Часть 20

      Весть о пожаре в доме Аморы разлетелась очень быстро. И уже за завтраком вся семья принесла Локи соболезнования. Сигюн не было, но никто и не удивился, она уже несколько дней предпочитала одиночество. Тор считал это прихотью, Фригг понимала, что бы не происходило, внучке нужно время.       Локи был задумчив и, казалось, это из-за Аморы, но на самом деле, он думал про таинственный голос, что помог чаровнице, а ещё его беспокоила племянница. Точнее, он понятия не имел, как следовало с ней дальше общаться, после того, как она всё вспомнила.       Извинившись, младший принц встал из-за стола и направился в свои покои. Никто его задерживать не стал. Тор велел разобраться с пожаром, после обеда ему доложили, что дом Аморы сгорел полностью, но тела обнаружено не было. Громовержец поспешил к брату, сообщить радостную весть, что его возлюбленная, возможно, жива, но встретил лишь ледяной взгляд. Локи кивнул, поблагодарил Тора и попросил, если вдруг её найдут, пусть обязательно сообщат ему. Он прекрасно знал, что она не выжила, ведь под действием его магии, её тело просто испарилось в огне. Но теперь всё выглядело, будто чаровница сбежала и пропала без вести. Хеймдаль тоже не сообщил ничего определенного. Сказал, что Амора часто пропадала из его поля зрения, под действием своих или чужих чар. В этот раз было тоже самое. Трикстер и на этот счёт не беспокоился — его иллюзия спокойно спала всю ночь в своей кровати.       Сигюн проснулась от яркого солнечного света. Соль во всю светила на небосклоне. Поняв, что опять проспала завтрак, принцесса потянулась и села на кровати. Взгляд первым делом метнулся к Лискиной лежанке. Пусто. Моментально вспомнив все события вчерашнего вечера, девушка не смогла сдержать слёз. Она сидела на кровати, осознавая, что больше никогда не увидит своего питомца. В груди всё сжалось. От резко нахлынувших эмоций захотелось выть. Воздух вдруг кончился в лёгких. Судорожно вздохнув, Сигюн встала и подошла к окну, просто, чтобы открыть его и глубоко вдохнуть.       Положив руки на подоконник и опустив голову, она увидела кулон, висящий на шее. Слёзы только прибавились, в глазах защипало так, что стало физически больно. А горло схватило спазмом — ком перекрыл доступ кислорода. Схватившись за подоконник, Сигюн осела на пол и снова зарыдала. Теперь уже от другой боли — любовной. Постепенно дышать становилось всё легче, со слезами уходил комок, но в душе появилось отчаяние. Что ей делать? Как быть? Локи знал о её чувствах и забрал их у неё. А ещё она сказала, что ненавидит его. Но это неправда. Она никогда не сможет ненавидеть его. Она любила Локи всем сердцем, но понимала, что нельзя показывать свою любовь. Надо будет притворяться. И лгать. А ещё лгать о смерти Лиски. И делать вид, что надеешься, что она вернётся. Где взять на всё это душевных сил?        — Сигюн, — она вздрогнула от неожиданности и повернулась. За её спиной стоял бледный, как смерть, дядя, — если хочешь, я могу помочь, — через связь он почувствовал всю её невыносимую боль и телепортировался в девичьи покои.        — Как? — она сидела на полу в ночной полупрозрачной рубашке, волосы растрёпаны, глаза красные и опухшие от слёз. Принц еле сдержался, чтобы не упасть рядом с ней на колени, — хочешь снова забрать у меня мои чувства?        — Нет, — он покачал головой и сглотнул, сделал шаг и медленно присел на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне, — зелье, — достал из кармана склянку, — оно не забирает воспоминания и чувства, а только успокаивает и притупляет боль.       — Почему я должна тебе верить? — эти слова были словно удар клинком в самое сердце.        — Потому что я никогда не желал тебе зла. Потому что, — его голос звучал глухо. Захотелось всё рассказать ей, но он сдержался, — потому что всегда хотел для тебя самого лучшего. Потому что ты моя племянница, а я — твой дядя. И я должен заботиться о твоём благополучии. Держи, выпей это, и боль притупится, обещаю. Ты сможешь пережить потерю легче. Я больше не заберу у тебя то, что не захочешь отдать сама.       Сигюн взяла зелье и тут же выпила его. Локи грустно улыбнулся. Взгляд его невольно скользнул по её телу, когда она запрокинула голову и проглотила зелье. Принц отвёл глаза. Сделать вид, что его не волновала её нагота было легко. Сейчас он беспокоился о её душевном равновесии. Тем не менее, поднялся и прошёлся по комнате чтобы не смотреть.        — Сигюн, мне нужно сказать тебе кое-что.       — Что? — зелье действительно помогало. Ей было не всё равно, но намного легче. Принцесса встала с пола и накинула на себя халат.        — Амора, — Локи встал возле кресла, избегая смотреть на племянницу, — она исчезла.        — Исчезла?       — Да, в её доме произошёл пожар сегодня ночью, но её так и не нашли.       Сигюн смотрела на него и молчала. Ей было абсолютно плевать, что случилось с Аморой, и где женщина сейчас. Но не спросить принцесса не могла.        — Ты её убил?       Локи промолчал в ответ, понимая, что не хочет ей врать ещё и в этом. Он наконец посмотрел несколько долгих секунд в её глаза и тихо произнёс:       — Просто знай, что она больше никогда не причинит тебе вреда, — с этими словами трикстер исчез из спальни племянницы, оставляя после себя зелёные искры.

***

      На ужин в главном зале Сигюн спустилась без малейшего признака хоть какой-то истерики на лице. Действие зелья распространилось и на её внешний вид. Цвет лица стал розовым, мешки под глазами исчезли. Сиф посмотрела на неё через стол, догадываясь, что без магии тут не обошлось. Локи за столом не было.        — Сигюн, а где Лиска? — спросила Фригг, — ты её вчера искала, нашла?       Сиф замерла над тарелкой. Сама она тайны хранить умела, а ещё делать невозмутимый вид, но вот в принцессе немного сомневалась.        — Нет, — покачала головой девушка, — я так и не нашла её, — грусть в глазах скрыть не удалось, но ведь грусть это не боль.        — Может быть она убежала в лес? — выдвинула предположение воительница, — она любила бегать по саду, нашла лазейку и скрылась.        — Да поди вернётся, — пробасил Тор. Он тоже привык к рыжей плутовке во дворце.        — Не думаю, — покачала головой принцесса, — Лиска действительно была слишком свободолюбивая. Как бы мне не было грустно, но скорее всего, она не вернётся.        — Как жаль, — искренне посочувствовала царица.        — Я надеюсь, что ей там будет лучше. Лес — её дом. А знаете, я тут подумала, — резко перевела тему, — я хочу съездить в Ванахейм, — она успела обдумать это, пока приводила себя в порядок.       — Куда? — Сиф не сдержала вопроса.        — Зачем? — практически одновременно с ней спросила Фригг.        — Я не против, — пожал плечами громовержец, — а на долго?        — До следующей весны.        — На год? Сигюн, ты с ума сошла? Что ты там будешь делать?        — Там есть обучающая программа. Хочу поучиться их магии. Они же не откажут принцессе Асгарда?        — Магии тебя Локи учит.        — Папа, Локи не всё на свете знает.        — Тогда бабушка.        — Мне просто хочется нового. И я хочу поехать завтра.        — К чему такая спешка?        — Обучение начинается меньше, чем через неделю.        — Я поеду с тобой и устрою всё, — тихо сказала царица. Никто возражать не стал. Тор посчитал это очередной прихотью, Фригг была не против нового, О́дин кивнул и сказал, что сегодня же пошлёт ворона перед тем, как отпустить внучку. И только Сиф знала, что девушка бежит. Бежит из дворца. От Локи и своих к нему чувств. После ужина она рассказала обо всём трикстеру.

***

      Поздним вечером принцесса пришла на могилу к лисе. Она села на траву и положила руку на холмик. Было грустно, очень грустно, но как и обещал Локи, но разрывающей боли не было. Действие зелья ещё не прошло.        — Я так и знал, что найду тебя тут, — рядом с ней присел дядя. Она не обернулась, он молча разглядывал её профиль, — Сигюн, ты и правда хочешь уехать? — с горечью спросил, — Убежать из дома? Завтра?        — Мне тяжело находится тут, — она ответила моментально, будто знала, что придётся вести с ним этот разговор, — Я буду каждый день просыпаться и видеть пустую лежанку, буду выходить гулять, а ноги мои приведут меня сюда.        — Это пройдёт со временем, — трикстер прекрасно понимал о чём она говорила.       — А до этого мне каждый день пить твоё зелье? — девушка повернула голову, взглядом встречаясь с принцем, — я должна пережить это горе. Сама. Без зелья.        — Хорошо, пусть без него, но ты не обязана быть одна, — он сглотнул, стараясь не показывать всего того отчаяния, что чувствовал.       — А с кем мне быть?        — Со мной, — Локи захотелось убрать волосы с её лица и прикоснуться к коже. Обнять.        — Мне не нужна твоя жалость, — она уловила нотки сочувствия в его интонации.       — Я не жалость предлагаю, а поддержку.       Они говорили очень тихо, но трикстер предусмотрено накинул на них иллюзию невидимости. Теперь он делал это постоянно.       — Поддержка, — горько хмыкнула Сигюн, — но и поддержка это не то, что мне от тебя надо.        — Я не смогу защитить тебя на таком расстоянии, — он проигнорировал её реплику, незаметно сжимая ладонь в кулак.        — У меня есть твой амулет и те знания, что ты мне дал. Я многому научилась и многое умею. Не отговаривай меня.        — Не разрывай связь, если вдруг научишься, — попросил Локи, понимая, что разговаривать бесполезно. Она уже приняла решение. И может быть так будет проще для них обоих, — можешь ненавидеть меня, но не разрывай связь и прости, за то, что сделал что-то без твоего ведома и разрешения. Держи, — подал ей новый флакон, — сегодня это тебе ещё необходимо, иначе ночью не заснешь.

***

      На следующее утро вместо завтрака была суета за столом. Каждый считал своим долгом дать принцессе совет. Что можно говорить, а что нельзя. Как вести себя при дворе и на занятиях. С кем общаться. Она в первую очередь принцесса, а значит, никакого панибратства с простыми ванами. Фрейя и её дети — вот основные друзья. Но и с ними необходимо держать ухо востро. Не болтать лишнего и больше слушать, чем говорить.        — И смотри, не влюбись там, — посмеялся Тор, — мы пока не планируем породниться с Ванахеймом.        — Папа, любовь не приходит по заказу, тебе ли не знать этого, — намёк на Сиф был так очевиден, что все за столом замолчали.        — Ну хотя бы постарайся не влюбиться, — бог грома взял себя в руки. Виду не подал, что его эти слова задели.       — А где Локи? — чтобы перевести тему, спросила Фригг, — ему кто-нибудь сообщил, что мы уезжаем?        — Я видел его в конюшне рано утром, — ответил Фандрал, — я возвращался с ночной прогулки, а он куда-то уезжал.        — С прогулки, как же, — посмеялся Вольштагг, — и как на этот раз зовут твою прогулку?        Эта реплика вызвала всеобщий смех. Только Сигюн было не смешно. Она улыбнулась для виду и грустно посмотрела на пустой стул напротив. Локи не явился на завтрак. Мало того, он уехал, чтобы не видеть её, не провожать. Хорошо, что зелье ещё помогало, иначе она бы разревелась прямо за столом.       Ближе к обеду королевская карета была готова. Вещи собраны, стража и личная охрана окружила повозку. Если бы была заминка, Сигюн бы передумала и осталась дома. Но с личного распоряжения царицы всё делалось очень быстро. Она чувствовала, что девочке необходимо покинуть Асгард как можно скорее.       Обняв отца, деда и Сиф, Сигюн попрощалась с друзьями и подругами, которые пришли на площадь специально. Напрасно искала глазами Локи, его нигде не было видно. Сглотнув, она забралась в карету и села на своё место. Когда кучер щёлкнул плетью, по инерции упала на подушки спиной. Из глаз потекли слёзы. Чтобы бабушка их не видела, девушка быстро смахнула их со щёк рукой.       На середине радужного моста повозка вдруг остановилась. Послышались какие-то голоса.       — Что случилось? — царица выглянула из двери, — Локи? Ты откуда?       — Я, — принц заглянул в карету, в руках держал небольшую корзинку, — у меня для тебя подарок, — Локи тяжело дышал, видно было, что спешил.        — Подарок? — дочь Тора протянула руки и взяла корзину. Фригг улыбнулась и еле заметно выдохнула, возвращаясь на своё место.        — Я просто не хотел, чтобы ты была одна, — говорить было трудно, но он держался, особенно при матери, — открой.       Сигюн сдвинула крышку и ахнула. На дне лежал маленький рыжий комочек. Только ушки, как локаторы торчали в разные стороны. Девушка подняла глаза, и в этот раз даже зелье не помогло от потока слёз.        — Его зовут Холь, — представил лисёнка трикстер, — он будет твоим самым лучшим и близким другом в Ванахейме. Ухаживать за лисами ты умеешь, — достал из кармана золотой ошейник и протянул, — этот ошейник покажет чей он, и никто не посмеет его обидеть.