Часть 16

      Возвращение домой произошла словно в тумане, уже в поместье Габриэлу окружила семья, помогая с покупками. Джонатан с интересом смотрел на спящую, полярную сову и отнёс её в гостиную, поставив клетку на столик. Рик и Теренс относили сумки к прихожей, а Эвелин с маленьким Александром на руках спрашивала, как Габриэла себя чувствует.       Время проходило быстро. В свободное время я читала эти книги, чем-то они напоминают мне обычные сказки или фэнтези рассказы. Сейчас я вместе с Алексом сидела в комнате и играли с совой. Сову же я назвала Хедвигой, в честь святой Ядвиги Селизской, про которую совсем недавно читала. Хедвига, как настоящая хищница, каждую ночь таскала в дом мёртвых мышей.       В последний день августа Габриэлу отправились провожать всей семьёй, Джонатан был на взводе и больше всех волновался. Поездка до вокзала Кингс-Кросс прошла в волнении Джонатана и нравоучениях Рика. Алекс спокойно спал на руках Теренса Бея, что лишь кивал и вставлял свою точку зрения во время нравоучений от О'Коннелла. - И если какой-то мальчик начнёт тебя задирать, то бей первая. Лучшая защита, это нападение, помни. - говорил Рик, ведя машину на вокзал. Мистер Бей пробормотал, что это неразумно и дико. - Не волнуйся Рик, я прекрасно помню все твои армейские уроки. - с уверенностью сказала Габриэла, держа на коленях клетку с совой. - И где у мальчиков самое больное и уязвимое место, тоже.- заметив, что Рик собирается ещё что-то сказать, добавила Карнахэн младшая.       Джонатан спрашивает Габриэлу, когда отправляется её поезд в эту школу и с какой платформы. - Поезд отходит в 11 часов, с платформы девять и три четверти. - прочитав билет, сказала Габриэла.       Карнахэн старший в шоке уставился на Габриэлу, даже Рик посматривал через зеркало заднего вида с вопросом в глазах. - С какой платформы? Девять и три четверти? Такой не бывает. - сказал Джонатан. - Так написано на моём билете. Меня уже ничего не удивляет. - спокойно ответила Габриэла, вытащив билет и прочитав его содержимое.       Почувствовав напряжение со стороны остальной семьи, миссис О'Коннелл решает разбавить атмосферу. - Главное, будь собой и не прогибайся не перед кем. Постарайся подружиться со своим потоком и найти друзей. - спокойно посоветовала Эвелин, нежно улыбнувшись и посмотря на младшую сестру.       Приехав на вокзал и оставив мистера Бея с Алексом в машине, направились к платформе номер три. Джонатан оглядывался по сторонам, искал странных и подозрительных людей. Что-то заметив Карнахэн старший подозвал нас и указал рукой на группу рыжеволосых людей с тележками, в которых находились вещи подобные моим. - Молодец, Джонатан! - сказала Эвелин и направилась в ту сторону. Рик похлопал Джонатана по плечу и потащил чемоданы Габриэлы, идя за женой. Габриэла слегка поправила чёлку, прикрыв еле заметный шрам и взяв брата за руку, пошла за Эвелин с Риком.       Подходя к ним ближе, можно было услышать обрывки из их разговора: - ...забито маггламм, конечно...       Габриэла присмотрелась к говорящему человеку. Это сказала полная женщина, разговаривавшая с четырьмя мальчиками. Все они были с огненно-рыжими волосами. - Так, какой номер платформы? - спросила мать мальчиков. - Девять и три четверти! - пропищала маленькая девочка, тоже рыжеволосая, которая держалась за её руку, - Мам, можно мне поехать?…       Эвелин и Рик остановились чуть позади и переглянулись между собой уже не имея желания подходить к семейству. - Ты ещё недостаточно взрослая, Джинни, а теперь – тихо. Давай, Перси, ты первый. - строго сказала женщина.       Парень, выглядевший среди мальчиков самым старшим, зашагал по направлению к платформам девять и десять. Габриэла с Джонатаном наблюдали за ним, стараясь не моргать, чтобы ничего не пропустить, но когда мальчик приблизился к разделительному барьеру между платформами, большая толпа туристов прошла прямо перед ними, и к сожалению, когда последний рюкзак перестал загораживать поле зрения, парень уже исчез. Габи с братом переглянулись и с надеждой посмотрели на сестру с Риком. Эвелин выглядела потрясённой, а Рик явно был недоверчив увиденному. - Эвелин, ты видела куда он делся? - спросила Габриэла сестру. - Да. Он просто прошёл сквозь стену. - всё ещё потрясённо сказала Эвелин. - Что? Иви, сейчас не время до шуток. - не веря услышанному, сказал Джонатан, подходя к сестре и Рику.       Как только Эвелин собиралась что-то сказать, мать семейства подала голос и мы перевели своё внимание на неё. - Фред, ты следующий, - сказала полная женщина. - Я не Фред, я Джордж, - сказал мальчик. - Честное слово, женщина, и ты ещё называешь себя нашей матерью? Разве не видно, что я Джордж? - Извини, Джордж, дорогой. - Шучу, я – Фред, - сказал мальчик, и двинулся вперёд. Его близнец закричал ему вслед, чтобы тот поторопился, и, видимо, тот так и поступил, потому что секундой позже он исчез, – но как он это сделал?       Теперь третий из братьев бодро направлялся к барьеру — он был уже почти там — и затем, совершенно внезапно, его не стало.       Как только всё семейство рыжих исчезло в стене, Габриэла с остальными подошла к этому место. Рик обошёл кирпичный барьер между платформами девять и десять, и постучав по ней с обеих сторон, вернулся к нам и пожав плечами, уставился на стену. - Габи, попробуй ты. - неуверенно предложил Джонатан.       Рик отдал тележку с вещами Габриэле и отошёл к жене и Джонатану. Вздохнув и на миг прикрыв глаза, Карнахэн младшая толкнула тележку прямо в стену и прошла через неё. Первое на что упал взор Габриэлы был паровоз.       Ярко-алый паровоз ожидал возле платформы, заполненной людьми. Табличка наверху гласила: «Хогвартс-экспресс, 11 часов». Габриэла оглянулась и на месте барьера увидела кованую железную арку с надписью «Платформа девять и три четверти». У неё получилось.       Попытав удачу, Карнахэн младшая попробовала вернуться назад. Пройдя через стену, она вернулась на платформу девять и уверовав семью, что с ней всё впорядке, перешла через барьер обратно. Эвелин на последок напомнила Габриэле, что её перекус в боксе, а для совы в отдельном отсеке и чтобы она не забыла о нём.       Дым от паровоза плыл над головами гудящей толпы, в то время как кошки всевозможных окрасов сновали под ногами людей. Совы раздражённо ухали друг на друга сквозь гул голосов и скрип тяжёлых чемоданов.       Несколько первых вагонов были уже заполнены учениками: одни вывешивались из окон, чтобы поговорить со своей семьёй, другие боролись за места. Габриэла толкала свою тележку вперёд по платформе, в поисках свободного места. Она прошла мимо круглолицего мальчика, сказавшего: - Ба, я снова потерял свою жабу. - Ох, Невилл, - услышала она вздох пожилой женщины. Вокруг мальчика с дредами собралась небольшая толпа. - Дай нам посмотреть, Ли, давай!       Парень поднял крышку коробки, которую держал в руках, и все вокруг него завизжали и завопили, когда изнутри что-то высунуло длинную волосатую лапу. Карнахэн младшая предположила, что парень показал паука.       Габриэла протискивалась через толпу, пока не обнаружила пустое купе почти в конце поезда. Сначала она занесла внутрь Хедвигу, потом принялась подтаскивать чемодан к двери вагона. Она пытался поднять его вверх по ступенькам, но смогла лишь с трудом приподнять один край, дважды уронив чемодан мимо проходящим людям на ногу, что было довольно болезненно по их возмущенным возгласам.. - Тебе помочь?       Это был один из рыжеволосых близнецов, за которыми они с семьёй наблюдали. - Да, пожалуйста, - тяжело вздохнув, промолвила Карнахэн младшая. - Эй, Фред! Подойди-ка сюда, помоги! - крикнул парень своему брату.       С помощью близнецов Габриэла наконец-то задвинула свой чемодан в угол купе. - Примного благодарна. - Вспомнив правила приличия, поблагодарила Габи, слегка наклонив голову в знак признательности.       Попрощавшись и зайдя в купе, Габриэла села рядом с окном, где, наполовину спрятавшись от солнечных лучей, она могла наблюдать за рыжеволосым семейством на платформе и слушать, о чём они говорят. Их мать только что достала носовой платок. - Рон, ты чем-то запачкал нос. - сказала женщина.       Младший сын попытался увернуться от неё, но она ухватила его и начала оттирать кончик его носа. - Мам… отстань, - вывернулся он       Карнахэн младшая с нежностью вспоминала свою семью и уже начинала скучать по ним. Потеряв интерес к людям на платформе, Габи достала учебник по гибрологии и принялась читать.       Поезд тронулся. Габриэла перевела взгляд на окно и видела, как мать мальчиков машет им рукой, а их сестра, смеясь и плача одновременно, бежит рядом с поездом, пока тот не набрал слишком большую скорость, после чего она отстала и помахала им вслед.       Дверь купе отъехала в сторону, и вошёл самый младший из рыжих мальчиков. - Здесь не занято? - спросил он, указывая на место напротив Гарри. - Все остальные купе уже заполнены.       Габриэла покачала головой, и мальчик сел. Он бросил взгляд на Габриэлу и затем быстро отвернулся к окну, притворяясь, что и не смотрел вовсе. Габи увидела, что у него на носу всё ещё было чёрное пятнышко.       Дверь в купе снова открывается и просовываются головы близнецов. - Эй, Рон. - сказал один близнец. - Слушай, мы идём в середину поезда — там у Ли Джордана гигантский тарантул. - продолжил второй близнец. - Ладно, - пробубнил Рон.       Оба близнеца перевели взгляд на Габриэлу и в унисон произнесли: - Ты ведь та первокурсница, которой мы помогли? Фред и Джордж Уизли. А это Рон, наш брат. Ладно, увидимся позже, если повезёт. - Пока. - сказали Габриэла, слегка наклонив голову, и Рон, что отвёл взгляд. Близнецы покинули купе.       Минут десять мы сидели молча, пока Рон не решил нарушить тишину. - Привет, я Рон, а тебя как зовут? - неуверенно спросил мальчик. - Габриэла. - ответила я. - А в твоей семье есть ещё маги?- более уверенно спросил он.       Я перевела своё внимание на рыжеволосого мальчишку и обыденно ответила: - Нет. - А у меня все, вроде бы. Хотя я слышал, у мамы есть двоюродный брат, который работает бухгалтером, но мы никогда не говорим о нём. У тебя есть братья или сестры? - спросил Рон. - Есть. Старшая сестра и брат. - сказала я, вспоминая свою семью. - А у меня их пятеро, - сказал Рон. Почему-то он помрачнел, хотя я уже стала понимать почему. - Я шестой в нашей семье иду в Хогвартс. Можно сказать, мне есть, к чему стремиться. Билл и Чарли уже закончили учиться — Билл был Старостой, а Чарли — капитаном команды по Квиддичу. Теперь Перси — Префект. Фред и Джордж много хулиганят, но всё равно получают очень хорошие отметки, и все находят их очень забавными. Все ожидают, что я буду не хуже остальных, но даже если я и буду не хуже, то это будет не так уж важно, потому что они достигли всего раньше. И если у тебя есть пять братьев, у тебя никогда не будет ничего нового. У меня старая мантия Билла, старая палочка Чарли, и старая крыса Перси.       Рон запустил руку в свою куртку и вытащил толстую серую крысу, которая спала. - Его зовут Короста, и от него никакого проку, он почти не просыпается. Перси получил сову от папы за то, что стал Префектом, но они не могли позв… ну, то есть, а мне достался Короста. - У Рона покраснели уши. Похоже, он решил, что слишком разболтался, потому что снова уставился в окно.       Габриэла понимала, что скорее всего, этого мальчика обделяли не только вниманием, но и любовью. Даже живя в большой семье, можно чувствовать себя одиноким. Таким людям нужно давать раскрыть себя, а не закрываться в своей скорлупе. Вспоминая совет сестры, завести друзей, я решаю подтолкнуть мальчика на непринуждённый разговор.       Я рассказываю ему нейтральную историю из путешествий по раскопкам с семьёй и легенды древнего Египта, признаваясь, что больше мне симпатизируют Греческие легенды.       Пока они разговаривали, поезд выехал из Лондона. Теперь они мчались мимо лугов, на которых паслись многочисленные стада коров и овец. Некоторое время они молчали, глядя на мелькавшие за окном поля и шоссе.       Около половины первого снаружи из коридора послышалось сильное громыхание, и улыбающаяся женщина с ямочками на щеках отодвинула дверь и спросила: - Хотите что-нибудь с тележки, дорогие?       Габриэла вежливо отказалась, вспоминая о еде, что собрала с собой сестра, а Рон пробормотал, что взял с собой бутерброд.       Рон вынул пухлый пакет и развернул его. Внутри оказалось четыре бутерброда. Он разъединил ломтики хлеба и сказал: - Она всегда забывает, что я не люблю солонину.       В это время я достаю свой ланч бокс и открыв его вижу: два, слегка поджаренного тоста с джемом; отсек со спелой клубникой; два сендвича с огурцом, яйцом и салатом. И отдельно лежали булочки с курицей под чесночном соусом, с салатом латук.       Заметив не желание Рона есть свои бутерброды, я предложила разделить свой обед с ним. Аргументируя тем, что для меня одной, это очень много. Рон, поблагодарив, принял моё предложение разделить обед на двоих.