Глава 5. Бродяга. Часть 1

4 Тисовая улица, Литтл Уингинг, графство Суррей       Гарри думал. Гоблины предоставили ему самое ценное, что ему было нужно - информацию. Он понял, почему его тянуло к этому камешку. Он - Наследник Смерти, которому суждено уйти из этого мира навсегда. И взять с собой Гермиону. О, Мерлин, только бы она согласилась... Гарри внезапно понял, что на месте этой девушки он не видел никого другого, ему попросту не был нужен никто другой…       Еще один камень есть на Земле. А, скорее всего, два. Род Гонтов обладал этим артефактом, однако их историю будет сложно узнать. Хотя, учитывая, что сам Волдеморт был прямым потомком Гонтов, а также время, когда этот артефакт упоминался в архивах... Гарри готов был поставить все что угодно, что эта история как-то связана с Темным Лордом и его наследием. Стоит еще скрупулезнее изучить библиотеку Хогвартса, а может, и какую-нибудь еще.       Вот что интересно, в пророчестве говорилось про семь якорей. И про метку. Явно здесь упоминался Волдеморт. Это ведь означает, что у этого безумца 7 крестражей? Он действительно великий и ужасный идиот, ведь даже один крестраж искажает душу и разум, сложно подумать, что станет с... существом, поделенным на 7 частей. Учитывая дневник и самого Лорда, остаётся пять артефактов. Надо искать, что пропало лет эдак 70 назад. Хм, кольцо вполне подходит под описание. Что ж, уже два аргумента за то, что надо наведаться к крёстному в его семейную библиотеку, вдруг там окажется какая-то информация…       Гарри решил, что стоит написать письмо Сириусу сразу. И он тут же сел за процесс формулирования слов в скрытый текст: “Сириус, привет, как поживаешь? Как там у тебя на юге? Я хочу увидеться с тобой, вместе почитать интересные книги, может, изучить что-то новое для себя. Посоветуй хорошую библиотеку в Лондоне! И еще, раз уж пошла речь о советах. Как думаешь, развести огонь в три часа ночи в камине дядюшки-это нормально? А если сунуть туда голову? Надеюсь, скоро увидимся. Г. Дж. П. P.S Граф Суррей любил тисовые листья. По четыре в трубку и поджечь”.       Отправить письмо с птицей не выйдет, Хедвиг устанет лететь через полмира. Поэтому Гарри отправил письмо в Гринготтс, по международной магической почте, и таким образом уже сегодня ночью он, возможно, сможет пообщаться с крёстным по поводу его планов и идей. Способ общения он почерпнул из информационных книг по каминной сети - можно не перемещаясь обсудить все важные вопросы, находясь в камине, как по телефону. 3 часа спустя       Гарри сидел у камина на первом этаже гостиной. Никто не мешал ему развести обыкновенный огонь и ждать крёстного. Да, вопрос с каминной сетью оставался открытым, но Гарри сомневался, что Дамблдор не предусмотрит резервный вход в дом для защиты своего героя. Собственно, в этом Гарри оказался прав. В 5 минут четвёртого пламя в камине позеленело, а затем в нем показалась голова крёстного. Он заозирался, увидел Гарри и с улыбкой произнёс: - Ну привет, Сохатик. Что заставило тебя написать такое письмо, да еще и отправить его по международной почте? - Сириус, скажи сразу, ты в безопасности, можешь сейчас говорить? - Я в безопасности. Скажи лучше, зачем тебе понадобилась моя семейная библиотека? Да, она огромна и всё такое, но тот дом... он тяготит меня. Я бы не хотел туда вернуться после стольких лет.       Гарри нахмурился. Поведение крестного его удивляло: вроде умный мужик, сразу понял, что Гарри нужна именно библиотека, но при этом не понимает, что может не бегать, а просто находиться в защищенном особняке. Уж блэковский-то дом явно наполнен защитными механизмами. - Сириус, подумай хорошо. У тебя есть дом, наверняка он может быть прекрасно защищён от всех угроз. А ты бегаешь по всему миру, лишь бы его не видеть. Собственно, дело твое, но и мне, и тебе нужно убежище, сейчас очень важное время для меня. И да, книги мне нужны, чтобы получить некоторую информацию, надеюсь, я смогу рассказать тебе при встрече. Ну так что, Сириус?       На лице крестного даже сквозь пламя была видна напряженная работа. Он очень не хотел возвращаться в этот дом, но Гарри нужна помощь, это важнее всего, важнее его чувств! - Хорошо, Гарри, уговорил. Завтра в 10 утра собери вещи, я зайду за тобой и мы отправимся в семейный дом Блэков. Мерлин, только бы Кричер уже сдох.... - Договорились, Сириус. Береги себя.       На следующее утро Гарри, готовый к переносу, ожидал Сириуса на крыльце ненавистного дома. Точнее, не такого уж ненавистного в последнее время, ведь когда тётушка с дядюшкой уехали, оставив дом на “паршивца”, стало ощутимо легче дышать. С лёгким хлопком из ближайших кустов вышел Сириус. Гарри на момент задумался, как крёстному удалось трансгрессировать на незнакомую по сути улицу? И он вспомнил прошлый год, автобус "Ночной рыцарь" и здоровенную чёрную собаку в кустах... - Привет, Сохатик, как ты? - Сириус крепко обнял Гарри за плечи, осмотрел пристальным, немного сумасшедшим, но весьма уже здоровым взглядом. Последствия Азкабана, видимо, не сильно ощущались, когда у Блэка появилась претензия на счастливую жизнь в обществе сына лучшего друга. - Как видишь, не особо страдал. Ну что, перенесешь меня или порталом? - Порталом? Это надо в министерство запрос отправлять, Гарри. А я, если ты не помнишь, беглый преступник!       Сириус гавкающе рассмеялся, а Гарри скорее снисходительно ухмыльнулся. Он знал, что самые большие и значимые семьи в Англии вроде Блэков передавали из поколения в поколение многоразовые порталы в мэнор. Видимо, крестный так и не свыкся со своим наследием либо действительно не имел при себе портала (откуда бы ему его иметь после Азкабана). - Ладно, Бродяга, о порталах потом, а сейчас давай убираться отсюда, пока нас не заметила миссис Фигг и всё не растрезвонила Дамблдору. Не хватало ещё пугать директора исчезновением Гарри Поттера посредь бела дня! - Пожалуй, ты прав. Давай руку. Кричер! Вещи.       Хлопка от домовика Сириуса не последовало. Однако вещи пропали. Профессионально, ничего не скажешь.       Гарри и Сириус ступили в большой зал-прихожую, который казался высеченным из камня. От дюжины массивных фонарей, висящих под потолком на невидимых цепях, исходил сумеречный свет. Этот свет был необычным — он был живым, испещренным темно-фиолетовыми и лазурными искрами. Частицы стремились к синевато-фиолетовым рунам под потолком, вокруг этих рун буквально искрила магия.       Пол был выложен монолитными плитами темно-серого гранита. И по этим плитам тоже струились рунические символы. Они были начертаны древним, едва известным Гарри языком и светились мягкой бирюзой. Каждый символ, каждая замысловатая петля и черта, казалось, вибрировали, излучая мощную ауру защитного спектра, который был готов уничтожить любого, кто окажется на этой площадке не по воле членов семьи.       Гарри читал про руны по ночам. Он очень любил изучать эту науку. Однако пока что его знания в рунах ограничивались несколькими сотнями символов, в-основном простыми, но иногда встречались и высшие руны, которые Гарри знал.       Сириус проследил за взглядом крестника. Глаза Гарри не просто скользили по рунам - они цеплялись за отдельные символы, искали смысл. Он застыл, подавшись чуть вперед, его голова наклонилась под тем же углом, с каким человек читает малознакомый язык, пытаясь уловить нотки смысла.       Сириус подавил вздох и усмехнулся, но усмешка вышла с оттенком гордости и удивления. - Поразительно, Сохатик, ты действительно изучал руны уровня ЖАБА? - Голос его звучал гулко, но не громко. Гарри, отвлеченный от беззвучного диалога с магией пола, прищурился на крестного. - Почему тебе это так очевидно? Сириус только покачал головой. - Ты смотришь на руны не так, как делают это дети твоего возраста, Гарри. Они смотрят на здоровенные, светящиеся символы на полу — как на орнамент. А ты смотришь вглубь. Ты не просто видишь форму, ты понимаешь этот язык. Будто читаешь на арабском, очевидно понимая, что смотреть надо справа налево, а не наоборот. Сириус шагнул ближе, его взгляд стал жестче. - Я - Блэк, может, и не самый усердный из Блэков, и не лучший студент своего курса, но не думай, что мне неинтересны эти знания. Я не рискнул бы жизнью единственного дорогого мне человека, не будучи полностью уверенным в безопасности сия... хммм... жилища. Да, этот дом меня тяготит, - он оглядел зал с холодной неприязнью, - но твоя жизнь, Гарри, намного важнее моих застарелых обид на семью!       И тут Гарри понял, что не зря доверился Сириусу. Более того, что он может помочь ему кое с чем. - Сириус? - Да, Гарри? Есть хочешь?       Гарри отвел взгляд от рун, повернулся к Сириусу, и его голос был серьезным, лишенным обычной подростковой нерешительности. - В первую очередь, нам надо кое-что обсудить, - начал он, глядя крестному прямо в глаза. - Касательно твоего статуса по отношению ко мне. Ты ведь мой магический крестный, и это не имеет никакого отношения к религии?       Сириус кивнул, его лицо приняло сосредоточенное, почти суровое выражение, ему не свойственное. - Всё верно, мистер Поттер, - произнес он с ноткой уважения, - и я, честно говоря, поражаюсь, насколько далеко может зайти человеческое любопытство. Ты сам добрался до тех знаний, которые нынче не в чести.       Сириус прошел в гостиную и присел на кресло, приглашающим жестом позвав Гарри за собой на соседний диван. - Магическая связь подобного рода подтверждается Ритуалом Покровительства. Ты понимаешь: это не просто формальность. Это древняя клятва на крови, обязывающая покровителя защищать крестника до последнего вздоха.       Сириус подался вперед, понизив голос, хотя в гостиной кроме них никого не было. - Магическое крестничество - это одна из самых важных клятв на крови. Она вшита в нашу магическую природу. Это означает, что я не способен тебя предать, Гарри. Я не могу физически поднять на тебя руку, выдать твои секреты, или даже помыслить о действии, которое могло бы тебе навредить, если только это не абсолютно необходимо для твоего спасения. Эта связь не слабее Непреложного Обета.       Гарри знал только, что крестничество - это магический статус, он даже не был до конца уверен, что их с Сириусом связывает именно эта клятва. А теперь Сириус рассказывал ему невероятные вещи, которые, казалось бы, априори делали его невиновным при любом раскладе следствия. - Такой статус в нынешнем мире крайне редок. Он был запрещен Министерством в конце XIX века. Они назвали это "анахронизмом, кровавым ритуалом, подрывающим систему правовых семейных отношений", но на самом деле, они просто боялись создания неразрывных связей, которые невозможно контролировать или разорвать приказами и статутами. Лишь в древних родах такие ритуалы все еще проводятся.       Сириус вздохнул, его взгляд смягчился. - Но, опережая твой главный вопрос: да, я готов. Я готов подтвердить эту связь и не боюсь последствий. Давай хоть сейчас отправимся в министерство и докажем этим бюрократам, что я сидел зря.