Часть 22

*** Боль пульсировала в каждой клетке тела Арта, отравляя разум. Сознание медленно ускользало, уступая место липкому мраку. Он чувствовал, как его куда-то несут, но сопротивляться не было сил. Слова Валака эхом отдавались в голове, смешиваясь с шепотом Лилит, который становился все громче и требовательнее. Вскоре Арт почувствовал прикосновение холодных рук к своему лицу. Знакомый запах лаванды пробился сквозь пелену боли. Это Сиенна. Он попытался открыть глаза, но веки были неподъемными. — Что ты с ним сделал? — спросила Сиенна с тревогой в глазах не отрывая взгляда от Валака. — Ничего страшного, мисс, — небрежно отозвался Валак. — Женевьева дала мне кинжал что сейчас в его сердце. Он лишь ослабляет его силу и волю, зато дарит невыносимые муки. — Пока он не сможет сопротивляться… — Валак замолчал, словно обдумывая что-то, — нам нельзя медлить. Нужно вернуть ему сознание. С этими словами он опустился в кресло. Агнес усадила Арта на стул, сковывая его заклинанием. – Я принесу гримуар и свечи, – обронила она Сиенне. – И мы можем начинать. Сиенна молча кивнула, опускаясь на колени перед Артом. Она внимательно оглядела его. Хоть он и был неподвижен, глаза его были закрыты, на лице застыла гримаса, в которой смешались злоба и невыносимая боль. — Где ты его нашел? — Сиенна обернулась к Валаку, в ее глазах плескалась тревога. Демон лишь зловеще ухмыльнулся в ответ. — Неподалеку от того заброшенного дома, — ответил Валак, растягивая слова, — где вы впервые узнали свою истинную сущность, мисс. — Значит, он был там… — с горечью прошептала Сиенна. — А Лилит? Ее присутствие ты почувствовал? — Нет, — сухо отрезал Валак, — но, полагаю, она уже ощутила его отсутствие. Нам следует быть готовыми к ее гневу. Агнес вошла в комнату, сжимая в руках свечи и древний гримуар. Девушка расставила свечи по кругу, и от одного прикосновения их фитили вспыхнули, озаряя помещение неровным, танцующим пламенем. В центр круга она положила гримуар, раскрыв его на странице, где был изображен демонический символ Арта. Сиенна опустилась рядом с Агнес, осторожно взяв ее за руку. Они начали читать заклинание, но словно невидимая стена отталкивала их обратно. После нескольких безуспешных попыток Агнес, с отчаянием в голосе, прошептала: — Она слишком глубоко проникла в его сознание… Этого недостаточно, чтобы пробиться. — Думаю, нам нужна помощь, — произнесла Сиенна, тревожно глядя на Агнес. — Полагаю, Женевьева сможет помочь, — произнесла Агнес. — Мы с Валаком заглянем к ней, отлучимся ненадолго. — Кинжал можно извлечь, — добавила она с уверенностью. — Заклятие, которым я его сковала, достаточно прочно. — Хорошо, — отозвалась Сиенна. — А если что-то пойдет не так? — с тревогой спросил Валак. — Я сумею удержать его, — отрезала Сиенна, скрестив руки на груди. — Он не причинит мне вреда, тем более, что он не может даже пошевелиться. Когда Сиенна осталась с Артом наедине, она медленно, словно крадущаяся тень, приблизилась к нему. Ее пальцы осторожно обхватили рукоять кинжала, глубоко вонзившегося в его грудь. Арт, словно пробудившись от кошмара, распахнул глаза, испепеляя Сиенну злобным взглядом. Она плавно потянула кинжал, и сталь с влажным чпоком выскользнула из сердца демона. Адская боль отступила, уступая место обманчивому облегчению, словно перед бурей. Но демон нутром чувствовал – оковы уже сковали его, лишая возможности пошевелиться. — Что она сделала с тобой? — прошипела Сиенна, вглядываясь в его лицо. — Неужели ты ничего не помнишь? — прошептала она, невесомо коснувшись его щеки. Арт лишь поморщился, словно от прикосновения раскаленного железа. В глазах Арта бушевала ярость, отблески адского пламени отражались в зрачках. Он попытался вырваться из пут, но магия Агнес держала его крепко. Лицо исказила гримаса ненависти, когда он взглянул на Сиенну. — Ты… предательница, — прорычал он сквозь стиснутые зубы, в его голосе слышалось эхо Лилит. – Ты заплатишь за это! — Это Лилит вложила тебе эту чушь в голову? — процедила Сиенна, скрестив руки на груди. — Да пошла ты! — взревел Арт, стиснув зубы до скрежета. Сиенна проигнорировала его ярость, сделав еще шаг вперед. Она впилась взглядом в его глаза, черные как омут, в которых клубилась лишь злоба и клокотала ярость. Осторожно, словно к раненому зверю, Сиенна приблизила руку к его лицу и коснулась щеки. Арт замер, не отрывая взгляда от ее глаз. В ее прикосновении не было ни похоти, ни злобы – лишь бесконечная печаль и надежда. Именно это сбило Арта с толку. Ярость, бурлившая в нем, словно лава в жерле вулкана, на миг отступила, уступив место недоумению. В глубине его сознания, словно сквозь пелену тумана, промелькнули обрывки воспоминаний – теплые объятия, тихий смех, поцелуи, слова произнесенные шепотом при лунном свете. Но эти светлые эпизоды мгновенно потонули в пучине ненависти, подпитываемой ядовитым шепотом Лилит. — Я люблю тебя, Арт, — тихо произнесла Сиенна, ее голос дрожал от сдерживаемых эмоций. — И я верну тебя. В ответ Арт лишь злобно расхохотался, и этот смех звучал неестественно, жутко, словно из самой преисподней. Он был полон издевки и горечи, в нем не было ни капли того тепла и любви, которые когда-то наполняли смех Арта, которого знала Сиенна. — Любовь? — прохрипел он, сплевывая кровь. — Я же говорил тебе, Сиенна… что я лишь монстр. — Он прохрипел слова, словно выплевывая их, как яд, — Я не знаю, что такое любовь. В груди у него клокотала буря, а в глазах плескалось отчаяние. — Значит, что-то ты всё же помнишь, — прошептала Сиенна, обнимая себя руками, словно пытаясь укрыться от холода воспоминаний. — Я помню… — Арт растянул слова, словно смакуя каждое мгновение. — Помню, как ты стонала подо мной, умоляя о большем. Хитрая улыбка тронула его губы, когда он увидел, как вспыхнули щеки девушки. — Признайся себе, Сиенна, где-то в глубине души ты жаждешь познать мою тьму, вкусить запретный плод. — Арт склонился ближе, его голос стал тихим, бархатным искушением. — Знаешь, нельзя недооценивать тьму. Даже самые чистые души, как мотыльки на пламя, летят к ней, чтобы обжечь свои крылья. С этими словами Арт поднялся со стула и, словно хищник, навис над Сиенной. В ее глазах плескалось недоумение, но ни тени страха. Она не боялась его. — Заклятие твоей подружки ослабло, — прошептал он, опаляя ее лицо своим дыханием, — не стоило тебе вытаскивать кинжал. Сиенна вздрогнула от первого прикосновения демона. Она смотрела в его глаза, полные клокочущей злобы, но за пеленой ненависти проскальзывал хищный блеск похоти. Арт медленно, оценивающе обвел ее взглядом. Его рука, медленно скользнула вверх по бедру, обжигая кожу. Сиенна попыталась отпрянуть, но сильные руки демона грубо прижали ее к столу, лишая возможности сопротивляться. — Ты ведь так этого хотела, — прошептал он ей на ухо, обдавая горячим дыханием. — Узнать, каково это — быть с демоном в близости. Сейчас ты поймешь… Сиенна понимала – сейчас сопротивляться бесполезно. Пусть разум его затуманен, пусть это безумие, но она до дрожи, до боли в сердце изголодалась по нему. Сейчас он здесь, рядом, почти осязаем. И пусть потом она проклянет себя за эту слабость, пусть горькое сожаление обожжет ей душу – это будет потом. Сейчас же, утопая в омуте влечения, Сиенна подалась вперед, и между их губами оставалось лишь трепетное мгновение до неминуемого касания. Но Арт лишь усмехнулся, хищно прищурив глаза. Резким движением он развернул Сиенну, так что ее грудь болезненно ударилась о край стола. Обжигающие ладони скользнули по ее бедрам, сжимая ягодицы с такой силой, что у Сиенны, казалось, из глаз вот-вот брызнут искры. Она чувствовала испепеляющий жар его возбуждения, когда он навис над ней, опаляя шею горячим дыханием. Медленно, тягуче, словно пробуя на вкус, Арт провел языком от мочки уха до самой шеи, втягивая в себя ее аромат. Он ощутимо прикусил небольшой участок кожи, и тонкая струйка крови тут же окрасила его губы. Сиенна ощутила странную, жгучую боль, пронзившую шею, но вместе с тем – почти неземное наслаждение, когда его язык вновь коснулся кожи. – Тебе нравится, – прошептал он, наблюдая за ее реакцией. Сиенна попыталась вырваться, но Арт не позволил ей и пошевелиться. – Так даже лучше, – прорычал он, его голос стал хриплым от желания. Он отпустил ее ягодицы, и его руки переместились к ее талии, притягивая ее еще ближе, пока между ними почти не осталось пространства. Сиенна задыхалась, пытаясь унять дрожь, охватившую все тело. Она знала, что должна сопротивляться, но его прикосновения словно лишали ее воли, превращая в податливую глину в его руках. Арт осыпал ее шею жадными поцелуями, постепенно спускаясь ниже, к ключицам. Он словно изучал ее тело, пробуждая в ней доселе неведомые ощущения. Сиенна чувствовала, как ее щеки заливаются краской, а сердце колотится в груди как бешеное. Она закрыла глаза, пытаясь удержать ускользающее самообладание. Его пальцы запутались в ее волосах, резко оттягивая голову назад, открывая еще больше пространства для его поцелуев смешанных с укусами. Арт жадно впился в ее губы, сначала словно дразня, а затем все более напористо и страстно. Сиенна невольно ответила на его поцелуй, ее разум окончательно сдался под натиском захлестнувшей ее чувственности. Он отстранился, тяжело дыша, и взглянул ей в глаза. В его взгляде читалось необузданное желание, смешанное с какой-то странной, пугающей похотью. Арт резко развернул Сиенну на столе, пристраиваясь сзади. Сиенна вздрогнула от обжигающего толчка, жар волной разлился внутри. Рык, рвущийся наружу, Арт едва сдержал – она была невыносимо мокрой, обжигающе горячей и мучительно узкой для него. Несколько мощных толчков, и стон сорвался с губ Сиенны – сплав боли и нестерпимого наслаждения. Одной рукой Арт оттягивал ее волосы, покусывая нежную кожу шеи, а другой – неистово шлепал по упругим ягодицам, задавая бешеный ритм своим движениям. Арт чувствовал, как Сиенна трепещет в его руках, ее тело отвечает на каждый его толчок, на каждое прикосновение. Он не мог остановиться, не мог насытиться ею. Он хотел впитать ее всю, до последней капли, оставить на ней свой след, чтобы она навсегда принадлежала только ему. Он ускорил темп, его движения становились все более яростными и необузданными. Сиенна стонала, царапала стол пальцами, пытаясь удержаться в этом безумном вихре страсти. Она чувствовала, как ее тело горит, как каждая клетка взрывается от неистового наслаждения. Она уже не понимала, где боль, а где удовольствие, все смешалось в один безумный коктейль. Арт почувствовал, как ее тело напряглось в преддверии оргазма. Он издал утробный рык и обрушил на нее всю свою страсть, всю свою похоть, всю свою необузданную энергию. Он извергся глубоко внутри нее, заполняя ее до краев, оставляя после себя лишь опустошение и истому. Они замерли на мгновение, тяжело дыша, пытаясь прийти в себя после пережитого шторма. Арт медленно вытащил свой член из ее тела, и Сиенна почувствовала, как по ее бедрам стекает его сперма. Он развернул ее к себе лицом и жадно впился в ее губы, целуя ее так, словно это был их последний поцелуй. Затем он отстранился, и Сиенна увидела в его глазах не только желание, но и что-то еще – что-то, что заставило ее сердце бешено заколотиться. – Ты получила то, чего жаждала, не так ли? – прозвучал его голос, насмешливый и едкий, словно капля яда. Ухмылка искривила его клоунское лицо, пока он одергивал, черно-белый костюм. – Теперь я получу то, что по праву принадлежит мне, – прохрипел он, и в голосе сквозила зловещая решимость. Сиенна не сразу уловила смысл его слов. Внезапно Арт сорвался с места и, молниеносно метнувшись к мечу, стоявшему в углу комнаты, исчез вместе с ним в клубах густого, черного дыма, словно растворился в ночном кошмаре. Осознание ударило, как обухом по голове. Сиенна, охваченная ужасом, рухнула на пол, и рыдания, полные отчаяния, сотрясли ее плечи. Она закрыла лицо руками, не в силах вынести тяжесть содеянного. Что же она натворила…