Пролог: Сделай своих врагов союзниками

Капельница с успокоительным для животных, добавленным в физраствор, погрузила Тайлера в фантасмагорический сон с чудовищами и единорогами. Его кровь медленно наполняла вены Франсуазы. Айзек смотрел на сестру с нежностью. В его глазах она выглядела так же, как и в последнюю ночь его прошлой жизни. В этот раз все пройдет, как он задумал. Он избавит Фран от Хайда и… дальше этого его планы не шли. Но они что-нибудь придумают. Вдвоем. То есть втроем. Появление племянника еще не уложилось в его голове. Франсуаза открыла глаза. Он погладил ее по щеке и спросил, как она себя чувствует. — Лучше, — Фран протянула руку и мягко провела по его волосам. Айзек положил голову ей на грудь и прошептал: — Я спасу тебя от этого проклятия, в этот раз меня никто не остановит. — Айзек… После прошлой попытки, когда я лежала на том столе… Я решила, что не выдержу этого больше. После стольких экспериментов в Уиллоу-Хилл я не могу так больше. Железное сердце Айзека поддерживало ровный ритм, но кровь стучала в висках, и он непроизвольно сжал кулаки от бессильной злобы. Он уже убил ее мучителей и, к сожалению, мог сделать это только один раз. Он поднял голову, чтобы посмотреть ей в глаза. — Я не могу потерять тебя, Фран. — Теперь у меня есть Тайлер, мы должны попытаться спасти хотя бы его. Айзек, ты регенерировал, ты будешь жить долго. Ради меня и всего, что между нами было, обещай мне, что позаботишься о нем, когда я… Он прижался к ее губам, не давая договорить. И почувствовал что-то, какую-то искру, которой не было раньше в теле зомби. Не то теплоту, не то желание. Жизнь. Он чувствовал себя живым. Он вернул себе все свое тело, кроме отрубленной правой руки. — Фран! Я понял, — в его глазах загорелись безумные огоньки, предвещавшие рождение новой идеи. — Я смогу вылечить тебя, вернуть тебе здоровье и все, что у тебя отняли. Мне нужна только лаборатория и моя правая рука. — Что ты придумал? — лицо Франсуазы осветилось надеждой. Как девчонка, которой Фран была когда-то, она почти подпрыгивала на кушетке от нетерпения. — Из моей крови я могу извлечь вещество, которое восстанавливает меня, и применить на тебе. Это может сработать! Фран сжала его в объятиях. — Мы выманим девчонку Аддамс, вернем мою руку и починим лабораторию в башне Яго, — прошептал он ей на ухо. — Нет, я не хочу ввязываться в новые неприятности и впутывать сына в проблемы с законом, — решительно ответила Франсуаза, отстраняясь. — Я хочу, чтобы Аддамсы заплатили за те годы, что мне пришлось пропустить, — он обхватил ее лицо уцелевшей ладонью. Глаза его приобрели лихорадочный блеск. Фран погладила его по плечу, словно пытаясь наверстать все упущенные за тридцать лет прикосновения. — Мы не можем бегать вечно. Это плохо закончится. Нам нужны союзники, а не враги, — она пыталась уговорить его притормозить так же, как когда-то раньше, и надеялась, что сможет быть голосом разума. — Что ты предлагаешь? — С опаской спросил Айзек. — Извиниться. Извиниться за то, что пытался использовать Гомеса, зная что тот умрет. Он поймёт. Он бы тоже пожертвовал тобой ради своей любви. Мортиша сама отдаст тебе твою руку и обеспечит доступ к лаборатории дочки в обмен на эликсир вечной молодости. — А мелкая пигалица? — Тайлер отвлечет ее, — Фран улыбнулась, — Между ними опасные игры. Похоже, это семейное. Тайлер, будто услышав свое имя, со стоном зашевелился, и они отстранились друг от друга. — Солнышко, ты совсем ослаб. Тебе надо поесть, — Франсуаза села у изголовья кушетки, на которой он лежал. — Кролик в нежном соусе или ягненок с овощами? — Айзек рылся в консервах для домашних животных. Он продемонстрировал банку с изображением стейка Тайлеру, одновременно думая о том, что впервые с того момента, как вылез из могилы, тоже почувствовал аппетит. Тайлер издал звук, похожий на рычание. — Тише, тише, милый, дыши! — успокаивающе погладила его по плечу Франсуаза. — Я понимаю, это ужасно, но ничего другого у нас нет, а ты отдал мне много крови. Тебе нужно восстановить силы. — Ягненок, — смирился Тайлер. — Посолите и подогрейте. *** Проникнуть в Невермор в вечер бала Мортиши оказалось проще простого. Оглушенного гостя, с которого он снял красный фрак, Айзек уложил под одной из лестниц. Дождавшись удобного момента, он подошел к хозяйке вечера. Мортиша благосклонно приняла его приглашение на танец, не узнав. Лишь когда они закружились среди других пар, Айзек прошептал: — Привет, Тиш. В последний раз, когда мы встречались, ты лишила меня правой руки. После секундной заминки на лице Мортиши отразилось осознание. — Айзек Найт! Ты должен быть мертв! — Как видишь, я не только жив, но и нахожусь в отличной форме, — его внешний вид как раз регенерировал до того состояния, в котором он находился в день смерти, и как нельзя лучше подходил для рекламы вечной молодости. — Чего ты хочешь? — Мортиша, справившись с первым потрясением, вернула себе уверенный вид и ничем не выдавала волнения. — Я был неправ, когда хотел пожертвовать Гомесом. Я бы сказал что жалею, но ты поймешь, что я лгу. У меня есть деловое предложение. — Как я могу тебе верить? Как ты вообще вернулся к жизни? — Загляни в мое сердце. Мортиша положила руку на грудь Айзека и почувствовала тиканье механического сердца. Гомес, узнавший бывшего друга, напряженно наблюдал за происходящим, но не вмешивался, зная, что его жена может за себя постоять. Вещь был отправлен за Уэнсдей и Пагсли. Мортиша погрузилась в видение. Семейный ужин с Найтами, ее взрослые дети тут же. И несколько похожих на них малышей гадают, что получат на Рождество. Мортиша посмотрела на свою руку. Фарфоровая кожа без единого пятнышка. — Я в деле. Чего ты хочешь? — Только то, что ты у меня когда-то забрала, — Айзек поднял перчатку, скрывающую отсутствие руки. — И доступ к вашей лаборатории. И нам всем надо где-то жить в это время. Мне, Франсуазе и Тайлеру. Мортиша кивнула. Когда пришло время объясниться с Гомесом, тот проявил широту души: — Прощено и забыто, amigo. Я бы убил тебя ради моей Мортиши, не сомневаясь. Семья прежде всего. Mi casa es tu casa.