Чай, кофе, что-то покрепче?

— Да, вы меня искали, для каких целей? — проговорил мужчина с абсолютно серьезным лицом. Видимо, шутки с ним плохи. У Сати не было сил, чтобы стоять на улице. Хотелось наконец зайти домой и свалиться на кровать. — Думаю, что лучше обсудить это в квартире. Пойдёмте, — девушка открыла дверь подъезда, планируя пропустить мужчину первого, но он лишь придержал дверь и пропустил Воскресенскую. Та кивнула и поднялась к квартире. Конечно было желание толкнуть идущего сзади парня, но весовая категория не позволяла, да и страх присутствовал, а неумение бегать только увеличивало его. — Разувайтесь, кухня прямо по коридору. Чай, кофе, что-то покрепче? — поинтересовалась Сати и положила пакет на обувницу, скидывая с себя кроссовки. — Чай, — коротко ответил Волков и последовал на кухню. Девушка кивнула и включила чайник. Напряжение повисло на кухне, Воскресенская нервно перебирала пальцы, а Олег наблюдал за этим. — Вы волнуетесь? — Сати посмотрела на нового человека в квартире, как на полнейшего идиота. Может ли она нервничать, когда в ее доме находится двухметровый шкаф, которого она абсолютно не знает? — Нет, конечно же, — девушка издает нервный смешок, а после наливала чай мужчине. — Вы же знакомы с Разумовским? — теперь нервничает уже Олег. Глаза нервно осматривают комнату, ища за что зацепиться. Волков нервно кивает и смотрит Воскресенской прямо в глаза, пытаясь понять, зачем ей понадобился его лучший друг детства, который стал ему уже братом. — Я его лечащий врач. Над ним практически опыты ставят в клинике. Я уже смотреть на это не могу. Парень очень исхудавший. Если так и дальше пойдет, то вы его и вовсе не увидите. — Девушке больше нечего было говорить. Она лишь надеялась, что Волков что-то придумает. Он же все таки военный. — Я надеюсь, что вы знаете, что нужно делать, потому что я не знаю, как его спасти, — Воскресенская поднимается со стула и подходит к окну. Такой завораживающий Питер, хоть иногда и раздражает своей погодой, но любовь к нему у девушки никогда не закончится. Может, в будущем она и уедет отсюда, но помнить Санкт-Петербург девушка будет всегда. — Надо его забирать. Я найду команду, но и ваша помощь тоже нужна. Я абсолютно не знаю эту больницу, — Волков будто молящими глазами смотрел на спину девушки. Он действительно думает, что она ему не поможет? Какой тогда смысл был его искать. Воскресенская кивает и поворачивается лицом к парню. — Тогда сможете мне скинуть план клиники, ну и проверить, как можно вывести Сергея. — Девушка вновь кивает. Разговаривать совсем не хотелось, хотелось просто лечь спать. Парень написал свой номер телефона на листе бумаги, который вообще был важным документом, но теперь его придется печатать заново. На это Сати лишь тяжело вздыхает, потому что принтера нет, а деньги снова тратить не хотелось. Это уже третий раз, ведь сначала Воскресенская его потеряла, потом пролила на него кофе, ну а теперь, Волков внёс в листочек свои правки. — Я пойду. Олег поднялся со стула и двинулся к выходу. Парень быстро надел обувь, накинул свою куртку, как тут раздался стук. Сати открыла дверь, чем удивила Волкова, потому что она даже не соизволила посмотреть в глазок, мало ли кто, но там был всего лишь Игнат. Парни окинул взглядом друг друга, а после Олег покинул квартиру. — Так зачем он тебе нужен был? — Игнат по-хозяйски снял свои вещи и прошел на кухню, дабы осмотреть внутренности холодильника. — Да там дело одно. Потом расскажу! — девушка еле шла за своим товарищем. Сейчас ей просто хотелось наконец лечь в мягкую и теплую кровать, и провалиться в сон. — Ты чего пришел? Время видел? — Да я думал, вдруг он тебя грохнет тут, а ты одна, ещё и слабая. И выглядишь как палка, — из холодильника на стол полетела колбаса и хлеб. Кажется, парню даже не нужно говорить, чтобы он чувствовал себя как дома, он и так себя так чувствует. — Еду бери и вали! Я спать хочу. В другой день придёшь. — Игнат принял эти слова буквально, поэтому взял всю колбасу и хлеб, а после побежал к выходу. Выглядело это так, словно он маленький мальчишка, который неумело ворует еду из супермаркета. Желание бежать за собственной едой у Воскресенской не было, поэтому после громкого хлопка входной двери, Сати медленно поплелась ее закрыть. Теперь, её наконец-то ждал сон. —Око за око, Гром.