Часть 5 Редкие травы

Утро выдалось прохладным и ясным. Сквозь узкие окна комнаты пробивался бледный свет, рассекая остатки ночной тьмы. Ширра проснулась первой — привычка следопыта не позволяла спать долго. Некоторое время она просто лежала, глядя в потолок, вспоминая вчерашний разговор. Между ними всё ещё витало напряжение, но в нём было что-то новое — почти неуловимое. Будто лёд, разделявший их, дал трещину. Ардан проснулся чуть позже. Он молча смотрел в окно, глядя куда-то вдаль, на влажные от тумана улицы Крепости. Взгляд его был спокойным, но в глубине — чужая, непривычная для него растерянность. Он привык, что люди сторонятся его — смотрят настороженно, говорят осторожно. Ширра же смотрела иначе, будто пыталась рассмотреть нечто за гранью того, кем он привык быть. И от этого становилось чуть не по себе. Она застёгивала ремни плаща, почувствовав его взгляд. — Готов? — спросила тихо. Он кивнул, поднявшись. — Да. Больше слов не потребовалось. Оба понимали, что сказанное накануне не нуждается в комментариях. Во дворе уже стоял Тагр, нетерпеливо перебирая лапами, и конь Ардана, взявшийся из ниоткуда, покрытый утренней росой, не издавая звуков и не двигаясь, будто тень. Небо над крепостью постепенно светлело, а на горизонте, среди утреннего тумана, темнели массивные ворота. Возле них, как и обещал, ждал Кобарт. Когда путники приблизились, ящер сказал коротко: — Вы вовремя. Ширра кивнула, опуская капюшон на глаза. — Мы готовы. Кобарт обернулся, подавая знак дозорным. Ворота медленно опустились с тяжёлым скрипом, впуская порцию холодного воздуха и запаха болот. Ширра и Ардан переглянулись — без слов, но с тем молчаливым согласием, что бывает между теми, кто уже делит путь. И, не оборачиваясь, они тронулись следом за Кобартом — туда, где за серым туманом начинались болота. Дорога от Крепости шла всё ниже, в сторону севера. Воздух постепенно густел, наполняясь влагой и запахом разных трав, смолы и чего-то терпкого. Чем дальше они уходили, тем больше всё вокруг менялось: под ногами всё чаще попадались кочки, поросшие тиной и болотным мхом, а на горизонте уже клубился туман —молочный, живой, шевелящийся. — Без местного проводника сюда не добраться, — негромко произнёс Кобарт, шагая впереди. — Болота не терпят чужаков. Они живут своей жизнью, духи меняют тропы, прячут следы. Даже я хожу сюда нечасто. Они шли всё утро и день. Вдруг Кобарт остановился и обернулся к магу. В его жёлтых глазах не было уже прежнего недоверия — лишь внимательность и лёгкое удивление. — Здесь растут редкие травы — и лечебные, и смертельно опасные. Целители говорят, что их сила происходит от духов, живущих в этих водах. Они не видимы, но чувствуют каждого, кто ступает на их землю. Если духи спокойны и молчат — значит, ты им не враг, некромант. Сегодня нет. Ширра смотрела вперёд, туда, где туман сливался с водой, а редкие деревья стояли словно часовые. Тагр то и дело втягивал носом воздух. Ардан же ощущал это место иначе: его кожа покалывала, как от прохладного ветра, а воздух казался плотным, насыщенным магией. Ящер посмотрел на Ширру, потом — на бескрайние топи. —Тут граница топей Крепости. Здесь моя дорога кончается. Дальше следопыт справится лучше меня. Болота не любят лишних ног. Он снял с плеча небольшой мешок и протянул ей. — Припасы и немного противоядия. Местные растения могут быть коварны. Ширра коротко кивнула. — Спасибо, Кобарт. Мы осмотримся, поищем нужные травы и... — Не нужно, — перебил ее ящер. — Удачи, — ответил он просто и развернулся. Кобарт шёл обратно легко, почти бесшумно, и вскоре растворился в тумане. Ширра огляделась. Внимательный взгляд скользил по линиям камышей, по следам пузырей, по наклону редких, перекрученных деревьев. Она внимательно изучала направление роста трав, наклон стеблей и вдавленные тропинки — все эти детали рассказывали о том, где земля плотнее, а где можно увязнуть. Ардан наблюдал за ней молча. Его взгляд следил за каждым её движением, за лёгким наклоном плеч, за тем, как она оценивает почву и выбирает путь. Он не торопил её и не вмешивался. Вдруг Ширра встала и сделала несколько осторожных шагов, проверяя почву, потом кивнула: — Так. Тропа старая, но ещё держится. Если идти аккуратно, можно выйти на сухие участки дальше. Следуй за мной. Нужно успеть выйти с болот до заката. Тагр шел рядом, внимательно изучая каждый шаг, подстраиваясь под её движения. Ширра оглянулась через плечо, словно проверяя, что маг держится линии. Её глаза блестели вниманием и сосредоточенностью — каждый жест, каждый взгляд был выверен и точен. Ардан наблюдал за ней с непривычным интересом. Привычная лёгкая улыбка и шутливые движения Ширры вдруг исчезли: на их месте осталась сосредоточенность и точность. Она не пыталась казаться сильной или важной — она просто знала, что делает, и этим умением завоевывала его тихое, непривычное ему самому внимание к другому человеку. Молчание вокруг них стало долгим, но не тяжёлым. Маг наблюдал: как Ширра ведёт их по болоту, как она "читает" землю, как её уверенность в каждом шаге создаёт ощущение порядка там, где всё вокруг кажется хаотичным. К вечеру тропа вывела их к небольшой поляне, где топи постепенно уступали место лесу. Тяжёлый воздух болот сменился свежим ароматом хвои, а сквозь ветви просвечивали тёплые лучи заката. Путники присели на валежник, позволяя себе короткий привал. — Тут можно перевести дух, — сказала Ширра, оглядываясь на лесной край. — Нам нужно решить, куда двигаться дальше. Ардан кивнул, сложив руки на коленях и глядя на лес. — Есть несколько маршрутов, — начала Ширра, — каждый имеет свои риски и преимущества. Нам придётся выбирать внимательно. Если мы пойдём через лес, сможем быстрее достичь северной топи. Минус — будем открыты для любых хищников и диких зверей. Местный лес явно не так безопасен, как роща у Оплота эльфов. Ардан нахмурился: — Быстро — не значит безопасно. Внезнакомом лесу легко заблудиться, и у меня нет привычки останавливаться на ночёвки среди дикой природы, где каждый шорох может стать угрозой. — Какие мы требовательные! Простите, королевских покоев по дороге не будет, или Вы предпочитаете свежевырытые могилы? Ардан посмотрел на нее в упор. — Осторожность — не слабость. А шутки редко спасают от того, что подстерегает впереди. Ширра лишь фыркнула. А потом рассмеялась. — Ладно, ладно. Идти на ночь глядя через незнакомый лес сейчас и правда не лучшая идея даже для меня. Найти там безопасное место на ночлег до полной темноты мы не успеем. Предлагаю дойти до того холма, что был виден из Крепости. От туда осмотрим ближайшую местность и решим, как идти на север дальше. Маг кивнул, и они двинулись дальше. Они шли вдоль кромки леса, где земля постепенно переходила из мягкой болотной в твёрдую, поросшую сухими корнями и редкими кустами. С одной стороны — тянулись низкие заросли, влажные, пахнущие сыростью и мхом, с другой — темнели стволы древних деревьев, словно выстроившихся в молчаливый караул. Ветер приносил запах хвои и прелых листьев, и где-то далеко перекликались птицы. Ширра шла впереди, уверенно, ловко обходя кочки и ямы - в её походке не было ни спешки, ни беспокойства. Маг наблюдал за ней молча. В её повадках, в уверенности движений было что-то… живое, настоящее. Ардан поймал себя на том, что смотрит слишком долго, и отвёл взгляд, будто застигнутый на чём-то неловком. Тропа вывела их к высокому холму, заросшему редкой травой и кустарником. На вершине открывался вид на бескрайний лес, уходящий на север. Вдалеке угадывались туманные силуэты невысоких гор, за которыми лежали болота, к которым они стремились. С другой стороны холма из-под камней бил источник. Вода струилась прозрачной лентой, переходя в небольшой водопад, что падал в расщелину и терялся среди корней. — Здесь и остановимся, — предложила Ширра, бросив взгляд на солнце. — Отсюда видно почти всё, и вода — под рукой. Устроим привал у подножия до утра. А утром, когда будет видно лучше, решим, как идти дальше. Маг кивнул, не возражая. Идти на ночь глядя действительно не стоило. Тагр, едва они остановились, поднял морду, втянул воздух и тихо фыркнул. — Иди, — сказала Ширра, даже не оборачиваясь. Волк коротко зарычал в ответ и сразу исчез среди трав, растворяясь в мягком шорохе подлеска. Он всегда осматривал территории на стоянках. Заодно мог поохотиться. Ардан провёл взглядом зверя и, помедлив, тоже поднялся. — Я осмотрюсь, — произнёс он негромко. Ширра лишь кивнула, уже собирая хворост для костра. Маг спустился немного ниже, туда, где воздух был влажнее, а земля пружинила под сапогами. Лес начинался здесь — тихий, полутёмный, с вязким ароматом хвои и сырой земли. В полумраке переливались влажные листья, между корнями поблёскивали капли росы. Он опустился на одно колено, тронул пальцами мох — и вдруг заметил, что среди привычных растений мелькают совсем иные. Тонкие стебли с сизым отливом, плотные листья, источающие слабый запах металла, смолы и прелой коры. Несколько имели необычный оттенок — сине-зелёный, будто светящийся изнутри. Ардан с интересом смотрел на них. Даже для него, человека, привыкшего к редким образцам, эти растения были новыми. Он осторожно срезал несколько побегов, завернул в кусок ткани и, глядя на них, почувствовал лёгкое волнение — то чувство, которое возникает, когда сталкиваешься с чем-то новым, что не вписывается в привычные знания. Когда он решил возвращаться обратно, небо уже совсем потемнело, а верхушки деревьев скрывали последние лучи солнца. Ширра развела костёр, и дым тянулся тонкой лентой в вечерний воздух. И ещё пахло похлёбкой. Ширра поднялась с колен, когда еда была готова, а костёр разгорелся достаточно сильно. Она откинула со лба выбившуюся прядь и обернулась к источнику, чей звонкий поток журчал чуть в стороне, между камней. — Надо смыть с себя дорогу, — сказала она, больше себе, чем кому-то, и направилась туда, где струилась вода. Ардан стоял чуть поодаль, у подножья холма, ещё держа в руках свёрток с растениями, когда увидел ее. Он не сразу понял, что задержал взгляд. Ширра скинула с себя одежду, опустилась к воде и, зачерпнув ладонями, умылась, позволив каплям стекать по скулам, шее, ключицам и спине. Маг заметил, как последние лучи скользнули по её коже, отражаясь в воде, как ее темные волосы струились по телу, ещё больше выделяя его формы в сумерках. На ее теле было достаточно шрамов, каждый — какая-то история. Что-то странное сжалось у него в груди — ощущение живого, тёплого, того, что редко касалось его мира. Он отвёл взгляд, будто пойманный на чём-то ненужном, и сделал вид, что рассматривает собранные травы. Но взгляд всё равно невольно возвращался — коротко, будто украдкой. Густой тёплый узел, завязавшийся у него в груди, спустился на низ живота. Он нервно сглотнул, не зная, как совладать с этим чувством. Когда Ширра вдруг повернула голову, словно почувствовав на себе чужое внимание, их глаза встретились. Её губы чуть тронула усмешка — не осуждающая, а скорее понимающая, а в глазах сверкнуло живое любопытство и азарт. Она не пыталась даже прикрыться, будто одним своим видом бросала ему вызов. Ардан застыл, потом резко опустил глаза и, с непонятным раздражением, отвернулся. Секунду спустя он уже скрылся между деревьев, будто ему срочно нужно было чем-то заняться. Ширра хмыкнула тихо, скорее себе. — Вот и вся непоколебимость, — прошептала она, улыбнувшись, и, одевшись, вернулась к костру. Огонь мерно потрескивал, освещая неровные камни и лица путников золотыми всполохами. Тагр, насытившись на охоте, лег чуть поодаль, положив голову на лапы. Его янтарные глаза поблёскивали в полумраке, настороженно следя за каждым шорохом. Ширра сидела ближе к костру, вытянув ноги и лениво доедая похлёбку. Тишина была почти уютной, если не считать редкие звуки леса. Ардан сидел напротив, всё такой же собранный, ровный, будто даже здесь — у огня, под открытым небом — он сохранял ту внутреннюю выправку, которую нельзя было нарушить. Только она уже была нарушена. Девушка бросила на него короткий взгляд — спокойный, но с едва заметной искоркой. — И как, маг, местная флора? — спросила она, нарочито обыденно. — Нашёл хоть что-нибудь, ради чего стоило лезть в этот бурелом? Ардан не сразу ответил. Повернул в руках стебель растения, сухой и остро пахнущий смолой. — Да, — тихо сказал он. — Некоторые действительно редки. Я лишь читал о них, что они помогают сохранить связь между телом и духом. Нужно всего лишь заварить отвар. — О как, — кивнула Ширра, чуть улыбнувшись. — Связь тела и духа… звучит подозрительно поэтично для человека, который весь день молчит, будто слова для него — тяжкая ноша. Ардан бросил на неё взгляд, короткий, но не совсем равнодушный. — Так нравится пытаться меня поддеть? Пустые старания. Молчание полезнее праздных разговоров, — отрезал он. — Особенно когда не знаешь, что сказать? — парировала она, приподняв бровь. Он тихо вдохнул, будто сдерживая раздражение. Ширра наблюдала за ним, сдерживая усмешку. Ардан приподнял взгляд. — С чего ты взяла? — Ну, например, — лениво протянула она, опершись подбородком на руку, — с того, как ты сегодня смотрел на меня у источника. Он замер. На миг всё вокруг будто стихло — даже костёр потрескивал тише. Надеяться на то, что она тактично не вспомнит его взгляды было глупо. Кто угодно, но не она. — Я… наблюдал за источником, — произнёс он сухо, чуть отводя взгляд. Ширра хмыкнула, покачала головой. — Источник, значит… Ну да, конечно. А я-то подумала — вдруг ты просто никогда обнажённых женщин не видел. Ардан резко поднял взгляд. В его глазах мелькнуло что-то — не гнев даже, скорее удивление и какая-то… неловкость. — Я — не мальчишка, — процедил он, — чтобы… Он запнулся, поняв, что каждое слово только сильнее заводит её. Ширра чуть склонила голову, глядя на него поверх огня — взглядом, в котором смешались любопытство и насмешка. — Скажи честно, Ардан, — протянула она лениво, — а ты вообще когда-нибудь был с женщиной? Он резко поднял глаза, словно она ударила прямо в то место, куда никто не должен был целиться. — Что за вопрос? — удивленно отозвался он. — Самый обычный, — пожала плечами Ширра. Ардан сжал пальцы на коленях, будто пытаясь удержать самообладание. — Мне безразлично, — произнёс он глухо. — Всё это… не имеет значения. На это у меня нет ни времени, ни желания. Ширра чуть приподняла брови, а уголок губ медленно дрогнул. — Хм. Странно. А я вот подумала, что с желанием у тебя как раз всё в порядке, —протянула она мягко. — Просто ты не знаешь, что с ним делать. Он будто остолбенел. — Что ты несёшь? — тихо, но опасно произнёс он. — Да ничего. Просто наблюдаю, —усмехнулась она. — У тебя глаза выдают больше, чем слова. Особенно сегодня у источника. — Я уже сказал — я смотрел на источник, — резко бросил он, но голос дрогнул. — Конечно, — не стала спорить она, откинувшись назад. — Просто там, похоже, была ещё одна «редкая трава», за которой ты наблюдал с особым интересом. Ардан резко поднялся. — Я не намерен продолжать этот глупый разговор. Мне нужно проверить защитные знаки, — бросил он, уходя в темноту. Он отвернулся, шагнул прочь от костра. Его поглотила тьма, и лишь шелест веток говорил, куда он пошёл. Тагр поднял голову, глухо фыркнул и снова улёгся. Огонь треснул, послав вверх искру, что исчезла в чёрном небе. Ширра проводила мага взглядом и усмехнулась, но на этот раз тепло. — Проверяй, некромант, проверяй, — тихо сказала она, глядя в огонь. — Видимо не такой уж ты и “мёртвый”. Утро выдалось неожиданно ясным — солнечные лучи пробивались сквозь ветви, ложились на траву россыпью золотых бликов. Воздух был прохладным, свежим, с запахом хвои и влажной земли. Ширра, по привычке проснувшись на рассвете, потянулась, и только потом заметила, что Ардан уже на ногах. Он стоял у своего коня, проверяя седло и ремни, движения его были чёткими, даже резковатыми. В этих движениях сквозило не привычное ему спокойствие, а напряжение. "Уже не спит. Конечно." Он будто нарочно избегал смотреть в еёсторону. Лицо — каменное, привычное выражение сдержанности вернулось, но теперь оно выглядело надетой маской, чуть перекошенной от усилий. Ширра усмехнулась про себя. Она не собиралась дразнить его сегодня — не потому, что не хотелось, а потому что интереснее было наблюдать. — Рано сегодня, — заметила она спокойно, натягивая сапоги. — Работа не ждёт, — коротко ответил он, не оборачиваясь. Голос ровный, но в нём было что-то натянутое, будто струна. — Работа, — повторила она, кивая, — конечно. Никуда без неё. Он на мгновение застыл, будто хотел что-то сказать, но передумал. Просто проверил стремена и отвернулся к лесу. Ширра встала, стряхнула с плаща утреннюю росу и подошла к своему волку. Тагр встрепенулся, потянулся, а потом снова улёгся, зевнув. — Ладно, лентяй, — сказала она тихо и потрепала его по загривку. — Ещё немного — и тронемся. Она ещё раз бросила взгляд на Ардана. Он стоял чуть поодаль, спиной к ней, и солнце высвечивало тонкую прядь седых волос, блеск металла на пряжке, и руку, что сжимала поводья чуть сильнее, чем нужно. Она вздохнула и взобралась на холм, откуда открывался вид на лес — густой, тяжёлый, уходящий в туманную даль. Он простирался далеко на восток, запад и на север до самых гор. Да, так или иначе придётся идти через лес. Идя в обход, они потеряют слишком много времени. Сойдя со склона, Ширра мягко опёрлась на плечо Тагра и устроилась в седле. — Слушай, — сказала она, обращаясь к Ардану, — увы спать мы будем в лесу. Лес слишком велик, чтобы обходить его, а как я понимаю, ты ограничен во времени. Если всё пойдет гладко, то до гор на севере доберемся через пару дней. Сегодня до обеда будем идти без остановок. Как солнце достигнет зенита, будем искать место на ночлег. Ардан сжал поводья пальцами, его взгляд был сосредоточен на тропе впереди, но напряжение в плечах выдавалось даже сквозь привычную сдержанность. — Согласен, — ответил он тихо, ровно. Ширра чуть кивнула, и Тагр, словно почувствовав команду, плавно спрыгнул с места. Ардан тоже поднялся на коня, и они двинулись в путь. Лес встретил их густой тенью, где солнечные лучи лишь пятнами ложились на землю. Ветер шумел листвой, пение птиц разносилось высоко в кронах, а воздух был наполнен влажным запахом хвои и трав. Тропа вела всё глубже в лес, и солнце постепенно поднималось выше. Путники шли молча, каждый погружённый в свои мысли, но в воздухе чувствовалось — день обещает быть длинным, и за этим спокойным началом скрывается что-то большее.