехала маленькая тележка. Они забрались внутрь, причём Хагриду это удалось не сразу, и тронулись.       Сначала тележка просто с грохотом неслась по лабиринту извивающихся коридоров. Габриэле это напоминало американские горки. Карнахэн попыталась запомнить дорогу - налево, направо, ещё раз направо, налево, в центральный коридор, направо, налево… Хм, это было совершенно невозможно, путь хаотичен. Дребезжащая тележка, похоже, сама знала дорогу, потому что Грипхук никакого участия в управлении не принимал.       Габриэла сузила глаза от холодного, встречного ветра, из-за которого её глаза слизились. В какой-то момент ей показалось, что она увидел вспышку огня в конце коридора, Габриэла предположила, что это и есть тот дракон, которого упоминал Хагрид. Не завершив своё мышление, они резко нырнули ещё глубже, проезжая мимо подземного озера, где огромные сталактиты и сталагмиты росли из потолка и пола.       Хагрид весь позеленел, и когда тележка, наконец, остановилась возле маленькой дверцы в стене коридора, он выбрался наружу и ему пришлось прислониться к стене, чтобы коленки перестали дрожать.       Грипхук отпер дверь. Наружу вырвалось облако зелёного дыма, и когда он рассеялся, Габриэла в изумлении приподняла брови. Внутри были холмы из золотых монет, колонны из серебряных и горы из маленьких бронзовых кнатов. Это чем-то напоминало сокровища Пхамунаптры, только в меньшем количестве. - Это всё твоё. - улыбнувшись, произнёс Хагрид.       Габриэла достала из сумочки мешочек в японском стиле с вышитой, собственноручно из шёлковых ниток, малиновкой*. Я сложила золотые, серебряные и бронзовые монетки в мешочек, слушая Хагрида, что объяснял их валюту. - Вот эти золотые – галеоны, - объяснял он. - Всё очень просто: в одном галеоне семнадцать серебряных сиклей, а в одном сикле двадцать девять кнатов. Ладно, на пару семестров этого должно хватить, остальное сохраним на потом.       Габриэла не желая особо углубляться в данную тему, положила в мешочек ещё немного галеонов и завязав, вернула в сумочку.       Он повернулся к Грипхуку: - Теперь хранилище 713, и, пожалуйста, нельзя ли помедленнее? - Скорость только одна, - ответил Грипхук.       Теперь они спускались ещё ниже, опять набирая скорость. С каждым крутым поворотом воздух становился всё холоднее и холоднее. Они пронеслись над подземным ущельем, и Габриэла внимательно смотрела в саму глубину ущелья, чувствуя от туда лёгкое дуновение холодного воздуха.       У сейфа 713 замочной скважины не было. - Отойдите, - важно сказал Грипхук. Он провёл по двери одним из своих длинных пальцев, и та просто исчезла.       Габриэла лишь поджала губы на этот цирк. - Если кто-нибудь, кроме гоблинов Гринготтса, попробует сделать то же самое, его засосёт внутрь сквозь дверь, и он окажется в ловушке, - пояснил Грипхук.       Карнахэн младшая в интересе подняла бровь, думая могли ли быть похожие ловушки в склепах и руинах. - И как часто вы проверяете, есть ли кто-нибудь внутри? - спросила Габриэла. - Приблизительно раз в десять лет, - ответил Грипхук, довольно неприятно ухмыльнувшись.       Габриэла была уверена, что внутри столь защищённого хранилища должно быть что-то действительно необычное, и она с любопытством заглянула внутрь, ожидая увидеть, что-то в стиле этих волшебниках… Но сначала ей показалось, что сейф вообще пуст. Затем она заметил на полу грязный маленький свёрток из коричневой бумаги. Хагрид поднял его и спрятал поглубже в недрах своей куртки. Габриэла не впечатлённо посмотрела на него и отошла подальше. - Давай, пошли в эту адскую тележку, и не болтай со мной на обратном пути, мне лучше держать рот закрытым, - сказал Хагрид.       Карнахэн младшая закатила глаза, не имея особого желания общаться и раньше, но лишь промолчала, ожидая дальнейшей поездки.       После ещё одной сумасшедшей гонки на тележке, они стояли на ступенях Гринготтса, щурясь от солнечного света. Габи не знала, куда идти в первую очередь, теперь, после получения магической валюты, ведь весь этот Косой Переулок был хаотичным и шумным. Пока я с гоблином ждали, когда Хагрид достанет ключ от моей ячейки, я смогла расслышать интересующую меня информацию. Из разговора другого гоблина с волшебником, мне стало известно, что 1 галлеон равен 25 долларам, один сикль — 1,5 доллара, а один кнат — 0,05 доллара. - Теперь можешь купить форму, - сказал Хагрид, кивая на магазин «Мантии мадам Малкин на все случаи». - Послушай, Габри, ты не возражаешь, если я пока заскочу в Дырявый Котёл пропустить стаканчик? Терпеть не могу эти гринготтские тележки.       Он действительно всё ещё выглядел неважно, поэтому Габриэла вошла в магазин мадам Малкин одна, не имея ничего против. Ей не хотелось заниматься покупками с незнакомцем, которому она даже не доверяет.       Мадам Малкин оказалась маленькой улыбчивой толстушкой-волшебницей, одетой во все сиреневое. - Хогвартс, дорогая? - сказала она, как только Габриэла собиралась открыть рот. - У нас тут есть всё что нужно… Вообще-то, ещё один молодой человек прямо сейчас на примерке.       Габриэла лишь приподняла бровь, устремив свой взгляд на упомятого паренька.       В глубине магазина на табуретке стоял бледный мальчик с острым подбородком, пока вторая волшебница подкалывала подол его длинной чёрной мантии. Мадам Малкин поставила Габриэлу на табуретку рядом, что не могло не смутить Габи, ведь она какая, ни какая, но девушка и находиться во время примерки с парнем немного противоречит этикету, надела на неё через голову длинную мантию и тоже начала подкалывать её булавками, подбирая подходящую длину. - Привет, - сказал мальчик. - Тоже в Хогвартс? - Верно. - помедлив ответила Габриэла. - Мой отец покупает в соседнем магазине учебники, а мама смотрит волшебные палочки дальше по улице, - сообщил мальчик скучающим голосом, растягивая слова. - А потом я потащу их смотреть гоночные мётлы. Не понимаю, почему первокурсникам нельзя иметь свои. Думаю, я заставлю отца купить метлу, а потом как-нибудь пронесу её в школу.       Габриэла в пол уха слушала этого мальчишку, поняв, что в его словах нет ничего важного. - А у тебя есть своя метла? - продолжил мальчик. - Нет, - сказал Гарри. - А в Квиддич играешь? - не унимался блондинчик. - Нет, - повторила Габриэла, не желая гадать, что же это за штука такая – Квиддич. - А я - да… отец говорит, что если меня не возьмут играть за свой Дом, это будет преступлением, и, должен тебе сказать, я с ним согласен. Уже знаешь, в какой Дом попадёшь? - спросил пацан. - Нет. - ответила Карнахэн младшая, прислушиваясь к его дальнейшим словам. - Ну, на самом деле этого никто не знает, пока туда не приедет, но я наверняка буду в Слизерине, вся наша семья училась там… Представь себе попасть в Хаффлпафф, я бы ушёл из школы, а ты? - продолжал парень. - Ммм, - ответила Габи, переставая обращать внимание на его слова, после первого предложения. Габриэла думает, что от этого парня ей не получить никакой нужной информации. - Ммм, - ответила Габи, переставая обращать внимание на его слова, после первого предложения.        Габриэла думает, что от этого парня ей больше не получить, никакой полезной в данный момент информации. Она переводит взгляд на мадам Малкин, что отошла за прилавок, смотря на различные ткани и сверяя записи на, это что пергамент? - Взгляни на того громилу! - вдруг воскликнул мальчик, кивая в сторону окна. Габриэла перевела взгляд на улицу и заметила Хагрида, что стоял там и улыбался с порциями большого мороженного в руках. Карнахэн младшая мгновение промолчала и задумавшись ответила: - Это Хагрид. Он работает в Хогвартсе. - А, - сказал мальчик. - Я слышал о нём. Он кто-то вроде слуги, да? - переведя взгляд на Габриэлу, сказал парень. - Он лесничей, - ответила Габриэла, уже уставая от общения и желая поскорее вернуться домой. - Да, точно. Я слышал, он как дикарь: живёт в лачуге на территории школы, время от времени напивается, пытается колдовать, и в итоге поджигает собственную кровать. - продолжал говорить блондин. Габриэла заправляет за уха прядь волос, что вылезла из косы и смотрит за действиями мадам Малкин. Как перо летает возле неё и пишет что-то в пергамент, как она порхает по ателье смотря и беря ткани. - А с кем ты пришла за покупками? - неунимается парень. - С Хагридом, лесничем Хогвартса. - говорит Габи. - А почему он с тобой? Где твои родители? - продолжает он. - Они мертвы. - отстранённо отвечает Габриэла. - Жаль, - сказал тот, без тени сожаления в голосе. - Но они ведь были из наших? - Они были волшебниками, если ты это имеешь в виду. - не смотря на него, сказала Габриэла, следя за действиями портнихи. - Я вообще считаю, что не нужно принимать людей другого сорта, а ты? Они ведь не такие, им просто не дано понять то, что дано нам. Представляешь, некоторые из них даже не слышали никогда о Хогвартсе, пока не получили письмо. Я думаю, что следует принимать только детей из старых династий волшебников. Кстати, а какая у тебя фамилия? Карнахэн младшая сузила глаза от отвращения и пожелала поскорее закончить и уйти от него. Она не желает говорить ему свою фамилию и дальше продолжать разговор. - Ну вот и всё, моя дорогая. - сказала мадам Малкин. Габриэла быстро спрыгнула с табуретки, поддерживая платье и направилась к выходу. - Ну, тогда увидимся в Хогвартсе. - растягивая слова, сказал напоследок мальчик.       Выйдя из ателье Мадам Малкин, Габриэла направилась к Хагриду, вежливо отказавшись от мороженного и спросив, куда они держат путь дальше.       Учебники для Габриэлы они покупали в магазине под названием «У Флориша и Блоттса», где полки до самого потолка были забиты книгами — огромными, как камни мостовой в кожаных переплетах; книгами размером с почтовую марку в шёлковых обложках; книгами, полными загадочных символов; а в некоторых так вообще ничего не было. Некоторые из книг заставляли её вспомнить Каирский музей древностей и его библиотеку. Габриэла ради интереса хотела прикупить себе кое-какие, заинтересовавшие её томики по "Тёмным искусствам и борьбе с ним", но Хагрид оттащил её к следующему по списку месту.       В странном магазинчике они купили оловянный котёл, Габриэла с сомнением посматривала на золотой котелок, что стоял чуть поодаль, слишком уж он вычурный по её мнению. Затем они купили отличный набор весов, по словам продавца, что не могло её не смутить, для взвешивания ингредиентов зелий и складной медный телескоп. Далее они посетили аптеку, которая компенсировала своим волшебным видом ужасную вонь: смесь запахов тухлых яиц и гнилой капусты. На полу стояли бочки с какой-то слизью, вдоль стен выстроились банки с травами, сушеными кореньями и разноцветными порошками, с потолка свешивались пучки перьев, связки клыков и изогнутых когтей. Габриэле казалось буд-то она находится в убежище сумасшедшего учёного или она оказалась на чёрном рынке в Каире. Габриэла хотела сама разобраться с ингредиентами для зелий, но решила оставить это на Хагрида. Сама Габриэла посматривала на более мерзкие ингредиенты в баночках, пытаясь понять, что находится в этих склянках.       Выйдя из аптеки и заглянув в список, Габриэла интересуется у Хагрида куда им дальше. - Дальше нам за палочкой, но я ещё не выбрал тебе подарок на день рождения. - внещапно говорит Хагрид, буд-то опомнившись и ведя Габи куда-то. - Это не обязательно, правда. - отказывается Карнахэн младшая. - Знаю, что не обязательно. А знаешь что, куплю-ка я тебе какую-нибудь животину. Только не жабу, они давным-давно вышли из моды, тебя засмеют. Кошек я тоже не люблю – я от них чихаю. Давай я подарю тебе сову. Каждый ребёнок хочет сову, они страшно полезные – приносят почту и не только. - говорит Хагрид будто не слыша протеста Габриэлы и уверенный в своём выборе, идёт к магазинчику сов.       Через двадцать минут они вышли из Магазина Сов Айлопса, в котором стоял полумрак, повсюду шелестели крылья и моргали горящие глаза. Теперь у Габриэлы в руках была большая клетка с чудесной, чего Карнахэн младшая не может отрицать, полярной совой, которая крепко спала, спрятав голову под крыло. Произнося слова благодарности, Габриэла приняла неизбежное и решила не делать себе хуже, отстаивая свою точку зрения. - Ну что ж, остался только магазин Олливандеров… Олливандеры – лучшее место, где можно приобрести палочку. У тебя она должна быть самой лучшей. - говорит Хагрид       Волшебная палочка...Хааа, чушь какая-то, но мне как-то уже не интересно. Я устала, как физически, так и эмоционально.       Этот последний магазин был узким и невзрачным. Облупившиеся золотые буквы над дверью гласили: «Олливандеры: Изготовители превосходных палочек с 382 года до н. э.». За пыльным стеклом витрины на выцветшей пурпурной подушечке лежала всего одна палочка.       Когда они вошли внутрь, где-то в глубине магазина звякнул колокольчик. Помещение было совсем крошечным и пустым, если не считать единственного высокого стула, на который Хагрид и уселся в ожидании. Габриэла подавила в себе желание выйти на свежий воздух и не заходить в это помещение без фильтрующей полумаски или пока здесь не проветрят полностью. Почему-то она покрылась мурашками, словно от близкой опасности. Даже пыль и тишина в этом месте, казалось, трепетали от какой-то таинственной магии. - Добрый день, - произнёс мягкий голос. Габриэла развернулась на этот голос и лишь силой волей сдержала свои рефлексы и не атаковала владельца данного голоса. Хагрид же видимо подпрыгнул, потому что послышался громкий треск, и он быстро вскочил с высокого стула.       Перед ними стоял старик, чьи большие почти бесцветные глаза светились в темноте магазина словно две луны. - Здравствуйте, - осторожно поздоровалась Габриэла, оглядывая старика настороженным взглядом. - Ах, да, - сказал старик. - Да, да. Я так и думал, что скоро вас увижу. Габриэла Поттер. - Это был не вопрос. Сколько же существ знают о ней и главное некоторые словно были уверены, что встретятся с ней. - У вас глаза вашей матери. Кажется, только вчера она сама стояла здесь, покупая свою первую палочку. Десять с четвертью дюймов, хлёсткая, сделанная из ивы. Прекрасная палочка для наведения чар.       Карнахэн младшая насторожилась от его слов, было чувство словно он видит сквозь неё.       Мистер Олливандер подошёл ближе к Габриэле. Ей захотелось, чтобы тот моргнул или отвёл взгляд: от взора серебристых глаз становилось жутковато. - А вот ваш отец предпочёл палочку из красного дерева. Одиннадцать дюймов. Гнущаяся. Немного более мощная и замечательно подходящая для трансфигурации. Впрочем, я сказал, что ваш отец предпочел её… Разумеется, на самом деле это палочка выбирает волшебника. - он замолчал, внимательно смотря на Карнахэн младшую.       Мистер Олливандер подошёл так близко, что они с Габриэлой едва не касались друг друга носами. Габи видела своё отражение в его туманных глазах. - А вот куда… - резко замолчал он.       Длинным белым пальцем мистер Олливандер дотронулся до шрама в виде молнии на лбу Габриэлы. До шрама, которого с детства она стыдилась, но со временем привыкла к нему. - Мне горько говорить о том, что я продал палочку, сделавшую это, - мягко произнёс он. - Тринадцать с половиной дюймов. Тис. Мощная палочка, очень мощная, но в плохих руках… Что ж, если бы я знал, что эта палочка выйдет в мир для того, чтобы…       Габриэла хотела расспросить его на счёт истории со шрамом, но решила пока помолчать, думая что он сам об этом скажет.       Он покачал головой, после чего, к сожалению Габриэлы, заметил Хагрида. - Рубеус! Рубеус Хагрид! Как чудесно снова видеть Вас… Дуб, шестнадцать дюймов, довольно гибкая, такой ведь она была? - Да, была, сэр, - ответил Хагрид. - Хорошая была палочка. Но я полагаю, её сломали напополам, когда вас исключили? - неожиданно строго спросил Олливандер. - Э… да, так и было, да, - сказал Хагрид, шаркая ногами по полу. - Но я всё ещё храню обломки, - добавил он, просияв. - Но вы ведь ими не пользуетесь? - резко спросил мистер Олливандер. - О, нет, сэр, - быстро ответил Хагрид. Габриэла заметила, как при этом он крепко вцепился в свой розовый зонтик. Видимо ему запретили пользоваться палочкой, но он, или кто-то другой позволил ей пользоваться. Хм... возможно, что когда ломают палочку и не позволяют купить новую, это своего рода запрет на пользование магии. - Хммм… - произнёс мистер Олливандер, бросая на Хагрида пронзительный взгляд. - Что ж… мисс Поттер. Посмотрим… - Он вытащил из кармана длинный сантиметр с серебряными делениями. - Какой рукой вы держите палочку? - Правую. - ответила Габриэла. - Вытяните руку. Отлично. - Он измерил Габи от плеча до кончиков пальцев, затем от запястья до локтя, от плеча до пола, от колена до подмышек и размер его головы. Занимаясь этими измерениями, он говорил: - Внутри каждой палочки Олливандеров – сердцевина из мощной магической субстанции, мисс Поттер. Мы используем волос единорога, перья из хвоста феникса и сердечную жилу дракона. У Олливандеров не бывает двух одинаковых палочек, как не бывает двух совершенно одинаковых единорогов, драконов или фениксов. И, разумеется, вы никогда не добьетесь хороших результатов с палочкой другого волшебника.       Неожиданно Габриэла поняла, что сантиметр, измеряющий в данный момент расстояние между её ноздрями, Что? Серьёзно?, делает это сам по себе. Мистер Олливандер ходил вдоль полок, вынимая коробочки. - Достаточно, - сказал он, и лента сантиметра упала на пол бесформенной кучкой. - Итак, мисс Поттер. Попробуйте эту. Бук и сердечная жила дракона. Девять дюймов. Весьма упругая. Просто возьмите и взмахните.       Габи взяла палочку и чувствуя скептицизм к данной просьбе, слегка взмахнула ею, но мистер Олливандер тут же выхватил её из руки Габриэлы. - Клён и перо феникса. Семь дюймов. Очень гибкая. Попробуйте…       Габриэла едва прикоснулась к тонкому деревку волшебной палочки, как мистер Олливандер мгновенно выхватил её из пальцев. - Нет-нет, вот, чёрное дерево и волос единорога, восемь с половиной дюймов, пружинистая. Давайте, давайте, пробуйте. - увлечённо говорил старик.       Габриэла попробовала ещё раз. И ещё. Она уже совершенно не представляла себе, чего от неё ждёт мистер Олливандер. Гора испытанных палочек на стуле росла, но чем больше новых палочек мистер Олливандер снимал с полок, тем счастливее он становился. - Непростой клиент, да? Не беспокойтесь, мы обязательно найдём что-то подходящее… Интересно… Да, почему, собственно, и нет… необычное сочетание - остролист и перо феникса, одиннадцать дюймов, в меру податливая.       Габриэла взяла палочку, и вдруг почувствовала тепло в своих пальцах. Она хотела отбросить палочку, но подняла её над головой, рассекая ею пыльный воздух, и из кончика вырвался сноп синих и золотых искр, похожий на фейерверк, отбрасывая пляшущие пятна света на стены. Хагрид закричал и захлопал в ладоши, а мистер Олливандер воскликнул: - О, браво! Да, действительно, очень хорошо. Так, так, так… любопытно… Весьма любопытно…       Он положил палочку Габриэлы обратно в коробочку и завернул её в коричневую бумагу, продолжая бормотать: - Любопытно… Как любопытно…       Он выжидающе посмотрел на Карнахэн младшую, словно ожидая её реакции на его слова. - Извините, - спросила вежливо Габриэла - но что любопытно?       Мистер Олливандер пристально посмотрел на Габриэлу своими бледными глазами. - Я помню каждую проданную мной палочку, мисс .Поттер. Абсолютно каждую. Так уж случилось, что феникс, чьё хвостовое перо находится в вашей палочке, дал ещё одно перо - одно-единственное. Весьма любопытным является обстоятельство, что эта палочка предназначалась именно вам, в то время как её сестра… сестра её наградила вас этим шрамом.       Габриэла нсторожилась и слегка нахмурилась. Чем больше она узнаёт, тем больше ей всё это не нравилось. - Да, тринадцать с половиной дюймов. Тис. Какое интересное совпадение. Однако же, помните, палочка выбирает волшебника… Думаю, нам стоит ожидать великих дел от вас, мисс Поттер… В конце концов, Тот-Кого-Нельзя-Называть совершал великие вещи. Ужасные, да, но всё же великие. - продолжал говорить старик.       Габриэла насторожилась. Каждый раз когда упоминают Того-Кого-Нельзя-Называть, Габи вспоминает Имхотепа, ведь о нём так говорили мистер Бей и мистер Ардет-бей. Она не была уверена, что мистер Олливандер так уж ему понравился. Она заплатила семь золотых галеонов за свою палочку, и мистер Олливандер с поклоном проводил их до двери.       Вечернее солнце уже склонилось к глризонту, когда Габриэла и Хагрид, наконец-то, возвращались по Диагон Аллее, обратно через стену, в Дырявый Котёл, где к счастью никого не было. Они шли молча и Габриэла была этому несказанно рада, пика не поняла, что есть тема, которая её тревожит. - Хагрид, кто такой этот Тот-Кого-Нельзя-Называть? И почему он атаковал и остав шрам на моём лбу? - спросила Габриэла. Хоть никто и не говорил прямо, что на меня и моих биологических родителей напал кто-то, я смогла это понять. - Ох, Габри, я даже не знаю, как тебе это сказать. Всё началось, думаю, из-за… из-за одного человека по имени… нет, это немыслимо, что ты не знаешь, как его зовут! В нашем мире все его знают… - слегка мямлил Хагрид. - Кого? - спросила Габриэла. - Ну… Вообще-то я не люблю называть его по имени, если в этом нет особой надобности. Никто не любит. - сказал Хагрид. - Почему? - уже теряя терпение спросила Габи. - Гаргулья меня подери! Гарри, люди до сих пор боятся. Проклятье, как же это сложно. Видишь ли, когда-то жил волшебник, который стал, ну, плохим… Таким плохим, что ты себе представить не можешь. Ужасным. Хуже худшего. А звали его… - замолчал великан, сжав губы в линию.       Хагрид сглотнул, но слова так и застряли в горле.       Габриэла с вопросом смотрела на Хагрида, ожидая продолжения фразы. - Ну, хорошо – Волдеморт. - Хагрида передёрнуло. - Только не заставляй меня повторять. Ну так вот, этот… этот волшебник, приблизительно двадцать лет назад начал искать себе сторонников. И такие нашлись – одни были просто запуганы, другие хотели обладать частью его власти, потому что он становился всё могущественнее, это уж точно. Тёмные деньки, Габи. Никто не знал, кому можно доверять, все боялись вести себя дружелюбно с незнакомыми волшебниками и волшебницами… ужасные вещи творились. Он захватывал власть. Конечно, некоторые выступали против него… и он их убивал. Причём жестоко. Единственным безопасным местом оставался Хогвартс. Наверное, потому что Сам-Знаешь-Кто боялся лишь Дамблдора. Во всяком случае, он так и не осмелился захватить школу, по крайней мере, тогда.       Ну, а твои мама и папа были самыми лучшими волшебницей и волшебником, которых я когда-либо знал. Они были Старостами Хогвартса в своё время! И это большая загадка, почему Сам-Знаешь-Кто раньше не попытался привлечь их на свою сторону. Вероятно, он знал, что они были слишком близки к Дамблдору и не хотели иметь ничего общего с Тёмными Силами. - Габриэла незаметно нахмурилась, снова этот Дамблдор. - Возможно, он думал, что сможет их убедить… а может, просто хотел убрать их со своего пути. Известно только то, что десять лет назад, в Хэллоуин, он появился в деревне, где вы жили. Тебе был только годик. Он пришел в ваш дом и… и… - Неожиданно Хагрид достал очень грязный носовой платок в горошек и высморкался так громко, что это напомнило звук сирены. - Извини, - сказал он. - Но это так печально… Я знал твоих маму и папу – такие замечательные люди, каких ещё поискать надо… В общем, Сам-Знаешь-Кто убил их и – это одна из самых больших загадок – попытался убить тебя. Может, как я думаю, потому что хотел замести следы, или потому что просто любил убивать людей. Но ему это не удалось. Никогда не задумывалась, откуда у тебя эта метка на лбу? Это не обычный порез. Такое случается, когда на тебя насылают сильное злое заклятие… разделалось оно с твоими папой с мамой, даже с домом вашим… но на тебя не подействовало, и поэтому ты знаменита, Габри. Никто не выживал, если он решался на убийство. Никто, кроме тебя. Он убил много сильных волшебников – МакКиннонов, Боунсов, Прюэттов… а ты был всего лишь ребёнком, но выжил. - Хагрид смотрел на неё с грустью и жалостью.       Карнахэн младшей это всё не понравилось. Вся это история с избранной и единственной выжившей, да и сама эта история какая-то мутная. - Но что случилось с Вол… ой, простите, с Сами-Знаете-Кем? - решила спросить Габриэла. - Хороший вопрос, Гарри. Исчез. Испарился. В ту же самую ночь, когда пытался тебя убить, из-за чего ты стала ещё более знаменитой. Понимаешь, в этом-то и есть самая большая загадка. Он становился всё более и более могущественным… Но куда делся? Кто-то говорит, что он умер. По-моему, так чушь собачья. Сомневаюсь, что в нём осталось что-нибудь человеческое, чтобы умереть. Некоторые говорят, что он всё ещё жив и ждёт своего часа, но я в это не верю. Те, кто были с ним, переметнулись на нашу сторону. Некоторые из них словно вышли из транса. Не думаю, что они смогли бы это сделать, если бы он собирался вернуться. Большинство из нас полагает, что он где-то рядом, просто потерял всю свою силу и стал слишком слабым, чтобы продолжать борьбу. Всё-таки что-то в тебе остановило его, Габи. Той ночью случилось нечто, чего он не ожидал. Не знаю, что именно, никто не знает, но что-то в тебе остановило его, это точно. - Хагрид посмотрел на Габриэлу, его взгляд излучал тепло и уважение.       За разговором Габриэла даже не заметила, как они оказались у остановки возле Пэддингтонского вокзала. Множество глаз с интересом и шоком рассматривали множество пакетов страной формы и спящую полярную сову в клетке.       Когда тема истекла, Габриэла снова замолчала. Заметив молчание Карнахэн младшей, Хагрид принял это за волнение и решил успокоить её: - Не волнуйся, Габри. Ты достаточно скоро всему научишься. В Хогвартсе все начинают с нуля. У тебя всё получится. Просто будь самой собой. Я знаю, это тяжело. Всегда тяжело, когда тебя выделяют. Но тебе будет хорошо в Хогвартсе… Как было и мне… и до сих пор хорошо, кстати говоря.       Хагрид помог Габриэле забраться в автобус, который должен был отвезти её обратно к домой, после чего протянул конверт. - Твой билет до Хогвартса, - сказал он. - Первого сентября… Кингс-Кросс… На билете всё написано. Будут проблемы с маглами, пошли мне весточку со своей совой. Она знает, где меня найти. До скорой встречи, Габи.       Поезд тронулся. Не успела Габриэла даже слова сказать, как Хагрид исчез.