...два

– Да, у меня всё хорошо, – перестраиваясь для обгона, Тэхён разговаривал с матерью. – Как раз еду на работу. – У тебя же выходной сегодня должен быть. – Ну, мам, ты сама знаешь – мои выходные никого особо не интересуют. Без меня с этой ситуацией не справятся, – хмыкнул мужчина. – Ах, да, суровый руководитель отдела Ким, как я могла забыть о вашей незаменимости, – иронично вздохнула женщина. – На самом деле, меня безумно беспокоит, что у тебя нет нормального отдыха. Ты как переехал в Сеул, практически всё время работаешь. – Мам, так легче. – Я понимаю. Видела его на днях, – будто невзначай упомянула госпожа Ким. – Чимин вернулся? – от неожиданности Тэхён едва успел затормозить перед светофором, радостно горящим красным светом. – Он выглядит так, словно из него душу вынули, – только слыша голос, Ким представил, как мама неодобрительно-сочувствующе покачивает головой. – Наркотики никого не доводят до добра, – мужчина поджал губы. – Я не хочу об этом говорить. – Ему нужна помощь. – Ему не нужна помощь! – резче, чем необходимо, ответил он. Выдохнув, Тэ продолжил, – Я пытался помочь ему в самом начале, когда ещё можно было всё исправить, Чимин сам сделал свой выбор, оттолкнув меня. – Но мальчика тоже можно понять – пережить смерть матери нелегко, – осторожно продолжила госпожа Ким. – Наркотики никогда не были выходом. Жаль, мне не удалось его в этом убедить, – только сейчас Тэхён заметил, что его костяшки побелели от того, с какой силой он сжал руль. Побелел и памятный шрам на ладони, он знал это абсолютно точно, хоть и не видел его в данный момент. Шрам побелел, а сердце заныло с такой силой, что тяжело было вздохнуть. – Мам, я позвоню позже, – едва собравшись с силами, перебив о чём-то говорившую женщину, выдавил из себя мужчина. Съехав на обочину, он какое-то время просто сидел, уткнувшись лбом в руль и пропуская многочисленные звонки с работы. В его голове в это время мелькал бешеный калейдоскоп воспоминаний о том, из каких мест ему пришлось вытаскивать друга, который сорвался в штормящую пучину после того, как ему сообщили о неудачной операции госпожи Пак. Его сердце вновь запустилось далеко не сразу, еле поддавшись на уговоры. Отдышавшись, Ким развернулся и направился по трассе за город. Прямо сейчас он хотел увидеть море. Не заезжая домой, точно зная, что матушка будет переживать ещё и о том, что ему могут объявить выговор за игнорирование звонков с работы, Тэхён направился прямиком на пляж. Его любимое место было, как обычно, пустынно. Хотя сегодня пустынным было всё побережье. Море снова волновалось, словно отображая эмоции мужчины, который, не жалея рабочего костюма, уселся прямо на песок. Время для него не то что застыло, конкретно здесь и сейчас само понятие «время» просто исчезло, теряя всякий смысл. В какой-то момент ощущение безвременья нарушилось лёгким шелестом песка. Кто-то сел рядом с Тэхёном, нарушая его одиночество. – Не ожидал тебя здесь увидеть, – на грани слышимости прозвучал родной голос, от которого хотелось буквально закричать. В противовес собственным желаниям, Ким промолчал, сдержав желание как минимум отодвинуться, как максимум сжать друга в объятиях. Поняв, что ответа не последует, Чимин продолжил: – Мне сказали, что ты переехал в Сеул… Часто ты тратишь по шесть часов на дорогу туда-обратно ради моря? – Впервые, – разомкнул пересохшие губы Ким. – Мне тебя не хватает, – признался старший. Тэхён зажмурился, не желая давать себе возможности взглянуть на когда-то самого близкого человека. – Мне казалось, что ты нашёл замену нашей дружбе, – бросил он и поднялся, спеша уйти. Сердце снова сдавило металлическим обручем.