*＊✿❀ Глава 18 ❀✿＊*

Мир за порталом встретил их привычным холодным ветром окраины города, но после ледяного ада он казался почти тёплым. Баи, шагнув первой, сразу же встала рядом с мужем, плечом к плечу, как и положено в строю. Её взгляд, обострённый недавней бойней, мгновенно оценил обстановку. Встречающих было мало. Менеджер Хан и его помощник, оба смертельно бледные и измождённые, стояли у самого края запечатанной зоны. Рядом с ними, выделяясь мощной, даже в офисном костюме, фигурой и ядрёно-рыжими волосами, стоял Бэк Юн Хо, глава гильдии «Белого Тигра». Больше никого. Ни толпы спасателей, ни прессы. Только напряжённая тишина и тяжёлый взгляд главы гильдии. Когда их глаза встретились с полным облегчения взглядом менеджера Хана, Баи и Джин Ву почти синхронно, едва заметно, усмехнулись в уголках губ. В этом взгляде была благодарность за сам факт их возвращения. Пак Еджин и дрожащий парень С-ранга вышли следом, за ними — подросток, которая старалась не смотреть на встречающих. Группа явно выживших, но поредевшая до жалких остатков. Рыжеволосый гигант в костюме сделал шаг вперёд. Его движения были плавными, как у крупного хищника. —Где остальные? — его голос был тихим, но нёсся по пустырю с ледяной чёткостью. — Где Ким Чхоль? Ответом ему был лишь ветер и тревожный взгляд его подчинённого. В этот момент портал позади них судорожно дёрнулся, мерцание превратилось во вспышку искр, и врата с громким хлопком схлопнулись, словно никогда и не существовали. Приговор был вынесен и скреплён печатью. Чо Баи, Джин Ву и девочка стояли немного в стороне, образуя своё собственное, отдельное островок тишины. Пак Еджин и парень из «Белого Тигра» молчали, опустив головы, не в силах произнести ни слова. — Нам пора, — спокойно, без тени эмоций, сказал Джин Ву, разрывая гнетущую паузу. — Ехать домой. Он двинулся к их машине, припаркованной вдалеке. Первой пошла Баи. Она мягко положила руку на плечо подростка, направляя её, и прошла мимо Бэк Юн Хо. На мгновение её взгляд встретился с его жёсткими глазами. Она не стала опускать взор, лишь слегка, вежливо улыбнулась — улыбкой, которая не дошла до глаз, — и продолжила путь. Девочка засеменила рядом. Джин Ву шёл следом, его шаги были твёрдыми и неспешными. Когда он поравнялся с главой гильдии, тот не выдержал. —Минуточку, — голос Юн Хо прозвучал властно. Он протянул руку и схватил Джин Ву за плечо, останавливая. — У меня к вам есть вопросы. Джин Ву не обернулся. Он просто напряг мышцы плеча, и сильная ладонь соскользнула с него, будто с гранитной глыбы. —Я сегодня устал, — произнёс он ровным, низким тоном, без колебаний. — Моя жена тоже. Приставайте с вопросами к своим людям. И снова сделал шаг. Но на этот раз реакция Бэк Юн Хо была иной. Его рука вновь легла на плечо Джин Ву, но теперь пальцы преобразились — из-под ногтей вылезли длинные, острые, белоснежные когти, похожие на кошачьи. Они не впились в кожу, но вцепились в ткань куртки с такой силой, что остановили любое движение. —Во вратах пропало шесть охотников из моей гильдии, — прорычал Юн Хо уже тише, но в этом шёпоте слышалось отдалённое рычание тигра. — Мой долг — выяснить, что с ними стало. Только тогда Джин Ву медленно повернул голову через плечо. Его лицо было скрыто в тени, но в глубине глазниц вспыхнул холодный, потусторонний голубой свет — отсвет той бездны силы, которую он едва приоткрыл в подземелье. —Может быть, и так, — его голос прозвучал с ледяным раздражением. — Вот только двоих я спас. Не стоит ли сначала отблагодарить как следует? Этот взгляд, полный абсолютной, нечеловеческой уверенности и скрытой угрозы, заставил Бэк Юн Хо, опытнейшего охотника высокого ранга, инстинктивно напрячься. Опасность ощущалась кожей — чистая, неоспоримая. Он разжал когти. Его ладонь опустилась. —Прошу прощения, — сказал он уже совсем иным тоном — сдержанным, уважительным. И склонил голову, отдавая дань силе, которую признал. Джин Ву лишь коротко кивнул и, наконец, беспрепятственно дошёл до машины, сел за руль и захлопнул дверь. В салоне пахло тишиной и усталостью. На переднем пассажирском сиденье Чо Баи уже дремала, её голова откинулась на подголовник, золотистые локоны лежали на щеках. На заднем сиденье девочка что-то быстро печатала в телефоне, её пальцы дрожали от остаточного адреналина. Мотор заурчал. Джин Ву посмотрел на девочку в зеркало заднего вида. —Я так и не спросил, как тебя зовут. Та вздрогнула, подняла глаза, раскрыв рот от неожиданности, а затем тихо, срывающимся смешком рассмеялась. Это был смех облегчения, смех, сбрасывающий часть неподъёмного груза. —Хан Сон И. Он кивнул. Через несколько минут молчаливой езды они остановились у невзрачного многоквартирного дома. Высадив девочку, они коротко попрощались. Она ещё раз посмотрела на них — на спящую нимфу и на её грозного, молчаливого мужа — и быстро скрылась в подъезде. И вот, наконец, их собственный дом. Джин Ву заглушил двигатель и повернулся к жене. В тишине салона его охватило чувство, всё ещё новое, всё ещё ослепительно яркое. Зависимость. Он стал зависим от неё. Каждый её взгляд зелёными, как весенняя листва, глазами растапливал вековой лёд в его сердце. Каждый золотистый локон её волос он готов был беречь как величайшую драгоценность, и в то же время знал, что эта «драгоценность» способна одним ударом обратить в пыль армию чудовищ. Нежно, почти с благоговением, он провёл тыльной стороной пальцев по её щеке. Она прошептала что-то неразборчивое во сне и повернулась к его ладони. Осторожно, чтобы не разбудить, он вышел, обошёл машину и открыл её дверь. Подхватив Баи на руки, он прижал её к своей груди. Она уткнулась лицом ему в шею, её дыхание было ровным и тёплым. Он понёс её домой, и его шаги по дорожке были такими же бесшумными, как в подземелье, но теперь — полными бесконечной нежности. Джин-А, услышав скрип двери, выскочила из своей комнаты, глаза полные тревоги и вопросов. Но, увидев картину — спящую Баи на руках у брата, — она всё поняла. Она лишь поднесла палец к губам, показала жестами на холодильник («Есть есть!») и наверх («Спите!»), её лицо выражало облегчение и заботу. Джин Ву благодарно кивнул сестре и поднялся по лестнице. В их спальне он так же бережно уложил Баи в кровать, накрыл одеялом, снял с неё лишь обувь. Сам прилёг рядом, не раздеваясь, просто обняв её за талию и прижавшись лбом к её плечу. Тихое эхо битвы ещё звенело в ушах, вопросы Бэк Юн Хо висели в воздухе, а урок для Хан Сон И, возможно, только начинался. Но сейчас всё это не имело значения. Всё завтра, — подумал он, чувствуя, как дыхание жены синхронизируется с его собственным. Всё будет завтра. А сегодня был просто дом, тишина и тепло того, ради кого он готов был снести целый мир.

❀❀❀

Утро было мягким и золотистым. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь шторы, легли тёплыми пятнами на кровать и на лицо Чо Баи. Она медленно приходила в себя, её сознание тонуло в приятной истоме после глубокого, исцеляющего сна. Первое, что она осознала — это тепло и вес. Тяжёлая, тёплая ладонь лежала на её груди, прикрывая её почти полностью, а крепкое предплечье обнимало её так, словно боялось потерять даже во сне. И тогда она поняла — не просто лежала. Пальцы её мужа во сне слегка, почти незаметно, но очень определённо сжимались, время от времени нежно перебирая тканью её футболки. Каждое такое движение отзывалось в её теле смущённой, тёплой волной. «Он же спит... наверное», — мелькнула первая мысль, но тут же лицо её запылало румянцем от макушки до шеи. Она аккуратно приподняла его ладонь, пытаясь освободиться. Это было ошибкой. В следующее мгновение мир перевернулся. Сильные руки резко перехватили её, и она оказалась прижатой спиной к матрасу, а сверху на неё опустилась вся внушительная масса проснувшегося Джин Ву. Он не давил, но его присутствие было абсолютным, неоспоримым. Она подняла глаза и увидела его лицо. Никакой сонливости. Тёмные, почти чёрные глаза смотрели на неё с такой хитрой, плотоядной ухмылкой, что у неё перехватило дыхание. В этом взгляде читалась утренняя свежесть, дикая нежность и откровенное желание. —Дальше будем спать, — проговорил он низко, хрипловато от недавнего сна, — или кое-что... поинтереснее сделаем? Его правая рука скользнула под её футболку, ладонь легла на обнажённую кожу её талии, обжигая теплом. Левая же, та самая «виновница», снова утвердилась на её груди, на этот раз безо всякой ткани на пути, сжимая мягко, но властно. Баи на секунду задумалась, притворно нахмурив брови, словно взвешивая варианты. А затем на её губах расцвела точно такая же хитрая, игривая ухмылка. —Хорошо соображаешь с утра, — сказала она, и в её голосе зазвенел вызов. Используя момент его удивления от её ответа, она резко выгнулась, применив не силу, а ловкость. Она выскользнула из-под него, как русалка из сетей, и откатилась к краю кровати. Джин Ву, потеряв опору, слегка рухнул на подушку, а Баи, уже стоя на ногах у кровати, рассмеялась — звонко, беззаботно, её глаза сияли торжеством. — Но сначала — душ! — провозгласила она и, грациозно развернувшись на пятке, двинулась в сторону ванной, чувствуя на своей спине его горящий, полный обещаний взгляд. Войдя в ванную, она подошла к зеркалу и на мгновение застыла. Отражение смутило её. Она была всё ещё в той же походной одежде — поношенной футболке и практичных штанах, запачканных снегом, землёй и следами битвы. Её золотистые волосы, обычно столь ухоженные, были спутаны в очаровательный, дикий хаос. На щеке даже виднелась маленькая, уже затянувшаяся царапина. «Боги, я похожа на дикарку, только что выбравшуюся из чащи», — с лёгким отвращением подумала она. Быстрыми движениями она скинула с себя всю грязную одежду и отправила её в корзину для белья с чувством глубокого удовлетворения. И вот она под душем. Первые капли горячей воды, ударившие по её коже, заставили её зажмуриться и выдохнуть со стоном блаженства. «О, как же я соскучилась по этому...» Это был не просто душ. Это был ритуал очищения. С её плеч и спины смывались напряжение вчерашней битвы, ледяной холод подземелья, липкое чувство слежки эльфов. Она стояла, подставив лицо под почти обжигающие струи, позволяя воде смыть с себя не только грязь, но и остатки кошмара. Тепло проникало глубоко в мышцы, расслабляя каждую зажатую связку. Она намылила волосы своим любимым шампунем с ароматом персика и ванили — таким далёким от запахов снега и крови. Пока пена стекала по её телу, она уже планировала день: вкусный завтрак, спокойный разговор с Джин-А, возможно, даже короткая прогулка на свежем воздухе... обычная, мирная жизнь, за которую они сражались. Она не слышала, как дверь в ванную тихо приоткрылась. И только когда струйки пара расступились, и в душевую кабинку вошла ещё одна фигура, она открыла глаза. Джин Ву стоял перед ней, абсолютно голый, его волосы были слегка взъерошены, а в глазах всё ещё горела та самая утренняя, хищная искорка, которая теперь смешалась с восхищением. —Кажется, ты начинаешь без меня самое интересное, — произнёс он, его голос прозвучал глухо под шум воды. — Это нечестно. Чо Баи не стала возражать. Она лишь улыбнулась, протянула к нему руку и намочила его чёрные волосы, смывая с него последние следы вчерашнего ада. У них сегодня не было срочных дел. Только это — горячая вода, смех, переплетающиеся тела и тихое, счастливое утро в их собственном, безопасном мире.

❀❀❀

Завтрак был тихим и умиротворённым. Солнечный свет заливал кухонный стол, на котором дымились омлет с овощами, тосты и свежесваренный кофе. Джин-А, проглотив свой завтрак на скорости света, уже умчалась в школу, оставив после себя только лёгкий хаос и добрую энергию. Тишину нарушил Джин Ву. Он отпил глоток кофе, поставил кружку с мягким стуком и, глядя куда-то в пространство перед собой, произнёс: —Я не смог воскресить главного эльфа. Вожака. Его голос звучал слегка нахмуренно,с оттенком профессиональной досады. Для него, Повелителя Теней, это было упущением, слабостью в его арсенале. Чо Баи, откусывая тост, лишь выгнула бровь. Она видела, как он пытался это сделать в конце боя, но тень эльфа-вожака рассыпалась, как иней на солнце, не поддаваясь его воле. —Ну и ладно! — махнула она рукой, как будто отгоняя пустяковую проблему. — Зато, Джин Ву, ты получил новую тень. Айрона! — Её лицо озарилось ободряющей улыбкой, и она потрепала мужа по плечу. — И он выглядит куда внушительнее того зазнайки. Настоящий берсерк. Джин Ву фыркнул, но уголки его губ дрогнули. Досада понемногу рассеивалась под её солнечным настроением. И тут в глазах Баи мелькнула озорная искорка. Она всегда знала, как вывести его из мрачных раздумий. Она отодвинула тарелку, сделала вид, что сосредотачивается, и тихо, но чётко произнесла: —Поклонись. Перед ней в воздухе возникло знакомое зелёно-золотое мерцание. И на пол кухни с мягким топотом лап опустился... детёныш ледяного медведя. Он был размером с крупную собаку — лабрадора, но с белой, пушистой шерстью, большими чёрными пуговицами-глазами и неуклюжими лапами. Он огляделся, обнюхал воздух и, уловив знакомый, успокаивающий запах своей новой хозяйки, радостно тыкнулся мордой ей в колени. — Ой, кто тут у нас! — сюсюкающим голосом воскликнула Баи, немедленно опустившись на корточки и обнимая мохнатого гиганта. — Хороший мальчик! Самый хороший! Ты уже проснулся? Она принялась тискать медвежонка, который отвечал довольным урчанием, больше похожим на мурлыканье небольшого трактора. Джин Ву замер с кружкой в руке. Он смотрел на эту сцену: его грозная, убивающая эльфов одним ударом жена, нежно возившаяся на кухонном полу с существом, которое через пару лет вырастет в монстра, способного снести стену. На его лице было написано полное, абсолютное недоумение, смешанное с неизбежной нежностью. Не говоря ни слова, он достал свой телефон. Поднял, прицелился. Раздался тихий щелчок затвора. На экране застыл кадр: Баи, смеющаяся, с пушистым белым комком счастья на коленях, залитые утренним солнцем. Он посмотрел на фото секунду, потом ещё. Без лишних раздумий он зашёл в настройки и установил эту фотографию на заставку главного экрана. — Что? — спросила Баи, подняв на него взгляд, её щёки покраснели от смеха и смущения. —Документальное свидетельство, — невозмутимо ответил Джин Ву, отпивая кофе и пряча телефон в карман. — На случай, если кто-то усомнится, что моя жена — самая могущественная и... самая странная нимфа на свете. Он встал, подошёл к ней, грубо потрепал медвежонка за ухом (тот фыркнул, но не возразил), а затем наклонился и поцеловал Баи в макушку. —Убирай своего зверя. Посуду вымою я. У нас сегодня, кажется, запланирован спокойный день. И я намерен этим воспользоваться. Его взгляд, скользнувший по ней, говорил совершенно однозначно, чем именно он собирается «воспользоваться», как только на кухне снова воцарится тишина. Баи только рассмеялась, обняла своего медвежонка и подумала, что её мир, несмотря на вчерашний ужас, стал как-то особенно прекрасным и полным. Даже если в нём теперь есть место для гигантских пушистых «щенков».