Каэр Морхен

Каэр Морхен. Гостевая комната. Полумрак на балконе, хотя вершины гор уже начали подсвечиваться утренним солнцем. В прошлый раз она встретила его именно здесь. Но сейчас его здесь не было. Может ушел? Спустился на первый этаж? Вышел на улицу? Или вообще покинул Каэр Морхен и отправился куда-нибудь в другой мир? Такая тишина и спокойствие. Деревья не шелохнутся, поют птички. Выглядит, как затишье перед бурей. Цири выходит из комнаты и проходит по коридорам. Ее шаги эхом отражаются от пустых стен. Она поднимается в свою комнату и открывает дверь. Так безумно вовремя. На балконе мелькнула тень. Доля секунды на осознание. - Нет! - вскрикнула она, бросаясь к балкону, но вовремя соображая, что уже не успеет. Зеленая вспышка. В падении руками притягивает к себе эльфа. Вспышка. Плеск, кожу обжигает ледяная вода. Цири судорожно гребя руками, выныривает. Эльф выныривает следом. - Ты... ты с ума сошел? Ты... холера. Да что с тобой вообще? - кричала она, стараясь удержаться на плаву. Холод жег кожу, ноги и руки сводило судорогой. Зубы стучали. Оставив злость на потом, она поплыла к берегу. На улице было достаточно прохладно - дело стремилось к середине осени. Вода была безумно холодной. Она обнимала себя руками, дрожа всем телом. Эльф шел за ней максимально тихо. Казалось, он даже по каменистому берегу ступал бесшумно. Цири выжала волосы. Ни какой сменной одежды у нее не было, она вся осталась в седельной сумке лошади, в Новиграде. Хотя полотенца можно было бы найти в крепости. Холод пробирал насквозь. Вдруг сзади на плечи ложатся руки. Произнесенное шепотом заклинание и одежда высыхает. Становится заметно теплее, хотя холод все еще пробирал до костей. - Что ты... зачем... почему? - она оборачивается, со злостью смотря на эльфа. Тот не отвечает. "Обычно в таких случаях люди просто женятся на других и всю жизнь страдают по объекту своей ненависти. Ну либо прыгают с крыши. Одно из двух". Но не буквально же! К тому же она считала Аваллак'ха слишком самовлюбленным для этого. И сразу же вспомнилась фраза Присциллы, что он придумает себе наказание куда страшнее, чем будет ее месть. - Я знал, что ты вернешься. Но не думал, что так быстро, - единственное, что он произносит. Цири резко разворачивается, подходит к ближайшему дереву и достает меч. Удар. Еще удар. Выпад. На коре остаются следы. Вниз сыпятся ветки. Она срывала злость на дереве. Щелчок меча по дереву. Еще один. Цири вздыхает, убирает меч назад, собирает ветки и возвращается к берегу, где все еще молча стоял эльф. Она кидает ветки вниз и поверх них магический огонь. Палки загораются зеленым пламенем. Становится теплее. Она садится около костра на корточки. Эльф садится на валун. Молчание затягивается. - Где мы? - внезапно спрашивает он. - Озеро недалеко от Каер Морхена. Мы здесь рыбачили с Геральтом. Снова повисло молчание. От жара огня становилось все теплее. Скоро она перестала дрожать - холод уходил, злость тоже. Она подняла взгляд на эльфа, неотрывно смотревшего на танцующие вполохи огня. - Рассказывай, - говорит она твердо, - Все. И желательно правду. Он перевел взгляд на нее. - С самого начала. - Правда в том, что... я сам ее не понимаю. Я тебя ненавижу, Зираэль. И ты сама знаешь почему. Но моя одержимость Ларой переросла в одержимость тобой. Из твоего рода никто не был так похож на нее, как ты. Внешностью, даром... даже характером. Я смотрю на тебя, и вижу ее. И это в тебе меня раздражает. Ты никогда не будешь ей! Никогда! - Я и не хочу быть ей. И никогда не стремилась. Я - это я. Ведьмачка Цири. Это ты начал звать меня эльфским именем. И это ты хочешь во мне видеть ее. - Я знаю. Но сейчас я все больше вижу, насколько вы с ней разные. И чем больше я это вижу, тем меньше моя ненависть к тебе. А когда мы скрывались с тобой по мирам от Дикой Охоты, я невольно увидел в тебе не инструмент или оружие, каковым я тебя создал, а личность. Я абстрагировался от этого сколько мог. Мне нужно было, чтобы ты остановила Белый Хлад. И ты выполнила свое предназначение. Ты стала мне больше не нужна. А потом ты меня спасла. И я больше не мог видеть в тебе инструмент. Ты спасла меня по своей воле, не из-за моей манипуляции. Я стал врагом для Аэн Элле, я стал врагом для этого мира. Все произошедшее пошло вразрез с моими планами, я потерял контроль над ситуацией. И все переменилось. Я думал, что если уйду, то со временем забуду о тебе. Ты снова станешь для меня использованным инструментом. Но не мог. Моя одержимость тобой меня не отпускала. Ты мне снилась, я видел тебя в каждой женщине. Я сбежал сюда, на отшиб мира. Где ты выросла. Думал, здесь я смогу разобраться. Но стало только хуже. Потом появилась ты. И... и это все стало невыносимым. Я лишился дома, многолетней работы. Я застрял в этой крепости. Постепенно сходил с ума. Вскакивал от кошмаров. И это проклятье снять невозможно. - По этому ты решил сигануть с балкона моей комнаты? Глупая смерть для могущественного эльфского Знающего. - Возможно. Ей не показалось, он действительно был изможден. Он просто устал. Он устал страдать по Ларе и не хотел страдать еще и по ней. А причин жить у него не осталось - он потерял контроль над всем, потерял контроль над результатом своей работы, ради которой он и жил, потерял привычную для себя значимость, оказался на задворках мира один, никому не нужный. Что это для того, кто привык, что мир лежит у его ног? Она его ненавидела. Но в этот момент ей хотелось ему помочь. Ведь сейчас ему действительно было очень тяжело жить дальше. Она встает и, обойдя костер, подходит к нему, садится рядом на валун и приобнимает за плечи. Он не реагирует. - Я надеюсь, тебе это не настолько противно. - Мне уже не противно, - внезапно говорит он, - Я ничего не чувствую. Цири поднимает на него взгляд, он смотрит на нее. В его взгляде что-то меняется. - Твоя одержимость в том, что ты не можешь отпустить Лару. Ее нет. И никогда не будет, сколько бы ты ни пытался создать ее. Ты же сам понимаешь. Я на нее похожа. Но я - не она. Просто живи дальше. Делай, что делал. Работай над своим... проектом, по скрещиванию эльфов друг с другом... - Зираэль. - Отпусти. Ее. - Я не могу. - Столько лет прошло... - ...а я до сих пор помню ее голос... Он замолчал, снова смотря на водную гладь. - Мне тошно, когда ко мне прикасается кто-то другой. Цири встает и отходит. Вдоль берега росли кусты снежноягодника. Она вспомнила, как сама грустила, а Геральт подходил к этим кустам... Аваллак'х вряд ли оценит. Она срывает горсть и кидает одну в него. Он оборачивается и вопросительно смотрит на нее. Но вместо ответа она кидает еще одну ягоду, попадая по плечу эльфа. Она улыбается, отправляя в него всю горсть. Он какое-то время сидит, будто не зная, как реагировать, потом неуверенно подбирает ягоду с земли и кидает обратно в Цири. Цири исчезает в спышке и оказывается около воды, потом снова исчезает в спышке, оставляя на воде рябь, оказывается около эльфа с занесенной над ним рукой. Он вздрагивает и выгибается. - Зираэль, - шипит он, ощущая, как холодная вода стекает у него по спине под одеждой. - Мы с Геральтом так часто играли, когда я была не в духе. Это было весело. Всегда отвлекало меня от плохих мыслей. А если не отвлекало, он брал воду и начинал брызгаться. Мы приходили мокрые. А дядюшка Весемир всегда ругался, говорил, что нас даже на рыбалку отпустить нельзя, - она улыбается воспоминаниям. Вместе с теплыми воспоминаниями накатывает грусть. Улыбка гаснет на ее губах. Виснет молчание. - Здесь все такое родное, - говорит Цири, - Геральт и Йеннифер мне как родители. А Ламберт и Эскель, как старшие братья. А Весемир... он как повидавший все на свете дедушка. Его все передразнивали, но... правда любили. Вокруг меня гибло много друзей, но... Без него все это потеряло смысл. Эльф нагибается, подбирает ягодку и кидает ее в Цири. Она поднимает на него взгляд. Он сидел такой же спокойный и безэмоциональный. Но в его глазах появилась жизнь. Она улыбнулась ему. - Давай вернемся в крепость? - Думаю, так будет лучше, - сказал он, вставая. Цири зачерпнула в руки воду из озера и плестнула на огонь. Тот зашипел и погас. Остатки она притоптала ногой. После чего подошла к эльфу. - Тут далеко идти пешком? - Нет, крепость прямо за этой скалой. - Давай пройдемся пешком. - Идем. - Веди. Они шли молча. Озеро осталось сзади, а впереди показалась крепость. Как Цири и сказала - недалеко. Вытоптанная ведьмаками и их лошадьми тропинка, по бокам которой росли такие знакомые кусты и деревья, почти заросла. Утро плавно перешло в день. Солнце залило долину. Сколько времени прошло? Нужно было возвращаться, наверняка Геральт ее уже искал. Они подошли к воротам, прошли на территорию. Пели птицы, шелестели деревья, появился легкий ветерок, охлаждающий лицо после жара костра. Перед входом во внутренний двор, Цири все же нарушила тишину. - Мне нужно возвращаться в Новиград. Мы с Геральтом ищем Лютика, он опять попал в беду. - Твой друг бард? - Да. - Хорошо... Повисло молчание. Цири остановилась около ворот в крепость и посмотрела вверх, на башню, в которой располагалась ее комната. Еще немного, и она бы не успела его спасти. Сзади подошел эльф и мягко положил руки ей на плечи. Цири обернулась. Он сделал шаг в бок, чтобы оказаться напротив нее, скользнул пальцами по ее руке к предплечью, вторую руку положил на ее шею, приблизился к ней и впервые поцеловал ее сам. Цири приобняла его, отвечая на поцелуй. Так они и стояли какое-то время, наслаждаясь ветром, птицами и... друг-другом. Он разрывает поцелуй, но не отстраняется. - Спасибо, что оказалась рядом, чтобы спасти меня от моей слабости, - внезапно говорит он, шепотом, не открывая глаз, обдавая ее лицо горячим дыханием. Она проводит носом по его щеке. - Я сохраню тайну, что даже у тебя есть душа, - также шепчет. Он поднимает подбородок. Она скользит носом по его шее, с шумом дышит ртом, вдыхая чуть горьковатый запах зелени и реагентов от его тела, выдыхая горячий воздух на бледную кожу, дойдя до ключицы, прикасается губами в легком поцелуе и все же отстраняется. - Мне правда пора идти, - вздыхает она, отходя. - Ты не злишься? Она смотрит на него довольно долго. Потом делает шаг вперед, не отводя взгляда. - Нет. Он закрывает глаза и отводит взгляд сам. - Я надеюсь, мы еще увидимся, - произносит он, а потом снова поднимает на нее взгляд, - Правда. Она слегка улыбнулась и, не отводя глаз, исчезла в зеленой вспышке.