Шнурки в стакане

– Я хочу тебя, Момои, – тихо прошептал Саки сквозь зубы.       Он схватил девушку за талию и прильнул губами к шее: он кусал её, оставлял мелкие гематомы и кровоподтёки. Момои хрипло постанывала и дышала в его затылок. Хоть Саки и был тем ещё забелом, ухаживал он за собой должным образом и его крашеная голова всегда была чистой, поэтому девушку это только больше заставляло возбуждаться. Она вдыхала аромат чистой головы и хваталась за волосы пальцами, оттягивая их от себя. Она брала его за руку, ложила себе на грудь и сжимала её. Как назло Момои надела эту длинную, юбку, что не позволяло Саки сделать то, чего он так хотел. Во время этих прелюдий в зале, который на данный момент от ребят разделяла только дверь, послышался громкий поворот ключа в тяжёлой железной двери. Пара подскочила и тут же у обоих возбуждение сняло как рукой. Момои быстро застегнула рубашку, привела себя в порядок и кивнула Саки, который уже высказывался отборным матом, проклиная уборщицу. Они вышли из каморки учителя и встретились глазами с уборщицей. Милая бабуля в фартуке стояла в дверях и удивлённо на них смотрела. – А вы чого-йто тут делайте, ребятки? – Ам... Нас случайно закрыл учитель физкультуры, – осторожно сказала Момои. – А-а-а, ну ладненьк, детчки, давайте по домам, небось мамки уже заждалися вас! – Хорошо, до свидания, – почти хором сказала пара.       Он с красными лицами выбежали из зала физкультуры и рванули на выход из школы. По улице они шли молча, лишь иногда перекидываясь неловкими взглядами. Только когда они дошли до развилки, Саки остановился и сказал: – Че, ну... Мне в другую сторону. – Мы же хотели репетировать у меня, – возмутилась Момои, – ты забыл? – А, точно... Да уже поздно наверное, твои предки уже поди вернулись. – А, да нет, меня мама предупреждала, что он уедут за вещами в город. Может они и завтра вернутся, кто знает... – Так может ты просто позвонишь ей? – Верно, сейчас позвоню!       Момои уже было потянулась к сумке за телефоном, как поняла, что в порыве страха перед Саки, она оставила его в раздевалке. Она процедила сквозь зубы короткое «блять», и Саки удивлённо вскинул брови, поскольку не слышал ни одного мата с её таких, на его взгляд, красивых губ. Он лениво поискал в карманах своей ветровки и протянул ей свой телефон – старенький айфон SE. – Номер её знаешь? – Спросил Саки. – Оу, спасибо, конечно знаю, – она взяла телефон в руки и принялась набирать номер.       Вообще, не в стиле Момои было унижать за какие-то людские недостатки: внешность, вес, статус и так далее. Она прекрасно понимала, что не всем удаётся родиться в богатой семье или получить хорошие родительские гены. Она также знала одно: на дне может оказаться каждый, вне зависимости от происхождения. Даже она сама.       Спустя несколько минут, её мать наконец ответила: – Да, да, кто это? Я вас слушаю. – Але, мама, это я, – невинно сказала Момои, – прости, я забыла свой телефон в школе и звоню тебе с номера... Эм, – она кинула короткий взгляд на Саки, – своего одноклассника. – Оу, милая, что случилось, зачем ты звонишь? – Просто предупредить, что забыла телефон, поэтому пиши мне сообщения, я с ноутбука буду отвечать. – Ближе к сути, – шёпотом сказал Саки и легко пихнул девушку в бок. – А, точно! Мама, вы когода вернётесь? – Резко опомнилась Момои. – Ох, милая, мы ещё даже не в городе... Ужасная пробка, а мы ещё не добрались до родного края, не знаю, возможно останемся ночевать в отеле. – Хорошо.. Ой, то есть, плохо! Просто мне нужно позаниматься с Саки, он обещал меня на гитаре научить играть, а у нас через два дня урок музыки. – Хорошо, милая, только не натворите там глупостей, – обеспокоенно сказала мать, и где-то сзади послышался короткий смешок Саки. – Мама, не начинай! Все, пока!       Момои, не дождавшись ответа от матери, скинула трубку и протянула телефон обратно. Увидев на себе взгляд Саки, она взвизгнула: – Чего смешного?! В отличие от твоей, моя мама хотя бы беспокоится обо мне! – Хах, у тебя просто предки смешные. Такие же как и ты. – Ну знаешь ли, от осинки не родятся апельсинки!       Саки ещё раз усмехнулся и они направились домой к Момои. По дороге он с большим удовольствием рассказывал о своих любимых музыкальных группах. «Наверное, ему очень нравится музыка... Он становится такой.. Живой, что-ли, когда рассказывает...» – Думала про себя Момои. – Знаешь, Момои, если бы ты пережила мою жизнь, то поняла бы, что тебе очень повезло, что ты родилась в такой семье. – Что ты имеешь ввиду? – Она быстро вернулась в реальность, поняв, что Саки будто прочитал её мысли. – Ну, здесь в этом городе впринципе жизнь нелёгкая. Либо тебя ебут, либо ты всех. Я живу в Копенгагене с рождения. Моего отца убили в потасовке у бара, он и его оппоненты были в тло пьяные. Взяли, подрались, толпой на одного. Но не в этом суть. Суть в том, что полиция даже не взялась за это дело, оправдываясь тем, что это просто «городская чернь, которая не стоит их внимания». Типа есть дела поважнее. Я живу только с мамой, и каким бы я не был в школе, на улице, на хате у Нигеля, я её уважаю и не хочу повторить судьбу своего бати. Да, он был не лучшим отцом, он пиздил меня и мою маму, за что я конечно, не успел отомстить. И вообще я, чёрт, – Саки замялся, – всё, не хочу продолжать.        Момои встала посреди улицы в оцепенении. С чего это Саки открылся ей? Почему вообще рассказал? Что он задумал, втирается в доверие? Куча вопросов заполнили разум девушки и она просто стояла и смотрела на Саки. – И че ты встала? Бляять, – протянул Саки, – не стоило это начинать, – он понял, что разговор зашёл не в то русло и хотел было подойти к ней, как она отпихнула его. – Ты не знаешь, через что пришлось пройти мне, поэтому не выё...       Она не успела договорить, как сзади послышались пьяные голоса. Несколько парней направлялись в их сторону. Саки напрягся. – А чего это тут делает такая красивая девушка и одна? – Протянул пьяница в паре метров от Момои. – Тут вообще-то ещё я есть, – крикнул Саки на его вопрос. – Ха-ха-ха! Ты то? Ты себя видел? – Трое парней взорвались яростным смехом и начали показывать пальцами на Саки, – красавица, пошли с нами?       Не успела Момои вставить и слова, как Саки швырнул близ лежащий кирпич в одного из них. Парни тут же уставились на него и с матерными криками бросились в его сторону. Саки отпихнул одного ногой, а другому заломил руку за спину и поставил на колени. – Иди трезвей, мудила! – Саки, сзади, – крикнула Момои, увидев того парня, которого он отпихнул ногой.        Саки одним движением ударил первого головой об асфальт, подошёл ко второму и втащил ему прямо по его опухшей пьяной роже. Тот в силу своего опьянения грохнулся на асфальт, пробубнил что-то вроде «ходи оглядывайся» и уснул. – Сильно ты их, – приметила Момои, обходя каждого. – Ничего не оставалось, теперь ты понимаешь, как опасно здесь гулять по темноте.       И правда, уже было довольно темно на улице. Учитывая, что они провели часа два в спортивном зале после окончания уроков, это вполне логично. Саки закурил сигарету и направился дальше. Момои его обогнала и попросила ещё одну сигарету, на что парень удивлённо посмотрел на неё, но все же достал и прикурил её от своей. – Курить хоть умеешь? – Нет, не умею, – легко сказала Момои и сделала затяжку, после чего страшно закашлялась и сморщилась. – Ха-ха-ха! Ну и дура, – разразился смехом Саки, увидев эту картину, – смотри как надо.       Он сделал большую и медленную тягу, очень слышно вдохнул через зубы и также легко выдохнул. Момои попробовала повторить и вроде бы получилось, но все равно осталась неприятная горечь в горле после первой неудачной затяжки. Спустя пару секунд её мозг наполнился никотином и пришло то самое головокружение, которое бывает у начинающих курильщиков. Её будто начало шатать во все стороны, на что Саки подхватил её за плечи, не выпуская свою сигарету изо рта. – Ну как тебе? – Это... Это довольно странное ощущение, – сквозь зубы сказала Момои и сделала ещё тягу. – Ты куда так часто? Не хватало ещё фею вызывать тебе, чтоб не откинулась. – Да всё, всё, не буду больше...       Наконец, они дошли до дома Момои и та прошла наверх в свою комнату. Удивлению Саки не было предела, потому что для него такой дом считаться роскошью. Он осматривал картины, статуэтки и впринципе дизайн дома. Он вошел в её комнату и почувствовал на своих ступнях мягкий ворс. – Можешь сесть сюда, – указала Момои на маленький диванчик напротив кровати, – есть будешь? Мама наверняка готовила что-то с утра. – Было бы неплохо, я пиздец голодный, – промычал Саки, откидывая голову на спинку дивана. – Хорошо, я посмотрю что есть.       Момои вышла из комнаты и принялась искать еду. Тем временем Саки разглядывал её комнату и расхаживал как у себя дома. Ему в глаза бросилась полуоткрытая дверца шкафчика, из которой выглядывала какая-то красная коробка. Он оглянулся несколько раз, прислушался к двери и решил: «Я просто посмотрю». Когда он открыл коробку его удивлению, или даже страху не было предела. «Что это, мать его, за хуйня?!» – Крикнул он в своих мыслях и резко закрыл коробку, потому что как раз послышались шаги Момои. Он метнулся к дивану и сел, как ни в чем не бывало. В комнату зашла девушка и принесла ему небольшую миску драников со сметаной. Саки глянул на неё, молча взял тарелку в руки и принялся за еду. На секунду забыв о том, что он видел секунду назад он спросил: – Ты не будешь есть? – Да я что-то... Эм.. В общем, я не голодна. – Ну окей, – он дальше принялся есть.       Момои, ничего не подозревая, достала гитару и начала играть какую то лёгкую песню, на что Саки обратил внимание и мысленно кинул ей респект. Все таки, прошло всего лишь два дня, но она уже играет. Потом она начала играть перебором песню "The house of rising sun" и так, будто ненароком спросила: – Саки, что за спор с Нигелем?       А тот аж закашлялся, не сколько от того, что она играла на гитаре, сколько от того, что она ЗНАЛА про спор. – Откуда ты... – У меня свои источники, – сказала та, перестав играть. Она знала, что если скажет, что это Дорис ей проболталась, то ей точно несдобровать, – так что, расскажешь? – Блять, ну, – Саки тяжело выдохнул, поняв, что больше не сможет скрывать, ведь та все знает, – мы поспорили, что я.. – Что ты трахнешь меня? – Без каких либо зазрений совести она перебила его, – на что хоть поспорили? – На деньги. Пять тысяч. – Пожалуй, маловато для такой красотки как я. И что будешь делать? Неужели сдашься? Где же будешь искать деньги? – Не знаю, я уже смирился с тем, что проебал спор. – Саки, это я удалила запись с камер, – призналась Момои, приняв, что сегодня тот самый вечер откровений.       Тот резко глянул на неё и отложил миску с едой. Он подошёл к Момои и прошептал: – Я так и знал.       Та лишь виновато посмотрела на него. Она сжала ладони в кулак и вдавила их в кровать. – Знаешь, мне насрать на этот спор. Я хочу тебя, – с большим трудом выдавил Саки, – ты мне типа... Нравишься. – А? – Воскликнула Момои, не ожидая таких слов, тем более от Саки, – Что ты сказал? – Я говорю... Нравишься ты мне, – уже повысив голос, резко сказал тот.       Девушка приподнялась с кровати, взяла Саки за плечи и притянула к себе. Тот в ответ жадно накинулся на её губы, которые ещё пахли сигаретами, и принялся целовать. Когда он отстранился, Момои посмотрела на него и сказала: – Мне насрать, снимаешь ты это на камеру или нет, но трахни меня.       Саки расплылся в кривой улыбке и стянул с себя белый лонгслив, обнажая свое тело. Момои приподняла рубашку и остальное оставила на парня. Тот судорожно расстегнул её бюстгальтер и снов навис над ней, упираясь в низ её живота пахом. Она чувствовала, что Саки возбудился до предела, поэтому не стала медлить и стянула с себя атласную юбку, оставаясь в одних кружевных трусиках. Саки лёг на спину и стянул с себя штаны с нижним бельём. Момои резко ухватилась за член рукой и принялась делать ему минет. Это был второй раз в её жизни, как она держала член во рту, поэтому она сомневалась, все ли делает правильно. Она изредка поглядывала на выражение лица Саки: оно было таким блаженным, что её аж это начало бесить. Почему работает только она?! Момои поднялась над ним, и Саки ухватился за её талию, резко насадив на член. С женских губ сорвался полустон-полувыдох, который спровоцировал резкий, прерывистый темп. Саки, как и в прошлый раз, не задавал абсолютно никакого ритма своих толчков, изредка останавливаясь на долю секунды и продолжая долбиться с бешеной скоростью. Все таки, что бы он не курил и чем бы он не занимался в свободное от школы время, выносливости его хватало надолго. Момои опустилась головой на его плечи и продолжала стонать и слюнявить его тело. Саки видел, как вся её задняя часть вздымалась от каждого его толчка. – Момои, открой секрет, – как будто невзначай между делом спросил Саки. – Какой секрет? – Сквозь стоны спросила та. – Сколько раз до меня ты трахалась? – Ни одного, – закусив губу, ответила Момои. – Почему тогда я двигаюсь так легко? – Это уже второй вопрос, – будто уходя от ответа, сказала та.       Саки остановился и поднял Момои так, чтобы видеть её глаза. Но её зрачки бегали из стороны в сторону, не желая встречаться с его глазами. – Я не продолжу, пока ты не ответишь. – Ну, о таких вещах нельзя говорить... – Скажи: неужели ты тыкаешься резиновыми игрушками? – Что за бред?! – Вскрикнула Момои, – ладно, бывает иногда.       Саки громко рассмеялся и ухватился за её затылок, прижав её лоб к своему. – Обещай, что выбросишь все до единой. С этого момента ты будешь трахаться только со мной. – Это признание в вечной любви? – Возможно.