Глава 29

В большинстве случаев после сеансов восстановления памяти у целителя Хаксли Гермиона чувствовала себя физически и морально истощённой. Драко уже привык к этому, и, поскольку она встречалась с целителем два раза в неделю, он не всегда знал, смогут ли они увидеться или нет. Иногда после сеансов Гермиона уходила домой одна, а иногда ей хотелось компании. В любом случае, Драко не хотел давить на неё, поскольку мог только представить, какое огромное напряжение она испытывала. После последнего сеанса накануне суда над отцом Драко она пригласила его к себе домой, но ни у кого из них не было сил на что-то большее. Он заварил ей чайник чая, уложил в постель с книгой и молча прилёг рядом. Зевнув, она сделала пометку на странице и вскоре отложила книгу в сторону, повернувшись к нему лицом. — Сегодня я разговаривала с целителем Хаксли, — начала она, и что-то в её тоне заставило его напрячься. — О том, сколько магии мне следует использовать. — И? — Драко опустил подбородок, встретив её тревожный взгляд. — Он считает, что мне следует и дальше себя ограничивать, — со вздохом сказала она, потирая один глаз. — Я сказала ему, что хочу научиться аппарировать, чтобы тебе не приходилось всё время меня перемещать. — Я не против, — парировал Драко. — И, честно говоря, мне это даже нравится, потому что я могу видеть тебя. Гермиона закатила глаза. — Уверена, ты не хочешь возить меня повсюду, как шофер. Да и я вполне способна доехать на метро. — Я бы предпочёл, чтобы ты не ездила на метро после сеансов, — протянул он, — и ты это знаешь. На случай, если что-то произойдёт, он не хотел, чтобы она оказалась где-то, где он не сможет легко до неё добраться. — Да, — настаивала она, — но ты скоро вернёшься на работу. Драко провёл рукой по волосам: ему не хотелось вновь возвращатся к старым спорам, да и этот вопрос они уже подробно обсуждали. — А что сказал Хаксли? — Что аппарация — слишком большая нагрузка, — пробормотала она, выглядя расстроенной. — И он хочет, чтобы я подходила к изучению продвинутой магии с бо́льшей осторожностью, — она вздохнула, извиняюще улыбнувшись. — Я знаю, что ты не против аппарировать меня на встречи, и я люблю тебя за твою заботу... просто не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным. — Я и не чувствую, — сказал он, — но я понимаю. Я знаю, насколько ты самостоятельна, и не хочу этого умалять, — он вздохнул и пропустил один из её локонов между пальцами. — Хаксли прав: аппарация — сложная задача даже при полном понимании её механизмов, а ты после сеансов и так совершенно вымотана. Когда я вернусь на работу, нам просто придётся придумать что-нибудь другое. Она на мгновение замолчала: достаточно долго, чтобы Драко почувствовал, как у неё в голове закрутились шестерёнки. — Надеюсь, сеансы не будут длиться слишком долго. Целитель Хаксли считает, что мы делаем успехи — что бы это ни значило, ведь всё это изначально носит чисто экспериментальный характер, — она мгновение наблюдала за ним, высоко подняв брови и покусывая нижнюю губу. — Я тут ещё кое о чём подумала. — Конечно же подумала, — промолвил Драко с усмешкой. — И о чём же? Её губы дрогнули. — О том, что не знаю, как долго ещё хочу работать в кафе. Думаю, когда я училась в Queen Mary, это было одно, но сейчас... Не знаю, захочу ли продолжать учиться в мире магглов, учитывая всё, что узнала за последнее время. Я подумала, что, может быть, попробую найти работу где-нибудь в магическом мире. Драко задавался вопросом, когда же наконец она затронет эту тему, но ему не хотелось, чтобы казалось, будто он настаивает на этом. — Думаю, ты сможешь работать где захочешь. — Даже без моих воспоминаний? — спросила Гермиона, придвинувшись к нему ближе. — И без полноценного владения магией? Он пристально посмотрел на неё. — Ты заново осваиваешь свою магию и совершенствуешься с каждым днём. Я уверен, что в волшебном мире есть масса занятий, не требующих продвинутого уровня магии. Хотя я не могу сказать наверняка: возможно, тебе лучше спросить целителя Хаксли — что он думает по этому поводу. — Я уже, — выдохнула Гермиона, её глаза искрились теплотой, когда она оставила на его губах короткий поцелуй. — Он считает, что я смогу справиться с чем-то простым — возможно, мне даже пойдёт на пользу пребывание в магической атмосфере, — но не советует ничего слишком интенсивного, пока мы встречаемся дважды в неделю. — Это справедливо, — Драко притянул её, чтобы вновь поцеловать. Углубив поцелуй, она слегка коснулась его языком, затем сместилась на кровати и потянула вниз, чтобы он лёг рядом. На мгновение она встретилась с ним взглядом, нервно теребя его воротник. — Я подумала, что ты мог бы помочь мне выбрать что-нибудь. Он скользнул рукой вдоль её позвоночника, крепко обнимая, и их ноги переплелись на одеялах. — Я могу это сделать. Гермиона вновь поцеловала его, ведя кончиками пальцев по изгибу челюсти, и он таял от её прикосновений, нежных и ленивых. Его веки трепетали, сердце в груди ускорило ритм, но Драко лишь теснее прижимал её к себе, наслаждаясь ощущением близости, пока они целовались — кто знает, может, несколько минут, а может, и несколько часов. Многие аспекты его жизни приводили к душевному истощению, и именно Гермиона каждый раз восстанавливала его силы. Оставалось только надеяться, что это продолжится.

***

— Я виделась с твоей матерью вчера в Малфой-мэноре, — сказала Андромеда тоном почти слишком обыденным, чтобы затрагивать такую тему. Драко удивлённо поднял брови, но она продолжила. — Не могу сказать, что она очень обрадовалась, увидев меня, но, думаю, шок был достаточным, чтобы она не сразу попросила меня уйти. Драко сложил руки на коленях. Какое-то время он ничего не отвечал. Его взгляд остановился на Поттере с Тео, показывающих Тедди несколько трюков на его детской метле. Гермиона наблюдала за ними с земли. — Каждый раз, когда я приходил к ней на этой неделе, она наотрез отказывалась обсуждать суд, — сказал он задумчиво. Андромеда вздохнула, поймав его взгляд. — Я подозреваю, что она просто не хочет признавать правду. Аврорат наверняка собрал достаточно доказательств для обвинения, а Визенгамот не проявит снисхождения, — её тон стал более извиняющимся, когда она добавила: — Для Люциуса и его пособников всё выглядит не очень хорошо. — Я знаю, — Драко вновь перевёл взгляд на Поттера, который держал его в курсе событий настолько, насколько это было возможно. — Ситуация довольно опасная, потому что если бы бывшим Пожирателям Смерти удалось устроить что-то вроде восстания… ну, это было бы нехорошо. Они оба замолчали, потягивая лимонад из стаканов. — Как ты держишься? — спросила Андромеда, словно сомневаясь, имеет ли на это право. Драко всё ещё не чувствовал себя в полной мере комфортно с этой женщиной, но и не мог отрицать ощущения той знакомости, что проистекала не только из их родства, но и из того, что они жили в схожей реальности. — Честно? — Драко пожал плечами. — Мне было нелегко принять это, но я потерял отца много лет назад, — у него было время свыкнуться с мыслью, что его отец скоро может лишиться души, и, хотя мысль об этом причиняла боль, он не знал точно, что чувствует по этому поводу. — Я бы хотел вернуться к работе, чтобы было чем заняться: хотя сейчас с Гермионой мне и удобно быть свободным от рабочих обязательств, я скучаю по чувству цели, — он снова повернулся к Андромеде, задумчивый. — В то же время сейчас сложилась странная ситуация. Несмотря на годы работы в Аврорате, мне мало кто доверяет. Это не сулит ничего хорошего в будущем, и порой я не могу не задаваться вопросом, не было ли всё это ошибкой. Бросив на него мимолётный взгляд, Андромеда кивнула и тонко улыбнулась. — Могу только представить, как тебе сейчас тяжело. Но твои усилия не были напрасными: те, кто в тебе сомневался, со временем поймут, что ошибались. — Надеюсь, что так, — тихо ответил он. Поймав взгляд Гермионы на другом конце двора, он почувствовал, как его губы растягиваются в улыбке. — Вы придёте на суд? — Да. Тедди останется с эльфом на весь день. Драко хмыкнул, когда Гермиона подошла к ним. — Я поговорил с целителем Бруксом, и он считает, что моя мать не достаточно хорошо себя чувствует, чтобы присутствовать на суде. Хотя, конечно, я не знаю, хочет ли она сама этого... и будет ли это в чьих-то интересах. В последнее время её здоровье, мягко говоря, оставляет желать лучшего, и я не могу представить, чтобы наблюдение за судебным процессом пошло ей на пользу. — Полагаю, ты прав, — со вздохом сказала Андромеда. — Но как бы то ни было... Он выдохнул. — Да. Гермиона устроилась на сиденье рядом с ним, положив руку ему на колено. — Ты хорошо себя чувствуешь? Обняв её за талию, Драко на мгновение окинул её оценивающим взглядом. — Да, конечно, — несмотря на огромное психологическое напряжение, которое Гермиона испытывала во время сеансов лечения, по мере приближения даты суда над его отцом она не переставала его поддерживать. И хотя она об этом не говорила, он знал, что Гермиона разочарована тем, что пока ничего не вышло, несмотря на заверения целителя Хаксли, что всё идёт по плану, насколько он мог судить. В голове Драко засела мысль, что если бы они знали, что произошло, когда она поехала в Австралию, это могло бы облегчить весь процесс. Но, конечно же, единственным человеком, знавшим подробности её поездки, была сама Гермиона, — и, судя по всем записям, которые он и Поттер тщательно изучили, она целенаправленно готовилась к тому, чтобы всё оставалось именно так. Он не мог не задаваться вопросом, что ещё скрывалось в этом деле. Сейчас же большая часть его ментальных сил была потрачена на то, чтобы подготовить себя к судебному процессу над отцом, который должен был состояться на следующий день. Драко почувствовал, как над ним нависает серое облако неуверенности, и повернулся лицом к Гермионе. — Ты пробовала летать? — Нет, — сказала она, растягивая слог, и опустила подбородок. — Гарри пытался объяснить мне основы, но звучит не особо увлекательно. Драко хмыкнул. — Это круто. Пойдём, я тебе покажу, — когда она осталась на месте, а на её лице отразилось беспокойство, он добавил: — Это был бы отличный способ отвлечься. — Ладно, — уступила она, встав со своего места и бросив нервный взгляд на Андромеду. Старшая женщина лишь усмехнулась в ответ. — Всё будет хорошо, — сказала Андромеда. — Драко не даст тебе упасть, иначе я ему устрою. Закатив глаза, Драко призвал метлу из сарая. — Драко не даст тебе упасть, потому что Драко не задница, — он позволил метле на мгновение зависнуть в воздухе, сделав приглашающий жест рукой. — Залезай. Слегка поморщившись, Гермиона перекинула одну ногу через черенок и осторожно села, словно ожидая, что метла рухнет под её весом. — Не так быстро, пожалуйста. Гарри и Тео летели довольно быстро. Драко уже видел, как они летят вровень с Тедди на его безопасной скорости, но всё равно торжественно кивнул. — Не слишком быстро, пока не привыкнешь. Обещаю, — всё её тело сжалось от напряжения, когда он сел позади неё, крепко обхватив одной рукой за талию, а другой ухватившись спереди за рукоять. Гермиона прижалась к нему спиной, и Драко усмехнулся, когда она вцепилась пальцами в его руку, лежащую на её животе. Наклонившись к её уху, он спросил: — Ты доверяешь мне? — Конечно, — Драко застыл на месте, когда она легко и мгновенно подтвердила его слова. Гермиона наполовину повернула к нему голову и улыбнулась; её тон смягчился. — Конечно, я доверяю тебе. Драко перевёл дыхание, поцеловал её в щеку и сказал: — Тогда ты можешь расслабиться. Тебе не о чем беспокоиться. Он не ожидал, что она с такой лёгкостью выполнит указание: он также не представлял, насколько ему будет сложно подобрать слова, чтобы выразить свои мысли. Прежде чем нахлынувшие на него эмоции успели взять над ним верх, он упёрся ногами в землю и оттолкнулся. Гермиона слегка напряглась, словно застигнутая врасплох, но уже через несколько секунд снова прижалась к его груди. Он чувствовал её ровное дыхание, когда скользнул рукой немного вверх по её грудине, крепко прижимая девушку к себе. Драко никогда не был особенно хорошим учителем, и с полётом дела обстояли так же, ведь в лучшем случае это было делом инстинктов. Но после того, как он сделал с ней несколько кругов над обширным сад, плавно поднимая метлу в воздух и выполняя мягкие повороты, он положил одну из её рук на черенок впереди. — Нет, — выдохнула она, крепче сжимая его руку. — Я не хочу лететь. — Доверяешь мне? — повторил он. Не говоря ни слова, она отпустила его руку и позволила ему обхватить рукоятку своими пальцами. — Управление интуитивное, — тихо сказал он ей на ухо, положив руку поверх её, чтобы сгладить резкий поворот метлы влево. Затем он переместил её руку, чтобы поднять рукоять, а после опустить, чтобы снова выровнять положение. — То же самое с высотой. Скорость зависит от наклона вперёд или назад — немного потренировавшись, ты привыкнешь к тому, как метла реагирует на движение. — Окей, — пробормотала она, медленно выдыхая. — Окей, я могу это сделать. Отпустив её пальцы и крепче обхватив за талию, Драко наблюдал за тем, как она проверяла, насколько хорошо ей удаётся управлять метлой. Слишком сильно отклонив метлу в одну сторону, она перестаралась, резко дёрнув черенок в противоположную. Драко усмехнулся, услышав сдавленный звук, вырвавшийся из её горла, и просто скорректировал траекторию. — Каждая метла уникальна и немного отличается от остальных, а эта — гоночная, потому особенно отзывчива. Если ты хочешь попрактиковаться в полётах, тебе лучше выбрать более универсальную модель для большей стабильности. Я бы не рекомендовал учиться на гоночной метле. — Твоя для гонок? — спросила она немного запыханно, поскольку была сосредоточена на управлении. Хмыкнув, он положил подбородок ей на плечо. — Да. Большинство игроков в квиддич используют гоночные модели. Гермиона молчала несколько минут, направляя метлу обратно через двор, её взгляд был напряжённым и сосредоточенным, а когда она слегка наклонилась вперёд, Драко положил одну руку на черенок на случай, если она взлетит слишком быстро. Он был достаточно уверен в своих силах, чтобы удержать метлу, если она резко рванёт вперёд, но не хотел, чтобы у неё осталось плохое воспоминание от первого в жизни полёта. — Думаю, я понимаю, почему это доставляет удовольствие, — наконец сказала Гермиона, и в её голосе прозвучала нотка восторга, которая заставила его улыбнуться. — Хотя я не могу представить, как можно хотеть летать и одновременно бросать мячи. — Квиддич — это один из способов насладиться полётом, — задумчиво произнёс Драко, — но не единственный. Полёт сам по себе может быть невероятно расслабляющим, — она немного сбавила скорость, движение стало плавным и непринуждённым, и он добавил: — Кстати, у тебя природный талант. — Не природный, если я уже училась этому раньше, — поддразнила она. Драко фыркнул. — Насколько я помню, ты не имела большого опыта в этом. Когда Гермиона слегка придвинулась к нему, он почувствовал, как его тело отозвалось вспышкой возбуждения: Драко не был уверен, что она не сделала это специально. — Возможно, раньше у меня не было хорошего учителя. Немного сместив руку вверх, он коснулся костяшками пальцев нижней части её груди. — Возможно, — вторил он с придыханием, нежно касаясь губами её скулы. Она слегка вздрогнула от чувственного прикосновения, но Драко отпустил её: они были достаточно высоко, чтобы никто не обратил на них внимания, но он бы предпочёл подождать, пока они не окажутся дома. Словно следуя той же линии мысли, она повернула к нему голову, но в глазах плясал знакомый ему игривый блеск. — Наверное, пора ужинать. Драко опустил подбородок, вновь взял метлу под контроль и плавно начал снижаться к земле. Он приземлился рядом с Тео и Поттером, которые стояли и наблюдали, как они спешиваются. — Гермиона летает на метле с Драко Малфоем, — пробормотал Поттер, скрестив руки на груди. — Вот уж что я точно никогда не думал, что увижу. Гермиона лишь широко улыбнулась, шлёпнула его по руке и, подхватив Тедди на руки, понесла его в дом. Вздохнув, Драко некоторое время молча стоял рядом с остальными, наблюдая за тем, как девушка подходит к Андромеде. — Ты по уши влип, приятель, — сказал Тео, похлопав его по плечу. Драко поднял брови, бросив на него косой взгляд: отрицать было бессмысленно. — Странный грёбаный мир, а? — Это точно, — ответил Поттер, обнимая Тео за плечи. Его лицо стало серьёзным. — В любом случае, увидимся завтра на суде. — Да, — Драко засунул руки в карманы. — Ты же понимаешь, — осторожно продолжил Поттер, — что если они вынесут обвинительный приговор... — То его ждёт Поцелуй, — процедил Драко, стиснув челюсти. — Да. Тео скривился, его ореховые глаза метнулись к Драко. — Ты уверен, что хочешь присутствовать при этом? Драко развёл руками. — Я не собираюсь пропускать этот чёртов суд. Что есть, то есть. Не то чтобы это стало неожиданностью, если всё так и обернётся, да и я уже знаю, как обычно обстоят дела в таких случаях. У вас же достаточно доказательств для Визенгамота, чтобы признать его виновным, верно? Бросив украдкой взгляд на Тео, Поттер пожал плечами. — Не стоит обсуждать это в присутствии гражданского лица. Тео ткнул его локтём в рёбра, но этих слов Драко было достаточно для ответа, и он медленно выдохнул через нос. — Технически, — пробормотал он, — я сейчас тоже гражданское лицо. — И слава грёбаному Мерлину, что так будет недолго, — сказал Поттер с нехарактерной для него экспрессией. — Могу только представить, насколько Робардсу не терпится вернуть тебя в строй, как только вся эта неразбериха будет улажена, а? Драко пожал плечами, бросив взгляд в сторону дома. — Полагаю, что да. Мы не разговаривали с тех пор, как Гермиона попала в Св. Мунго. Он, по крайней мере, так и дал понять, но я не хотел зря обнадёживаться. Поттер презрительно фыркнул. — Ты не заслужил, чтобы с тобой обращались как с преступником только потому, что на скамье подсудимых твой чёртов отец. — Спасибо, Поттер, — отозвался Драко, застигнутый врасплох столь яростной реакцией; он поймал взгляд Тео, на мгновение задержавшийся на нём. — Я ценю это. — Да и к тому же, — добавил Поттер с улыбкой, когда они втроём направились к дому, — я скучал по тому, чтобы весь день бросать в тебя проклятия. — Вот оно.

***

Драко сидел у постели матери и наблюдал, как она смотрит в окно. — Ты хорошо выглядишь, — сказала она, даже не взглянув в его сторону. Драко вздохнул. Он надел белоснежную выглаженную рубашку, серые брюки и галстук и облачился в свою лучшую мантию. Суд над его отцом должен был начаться в полдень, и не стоило выглядеть неучтиво. — Спасибо. Взгляд Нарциссы задержался на окне, но он не был до конца уверен, видела ли она сады за стеклом. — Андромеда приходила ко мне с визитом в субботу, — она на мгновение замолчала. — Но ты и так это знал. — Я подумал, что вам двоим будет приятно пообщаться. Поджав губы, она закинула голову и уставилась в потолок. — Да, так и было. Она собирается присоединиться ко мне завтра за чаем. Драко потянулся к её руке и легонько сжал. — Это хорошо. Рад это слышать. — Странно даже подумать, что мы не общались так много лет, — продолжила Нарцисса, и её слова приобрели вес пустой беседы. Она была значительно бледнее, чем во время его последнего визита, и, по словам Люси, за последнюю неделю её самочувствие снова ухудшилось. Он заставил себя сглотнуть, когда отчаяние начало овладевать им. — Мы вообще будем говорить о суде над отцом? — Нет, — прошептала Нарцисса, снова поворачиваясь к окну. Её рука ослабла в его ладони, а ресницы увлажнились. — Нет, не думаю. Драко немного глубже погрузился в своё кресло, чувствуя, как силы утекают из него, словно мёд. Он чуть сильнее сжал руку матери и держал, пока она не начала засыпать. Драко почувствовал, как внутри него поселился ледяной ужас, от которого он в течение нескольких недель изо всех сил пытался уклониться. Но он больше не мог откладывать неизбежное. Он наклонился, нежно поцеловал её в висок, и поднялся с кресла. Тихо попрощавшись с Люси, Драко аппарировал через защитный барьер в Министерство.