Часть 2.Она сказала моё имя!

На следующий день в элитном лаунже академии, где F4 обычно собирались, царила привычная атмосфера: роскошный интерьер, мягкие кресла, чашки с кофе. Ханазава Рюи читал книгу, развалившись на диване. Соуджиро лениво крутил в пальцах чашку, а Акира рассматривал новые часы. Дверь с шумом распахнулась. — Ребята! — голос Домёдзи Цукасы прозвучал так, что все головы повернулись. — У меня… у меня… великий новостик! Соуджиро усмехнулся: — Новостик? Может, новость? — Да какая разница! — отмахнулся Цукаса, сияя. — Главное — это… Макино вчера… она меня назвала! Акира поднял брови. — Подожди. Что значит «назвала»? Она тебя и раньше называла. — Нет-нет! — гордо вскинул подбородок Цукаса. — Она сказала моё имя! Поняли? Моё настоящее имя, без фамильной фамилии! Рюи оторвался от книги и медленно моргнул: — О… удивительно. — Удивительно? — возмутился Цукаса. — Это вообще-то… историческое событие! В энциклопедию пиши! Соуджиро хохотнул: — Энциклопедию? Ты хотел сказать «в историю»? — Ну да, туда же! — отмахнулся Цукаса. — Главное — она сказала: «Цукаса». Слышите? Цу-ка-са! Он произнёс своё имя с такой гордостью, словно только что выиграл мировое первенство. Акира усмехнулся, покачав головой: — А ты прям сияешь. Ещё немного — и будешь как лампочка в коридоре. — Я не лампочка! — возмутился Цукаса. — Я… я светоч любви! Соуджиро едва не поперхнулся кофе: — Светоч… любви?! Даже Рюи прикрыл лицо книгой, чтобы скрыть улыбку. Цукаса, не замечая насмешек, продолжал: — Теперь всё официально. Мы… как это… другой уровень. — Новый уровень, — поправил Акира. — Ну вот! Новый уровень! — согласился он. — Теперь она моя по-настоящему. Соуджиро с хитрой улыбкой подался вперёд: — Слушай, а как это было? Ты её заставил? Или она сама? Цукаса сразу надулся: — Я не заставлял! Просто сказал ей: «Говори моё имя!» — и она сказала. — Звучит очень романтично, — хмыкнул Акира. Рюи тихо добавил: — Давление через приказ — это у тебя называется «романтика»? Цукаса нахмурился: — Да вы ничего не понимаете! Это был момент… как это… сердце с трясучкой! Соуджиро захохотал: — Ты хотел сказать «сердце трепетало»? — Ну да! С трясучкой! — уверенно подтвердил Цукаса. Акира и Соуджиро уже откровенно смеялись, а Рюи, не отрываясь от книги, заметил: — В любом случае, если она сказала твоё имя… значит, для неё это важно. Цукаса сразу расплылся в улыбке, забыв про их подшучивания. — Вот именно! Поэтому я теперь… номер ван! — Номер один, — дружно поправили трое. — Да какая разница! — огрызнулся он, но глаза у него светились счастьем. — Главное — Макино теперь зовёт меня Цукаса. И в этот момент даже Рюи, обычно спокойный, не смог сдержать улыбку.