Кабаре "Хамелеон"

Цири комкает письмо и закидывает его в камин. То легко вспыхивает и вскоре исчезает вместе с рисунком и текстом. Выходит, все написанное - не правда? Или же он сейчас врал? Плевать. Уже плевать. Когда междоусобицы в Аэн Элле закончатся, он вернется туда и продолжит эксперементировать с генами. А Цири продолжит убивать чудовищ. Им больше не нужно думать друг о друге. Она услышала, что хотела. И больше ей от него ничего не было нужно. Цири ложится на кровать, но уснуть не может. Какое-то время она ворочается. Потом открывает глаза и долго смотрит в потолок. Внизу продолжается шум и грохот. Она пытается сосредочиться на нем, чтобы не думать. В итоге она сдается и встает. Попробует напиться, может быть станет лучше. Аваллак'х прав, она стала совсем как Геральт. - Да что вы охуели совсем! - горячился Золтан, выгоняя очередного пьяного пройдоху из заведения. Он обернулся и заметил Цири. - О. Девочка моя. А я тут вон, успокаиваю. А ты что не спишь? - Не знаю, не хочется. - Понимаю. Мне вот тоже. Набьешь пару морд. И сна как не бывало, - он скрестил руки на груди. Цири улыбнулась. Золтан никогда себе не изменял. Хоть что-то было постоянным. - О! Цири! Я слышала, что вы приехали спасать Лютика, - к ним подошла Присцилла. Цири улыбнулась. - Привет. Да. Лютик как всегда. - Но за это мы его и любим, - посмеялась она. - Да... любовь странная штука. Присцилла изменилась в лице. - Так! И кто он? - улыбнулась она. - Никто. И... в общем-то не важно. Он все равно меня ненавидит. - Это он сказал? - задумчиво говорит она. Цири окинула взглядом Присциллу. Они были знакомы, но не были близки. Вряд ли Присцилла понимала о ком идет речь. Она сдалась. Рассказать малознакомому человеку, который хочет поддержать, было куда проще, чем кому-то родному. - Ну... он оставил записку, где сказал, что ненавидит меня. И еще одну, которую, как он в ней же утверждал, написал несколько позже, где говорил, что у него изменились ко мне чувства, но он это не принимает. И по этому хочет меня больше не видеть. - Ооо... тяжелый случай, - вздохнула Присцилла, - А осталась записка? Цири мотнула головой. - Я на эмоциях бросила ее в камин. А сегодня... я к нему прыгнула. И мы поговорили. Я хотела узнать правду. Он сказал, что решил, что все же меня скорее ненавидит. - А ты? Как ты к нему относишься? - Не знаю, - она вздохнула, представив его лицо и сжала кулаки, - Я... я ненавижу его. Он редкостный подонок! - Понятно... - протянула Присцилла, - Идем ка, девочка моя. Она поймала какую-то девушку с подносом. - Принеси ка нам выпить. Та убежала за алкоголем, а Присцилла усадила Цири за стол. - Значит, он написал, что ненавидит тебя. Но ты ему симпатична. Но при этом в глаза он тебе сказал, что все же ненавидит? - Ну... в целом так... Им принесли два бокала вина. - А у него есть причина тебя ненавидеть? - Есть... то есть... он ненавидит не меня... просто я похожа на ту, которую он любил, но она выбрала другого. И от их союза родилась я... - Ммм... сколько ему лет? Он чародей? - ...да. - Понятно. А она, конечно же, погибла. Он обозлился на весь мир. А особенно на тебя, за то, что ты могла бы быть его дочерью, но ты не его дочь. И потому он, конечно же, не может себе позволить тебя любить. И свою любовь скрывает за ненавистью к тебе. Хотя сам еще до конца не определился. - Откуда ты знаешь? - Это типичная история. Я про такое знаешь сколько пьес написала? А сколько песен спела? А ты? За что ты его ненавидишь? - Не знаю. Он... ублюдок... мудак... - Это я уже поняла. Но если опустить, что он мудак, как бы ты к нему относилась? Цири пожала плечами. - Очень сложная история... обычно в таких случаях люди просто женятся на других и всю жизнь страдают по объекту своей ненависти. Ну либо прыгают с крыши. Одно из двух. Крайне редко бывает, что им все же удается поговорить, УСЛЫШАТЬ друг-друга и все же придти к какому-то компромису. Либо окончательно расстаться, но со спокойной душой, либо быть вместе. Я так понимаю, что ваша сегодняшняя встреча не привела ни к одному из этих итогов? - Я проживу без него. А он без меня. Я поеду дальше. А он вернется к себе. Вот и вся история. - Возможно. Но твое сердце сможет его отпустить? - Я договорюсь со своим сердцем. А ему вообще все равно. Я сильно сомневаюсь, что он страдает. - Поверь, он страдает еще сильнее, чем ты, - говорит Присцилла, - У тебя разбито сердце. А он свое сердце разбивает сам. Потому что... скорей всего, он слишком практичен и думает, что сможет управлять своими чувствами. А на деле только насилует себя и убивает изнутри. Цири вспомнила туман аппатии в его глазах. Неужели она права. Девушка отвела взгляд. - И... и что делать? Присцилла пожала плечами. - Я не знаю. Любовь - сложная вещь, а сложная любовь - вообще невообразима. Я люблю писать про нее пьесы, но советы давать... Цири вздыхает. - Ладно, все равно спасибо. - Ммм... есть у меня один совет чисто для тебя. Не злись на него за то, что он не только мудак, но еще и дурак. И уж точно не мсти. Поверь, ты не придумаешь ему такого страшного наказания, как он придумает себе сам. Цири посмотрела на Присциллу внимательным взглядом. - Психология - это моя любовь. Ведь я - бард, - она улыбнулась, - Кстати... можешь не отвечать, если не хочешь, но... этот твой мудак - это не тот самовлюбленный эльф из другого мира, с которым ты путешествовала? - Нет, - повинуясь наитию ответила она. - Ну ладно, - Присцилла не стала ничего уточнять. Девушка поспешила к себе в комнату и рухнула на кровать. Еще какое-то время она лежала и переваривала то, что сказала Присцилла. И все же, значит он врал, когда говорил на балконе? Или врал в письме? Но тогда зачем он его писал? "Душу изливать проще не смотря в глаза". Цили вздрогнула. Он смотрел в глаза, когда отвечал на ее вопрос. Вот и весь ответ. Он не смог сказать правду на балконе. Или же ей хочется так думать? Она снова встает. На улице уже рассветало. Пели птицы. Она потянулась. Нет, спать она сегодня не сможет. Сделав еще пару кругов по комнате, она закрывает глаза. Что ж... будь, что будет. Зеленая вспышка.