Часть 1

***

BTS feat. Supreme Boi — BTS Cypher PT.3 : KILLER

      Сцепление.       Рычаг на последней передаче.       Газ в пол.       И всё вокруг исчезает, обволакивая эфемерной оболочкой пространство. Посторонние звуки стихают, слышатся лишь замедленные удары сердца где-то там, внутри, в такт толчкам поршней и рева мотора при усиленном нажатии педали. Подобно симбиозу, машина и тело становятся чем-то единым, неделимым друг от друга. И в этот момент можно сказать, что вот он – самый настоящий драйв, разливающийся густой патокой адреналина по венам. Когда дорога дарит то самое чувство полного отрешения от обычного мира под неустанный рев двигателя и визг шин при дрифте, то чувство, которое можно охарактеризовать как свобода.       Асфальт дрожит, вибрирует, будто живой, отдаваясь ощутимыми потоками в руль, в пальцы, в самое сердце, заставляя пульс биться сильнее, изнывать от яркого, почти жгучего ощущения безграничной любви к своему делу. Особенно, когда неоновые огни Сеула вспыхивают один за другим не только в радужках карих глаз, но и отражаются в тонированных стеклах и корпусах мощных, отполированных авто, летящих вдоль назначенного маршрута, огибая мешающие машины местных обывателей.       — Эй, Юнги, надеюсь, ты не против сегодня полюбоваться на мой зад?       Через полуприкрытое окно движущегося авто слышен бархатный голос, срывающийся на крик, чтобы его точно услышали. Парень, чьё имя только что прозвучало с долей саркастической усмешки, бросает взгляд влево и видит, как чёрная BMW M3 с красной подсветкой и алыми дисками стремительно идёт на обгон и вырывается вперёд. За рулём знакомая, с блядски раздражающей улыбкой фигура, которая, проезжая мимо, демонстративно отсалютовала средним пальцем, оставляя соперника позади.       — Размечтался, Тэхён.       Про себя произносит Юнги с ухмылкой и, не задумываясь ни на секунду, вжимает педаль в пол, разгоняясь до максимума. Мотор ревёт, подобно тигру, которого заперли в клетке, и теперь он рвётся наружу, рычит, выбрасывая из «пасти» капли дизеля на асфальт. Парень скалится, обнажая клыки, особенно в тот момент, когда его чёрный Dodge обгоняет соперника. И вот уже он показывает средний палец другу, оставляя позади себя только огненный след и запах, доносящийся из выхлопной трубы.       Тэхён смеётся. Не истерически, по-доброму, с присущим ему уважением к противнику в гонке. Ему весело не только от дерзости Юнги, который при обгоне подрезал его и слишком ярко дал понять всем своим видом, что «ни на чьи задницы он смотреть не намерен», даже если это чертовски красивый бампер Тэхёна. Веселье расползается сладостью по груди и от самого момента. Долгожданного, до мурашек захватывающего. Где только они, машины и дорога. И эта смесь всепоглощающих, острых, как бритва, ощущений захватывает дух так сильно, что дыхание учащается, а адреналин пьянит сильнее дорогого алкоголя и сводит с ума лучше, чем самые горячие девушки в тёмных комнатах элитного клуба.       В этот момент гонка становится центром вселенной. Ничего другого больше не существует. Словно город принадлежит только им. И этот чёртов азарт покалыванием расползается по телу, где каждая секунда решает всё, вливает топливо в организм. Вместо крови по венам течёт дизель, вместо сердца ревёт двигатель.       — Ну что ж… поехали! – выдыхает Ким и тоже давит газ в пол.       Асфальт визжит под колёсами, взметая запах раскалённой резины. Обороты растут на панели. Двигатель рычит от напора, готовый высвободить всю свою мощь, показать, на что ещё способен. Машина под ним не просто средство передвижения. Его оружие. Его детище. Он сам дорабатывал её по частям, неделями торчал в гараже, скрупулёзно перебирая каждую деталь, обжигая тонкие пальцы, доводя свою «малышку» до максимума. Перебирал шестерёнки, менял, добавлял, улучшал. Отдавал машине свою любовь. Вкручивал свою душу с каждым новым шурупом. И вот она – его неповторимая гордость. Чёрный кузов с двумя алыми полосами, идущими вдоль всей верхней части машины. Двойной выхлоп, рычащий двигатель, алые светодиоды и нитро под капотом. Эту машину в городе знают все. Как и её дерзкого, эксцентричного и до одури сумасшедшего хозяина. Так обычно мягко говорит Чимин, когда его спрашивают о Тэхёне.       Ким Тэхён.       Имя, что давно на слуху у каждого местного ночного гонщика. Он не просто участник одной из известных уличных банд. Он один из тех, для кого дорога — это не просто линия на карте, а сама жизнь. То, чем он дышит. То, что ведёт его вперёд. Один из первых и самых лучших среди остальных. Быстрый, смелый, безрассудный, лучший. Как говорил каждый, кто хоть раз видел, как он, мать его, гоняет. Тэхён не тот, кто гонится за деньгами или славой. Он гонится за чувствами. За этим чистым, бескомпромиссным кайфом, когда риск велик и граничит с безумием.       Его рука стремительно перемещается к ручнику, нащупывает нужную кнопку и нажимает её. Машина издаёт низкий рычащий звук, похожий на звериный рёв, а из выхлопной трубы вырываются вспышки дьявольского огня. Город стремительно проносится мимо. Узкие улочки Мапо сменяются широкими проспектами. Рекламные щиты, вывески, витрины – всё мелькает, как киноплёнка, перематываемая на скорости.       Люди вздрагивают от оглушительного рева моторов и в панике шарахаются в сторону, пропуская лавирующие авто. Кто-то орёт им вслед ругательства, кто-то снимает происходящее на телефон с восторженным визгом, а кто-то успевает увидеть лишь тени, растворяющиеся в темноте, слыша остаточный свист резины и растворяющееся эхо двигателя.       Сеул живёт по своим правилам, но ночных гонщиков это не касается.       Маршрут сегодня был особенный. Юнги тщательно выбирал и составлял его сам. Поэтому путь представлял собой набор крутых изгибов, подъёмов, резких поворотов и участков со светофорами, где можно рискнуть и проскочить на красный без явной угрозы для пешеходов. Юнги всегда выбирал дороги с характером. Такие же, как он сам. Тихие, расчётливые, но способные показать зубы и красоту скорости, если этого потребует гонка. Вслед за двумя основными гонщиками ехали и остальные участники их команды «D».       «Ну а когда ещё выпадет шанс увидеть гонку этих двух отбитых психов, которые, по ощущениям, готовы угробить и друг друга и себя на этой чёртовой трассе?», – так выразился самый младший среди них, Чонгук, перед началом гонки.       Однако они ехали позади как зрители… или как аварийная группа, если что-то вдруг пойдёт не совсем по плану.       Сама команда «D» не нуждается в представлении на сеульских улицах, а уж в кругах гонщиков и подавно. Их узнают сразу. Стоит только вдалеке прорезать ночь тяжелому, рёву двигателей: низких, сдавленных, с металлическими вибрациями. И всем становится ясно, кто приехал. И когда все семь машин выезжают на ночной съезд, город будто переключается в другой режим. Люди останавливаются на тротуарах, головы синхронно поворачиваются вслед. Кто-то свистит, кто-то отшатывается, кто-то матерится под нос. Но каждый, абсолютно каждый понимает одно. Если на трассу вышла буква «D», ночь станет поистине шумной и запоминающейся.       Однако толком никто не знает, что значит их название, отмеченное буквой «D», что красуется на капоте или подкрылке авто.       «Для каждого она даёт своё обозначение», – как-то прокомментировал главный среди них, Мин Юнги.       И это было чистой правдой. Для Юнги «D» значит danger. Для Тэхёна – drive. Для остальных – своё, только им понятное. То, что даёт им чувство ночной свободы под звук четырёх колёс.       И вот сейчас четыре машины несутся по дороге, но лишь две рвут впереди. Чонгук, как младший, всегда на подхвате, наблюдает за гонкой старших хёнов и комментирует в рацию.       — Тэ, ты слишком рано взял поворот, так ты хрена с два догонишь его, – голос звучит с усмешкой.       — Заткнись и смотри, – рычит Тэхён и бросает машину в дрифт.       — Тэхён, не срывайся на младшего, он помочь пытался, – не удержавшись, влезает четвёртый участник, Чимин, который тоже вызвался сопровождать своих товарищей в гонке.       Но Тэхён уже не вслушивается в голоса из рации. Руль бьётся в руках, колёса визжат. И вот он, идеальный угол. Машина скользит, касаясь бампером ограждения, и снова выравнивается. Искры взлетают, как короткие молнии в ночи, будто во время чёртового ливня. Юнги остаётся позади.       — Чёрт… красиво, – выдыхает Гук, наблюдая, как ловко лавирует его хён.       Но машина Мина всё равно не отстаёт. Автомобиль словно тень повторяет все траектории с такой точностью, что ощущение, словно он заранее знает, куда повернет его соперник. Тэхён видит его в зеркале заднего вида, и на лице расползается улыбка. Видеть, как Юнги остаётся позади лучше любого экстаза. Поистине охуенноe зрелище, но схватка ещё не окончена.       Ким переключает передачу, вновь вжимает педаль в пол. Поршни бьют быстрее, мотор рычит так, будто вот-вот порвёт капот и вырвется наружу, плюясь топливом. Из выхлопной трубы вырывается пламя короткими, разъярёнными вспышками. Но Юнги уходит в сторону. И идёт на обгон. Всего на полкорпуса, но этого хватает, чтобы сердце Тэхёна отдалось эхом в уши. Время будто сломалось, замедляя миг. Мир превращается в размытую линию света и неона. Ким почти теряет контроль на опасном повороте, пальцы соскальзывают, но он успевает вцепиться в руль. Однако все же смог заметить, как Юнги по-королевски красиво и величественно обходит его.       На финише их уже ждут. Несколько машин выстроены полукругом на парковке за старым торговым центром. Фары направлены в сторону трассы. Люди в капюшонах стоят у края, телефоны подняты в ожидании. Никто не хочет пропустить такой долгожданный момент. И вот, когда первые огни вылетают из-за поворота, толпа оживает.       — Они идут!       — Смотри, смотри!       Две машины выстреливают почти одновременно. Рёв двигателей сливается в одно. Они идут бок о бок. Никто не знает, кто в этот раз придёт первым.       — Давааай, Тэ! – орёт кто-то из толпы.       — Юнги-и! – повторяется следом.       В последний момент Мин нажимает кнопку на руле, его спрятанное до последнего момента оружие. Машина будто взрывается рывком вперёд, оставляя за собой дым и огненный след. И Тэхён видит, как его друг пересекает финиш, буквально на полметра раньше него. Толпа ревёт. Кто-то хлопает, кто-то свистит.       Юнги резко тормозит, разворачивается, и из окна вылетает рука большим пальцем вверх, адресованным Тэхёну, в знак отличной гонки. Тот смеётся. Не зло, с уважением. Притормаживает рядом, выбивает передачу, глушит мотор. Люди хлопают, выкрикивая имена своих фаворитов. Мин выходит первым. В чёрной кожанке, светлые волосы мокрые от пота. Его хищное спокойствие делает и без того серьёзный вид ещё более достойным статуса лидера.       — Ты снова проиграл мне, – говорит он просто, без издёвки.       — На полметра, – Тэхён выходит из машины. Дыхание сбито, глаза горят. – И вообще, это было уважение к старшим.       Юнги усмехается, прищурив глаза. Этот засранец в своем репертуаре. Парни смотрят друг на друга по-братски, без злости и обиды. Они и правда семья, хоть и не по крови, но по жизни, по трассе, по всему тому, что они уже вместе прошли за столько лет. В этот момент с визгом влетают последние: Чимин и Чонгук. Младший срывает ручник, машина уходит в красивый дрифт и облако дыма красочно окутывает половину парковки, производя желанный эффект.       — Господи, вы два чёртовых психа, – выдыхает Чонгук, вылезая. – Когда вы входили в последний поворот, я думал, вы врежетесь друг в друга.       — Почти, – усмехается Тэхён, вытирая пот со лба. – Но если не рискуешь, то зачем гонять?       — Зачем жить, – добавляет Юнги, усмехаясь       — Вы, блядь, реально безумцы, – заключает Чимин.       На миг все четверо молчат. В воздухе пахнет бензином и мокрым асфальтом после ночного дождя. Над Сеулом начинает загораться утренний свет. Первые отблески солнца смешиваются с остатками неоновых огней, которые ещё цепляются за город, прежде чем окончательно погаснуть. Город просыпается. Юнги садится на капот своей машины, достаёт сигарету, чиркает зажигалкой.       — На следующей неделе новый маршрут, – произносит он, глядя куда-то вдаль. – Трасса непростая. Заезд с внешней стороны моста.       — Там же ремонт, – Тэхён приподнимает бровь.       — Вот именно. Поэтому будет интересно.       — Интересно или смертельно? – Чимин морщится.       — Иногда это одно и то же, – подмигивает Юнги.       Тэхён смотрит на него, затем устремляет взгляд вдаль, на город. Фары редких машин отражаются в его глазах, словно отблески огня. А там, за горизонтом, поднимается рассвет, всё ярче окрашивая небосвод тёплыми красками. В мгновение, улыбка касается губ, словно загораясь новой идеей, известной лишь ему одному.       — Ладно. Только в этот раз победа за мной.       — Посмотрим, – Юнги стряхивает пепел, делает ещё одну затяжку и выбрасывает докуренную сигарету.       Когда они расходятся, город уже окончательно проснулся. Улицы заполнились машинами и спешащими на работу людьми. Ночь закончилась, оставляя после себя лишь яркие картины прошедшей гонки, свет прожекторов и запах бензина. Тэхён садится в машину, включает зажигание, но не трогается. Просто сидит, глядя в зеркало заднего вида, где ещё виднеются машины друзей в виде трех маленьких фигурок, растворяющихся в далёком утреннем мареве.       Парень проводит рукой по рулю. Холодный металл, грубая кожа. Всё знакомое, своё. Его сердце ещё бьётся в ритме двигателя. И этот ритм единственное, что ему по-настоящему принадлежит. Асфальт под его колесами оживает. Мотор начинает рванной дышать при переключении передач. И пока есть дорога, скорость и это чувство, он будет давить газ в пол.