Пыльные призраки

Дождь стучал по подоконнику моей съемной однушки ровно с той же монотонной настойчивостью, с какой мой палец щелкал кнопкой компьютерной мыши. Очередное дело о краже со взломом. Очередной неверный муж. Очередные пыльные чужие жизни, которые я перебирала, как бусины на нитке. Частный детектив Марта Одинцова. Звучало солидно, но пахло дешевым кофе и одиночеством. Мне было двадцать четыре, а я все еще жила в параллельной реальности. В той, где было солнечно, пахло нагретой хвоей и речной водой, а сзади доносился смех двоих людей, чьи тени стали моим вечным спутником. Аня Белова и Артем Родионов. Артем и Аня. Как мантра, которую я повторяла вот уже десять лет. Именно ради них я и сидела сейчас за этим столом, ворочая чужой грязный шкаф, вместо того чтобы строить нормальную карьеру, встречаться с парнями и думать о будущем. Мое будущее закончилось в один день, когда их тоже не стало. На столе, рядом с клавиатурой, стояла старая, затертая по краям фотография. Трое подростков, щурящихся на солнце. Я — четырнадцатилетняя, с неуклюжей челкой и вызовом в глазах. Артем — высокий, угловатый, с уже проступающей упрямой складкой на лбу. Его рука небрежно лежала на моем плече. А Аня… Аня Белова стояла чуть поодаль, улыбаясь своей сдержанной, светлой улыбкой. Какое же неверное имя для человека, которая исчезла так бесшумно, что даже эхо не осталось. Белова. От слова «белый». Чистая. Как ангел, которого просто забрали обратно. Они пропали в один день. Сначала не пришли в школу. Потом выяснилось, что ночью не ночевали дома. Началась обычная суета: милиция, опросы, обыски в лесу. Две недели надежды, которая с каждым днем таяла, как сахар в холодном чае. Потом дело положили в архив. Два файла с грифом «Без вести пропавшие». Белова и Родионов. Два пыльных призрака. Мой телефон вибрировал, вырывая из привычного оцепенения. Незнакомый номер. —Одинцова? — голос был женским, напряженным. —Слушаю вас. —Меня зовут Ирина. Ирина Белова. Я… я мама Анны. У меня перехватило дыхание. Сердце заколотилось где-то в горле. За десять лет ее мама ни разу мне не звонила. После исчезновения детей наши семьи разошлись, как корабли в ночи, не в силах выносить молчаливый укор в глазах друг друга. — Ирина Ивановна? — я сглотнула ком в горле. — Что случилось? —Я нашла кое-что. В ее старых вещах. Я… я раньше не могла их перебирать. А сейчас решила сделать ремонт в ее комнате. Она замолчала, и в паузе слышалось лишь ее неровное дыхание. —Там есть дневник. Но не обычный. И… ваша общая тетрадка. По геометрии. Вам она ничего не говорит? Синяя обложка, с наклейкой той музыкальной группы… «Руины». Артем Родионов фанател от них. Он наклеил эти наклейки всем нам. Мою я отклеила. Аня, видимо, нет. — Помню, — выдавила я. —В этой тетрадке… там не задачи. Там какие-то записи. Шифры, чертежи… Я не понимаю. Но там есть ваше общее фото, и на обороте… на обороте написана дата. Та самая. Дата их исчезновения. Написана рукой Ани. Ледяная волна прокатилась по моей спине. Все эти годы я интуитивно чувствовала, что их исчезновение не было случайностью. Двое подростков из благополучных семей не могли просто взять и испариться. Но не было ни одной зацепки. Ни одного доказательства. А теперь оно было. Оно лежало в комнате, которая десять лет была застывшим памятником надежде и отчаянию. — Ирина Ивановна, — сказала я, и мой голос прозвучал чужим, профессиональным. — Ничего не трогайте. Я выезжаю. Сейчас же. Разговор окончился. Я откинулась на спинку стула, глядя на залитый дождем город. Он плыл за окном, как размытое пятно. Но внутри меня все вдруг стало на свои места. Острая, знакомая цельность. Я подошла к шкафу и достала с верхней полки старую картонную коробку. На ней было выведено мое твердым, почти чертежным почерком: «Дело Белова-Родионов». Мое личное дело. Там лежали старые распечатки из интернета, вырезки из газет, карта окрестностей нашего дачного поселка с пометками, которые я делала в шестнадцать, в восемнадцать, в двадцать лет. Бесполезные, отчаянные попытки. Теперь все было иначе. Это был не взгляд убитой горем девочки. Это был взгляд детектива. Я взяла фотографию с тремя улыбающимися лицами. —Ну что, Артем, Аня, — прошептала я, кладя снимок в сумку рядом с блокнотом и диктофоном. — Пора за работу. Пора найти вас.