Часть 2

— Вот так. — Ершов накрыл стол, поставив на него бокалы и бутылку фруктового сока. — Кажется, всё готово. Гости объявились точно в срок, разместились и принялись с раскатистым хохотом ворошить былое, вспоминая эпопею «КВН», а затем плавно перетекли к «СТС». — Золотое время было… — поддался ностальгии Соколов. — Я до сих пор всем сердцем благодарна вам за приглашение в этот коллектив, — чуть не расплакалась Ксюша. — Честное слово, ни разу не пожалела, что приняла ваше предложение, хотя, признаться, временами так тоскую по «Раисам»… Надо бы как-нибудь и им в узком кругу собраться. — «Золотое время», — перебил Ярица. — А сейчас… Как-то грустно выходит, не находите? Перестали мы смешить так, как раньше… — Ой, Максим, — отмахнулась Иланна, — Да так ведь всегда было, не бери в голову. Юмор ведь у всех разный. Кто-то наш, проверенный, любит, кто-то «Камеди» предпочитает, а кто-то этих… как их… стендаперов? Я правильно сказала? — Ага, — кивнул Исаев. — Даже нам не каждый день удается плакать от смеха над шутками. И подача кривая бывает, ну и что? Из-за этого же под поезд не бросимся. Тьфу-тьфу. — Просто… — Ярица насторожился, переводя взгляд с одного собеседника на другого. — Мне вот кажется, что на нас покушение готовят. — Вот так номер! — всплеснул руками Пушкин, едва не окатив себя соком. — Значит, всё-таки ты кого-то видел? , Макс. — Нет… но… чует моё сердце. Внезапно раздался телефонный звонок у Ершова. Он поднёс трубку к уху: — Алло? — «Вас ждёт конец… — раздался в ответ синтезированный голос, — если не прекратите выступления». Голос звучал неестественно, искажённо, будто транслировался из сломанного динамика. Его услышали все. — Что за шутки, — серьёзно спросил Ершов и сбросил вызов. Но экран телефона сам собой засветился, и тот же голос продолжил: — «Вас ждёт забвение, «Пельмени». Выполните наши требования, или на концерты ваши больше никто не придёт. Вас забудут навсегда, ваш юмор будет вызывать лишь стыд и слёзы». Ершов снова выключил телефон, но история повторилась: — «Не открывайте дверь, не соглашайтесь на предложения и ни в коем случае не появляйтесь на сцене. Это кончится катастрофой. Смиритесь со своей никчёмностью, юмористы». — Да что за… — Сергей вновь потянулся к телефону, как вдруг… Раздался звонок в дверь. Все испуганно замерли, забыв про еду. Ершов взглянул на экран телефона — ничего. Снова звонок. — Давайте подождём, — предложил Калугин, дрожа. — Серёж, ты же больше никого не ждал, верно? — Нет… но на всякий случай нужно вооружиться. — Это мы возьмём на себя, — Корнева подмигнула Роману, тот кивнул. — Можно взять сковородку? Ершов отдал им две чугунные сковородки. Постепенно все переместились в прихожую. Ксюша и Роман встали у двери, приготовив своё импровизированное «оружие». Ершов заглянул в" глазок." За дверью стояли пятеро мужчин в ярких, переливающихся блеском костюмах и галстуках. — Кто там? — спросил хозяин квартиры. — Сергей Ершов, вас беспокоят из агентства «Юмор». Ваш коллектив в опасности. Будьте добры, откройте, пожалуйста, дверь. — Конечно… — протянул Ершов, — только ключ найду. — На счёт три, открывай дверь, а мы им по башке, — прошептал Роман. Все согласно кивнули. Ершов начал шарить по карманам: — Они были… здесь… — Раз, — прошептала Корнева. — Где они? — Два, — отозвался Поставалов. — Вот! Нашёл! — Он открыл дверь. — Три! Но вместо ожидаемых ударов произошло нечто иное. Всех вырубили электрошокером — так быстро, что артисты не успели предпринять ни малейшей попытки сопротивления. Они безвольно рухнули на пол. Один из незнакомцев набрал номер и доложил: — Все найдены. Принято. Выносим. И артистов, одного за другим, затолкали в огромную машину, которая тут же скрылась. Пришли в себя они уже в помещении, похожем на зал для торжеств. По углам висели воздушные шары, пол был усыпан конфетти, а стены украшали афиши различных концертов комиков и коллективов. На двух столах была накрыта праздничная трапеза: бутерброды, салаты, десерты на одном, а на втором — напитки, от чая до лимонада. У стены стояло кожаное кресло, спинкой к гостям. — Где мы? — спросил Кипятков, потирая голову. — Голова гудитт. В этот момент кресло со скрипом развернулось, и раздался голос: — Ну, здравствуйте, коллеги. Все артисты раскрыли рты от удивления. Напротив них сидел Сергей Нитеевский в таком же ярком, но уже белом костюме. — Вот мы и встретились.