3. Напороться на неприятность

Дневное солнышко приятно грело мордочку, устроившуюся на подоконнике. Соник сидел на узком карнизе, поджав под себя ноги, и смотрел в окно. До синих треугольных ушек доносились мелодичные звуки барабанов и радостные реплики других ежей. Мэник, как и обещал, показал свой высший пилотаж на барабанах. Шедоу только хмыкнул — но, кажется, одобрительно. Сильвер хлопал в ладоши так громко, что, наверное, на первом этаже слышали. Мефилес записывал что-то в блокнот, но улыбался. Итог: Мэника приняли на испытательный срок в группу «Ежиное Братство». Соник же в это время бездельничал. Он положил руки и голову на подоконник одного из окон вблизи актового зала и наблюдал за прекраснейшей летней погодой на улице. Небо было синим-синим, только где-то у горизонта белело одинокое облако, похожее на слона. На стадионе вновь была куча детей — они бегали, прыгали, падали, вставали и снова бежали. Всё под чутким взором пары вожатых. К сожалению ёжика, в этот раз была не та пара птиц, с которой у него уже сложилась хорошая волна общения. Какие-то другие — зайчиха и барсук, которых он даже не запомнил. Соню братья не видели с самого утра. Нашли только записку от неё на холодильнике, приколотую магнитом в виде кактуса: «Уехала на встречу с подругой. Устрою себе экскурсию по городу с ней. До ужина не ждать. Целую, ваша любимая сестра ♡» — Любимая, как зубная боль, — проворчал Соник, перечитывая послание. Маник только пожал плечами и ушёл на репетицию. К умеренным ударам барабана присоединились яркие ноты синтезатора и мелодичные звуки бас- и электрогитары. Группа принялась за основную репетицию. Соник простонал. Они надолго. Треугольные ушки прослушали несколько музыкальных композиций — от классического рока до какой-то странной песни про тамагочи, которую, кажется, исполнял Сильвер. Потом стадион опустел — детей увели на обед. И только тогда до чёрной оливки носика не донёсся соблазнительный аромат из столовой. Вслед за музыкой прозвучал ещё один, совсем тихий инструмент — желудок Соника, который отчаянно закричал о своём голоде. — Ладно, — решился лазурный. — Я не обязан здесь торчать вечно. Он настрочил сообщение брату: «Ухожу. Не умри от голода. Если нужен — звони» Ответ пришёл через минуту: «Ок. Купи чего-нибудь вкусного. Деньги на тумбочке» Соник сунул в карман джинсов пару купюр, сунул телефон в иглы — и направился на выход. Уйдя за территорию гимназии, Соник из оглушительной тишины двора и тихой музыки в коридорах попал в круговорот шума дневного города. Сигналы от водителей, застрявших в небольшой пробке. Разговоры пар или групп прохожих. Пение птиц на проводах электропередачи. Где-то играла уличная музыка — саксофон, кажется. Где-то дети визжали на детской площадке. Треугольнички ушек не переставали двигаться — то вперёд, то назад, то в стороны — вслед за звуками. Изумрудные глаза рыскали от одного места для приёма пищи к другому. — Так, — бормотал Соник себе под нос. — Бургерная? Нет, слишком жирно. Пиццерия? Вчера ели. Кафе? А далеко идти. Наконец, выбор лазурного пал на ресторан евро-японской кухни — заведение с витиеватой вывеской «Евразия». Внутри ресторан был сделан в гармонии европейской и японской культур — и это на удивление не выглядело безвкусно. Деревянные панели соседствовали с мягкими диванами в стиле модерн. Японские фонарики свисали над столиками, а на стенах висели картины с европейскими пейзажами. Редко увидишь такую гармонию! — Местный дизайнер постарался, — прошептал Соник, осматриваясь. Выбрав себе удалённый столик у стены, ёжик расположился и взялся за меню, лежавшее на столе. Кожаное, тяжёлое, с золотым тиснением. Голодный взгляд явно сказался на выборе: он готов был заказать пол-меню. — Здравствуйте, уважаемый, — к Сонику подошла официантка в чёрно-белом узком костюме с забавной бабочкой на шее. — Выбрали себе что-нибудь? — Здравствуйте, — обаятельно улыбнулся ёжик. — Мне, пожалуйста, рамён с морепродуктами. Желательно по-острее. И креветки в кляре. Ещё пышную булочку по-японски и зелёный чай. Записав всё в маленький блокнот, официантка поклонилась и удалилась. Соник проводил её взглядом, отметив про себя, что ходит она бесшумно — как ниндзя. В ожидании заказа лазурный лениво рассматривал внутреннее убранство ресторана. Хорошо, что он додумался одеть белую рубашку и брюки — иначе выглядел бы глупо среди всех этих нарядных посетителей. Была середина рабочего дня, так что почти все столики пустовали. У окна — влюблённая парочка: два кота, которые кормили друг друга суши с одинаково влюблёнными глазами. В отделе исключительно японской кухни — а он находился в вообще другом помещении ресторана, но отлично видно из основного зала через стеклянную стену — сидела девушка с футболкой с аниме-принтом, увлечённо листавшая мангу. А в углу зала — парень-хамелеон. Один. Соник заметил его не сразу — тот сидел в тени, и его природная способность сливаться с окружением, кажется, работала даже в ресторане. Над глазами — чёрные стрелочки, как у азиатов. Он пил чай и смотрел в никуда. Или на Соника. Сложно понять с хамелеонами. К счастью, из-за почти пустого зала еду принесли быстро — минут через десять, не больше. Соник выдохнул с облегчением и принялся уничтожать голод. Пусть он старался быть тихим, всё равно из него доносились звуки блаженства при соприкосновении языка с очень вкусной дальневосточной едой. Рамён был обжигающе горячим, креветки — хрустящими, а булочка таяла во рту. Он не заметил, что хамелеон оторвал взгляд от своей чашки и теперь смотрел прямо на него. Но смотрел странно — не как на еду, а как на… цель. Соник почувствовал этот взгляд только когда доел. Янтарные глаза хамелеона встретились с его изумрудными на долю секунды — и тут же отвернулись. — Странный тип, — пробормотал Соник, расплачиваясь за заказ. Он вышел на улицу, щурясь от яркого солнца, и направился на прогулку по улицам шумного города. Вполне размеренная, спокойная прогулка после сытного обеда… Ровно до одного момента. Знакомый розовый мотоцикл стоял у специального магазина для омег. Магазин назывался «Омега Вёрс». Та самая организация, про которую писал детектив Йост. Та самая, которая связана с пропажами. — О нет! — прошептал Соник, прячась за угол. В синей голове промелькнула идея: побежать молнией подальше отсюда, временно наплевав на ещё не переваренную пищу в животе. Но вместо этого его ноги сами понесли его в соседнее здание. На вывеске лаконично было написано: «Альфа». Соник заскочил внутрь, не глядя — и очень быстро пожалел. Внутри оказался магазин для взрослых. Повсюду — стеллажи с непонятными предметами, упаковки с яркими картинками, витрины с резиновыми… Соник закрыл глаза рукой, но было поздно. — Только не это, — простонал он. А потом его заметил хаски. Крупный пёс бело-коричневой расцветки, с влажным носом и слишком блестящими глазами. Он шёл по центральному проходу, и его взгляд упал на ёжика. Соник почуял его запах за секунду до того, как увидел. Мускусный, тяжёлый, с примесью чего-то химического. И гон. У пса был гон. — Привет, красавчик, — прохрипел хаски, делая шаг вперёд. Соник рванул с места. Он бегал быстро — всегда бегал быстро. Это было его единственное преимущество. Но хаски тоже был быстр. И, кажется, подогрет чем-то покрепче кофе. Они петляли по залам. Соник нырял между стеллажами, перепрыгивал через коробки, скользил по мраморному полу. Хаски не отставал — использовал тактику, быстро сокращая диапазон движения. Он не пытался догнать — он загонял. — Да отстань ты! — крикнул Соник, когда пёс чуть не схватил его за край толстовки. — Не могу, — тяжело дыша, ответил хаски. — Ты… так пахнешь… — Я не пахну! Я только что мылся! — Омега… — выдохнул пёс. Соник нырнул в какой-то боковой проход и оказался в отделе для взрослых. Здесь было темнее. И тише. И пахло резиной и чем-то сладким. Он заметил огромную коробку — картонную, из-под крупной партии товара — и юркнул в неё, свернувшись клубком. Скрутившись в игольчатый клубок, он прижался в самый тёмный угол полутёмного помещения. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, его слышно во всём магазине. Уже в сотый раз лазурный корил себя за то, что не заметил дверь с вывеской «18+», когда убегал от сестры. К великому сожалению, он выбрал самое неподходящее убежище. Все два часа, что Соник провёл в этом проклятом здании, ушли на побег от этого альфы. Лазурный даже заподозрил его в том, что тот наслаждается этим — как игрой кошки с мышкой. И вот теперь он сидит в большой коробке, забитой маленькими шершавыми коробочками (он старался не думать о том, что внутри), свернувшись в комок и боясь даже вздохнуть. Он слышал, как пёс ходил между рядами. Шаги приближались. Соник затаил дыхание. — Выходи, — позвал хаски. — Я не сделаю тебе больно. Честное слово. — Как скажешь, — еле слышно прошептал Соник. Шаги приближались. Иглы встали дыбом. По лбу пробежал холодный пот. И в этот момент появилась вторая пара шагов. — Перси, — произнёс низкий, спокойный голос. — Мы же договаривались. Не здесь. — Но он так пахнет… — жалобно протянул хаски. — Найди другой выход. Или я скажу боссу, что ты сорвал операцию. Перси — так звали пса — издал горлом какой-то жалобный звук и, судя по звуку шагов, нехотя поплёлся прочь. Второй парень — тот, с низким голосом — помедлил у коробки. Соник слышал его дыхание. Ровное. Спокойное. Совсем не как у загнанного зверя. — Выходи, — сказал незнакомец. — Он ушёл. Соник не шевелился. — Я не собираюсь тебя трогать. Мне вообще не нужны омеги в таком состоянии. — А в каком нужны? — вырвалось у Соника. Он тут же прикусил язык. Незнакомец хмыкнул. — В трезвом, по крайней мере, и по обоюдному согласию. Такое случается, знаешь ли. Пауза. — Ладно, — сказал Соник, аккуратно вылезая из коробки. Перед ним стоял высокий шакал. Белоснежная шерсть, длинные дреды до лопаток, разноцветные глаза — один жёлтый, другой голубой. Он был одет в чёрную куртку-косуху и чёрные джинсы. — Инфинит, — представился он, протягивая лапу. — Запомни это имя. Оно тебе пригодится. Соник пожал лапу — осторожно, не глядя в глаза. — Я… спасибо. — Не благодари. — Инфинит улыбнулся, но улыбка была странная — не злая и не добрая. Какая-то… оценивающая. — Просто будь осторожен. В этом городе много тех, кто ищет таких, как ты. — Таких? — Омег, — прямо сказал шакал. — Особенно мальчиков-омег. Ты даже не представляешь, сколько ты стоишь. С этими словами он развернулся и ушёл, оставив Соника одного в отделе сомнительных товаров. Ёжик посмотрел на коробку, из которой только что вылез. Место его спасения было забито упаковками смазок и презервативов. Из него вырвался нервный смешок. Если бы его застукали в этом добре, он бы глубоко сомневался, что остался бы девственным. Как можно быстрее выйдя из магазина, Соник аккуратно высунул голову за угол, смотря на тот самый магазин для омег, где стоял розовый мотоцикл сестры. Мотоцикла нет. Вдвойне хорошо! Мысленно ёжик отметил избегать такие магазины, пока шёл в сторону дома. С него на сегодня хватит прогулок. И вообще, с него на сегодня хватит всего. — Он цел и невредим, — сообщил зернистый бас, немного искажённый из-за телефонной связи. — Правда, сильно перепугался. Его собеседница — в чьей лапке и лежал телефон — угукнула, заполняя в ноутбуке документы. — Кто за ним гнался? — недовольно спросила девушка, беря в руки распечатанный отчёт от своего шпиона. — Хаски Перси. Марафонец. Один из региональных чемпионов по бегу. — Голос в трубке звучал устало. — Член стаи Фантом. В отпуске из-за гона. Омеги нет. — Теперь понятно, почему гнался, — девушка потёрла переносицу. — Фантом? — Волки, шакалы, гиены, все виды собак, лисы и другие из класса псовых, — терпеливо объяснил собеседник. — Крупная группировка. Связи в правительстве. Деньги. Всё, что нужно. — Ясно. — Девушка откинулась на спинку кресла, её голубые глаза сузились. — Продолжай слежку. У меня на него большие планы. — Как скажешь. — И ещё. — Да? — Тот шакал, который его спас. Инфинит. — Она выделила имя, словно пробуя на вкус. — Давненько не виделись. Напомни мне данные о нём. — Сын главы клана Фантом. Учится в девятом классе. Имеет доступ к… многому. — Вот как. Девушка сбросила звонок и повернулась к ноутбуку. На экране высвечивался один небезызвестный сайт — с заполненной анкетой. Имя: Соник Морелейн. Возраст: 15 лет. Статус: Омега. Статус отношений: Свободен. — Что ж, Соник, — прошептала она, касаясь экрана когтем. — Можешь радоваться своей свободе пока можешь. Потому что очень скоро её у тебя не будет. Пора бы уже обзавестись самцом. На последней странице сайта, в маленьком незаметном углу, стоял логотип — стилизованный улей. Придя домой, Соник краем глаза заметил больно довольную сестру на кухне. Она пила чай и улыбалась в кружку — так, будто съела что-то очень вкусное. Ёжик рванул в свою комнату, не дав ей даже поздороваться. — Соник! — крикнула Соня вдогонку. — Там на кровати подарок! Он не ответил. Заперевшись, лазурный устало плюхнулся на кровать — и тут же подскочил, почувствовав что-то под пятой точкой. Пригласительный билет на гонки Джета и его команды. С местом в VIP-зоне. — Ого! — обрадовался Соник, разглядывая глянцевую бумагу. Но радость была недолгой. Под билетом лежал сертификат в спа-салон для омег. Со всеми процедурами. Массажи, обёртывания, ароматерапия — и всё в розовых тонах. — Это от Сони, — констатировал он. Рядом лежала совсем маленькая бордовая коробочка, как из-под кольца. Соник открыл её дрожащими пальцами. Чокер. На бордовой ленте. С яркой розовой бусиной в центре. Сзади было вышито имя. Именное. Передарить не получится. — Соня, — простонал Соник, закрывая коробочку. Он убрал всё в шкафчик над рабочим столом — туда, где хранил вещи, о которых не хотел вспоминать. Но сертификат… сертификат он, пожалуй, оставит. Может, подарит кому-нибудь на день рождения. Или продаст. Сегодня у него было ещё одно дело. И касалось оно невыносимого разговора с сестрой по поводу её выходок. — Не сегодня, — сказал он своему отражению в зеркале. — Сегодня я слишком устал. Он лёг на кровать и уставился в потолок. Перед глазами всё ещё стояли разноцветные глаза шакала. Инфинит. Странный тип. Спас его — но смотрел так, будто оценивал товар. «Ты даже не представляешь, сколько ты стоишь» — Да уж, — прошептал Соник в пустоту. — Не представляю. И закрыл глаза.