Ветвь

Эта служанка в доме Мора была новенькой – достаточно новенькой, чтобы сразу же запутаться в переплетении коридоров дома. Юная босмерка несла поднос к кабинету господину Мора, шараясь от каждой тени, каждого темного угла. «Господин очень важный человек, – повторяла она себе. – Он отбирает слуг очень-очень тщательно, и мне обещали, что за мной будут наблюдать. Я не должна оплошать, не должна оплошать…» Ноги сами остановились у входа в кабинет. Дверь была едва приоткрыта, из проема бил слабый свет бумажного фонаря и были слышны голоса. Один мужской и один женский. – …Нет, и даже не отрицай это! – Милый, ты сильно накручиваешь себя, выдвигая только наихудшие исходы его затеи. – Я должен предполагать лучшее? После того, что случилось на той земле с его отцом? После того, что случилось с ним самим? Служанка точно знала: говорят между собой Господин и Госпожа Мора. Господин обладал четким, режущим словно сталь голосом, в то время как Госпожа звучала мягче и тише, не теряя при этом твердости в словах. Однако все еще было не ясно, о чем шла речь. Юная служка прислушалась, затаив дыхание. – У тебя буквально нет повода для беспокойства за него. У него достойная боевая подготовка, есть связи и деньги, сестра в Солитьюде в конце концов. Он не пропадет в Скайриме. – Он совсем недавно вышел из подросткового возраста. Дэйдра, да по меркам меров он еще совсем ребенок! К тому же, он совершенно один, в чужой стране… – В которой прожил, по крайней мере, несколько лет- – В столице. Он прожил в столице, в самом безопасном месте, в кругу семьи и охраны, будучи совсем маленьким. Это разные вещи. – И теперь он вернулся в знакомые ему края. Поверь, милый, он не пропадет. Служанка решилась аккуратно глянуть в проем - чуть сменила угол обзора, вгляделась в убранство кабинета – часть стола на фоне стеллажа с книгами и свитками. – Недооценивай материк, мое Солнце! Темный кулак глухо стукнул по столу, на указательном пальце отчетливо блеснули металлом луна и звезда. – Скайрим таит опасностей не меньше, чем Морровинд и Солстхейм вместе взятые. Речь идет не только о животных - народ там также имеет суровые нравы, даже агрессивные, и юный данмер в них не впишется. Моих людей там почти нет, и я не смогу помочь Ралану на большой земле, если он окажется в опасности! Босмерка на мгновение задумалась, вспоминая сказанное имя. Она уже слышала его, но не встречала его владельца лично. Воображение нарисовало раскидистый куст каменевки, где каждый цветок был членом семьи и где одна ветвь выросла поодаль. Изогнутая, немного одинокая, но с красивым, сильным бутоном, обращенным к солнцу. Девушка так сильно задумалась, что и не заметила шагов, приблизившихся к двери. Свет резко ударил по глазам. Служанка зажмурилась, а, открыв глаза, застыла на месте, вперившись испуганным взглядом высокую темную фигуру напротив. Все же другие слуги и люди говорили правду: глаза у Господина Мора сияют как звезды. И цвет у них такой же. – Я… я… – запинаясь, лепетала босмерка, – Я п-принесла вам п-почту, господин! – и протянула поднос, мигом опустив голову. Господин Мора смерил её внимательным взглядом, молча взял в руки конверт. – Откуда? – С-с материка, господин. Из Скайрима. Данмер заинтересованно поднял брови. – Вот как… это хорошо, – он развернулся обратно к кабинету, но остановился, на секунду посмотрев на служанку. – Можешь идти. Служанка медленно попятилась назад, а после, убедившись, что опасности нет, развернулась, намереваясь уйти. – И… Он остановилась, похолодев от вновь прозвучавшего голоса господина. – Постарайся в следующий раз не торчать подолгу у дверей. А то люди могут подумать… что-нибудь не то. Дверь закрылась. Служанка судорожно, но облегченно выдохнула, быстро ушла прочь, а Господин Мора распечатал конверт, начав бегло скользить взглядом по строчкам. Сидящая в кресле альтмерка с любопытством наблюдала за его реакцией. – От него? Муж передал ей письмо. – Он в добром здравии. Вступил в ряды Соратников, – он усмехнулся, прикрыв глаза. – Наемники с историей. Забавно. – Все по-прежнему лелеет мечту стать рыцарем, – Госпожа Мора улыбнулась. – Главное это то, что он жив и здоров. Остальное неважно. – Конечно, мои Луна-И-Звезда. Мужчина отошел к окну, воззрился на сумрачное небо, с беспокойством крутя кольцо на указательном пальце. – Ох, Азура… будь милостива к нашему внуку. Будь милостива…