Без лица

01:42. То же самое время. Треснувшее зеркало в конце коридора покачивалось, будто стены дышали. Внутри — не отражение, а мрак. Пульсирующий, как чёрная вода. Гермиона стояла ближе всех. Из зеркала на неё смотрела она же, но… не так. Волосы взъерошены, глаза пусты, лицо как будто затянуто пепельной вуалью. И эта вуаль двигалась. — Это не я, — прошептала она. — Уходим, — Гарри шагнул к ней, но зеркало вспыхнуло, и отражение Гермионы вышло из него. Оно стояло перед ними. То же тело. Те же жесты. Но в глазах — ничего. — Это не иллюзия, — сказал Малфой, отступая. — Это эхо. Оно создало… двойника. — Тогда… что с настоящей Гермионой?! — воскликнул Гарри. Он обернулся. Гермионы не было. Исчезла. Просто… растворилась. — Гермиона?! — крикнул он, метнувшись к зеркалу. Ничего. Малфой подошёл к двойнику и резко махнул палочкой: — Expulso! Фигура отбросило назад, но она не исчезла. Поднялась. И улыбнулась. Нечеловеческой улыбкой. — Она не Гермиона, — выдохнул Гарри. — Она… только её отражение. — Зеркала копируют, — Малфой говорил быстро. — Это древняя защитная магия, превращённая в ловушку. Они считывают твою суть — и создают… обратную версию. — Нам нужно вернуть настоящую. Пока не поздно. Тем временем… Гермиона очнулась в полной тишине. Темнота. Холод. Пол — гладкий, как стекло. Над ней — зеркало. Под ней — зеркало. Она была внутри пространства между отражениями. — Гарри? — прошептала она. — Драко?.. Эхо её слов раздалось во всех направлениях. И… ответило. — Здесь ты — только мысль. — Ты — то, что ты боишься быть. — Покажи своё лицо. Если оно твоё. И тогда перед ней возникло её отражение. Только… не в человеческом виде. Оно менялось. Гермиона в гневе. Гермиона, отвергнутая. Гермиона, предающая. Гермиона, одна. — Это не я, — твёрдо сказала она. — Это… мои тени. Зеркало запульсировало. Оно чувствовало её страх. — Скажи, кто ты, и мы отпустим. — Сомневайся — и останешься здесь навсегда. В Хогвартсе Гарри и Малфой отбивались от Эхо-Гермионы. Она двигалась быстро, почти невидимо. На каждом зеркале в коридоре теперь были лицА — чужие, полузнакомые, шепчущие. — Зеркала — портал, — крикнул Малфой. — Если мы разобьём нужное, Гермиона вернётся! — Но какое из них?! — Гарри метался, глядя на десятки отражений. — Они все одинаковые! — Нет, — Малфой схватил его за плечо. — Смотри. Одно из зеркал не шептало. Оно было тихим. На его поверхности — бледная, дрожащая Гермиона. Глаза в слезах. — Это она. Гарри шагнул вперёд, не раздумывая. Палочка вверх. — Reducto! Зеркало разлетелось в пыль. И в этот момент вся Эхо-Гермиона исчезла. Растворилась, закричав нечеловеческим голосом. А на полу, среди осколков, оказалась настоящая Гермиона — бледная, ослабевшая… живая. — Ты… вернулась, — прошептал Гарри, опускаясь рядом. Она дрожала. — Я видела… нечто. Оно внутри зеркал. Оно… не из этого мира. Малфой сел рядом, вытирая кровь с губ. — Мы впустили его. То, что было за печатью. Это не просто проклятие. Это существо. Оно собирает отражения, чтобы стать… телом. — И мы его почти собрали, — выдохнула Гермиона. На секунду все трое замолчали. А потом… из дальнего коридора донёсся гул. Низкий, вибрирующий. Стены слегка задрожали. — Мы не одни, — сказал Малфой. — Он понял, что мы знаем. Позже, сидя в библиотеке, Гермиона нашла старую гравюру: схематичный план замка времён основания. И на нём, под главной башней, было нечто, обведённое рунами. Надпись была на латинском, но Гермиона перевела быстро: Corpus Speculi — Тело Зеркала. — Если у него появится тело, — прошептала она, — он перестанет быть отражением. Он станет реальностью. Гарри смотрел на карту и молчал. — Тогда, — наконец сказал он, — нам придётся идти туда, где всё началось. И в глубине замка, в чёрном зеркале, уже формировался силуэт. Он копировал голос. Шаги. Взгляд. Он учился быть человеком. Одним из них.