Глава 5

      Утренний туман ещё цеплялся за низины вокруг Эребора, когда небольшая компания остановилась у развилки дорог. Гэндальф, опираясь на посох, щурился от солнца, Бильбо суетливо поправлял лямки своего рюкзака, а Беорн возвышался над ними, как живая скала.       Сайтама стоял чуть в стороне, проверяя крепление своего походного мешка.       - Ну, вот и всё, - сказал он, выпрямляясь. - Дальше мне одному.       Гэндальф пыхнул трубкой, выпустив колечко дыма.       - Ты уверен в своём выборе? - спросил маг. - Дейл и Эребор процветают. Тебе там были бы рады.       - Слишком много шума, - ответил Сайтама. - Да и короны мне не идут. Жмут.       - Я буду посещать эти края раз в год, - задумчиво произнёс Гэндальф. - Может, наши пути ещё пересекутся.       - Буду ждать, - кивнул Сайтама. - Только без приключений, ладно? Я в отпуске.       Бильбо, преодолев смущение, шагнул вперёд и неловко обнял Сайтаму. Хоббит едва доставал ему до пояса, но объятие было крепким.       - Спасибо, - пробормотал Бильбо. - За всё. Если бы не ты... я бы до сих пор сидел в той бочке.       Сайтама похлопал его по спине.       - Береги себя, малыш. И не теряй храбрости.       Беорн, до этого молчавший, положил свою огромную ладонь на плечо Сайтамы.       - Мой дом всегда открыт для тебя, - пророкотал он. - Медведи помнят добро.       Сайтама улыбнулся.       - Спасибо, здоровяк. Может, загляну на мёд.       Он развернулся и, не оглядываясь, зашагал вниз по течению Быстротечной. Рюкзак, наполовину набитый золотом и драгоценностями - подарком Торина, от которого он не смог отказаться, - слегка позвякивал при каждом шаге. На поясе висели кирка и молот - инструменты созидания, а не разрушения. Это был его выбор.       Гэндальф смотрел ему вслед, пока фигура в оливковом плаще не скрылась за поворотом.       - Он уходит не домой, - пробормотал маг. - Он уходит искать себя. Странно... для того, кто может сломать мир, он слишком сильно хочет его понять.       Путь на Восток       Три дня Сайтама шёл вдоль реки. Пейзаж менялся: горы остались позади, уступая место бескрайним равнинам. Воздух становился суше, трава - желтее.       Первым делом он смастерил себе бурдюк. Кожа речной выдры, которую он нашёл уже мёртвой, пошла в дело. Сайтама, никогда раньше не занимавшийся кожевенным делом, действовал интуитивно, используя свою невероятную точность движений. Бурдюк вышел грубым, но герметичным.       Он шёл на юг и восток. Туда, где карты Средиземья заканчивались белыми пятнами.       Перед ним открылось огромное пространство. Земли Рун.       - Пыльно, - констатировал Сайтама, сплюнув песок.       Два года он провёл в странствиях. Рун и Кханд оказались местами суровыми. Здесь жизнь человека стоила меньше глотка воды. Люди жили кланами, воевали, торговали рабами и молились тёмным богам.       Сайтама оставался наблюдателем. Он не вмешивался в войны, если они не касались его напрямую. Но дорога есть дорога.       Однажды ночью, у костра в степи, его окружили. Десять всадников в масках, с кривыми саблями. Вастаки.       - Отдай золото, чужеземец! - крикнул главарь на ломаном всеобщем.       Сайтама, помешивая похлёбку в котелке, даже не поднял головы.       - Ребят, я ем. Это невежливо.       Главарь махнул рукой. Арбалетный болт свистнул в воздухе.       Сайтама поймал его двумя пальцами, не отрываясь от еды.       - Я же сказал. Невежливо.       Через минуту всё было кончено. Десять тел лежали в пыли. Сайтама аккуратно закопал их. Свидетели ему были не нужны.       Его пытались отравить. В одной из таверн Кханда ему поднесли вино с ядом пустынного скорпиона. Сайтама выпил залпом.       - Горчит, - заметил он, вытирая губы. - И в носу щекочет.       Он чихнул. Стена таверны за его спиной треснула. Трактирщик упал в обморок.       За это время Сайтама научился многому. Он научился находить воду там, где её не было. Он научился делать мыло из золы и жира, добавив экстракт полевых цветов для запаха. Гигиена была для него святым правилом. Даже в диких землях он оставался чистым, чем вызывал суеверный ужас у местных, привыкших к грязи.       Он построил повозку. Не из дерева, которое было здесь редкостью, а из металла разбитых колесниц, найденных на полях древних битв. Он ковал железо голыми руками, сгибая листы стали, как бумагу. Повозка получилась странной, угловатой, но несокрушимой.       Два коня тянули её. Вороной жеребец, которого он назвал Суп, и гнедая кобыла Скидка. Имена были странными, но коням, казалось, нравилось.       Сайтама дошёл до самого края континента. Он стоял на берегу Восточного Моря, глядя в бесконечную синеву.       - Может, там выход? - подумал он. - Прыгнуть?       Он прикинул траекторию. Прыжок мог забросить его на другую сторону планеты. Или в космос.       - Нет, - решил он. - Мир не кончается на Востоке. Слишком просто.       Он развернул повозку. В ней, помимо золота, теперь лежали мешки с редкими специями - шафраном, куркумой, перцем. Он не потратил ни монеты из сокровищ Эребора. Он просто обменивал услуги - защиту караванов от монстров - на еду и приправы.       Местные легенды говорили о Синих Магах, которые ушли на Восток и пропали. Сайтама слышал шепот о культах, поклоняющихся "Синим Старцам".       - Надо будет спросить Гэндальфа, - отметил он в памяти.       Возвращение. 2945 год Третьей эпохи       Спустя два года странствий, колеса его повозки заскрипели на камнях Старой Лесной Дороги. Он вернулся на Запад.       Перед ним стеной встал лес. Лихолесье. Но теперь оно казалось ещё темнее, чем раньше. Деревья стояли плотно, переплетаясь ветвями, словно пытаясь закрыть небо. Из чащи тянуло сыростью и гнилью.       Сайтама остановил Супа и Скидку. Он спрыгнул с козел, поправляя плащ.       - Мен-и-Наигрим, - прочитал он на старом, замшелом указателе. - Дорога гномов.       Он хотел узнать, как дела у Тауриэль. Он помнил её обещание. "Я приду за тобой". Но прошло два года, а вестей не было.       - Может, пауки оказались крепче, чем она думала? - размышлял он.       Он мог бы войти в лес и уничтожить всех тварей за час. Но он сдержался. Это была их битва. Её битва. Если он сделает всё за них, они никогда не станут сильнее. Да и не просили они.       Но чувство тревоги, липкое и неприятное, не отпускало.       - Странное чувство, - пробормотал Сайтама, глядя в темноту под кронами. - Как будто за мной наблюдают. И это не пауки.       Он похлопал Супа по шее.       - Ладно. Поедем медленно. Если кто-то захочет поздороваться, я буду готов.       Он залез обратно в повозку, взял вожжи и щёлкнул языком. Железные колёса загрохотали по древнему тракту, унося его в тень леса, навстречу прошлому, которое, как он подозревал, ещё не закончилось.       Полуночный костер       Ночь в Лихолесье была не просто временем суток. Это было живое, дышащее существо, обнимающее мир холодными лапами. Звёзды, пробивающиеся сквозь редкие разрывы в кронах древних деревьев, казались далёкими и безучастными свидетелями.       Сайтама лежал на траве, закинув руки за голову. Костёр, разведенный им с привычной аккуратностью, тихо потрескивал, отбрасывая дрожащие тени на его лицо. Он смотрел вверх, пытаясь найти знакомые созвездия своего мира, но небо здесь было чужим. Красивым, но чужим.       - Странно, - подумал он. - Вроде бы те же звёзды, а светят по-другому. Как будто... старше.       Он прикрыл глаза, вслушиваясь в лес. Лихолесье, казалось, очистилось после падения Некроманта, но это была обманчивая тишина. Сайтама чувствовал: в глубине, там, где корни сплетаются в узлы, все еще жило что-то тёмное. Не такое явное, как раньше, но липкое и неприятное.       Его мысли вернулись к Востоку. Рун, Кханд... земли, где жизнь стоила дешевле песка. Он видел людей, поклоняющихся тени, видел жестокость, ставшую нормой. Он мог бы вмешаться, разнести их храмы, свергнуть тиранов. Но он не стал.       - Они сами выбрали это, - рассуждал он. - Я не могу спасать тех, кто не хочет быть спасенным. И этот язык... тёмное наречие. Звучит как скрежет металла по стеклу.       Внезапно его ухо уловило шорох. Едва слышный, на грани восприятия - треск сухой ветки под лёгкой подошвой, шелест ткани о кору.       Сайтама не шелохнулся. Он знал, что они там. Двое. Следят за ним уже несколько часов, с тех пор как он пересёк границу леса. Их шаги были почти беззвучными, но для него, слышавшего сердцебиение комара, они были громкими, как барабанный бой.       - Эльфы, - определил он. - Разведчики. Наверное, из местных.       Он выждал ещё минуту, давая им возможность проявить себя. Но лес молчал.       - Ладно, - сказал он вслух, не оборачиваясь. - Спускайтесь уже. Невежливо следить за человеком, когда он пытается насладиться видом. У меня тут чай стынет.       Тишина повисла на мгновение, а затем из теней выступили две фигуры. Они двигались с грацией, присущей только Перворожденным. Орофин, высокий эльф с луком за спиной, и Нимрадель, чьи глаза светились в темноте, как два изумруда.       Они подошли к костру, держась настороженно, но без явной враждебности.       - Приветствую, странник, - сказал Орофин на всеобщем, его голос был мелодичным, но холодным. - Ты ступил на земли Короля Трандуила.       - Знаю, - кивнул Сайтама, садясь и подбрасывая ветку в огонь. - Садитесь. В ногах правды нет.       Эльфы переглянулись и, повинуясь какому-то немому согласию, опустились на траву напротив него. Свет костра выхватил их лица - прекрасные, но уставшие, с печатью тревоги.       - Будете? - Сайтама протянул им вертел с жареным кроликом. Мясо аппетитно шкворчало, капая жиром в огонь.       Нимрадель слегка поморщилась.       - Нет, спасибо, - вежливо отказалась она. - Мы... предпочитаем дары леса, не требующие крови.       - Как хотите, - пожал плечами Сайтама, откусывая кусок. - Больше мне достанется. Как там Трандуил? Леголас? Всё ещё строят из себя королей мира?       Орофин нахмурился.       - Король здравствует. Принц в отъезде. Но времена сейчас... непростые.       - Кто ты? - вдруг спросила Нимрадель, подавшись вперёд. - И откуда? Ты не похож на людей из Дейла или Эсгарота. В тебе есть... странная сила.       Сайтама прожевал и посмотрел на неё. В её взгляде было любопытство, смешанное с опаской.       - Я Сайтама, - представился он. - Путешественник. Ищу путь домой. Слушайте, а Тауриэль не с вами? Она вроде капитаном была.       Вопрос повис в воздухе. Эльфы замерли. Они не ответили, но Сайтама почувствовал это. Резкий скачок пульса. Холод, пробежавший по их спинам. Запах горя и тоски, исходящий от них волнами.       Он перестал жевать.       - Понятно, - тихо сказал он.       Он встал и отошёл от костра в темноту, повернувшись к ним спиной. Ему нужно было переварить это.       - Мертва? - пронеслось у него в голове. - Или пропала? Чёрт... я опоздал.       Его кулаки сжались. Он обещал. Она обещала. И теперь... тишина.       У костра Нимрадель хотела было окликнуть его, спросить, что он знает о Тауриэль, но Орофин схватил её за руку.       - Тише, - шепнул он на эльфийском. - Не тревожь его.       - Кто он, Орофин? - спросила она так же тихо. - Ты знаешь его?       Орофин кивнул, его лицо было бледным.       - Я был у Ворот, - прошептал он. - В Битве Пяти Воинств. Я видел его. Это он... тот лысый человек, что раскидал армию орков, как сухие листья. Тот, кто убил дракона.       Нимрадель округлила глаза. Она слышала легенды. Шёпот гномов, байки людей в тавернах. О человеке, чья сила была равна мощи Валар.       - Это он? - выдохнула она. - Странный союзник. Он выглядит... обычным.       - Внешность обманчива, - ответил Орофин. - Его сила - это не магия. Это что-то другое. Дикое.       - Мы должны сказать ему, - прошептала Нимрадель. - О Тауриэль.       - Нет, - отрезал Орофин. - Ещё рано. Король запретил говорить об этом чужакам. Но... нам нужна его помощь. Пауки. Их стало слишком много. Мы не справляемся.       Сайтама стоял в тени деревьев. Его слух, способный уловить падение пера за километр, разобрал каждое слово их шёпота.       - Горе, - подумал он. - Они скорбят. Значит, случилось что-то плохое. И я опять где-то шлялся, пока людям... эльфам нужна была помощь.       Чувство вины кольнуло его. Он всегда опаздывал. Всегда приходил, когда беда уже случилась.       Он вернулся к костру. Его лицо было спокойным, но в глазах застыла тень.       - Послушайте, - сказал он, глядя на огонь. - Мне нужно в Лесное Королевство. Покажите дорогу.       Эльфы напряглись.       - Зачем? - спросил Орофин.       - Оставить повозку, - солгал Сайтама, кивнув в сторону темноты, где паслись Суп и Скидка. - И лошадей. А пока... я помогу вам с пауками. Слышал, у вас с ними проблемы.       Он посмотрел на них.       - Только одно условие. Мой приход должен остаться тайной. Никто не должен знать, что я здесь. Я сделаю дело и уйду.       Орофин медленно встал. Он посмотрел на Сайтаму с новой надеждой.       - Мы... мы заблудились, - признался он. - Мы патрулировали южную границу, но наткнулись на гнездо. Их было слишком много. Мы сбили след, но они где-то рядом.       - Где они? - спросил Сайтама. - Они должны были учуять мясо.       - Мы использовали пыльцу ночных цветов, - пояснила Нимрадель. - Она сбивает нюх тварей. Они вернулись в норы, но с рассветом они выйдут снова.       Сайтама кивнул.       - Значит, ночь безопасна. Ложитесь спать.       - Что? - удивилась эльфийка.       - Спать, - повторил он тоном, не терпящим возражений. - Вы выглядите как выжатые лимоны. Стресс, страх... вам нужен отдых. А я пока соберу вещи.       Эльфы переглянулись. Доверить свои жизни человеку, пусть и легендарному герою, в сердце враждебного леса? Это было безумием. Но усталость брала своё. И аура спокойствия, исходящая от Сайтамы, действовала умиротворяюще.       - Хорошо, - сказал Орофин. - Мы доверимся тебе.       Они устроились в его палатке, которую он поставил чуть поодаль. Сайтама остался у костра.       Всю ночь он методично перебирал содержимое своей железной повозки. Специи, инструменты, монеты. Он упаковывал всё, готовясь к пути.       Со стороны это выглядело странно: одинокий человек посреди смертоносного леса, охраняющий сон двух бессмертных существ, словно нянька. Но Сайтама не думал об этом. Его мысли были заняты другим.       - Пауки, - думал он, глядя на угли. - Ну что ж. Потренируемся.       Тропа вилась между деревьями, как змея, скрытая в высокой траве. Ветви сплетались над головой, создавая вечный сумрак, пробиваемый лишь редкими лучами солнца, которые казались здесь чужими. Железные колёса повозки глухо постукивали по корням, скрипя на поворотах. Суп и Скидка, чувствуя тревогу хозяина, шли тихо, прядая ушами.       Орофин и Нимрадель сидели в самой повозке, устроившись на мешках со специями. Они оставили своих лошадей на границе, решив не привлекать лишнего внимания к отряду. Вид двух эльфов, трясущихся в грубой железной телеге, которой управлял человек в поношенном плаще, был бы комичным в другое время, но сейчас воздух был слишком тяжёл для смеха.       Орофин, которому недавно исполнилось триста лет, уже научился читать то, что скрыто за словами. Сидя за спиной Сайтамы, он наблюдал за его расслабленной, но готовой к действию позой. Он видел нежелание встречи с королём. Не из страха. Нет, этот человек не боялся никого. Скорее, это было нежелание участвовать в политике, в сложных играх двора, которые были ему чужды.       - Он как камень, брошенный в пруд, - подумал эльф. - Он меняет всё вокруг, но сам остаётся неизменным.       Вечером первого дня они остановились у небольшого ручья. Костёр разводить не стали - слишком близко к опасной зоне. Сайтама достал из повозки вяленое мясо и хлеб, поделившись с эльфами.       - Город Дейл процветает, - тихо сказал Орофин, нарушая молчание. - Бард оказался мудрым правителем. Усилиями людей и гномов руины превратились в крепость. Торговля идёт бойко, даже с эльфами.       Сайтама кивнул, жуя хлеб.       - Хорошо. Значит, не зря старались.       Нимрадель, которая всё это время украдкой разглядывала широкую спину человека, не выдержала. Её юное, по меркам эльфов, любопытство пересилило осторожность.       - Почему ты такой сильный? - спросила она. - Ты человек, но твоя сила... она как у древних героев. Как у Берена или Турина.       Орофин резко повернулся к ней.       - Нимрадель! Это не твоё дело. Невежливо спрашивать о природе силы, если тебе её не открыли.       Сайтама вздохнул, отложив кусок мяса. Он посмотрел на звёзды, пробивающиеся сквозь листву.       - Всё равно не поверите, - сказал он. - Даже если расскажу. Так что давайте закроем тему. Просто... тренировки. Много тренировок. И немного удачи.       Он помолчал, а потом добавил, словно самому себе:       - И скуки. Много скуки.       Орофин, видя, что человек не сердится, решил спросить прямо.       - Ты человек? Или всё же... майа в облике смертного?       Сайтама посмотрел на него с усталой улыбкой.       - Человек я. Человек. Самый обычный. Просто... из другого места.       Он рассказал им немного о своём мире. О городах, которые касаются облаков. О повозках, которые ездят без коней. О людях, которые летают в космос. Орофин и Нимрадель слушали, сидя на краю железного борта повозки, затаив дыхание. Для них это звучало как сказка, как легенды Первой Эпохи, но они чувствовали правду в его голосе. Он не врал.       На четвёртый день лес изменился. Деревья стали реже, но выше, их стволы были покрыты серой паутиной, как саваном. Воздух стал спертым, тяжелым. Они вышли к поляне, где стояли старые, полуразрушенные конюшни - бывший аванпост, заброшенный после нашествия пауков.       Сайтама натянул поводья. Повозка остановилась. Он спрыгнул на землю, его сапоги мягко коснулись мха. Он подошёл к эльфам, которые тоже спустились с повозки. Его лицо было спокойным, но глаза... глаза были тёмными, как колодцы.       - Когда? - спросил он. Одно слово. Но в нём было всё.       Орофин опешил. Он понял, что скрывать больше нет смысла. Этот человек знал. Он чувствовал.       - Она... - голос эльфа дрогнул. Он не мог подобрать слов, чтобы описать тот день. День, когда свет померк для многих.       - Она пропала год назад, - выдавил он наконец, опустив взгляд. - Последний раз её видели на севере. В районе Глубоких Ям. Пауки... их стало слишком много. Отряд не вернулся. Мы искали. Но нашли только... обломки оружия.       Сайтама не шелохнулся. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Но воздух вокруг него словно стал плотнее, тяжелее, пригибая траву к земле.       Нимрадель, видя его состояние, тихо добавила, словно пытаясь оправдать безрассудство капитана стражи:       - Тауриэль... она ненавидела их больше всего на свете. Она потеряла родителей из-за них. Из-за пауков. Они убили её семью, когда она была ещё дитя. У неё никого не было, кроме короля и принца... пока она не встретила тебя. Она хотела очистить лес, чтобы никто больше не страдал так, как она.       Сайтама посмотрел на неё. В его взгляде появилась бесконечная, вселенская грусть. Он вспомнил её рыжие волосы, её решимость, её неловкое прощание у ворот Эребора. "Я найду тебя".       - Понятно, - сказал он. Голос прозвучал глухо, как камень, упавший на дно колодца.       Он развернулся и пошёл в сторону самой густой тьмы леса. Медленно. Легко. Как будто просто вышел на прогулку. Но каждый его шаг отдавался в земле едва уловимой, но страшной вибрацией.       - Ждите здесь, - бросил он через плечо, не останавливаясь. - Я скоро.       Орофин и Нимрадель остались у конюшен. Они присели на поваленное бревно, чувствуя себя маленькими и беспомощными. Другие эльфы, патрульные, которые незаметно подошли к аванпосту, с удивлением смотрели на них из кустов, но Орофин жестом приказал им оставаться на местах и не вмешиваться.       Они сидели молча, глядя в ту сторону, куда ушёл человек.       - Ты веришь в это? - вдруг спросила Нимрадель, нарушая тишину. - В межвидовую любовь? Он человек. Она эльф. Это... обречено с самого начала.       Орофин поднял голову, всматриваясь в темноту чащи. Он вспомнил лицо Сайтамы в тот момент, когда тот спросил "Когда?".       - Я видел его глаза, - ответил он тихо. - Там не было простого интереса. Там было горе. И тоска. Такая же глубокая, как у нас, когда мы теряем близких. Он любил её, Нимрадель. По-своему. Без громких слов и песен. И она... я думаю, она нашла в нём то, чего не было в нас. Простоту. Искренность. Защиту.       Он замолчал, сжимая лук в руке.       - Он всё понял без слов. И пошёл туда не мстить. А... завершить её дело.       Внезапно земля под их ногами подпрыгнула.       Это был не звук. Это был удар. Грохот, от которого заложило уши, донёсся с севера, словно небо раскололось надвое. Птицы взмыли в небо с истошными криками, звери бросились врассыпную.       Эльфы вскочили, хватаясь за оружие. Они посмотрели в сторону Глубоких Ям.       Над лесом, там, где веками царила тьма и паутина, поднимался гриб пыли. Огромный, заслоняющий солнце, он рос на глазах, сметая облака. Деревья вдалеке падали, как скошенная трава, вырываемые с корнем ударной волной. Казалось, что одна восьмая часть великого леса - та самая, проклятая и кишащая тварями - просто... исчезла. Испарилась.       Земля продолжала дрожать, волны расходились от эпицентра, как круги на воде, заставляя старые стены конюшен скрипеть.       Орофин опустил лук. Его руки тряслись. Он никогда не видел ничего подобного. Даже дракон не обладал такой мощью.       - Король узнает, - прошептал он, глядя на поднимающееся облако. - Такое невозможно скрыть. Весь лес чувствует это.       - Что он сделал? - выдохнула Нимрадель с ужасом и восхищением.       - Он решил проблему, - ответил Орофин, и в его голосе звучал священный трепет. - По-своему.       Он понял. Сайтама не стал охотиться на пауков по одному. Он просто уничтожил само место их обитания. Вместе с норами, яйцами, королевами и самой тьмой, питавшей их. Одним ударом.       Это был удар гнева. Удар скорби. И удар прощания.       Земля ещё дрожала, когда ворота Лесного Королевства распахнулись. Из них вырвался отряд всадников в сияющих доспехах. Трандуил, не дожидаясь сбора основной армии, лично возглавил авангард. Он почувствовал удар. Весь лес почувствовал его.       Они скакали по тропе, ожидая увидеть вторжение, войну, конец света. Но вместо этого они увидели тихую поляну у заброшенных конюшен.       Железная повозка стояла там же, где её оставили. Суп и Скидка мирно щипали траву, не обращая внимания на облако пыли, все ещё висящее над северной частью леса. Рядом с повозкой, прислонившись к колесу, стоял человек в оливковом плаще. Он отряхивал рукава, словно только что закончил грязную работу.       Орофин и Нимрадель, бледные, но невредимые, стояли рядом.       Трандуил осадил коня. Его эльфийское зрение мгновенно оценило обстановку. Север леса... его больше не было. Там, где веками гнездилась тьма, теперь зияла просека, уходящая к горизонту.       Орофин шагнул вперёд, склонив голову. Он не стал ждать вопроса.       - Мой король, - произнёс он тихо. - Это сделал он. Сайтама.       Трандуил перевёл взгляд на человека. В глазах короля, видевшего падение Дориата и ярость драконов, читалось нечто новое. Уважение, смешанное с опаской.       Сайтама поднял голову.       - Привет, - сказал он просто. - Давно не виделись. Я тут немного... прибрался.       Ранее       Сайтама стоял на границе проклятой зоны. Деревья здесь были мёртвыми, окутанными плотными коконами паутины, в которых угадывались очертания животных, а иногда и гуманоидов. Воздух был тяжёлым, пропитанным запахом разложения.       Он положил ладонь на землю.       В вибрации почвы он услышал их. Тысячи лапок. Скрежет жвал. Шипение. Это был не просто лес. Это был улей. Живой, голодный организм, который сожрал ту, кого он обещал защищать.       Сайтама закрыл глаза.       - Тихо, - прошептал он.       Он вспомнил её смех. Вспомнил, как она пробовала его пирог. Вспомнил её обещание найти его.       Гнев, холодный и спокойный, поднялся в нём волной.       Он открыл глаза и замахнулся.       - Серьёзный Удар.       Ударная волна сорвалась с его кулака. Она не просто ломала деревья. Она стирала саму суть этого места. Пауки, большие и малые, королевы и их потомство, даже не успели понять, что произошло. Их просто не стало. Вместе с их норами, ядом и тьмой.       Мгновение - и на месте векового ужаса осталась лишь чистая, вспаханная земля.       Настоящее       Стол накрыли прямо у конюшен. Трандуил не любил простых решений, но ситуация требовала немедленного разговора. Слуги быстро расставили серебряные кубки и блюда с фруктами на грубо сколоченном столе, который Сайтама когда-то сделал для себя в Дейле.       Король и Человек сидели напротив друг друга.       - Как твои дела, Сайтама? - спросил Трандуил, крутя в пальцах ножку кубка. - Прошло три года. Ты был на Востоке, я слышал.              - Нормально, - ответил Сайтама, отпивая чай. - Пыльно там. И люди злые. Но специи хорошие.       - Почему ты не зашёл ко мне? - в голосе короля прозвучала нотка укоризны. - Ты проходил через мои земли. Двери моего дворца были открыты для тебя.       Сайтама поставил чашку на стол. Звук фарфора о дерево прозвучал громко в тишине.       - Это личное, - сказал он, глядя в сторону леса, которого больше не было.       Трандуил замер. Он понял. Конечно, он понял. Весь двор знал о чувствах Тауриэль. И многие догадывались о чувствах этого странного человека.       - Мы скорбим, - тихо произнёс король. Его маска высокомерия треснула, обнажив усталость древнего правителя. - Она была лучшей из нас. И твои действия сегодня... они не напрасны. Ты отомстил за неё. И спас тех, кто мог погибнуть завтра.       - Это не месть, - покачал головой Сайтама. - Месть ничего не вернёт. Это... уборка. Я просто убрал мусор, который мешал жить.       Он допил чай одним глотком.       - Это моя работа. Вроде как.       Трандуил кивнул. Он видел, что за этими простыми словами скрывается бездна боли, которую человек прячет глубоко внутри.       - В моём королевстве тебе всегда будут рады, - сказал он торжественно. - Не как герою. Как другу.       Сайтама посмотрел на него. Он заметил, как изменился король. Исчезла та ледяная отчужденность, которая была в Дейле. Трандуил стал... человечнее? Или просто мудрее.       - Спасибо, - ответил Сайтама. - Но мне пора. Я не могу сидеть на месте.       Он встал, поправляя плащ.       - Куда лежит твой путь? - спросил Трандуил, тоже поднимаясь.       - На Запад, - сказал Сайтама. - Говорят, там есть места, где трава зеленее, а пиво вкуснее. Шир, кажется? Или Бри.              Трандуил едва заметно улыбнулся.       - Если ты встретишь Гэндальфа... или странников... передай им, что Север очищен. Но будь осторожен. Мои разведчики докладывают, что орки в Серых Горах стали активнее. Они множатся.       Сайтама хмыкнул.       - Орки, - повторил он с пренебрежением. - Пусть приходят. Мне нужно на ком-то выпустить пар.       Трандуил понял. Гнев Сайтамы, не нашедший выхода в разрушении паучьего гнезда, всё ещё кипел в нём. И горе тем, кто встанет у него на пути.       - Прощай, Сайтама, - сказал король. - Пусть звёзды освещают твою тропу.       - Бывай, Трандуил. Не болей.       Сайтама запрыгнул на козлы своей повозки. Суп и Скидка, отдохнувшие и сытые, резво взяли с места. Железные колёса застучали по дороге, унося странника прочь от леса, от памяти и от могилы той, что обещала найти его.       Трандуил долго смотрел ему вслед. Он знал, что больше никогда не увидит этого человека таким, каким он был сегодня. Что-то сломалось в нём, но что-то и закалилось.       Король повернулся к своим воинам.       - Удвоить дозоры, - приказал он. - Пауков нет, но пустота, которую они оставили, может привлечь худшее зло.       А вдали, на дороге, ведущей к Туманным Горам, одинокая фигура в повозке растворялась в закатном солнце, увозя с собой свою силу и своё одиночество.       Тупик на горизонте       Солнце, вырвавшееся из плена крон Лихолесья, ударило в глаза ярким, ослепительным светом. Сайтама прищурился, поправляя капюшон оливкового плаща. Воздух здесь, на границе леса и степи, был другим - свежим, пахнущим свободой и дальними дорогами. Позади осталась тьма, скорбь и могила той, что так и не смогла найти его.       Железная повозка, скрипящая и пыльная, выкатилась на открытое пространство. Суп и Скидка, почуяв сочную траву, ускорили шаг, фыркая от удовольствия.       Сайтама сидел на козлах, развернув карту, добытую у бандитов на Востоке. Пергамент был новым, чернила ещё не выцвели, но линии, нанесённые рукой вастака, были грубыми, хотя и удивительно точными.       - Так, - пробормотал он, водя пальцем по линии Туманных Гор. - Мы здесь. Дом Беорна южнее. Но мне туда не надо. Мёд - это хорошо, но я хочу цивилизации. Кафе, может быть. Или домик с нормальной крышей, а не дырявый шатёр.       Он поднял взгляд. Перед ним, закрывая полнеба, вставала стена гор. Пики, покрытые вечными снегами, пронзали облака. Это был барьер, разделявший Дикие Земли и Эриадор - землю, о которой он слышал только в сказках хоббита.       - Высоковато, - оценил он, жуя травинку.       Он снова посмотрел на карту. Путь на юг, через Врата Рохана или перевал Красного Рога, занял бы месяцы. Путь на север, в обход, был еще длиннее и опаснее из-за орков Гундабада, которые, судя по слухам, снова начали шевелиться. Прямая дорога, Высокий Перевал, была узкой тропой, где едва могли разойтись два пони. Для его железной повозки, которую он с таким трудом смастерил на Востоке, это было непроходимо.       Сайтама почесал затылок, сдвинув капюшон.       - Обойти - долго. Бросить повозку? Жалко. Я её два года клепал, каждый винтик помню. Да и специи пропадут, а шафран нынче дорог.       Он посмотрел на лошадей, потом на гору, потом снова на лошадей. В его голове, свободной от ограничений "нормального" мира, родилась идея. Странная, безумная, противоречащая всем законам логики и физики Арды. Но для него это была просто идея. Рабочая схема.       - А что, если не обходить? Прямая линия - самый короткий путь, так ведь?       Шесть дней ушло на то, чтобы добраться до самого подножия хребта. Сайтама не спешил. Он тщательно выбирал место, где склон был не таким отвесным, хотя для любого другого существа, будь то человек или гном, это всё равно было бы непреодолимой стеной.       Вечерами, у костра, он занимался лошадьми. Чистил их скребницей, проверял копыта, выковыривая застрявшие камешки. За время странствий он научился ковать. Не как гном, с магией рун и песнями о предках, а как механик - точно, функционально, без лишних движений. Он сам сделал подковы из остатков металла, подогнал их идеально под каждое копыто.       - Потерпите, ребята, - говорил он, поднимая ногу Супа и осматривая стрелку. - Скоро будет нормальная дорога. Зелёная травка. Никаких пауков и орков. Только мы и... ну, посмотрим, кто там живёт.       Конь тыкался бархатной мордой ему в плечо, доверяя этому странному двуногому, от которого пахло силой и спокойствием, а не страхом, как от других людей.       На седьмой день они стояли у самой скалы. Ветер здесь был холодным, пронизывающим, несущим запах снега и камня.       Сайтама достал из мешка пучок трав. Это был сонный корень, который он нашёл в лесу по совету Радагаста Бурого (с которым успел посоветоваться после битвы пяти воинств).       - Простите, - сказал он лошадям, скармливая им траву, смешанную с сахаром. - Но вам лучше этого не видеть. Высоты боитесь, я знаю. Да и укачать может.       Через десять минут Суп и Скидка мирно спали, стоя, но их ноги начали подгибаться. Сайтама аккуратно уложил их прямо в повозку, на мешки с зерном и мягкие ткани, укрыв тёплыми попонами.       Затем он проверил крепления. Верёвки, цепи, кожаные ремни - всё было затянуто на совесть. Ничего не должно было выпасть, даже если повозку перевернуть.       Он подошел к повозке сзади. Присел. Ухватился за ось. Металл холодил ладони.       - Ну, поехали. Экспресс-доставка Сайтамы.       Если бы кто-то - великий орёл Манвэ или случайный горный козёл - посмотрел вниз в тот момент, он бы не поверил своим глазам. Он бы решил, что сошёл с ума или наелся галлюциногенных грибов.       По отвесному склону горы, там, где даже снег не задерживался, поднималась точка. Человек. Он нёс на плечах, как школьный рюкзак, огромную железную повозку с двумя спящими лошадьми и грузом специй внутри.       Сайтама не карабкался. Он бежал.       Его ноги вбивались в камень, создавая временные ступени, которые осыпались пылью сразу после толчка. Мышцы работали в режиме идеальной эффективности. Ни капли пота, ни сбитого дыхания. Только ритмичное, мощное движение вверх.       Гравитация пыталась утянуть его вниз, ветер пытался сбросить его в пропасть, швыряя в лицо ледяную крошку. Но для Сайтамы это были лишь мелкие неудобства, вроде назойливой мухи.       - Вид красивый, - отметил он про себя, глядя на облака, которые теперь были внизу, как белое море. - Но холодно. Надо было шарф надеть.       Он пересёк линию вечных снегов за час. Перевалил через пик, даже не заметив этого, словно перешагнул через порог. Спуск был сложнее - нужно было тормозить, чтобы инерция не разнесла повозку в щепки.       Он скользил по осыпям, используя сапоги как лыжи, перепрыгивал ущелья шириной в сотни метров, балансируя с многотонным грузом на спине так, словно нёс корзину с бельём. Его движения были точными, выверенными до миллиметра.       К вечеру того же дня он был внизу, с другой стороны хребта.       Эттенмур. Холмистая, дикая местность, поросшая вереском, мхом и редким кустарником. Туманы здесь стелились по низинам, скрывая древние руины.       Сайтама выбрал ровную площадку у ручья, где вода была прозрачной и холодной. Он аккуратно, без единого толчка, опустил повозку на землю. Колёса мягко вжались в дерн.       - Уф, - выдохнул он, вытирая лоб тыльной стороной ладони. Пота не было, но жест был привычным, человеческим. - Разминка засчитана. Неплохое кардио.       Он развязал лошадей. Суп открыл глаза, моргнул, фыркнул и, пошатываясь, встал, отряхиваясь от сна. Скидка последовала за ним. Они огляделись. Вокруг была зелень, вода, спокойствие. Никаких гор, никаких скал, только мягкие холмы. Они не поняли, как здесь оказались, но им было всё равно. Главное - трава была вкусной.       Сайтама улыбнулся, глядя на них. Он вдохнул воздух Эриадора. Он пах по-другому. Стариной.       - С приездом. Эттендейлс. Звучит неплохо. Похоже на название сорта чая.       Он посмотрел на запад. Там, за холмами, лежали земли Арнора, Бри и Шир. Места, где, как говорили, живут маленькие человечки с волосатыми ногами, которые знают толк в еде, покое и втором завтраке.       - Идеально, - сказал он, похлопывая Супа по шее. - Пора искать место для дома. И, может быть, наконец-то открыть это кафе. 'Ударный Удон'. Нет, слишком агрессивно. 'Один Укус'. Звучит лучше.       Архитектор пустоты       Река Хойра катила свои серые, холодные воды с шумом, который в этих диких землях заменял музыку. Здесь, у подножия холмов, где камни были гладкими от вечного бега воды, Сайтама нашел то, что искал - ресурс. Вода была ключом к гигиене, к приготовлению еды и к той самой базе, о которой он размышлял, пересекая горы на собственных плечах.       Сайтама стоял на берегу, глядя на дикий участок земли, заросший кустарником и сорняками. В его голове уже зрел план. Это не было вдохновение творца, скорее расчет опытного логиста.       - Сначала площадка. Без ровного пола всё остальное - просто груда мусора.       Он не стал использовать кирку. Вместо этого он просто наступил. Один раз. Второй. Удары его ног не разрывали землю, а вминали её. Он двигался методично, как гигантский пресс, превращая рыхлую почву и камни в поверхность, твердую как бетон. Пыль взлетала столбами, но Сайтама даже не щурился. Через час берег реки обзавелся идеально ровной площадью в несколько сотен квадратных метров.       Следующие четыре дня стали кошмаром для местной тишины. Сайтама уходил в ближайший лес, возвращаясь с охапками огромных сосен. Он не рубил их - он вырывал их с корнем, очищал от ветвей одним взмахом руки и обтесывал стволы так быстро, что дерево начинало дымиться от трения.       - Дорога должна быть мощеной. Грязь - это плохой сервис.       К исходу четвертого дня к будущему зданию вела аккуратная мощеная тропа из плоских речных камней, уложенных с точностью до миллиметра. Фундамент был заложен, каркас первого этажа начал подниматься, а Сайтама, стоя по колено в древесной стружке, раздумывал, где лучше поставить плиту.       Он чувствовал себя почти удовлетворенным. Труд отвлекал от мыслей о Тауриэль, о том пустом месте в груди, которое не заполнила даже победа над пауками. Работа была его лекарством.       Сайтама замер, держа в руках бревно весом в пару тонн. Он не оборачивался. Его слух уловил девять различных ритмов сердцебиения, скрытых за шумом реки и шелестом листвы. Они двигались профессионально - мягкие шаги, контролируемое дыхание.       - Девять человек. Наблюдают уже минут двадцать. Невежливо.       Он аккуратно положил бревно на место, забив его в паз легким ударом кулака. Звук «БУМ» пронесся над рекой, заставив птиц взлететь.       - Можете выходить. Я всё равно не закончу пол, пока вы там дышите мне в затылок.       Из зарослей ивняка вышли люди. Они были одеты в серые и темно-зеленые плащи, их лица были суровыми, обветренными, а взгляды - острыми, как лезвия их мечей. Дунэдайн Севера. Следопыты, чья жизнь была вечной войной с тенью.       Впереди шел высокий мужчина с серебряной пряжкой в виде звезды на плече. Теродэн, их предводитель, и его помощник Халлас, который уже держал руку на рукояти меча, но не обнажал его.       Теродэн остановился в десяти шагах. Его глаза быстро сканировали местность: идеально утрамбованная земля, мощеная дорога, бревна, обтесанные без единого следа топора. И человек, который сделал всё это один за четыре дня.       - Я Теродэн из народа Дунэдайн, - произнес лидер, его линия губ была напряжена. - Мы следили за твоим... прогрессом. Скажи мне, странник, как один человек может воздвигнуть крепость в такие сроки? И почему ты выбрал это проклятое место?       Сайтама обернулся. Его лицо было привычно пустым, но в глазах читалась легкая усталость. Он переворачивал в пальцах деревянную щепку, словно размышлял над сложной задачей.       - Это не крепость, - ответил Сайтама. - Это кафе. Ну, или база. Я ещё не придумал название. А выбрал, потому что вода рядом. И вид нормальный.       Теродэн обменялся взглядом с Халласом. Тот едва заметно нахмурился. Странность ситуации зашкаливала. Человек без инструментов, без обоза, без армии рабочих строит монументальное здание в глуши, где рыщут тролли.       - Ты не похож на строителя, - заметил Халлас, подаваясь вперед. Его пальцы коснулись кинжала. - Твои руки чисты. На них нет мозолей от камня. Ты колдун? Один из тех, кто служит Саруману или Радагасту?       Сайтама закатил глаза, этот жест был настолько обыденным, что на мгновение напряжение спало.       - Опять это... - вздохнул он. - Человек я. Просто... тренировался много. Слушайте, вы наверняка голодны. У меня там котел с похлебкой закипает. Хотите?       Дунэдайн заколебались. Но запах специй, принесенных с Востока - аромат куркумы, перца и дикого чеснока - был слишком соблазнителен. Теродэн кивнул.       Спустя полчаса девять следопытов сидели вокруг большого костра. Сайтама разливал похлёбку по глубоким деревянным мискам, которые он вырезал вчера вечером.       - Ты человек или Истари? - спросил Теродэн, пробуя еду. Его брови поднялись от удивления - вкус был божественным. - Я видел магов. Они говорят загадками и носят посохи. Ты же... ты просто строишь.       - Я человек, - повторил Сайтама, присаживаясь на обрубок бревна. - Но, скажем так, со способностями магов в плане физики. Разрушаю, строю, бегаю быстро. Никаких искр из пальцев, извините.       Халлас, заинтересованный силой незнакомца, подался вперед, его глаза блеснули в свете костра.       - Значит, ты можешь помочь нам, - быстро сказал он. - На севере, в Эттенмуре, орки устраивают набеги. Тролли спускаются с гор. С твоей силой мы могли бы очистить эти земли за неделю.       Сайтама посмотрел на него долгим, тяжелым взглядом. Он двумя пальцами повернул свою кружку, наблюдая, как в жидкости отражается пламя.       - Я - пас, - отрезал он. - Я уже навоевался. Драконы, орки, армии... Мне нужна тишина. Покой. И нормальное меню.       Халлас открыл было рот, чтобы возразить, но Теродэн поднял руку. Он видел в Сайтаме то, чего не замечал его помощник - глубокую, застарелую рану в душе. Этот человек не был трусом. Он был выгоревшим.       - Я ищу путь домой, - вдруг добавил Сайтама, и в его голосе проскользнула нотка, которой он ещё никому не показывал. - Но пока я здесь, мне нужно запустить это место. Ресурсы... мне нужны овощи, мука, ткани. Я слышал, на западе живут хоббиты. У них всё это есть.       Сайтама прямо взглянул на Теродэна. Его поза изменилась - он выпрямился, и Дунэдайн почувствовали, как воздух вокруг него стал плотным.       - Мне нужны люди, которые знают эти земли. Которые могут наладить поставки и... присмотреть за порядком, пока я занимаюсь делами. У меня есть золото. Много золота.       Он достал из поясной сумки горсть гномьих монет и один крупный изумруд, который ярко вспыхнул в свете огня.       - Я предлагаю вам контракт. Приличная сумма за охрану периметра и логистику. Всё официально. Никаких самоубийственных атак на орков. Просто работа. Что скажете, командир?       Теродэн посмотрел на золото, затем на своих людей. Они были вымотаны годами партизанской войны, их одежда обветшала, их семьи в Сарн Форде нуждались в поддержке. Этот странный человек предлагал им не просто деньги, а шанс на передышку под защитой существа, которое, казалось, могло остановить лавину одной рукой.       - Мы - воины, а не наёмники, - начал Теродэн, приподнимая подбородок.       - Воины тоже должны есть, - перебил его Сайтама. - А по контракту вы будете защищать людей, которые придут в это кафе. Это тоже защита слабых, разве нет?       Теродэн едва заметно улыбнулся. Логика этого человека была странной, но безупречной.       - Мы согласны, - произнес лидер Дунэдайн. - По крайней мере, пока не поймем, кто ты на самом деле.       - Идет, - Сайтама встал. - Можете располагаться в недостроенном холле. Я там кровати сколотил. Не пуховые перины, конечно, но спина болеть не будет. Завтра начнем монтировать крышу.       Сайтама зашагал к своей повозке, оставив следопытов переваривать услышанное. Он за эти недели привык к случайным попутчикам - то заблудший путник, то мелкий отряд орков, решивший попытать удачу (и быстро ставший удобрением для будущего огорода). Но Дунэдайн были другими. В них был стержень.       Он посмотрел на фундамент своего здания.       - Один Укус, - прошептал он. - Может, добавить в меню суши? Хотя где я тут возьму свежую рыбу... Ладно, разберемся.       Над рекой Хойрой взошла луна, освещая странную стройку и девять серых плащей, отдыхающих под защитой самого опасного существа в Средиземье.       Неделя пролетела в грохоте падающих камней и ритмичном стуке молота. То, что обычные строители возводили бы годами, под руками Сайтамы обретало форму за часы. Дунэдайн Севера, люди, привыкшие к чудесам и древностям, смотрели на это с немым благоговением. Теродэн ушёл с большей частью отряда в сторону Сарн Форда за припасами и новостями, оставив Халласа и двоих бойцов присматривать за «периметром».       На пятую ночь тишину Хойры разорвал не плеск воды, а тяжёлое, смрадное дыхание. Из мглы Эттенмура, привлечённые запахом лошадей и дымом очага, вышли семеро. Горные тролли. Огромные, бугристые глыбы плоти, чья кожа была твёрже камня, а аппетит - ненасытнее бездны.       Халлас мгновенно вскочил, его рука легла на эфес меча. Лицо следопыта побледнело в свете догорающего костра.       - Их слишком много, - прошептал он своим братьям. - Отступаем к реке! Жертвуем лошадьми, иначе они перебьют нас всех!       Следопыты начали медленно пятиться, готовясь к отчаянному прыжку в холодную воду. Лошади, Суп и Скидка, в панике заржали, чувствуя приближение хищников.       Сайтама, который до этого момента методично вытирал тряпкой свои инструменты, даже не поднялся. Он лишь слегка повернул голову, глядя на приближающиеся тени.       - Жертвовать лошадьми? Нет, - произнёс он буднично. - Они мне ещё нужны. Да и ужин портить не стоит.       Он встал. Один шаг - и он исчез из поля зрения Халласа. Послышалось семь глухих хлопков, слившихся в один короткий раскат грома.       Когда пыль осела, тролли всё ещё стояли. Но лишь секунду. Затем их огромные туши начали заваливаться назад, одна за другой, с грохотом, сотрясшим берег. У каждого в центре грудной клетки зияла дыра, будто сквозь них пролетел метеорит.       Сайтама вернулся к костру и снова взял тряпку.       - Фу. Ну и вонь от них, - констатировал он. - Халлас, завтра поможешь их оттащить подальше? Не хочу, чтобы тут всё пропахло тухлятиной.       Халлас не ответил. Он просто медленно убрал меч в ножны. Лишние вопросы умерли сами собой. С этого момента Дунэдайн перестали видеть в нём просто странного человека.       Они увидели силу, которую невозможно измерить, и окончательно поверили в его рассказы о том, что он пришёл из мира, где люди строят башни до небес.       Взор предвечного и тени прошлого       В Чертогах Безвременья, там, где музыка Айнур всё ещё вибрирует в самой основе бытия, Эру Илуватар обратил свой взор на один малый уголок Арды.       Великий Замысел был гармоничен, даже Тень Мелькора была вплетена в него как необходимый диссонанс. Но теперь... Эру ощутил странное шевеление. Это не был Сайтама - иномирец был лишь «сбоем», камнем в сапоге реальности. Нет, за пределами Эа, в пустоте между мирами, что-то древнее и тёмное потянулось к Средиземью. Нечто, не знающее законов Песни. Нечто, чья воля была чужда даже Саурону.       Взор Творца на мгновение затуманился, предчувствуя, что грядущие битвы будут вестись не только за Кольцо. Но Сайтама об этом не знал. Он продолжал чистить свои сапоги.       Уроки гигиены и павшие короли       Вечером следующего дня Халлас подсел к Сайтаме. Следопыт теперь часто выступал в роли учителя местной культуры, хотя всё чаще ловил себя на том, что сам учится у Сайтамы странным вещам.       - Скоро тебя могут посетить эльфы Ривенделла, - заметил Халлас, наблюдая, как Сайтама тщательно чистит зубы странной щёткой из щетины кабана. - Владыка Элронд не сидит на месте. Его разведчики патрулируют эти холмы. Он мудр и сразу почувствует перемены в земле.       - Элронд? Ещё один длинноволосый с пафосными речами? - Сайтама прополоскал рот водой из реки.       - Он - один из величайших в нашем мире, - с почтением ответил Халлас. - Сейчас он воспитывает сына нашего лидера, молодого Эстеля. Ребёнок - последняя надежда нашего рода.       Сайтама присел рядом, сложив руки на коленях. Его лицо выражало редкий интерес.       - Слушай, Халлас. Вы же вроде как короли в изгнании. Почему ваши королевства пали? Почему вы живёте в лесах, а не в замках?       Халлас погрустнел. Он долго молчал, глядя на текущую воду Хойры.       - Гордыня и Тень. Арнор был велик, но он раскололся на три части. А затем пришёл Король-Чародей Ангмара. Столетия войны, чума, предательство... Наше величие истаяло, как туман под солнцем. Остался лишь Гондор на юге, где ещё хранят верность Нуменору. А мы... мы стали тенями на собственной земле.       Сайтама кивнул. Он понимал цену силы, которую не могут удержать.       - Жалко. Но, по крайней мере, вы научились выживать.       Халлас слабо улыбнулся и достал свою веточку для чистки зубов. Под влиянием Сайтамы следопыты стали маниакально следить за гигиеной. Рассказы о «микробах и бактериях» - невидимых крошечных монстрах, которые убивают больше людей, чем орки, - произвели на Дунэдайн неизгладимое впечатление.       Здание было закончено к исходу второй недели. Оно выглядело величественно и пугающе одновременно. Сайтама не просто строил дом - он создавал автономную крепость, замаскированную под усадьбу.       Центральное здание, Большое Кафе, было просторным, с высокими потолками и огромным камином. Рядом выросла Усадьба для него самого, конюшни на двадцать лошадей, несколько складских сараев и уютная гостиница для путников. Весь этот комплекс окружала восьмиметровая стена из обтёсанного речного камня, увенчанная дозорными башнями. Сайтама лично сконструировал систему скрытых дверей и ловушек в фундаменте, чтобы пресекать любые попытки незваных гостей войти без стука.       Всё это выглядело как маленький, идеально спланированный город. Сайтама размышлял, нужно ли ему ехать к какому-нибудь королю, чтобы оформить права на землю.       - Хозяев у этой области всё равно нет, - решил он, осматривая стены. - Если кто-то захочет оспорить мои права... ну, удачи им.       И вот они появились.       У ворот владений Сайтамы остановилась повозка, запряженная усталым волом. Семейство Межиков - отец, мать и двое детей, - выглядели так, будто прошли через ад. Они бежали из далёкого Анфаласа на юге, надеясь найти покой в Бри.       Межик, глава семейства, с опаской смотрел на высокие стены и человека, вышедшего к воротам.       - Мы ищем ночлег, господин, - дрожащим голосом произнёс он. - И, если можно, немного еды. Дети не ели два дня.       Сайтама посмотрел на них. На их рваную одежду, на страх в глазах.       - Первые клиенты, - подумал он. - Хотя меню я ещё не составил.       - Заходите, - сказал он вслух, открывая створку ворот. - Места много. Кухня пока не работает в полную силу, но курицу я найду.       Каким-то образом за эту неделю Сайтама успел обзавестись курятником - он просто принёс диких лесных кур и "убедил" их остаться.       Халлас, наблюдавший за этим с дозорной башни, только покачал головой. Частная территория в сердце диких земель начала превращаться в нечто большее. В место, где Тень не имела власти.