Неотправленные письма

      Сегодня я чуть не упал в канаву, потому что задумался о Вас. О Вашем красивом и улыбчивом лице, о том, как мило и приятно Вы смеетесь, о Ваших искрящихся жизнью глазах. Я не мог прогнать это видение, да и не хотел даже; мои шаги, шум улицы, тяжелые капли дождя на моей одежде - все исчезло, стало каким-то нереальным. Из приятной неги меня, правда, довольно грубо вытащила грязь, в которую я упал. Я не знаю, что я чувствую к Вам. Вы однозначно особенный, не такой, как все. Мне есть дело до Вас, а Вам есть дело до меня, и это, наверное, можно назвать взаимностью. По крайней мере, я очень хотел бы, чтобы все это оказалось правдой, а не чем-то, что я сам накрутил себе. А еще я хотел бы сцапать Вас к себе, замотать в одеяло и обнять, такого крошечного, и, признаться, слабого и мягкого; говорить с Вами, слушать Ваш голос, такой мелодичный и красивый, похожий на песню; делать все, что Вы пожелаете, стать для Вас единственным и идеальным, а всех других, которые испытывали к Вам дружеские чувства (а такие, несомненно, были и есть, ведь Вы слишком...ну, просто слишком, чтобы быть один) - прогнать, заставить исчезнуть. Я... не знаю, что со мной происходит, правда. Такого раньше никогда не было, мне страшно самому и я наверняка пугаю Вас. Да и к чёрту. Вы все равно не позволите мне сделать все вышеперечисленное. Вы только начали доверять мне, а я уже лезу со своей так называемой "дружбой". Или чем-то более важным. Не суть - Вы все равно не захотите переступать границы дозволенного, и я понимаю, почему. Поэтому это письмо, скорее всего, до Вас не дойдет и сгорит в камине. Скажите мне, это нормально - чувствовать, будто сердце вот-вот выпрыгнет из груди?